WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

С учетом поставленных задач избрана структура ис­следования: размещение материала в пределах глав осуще­ствлено в хронологическом порядке, тогда как сами главы посвящены характеристике формирующихся правовых ин­ститутов, которые расположены в определенном порядке, вызванном процессом постепенного выделения комплекса правовых норм из широкого спектра социальных регулято­ров. Постепенно эти нормы объединяются в цельные право­вые институты в виде правового статуса частного лица или складывающихся отраслей права, таких, как брачно-семейное право, право наследования, вещное право, обяза­тельственное право, уголовное право и судебный процесс. Последовательность рассмотрения правовых источников и формирующихся правовых институтов подчинена логике описания процесса формирования русского средневекового права: от простого к сложному, т.е. от коллективных право­вых форм к индивидуальным,

18

Описание правовой панорамы русского средневековья преднамеренно раскрывается в лоне формирующихся пра­вовых институтов. Именно такой методологический подход, на взгляд автора, позволяет выявить основные черты рус­ского средневекового права как системы, а не разбросанных и несвязанных между собой блоков правовых норм.

СОДЕРЖАНИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

Работа состоит из введения, 3 разделов, заключения и списка литературы.

Во введении обосновывается актуальность.темы, оп­ределяются цель и задачи исследования, его методологиче­ская основа, теоретическая и практическая значимость, формулируются основные положения, выносимые на защи­ту.

В первом разделе «Предмет, источники и исследо-ванность проблемы» определяется предмет исследования, дается характеристика круга источников познания русского средневекового права, составляющих основу исследования.

В данном разделе подчеркивается, что описание про­цесса формирования права русского Средневековья немыс­лимо без тщательного анализа исторических источников. Причем, как и ранее, письменные источники приоритетны в качестве доказательств в истории права по сравнению со всеми остальными.

Исследование проводится с включением принципи­ально новой источниковедческой базы. С одной стороны, это вызвано тем, что дореволюционная историко-правовая наука опиралась на менее широкую, по сравнению с совре­менной, источниковедческую базу, что объясняется состоя­нием археологических данных и в целом комплексом исто­рических знаний в тот период. С другой стороны, это вы­звано тем, что советская историко-правовая наука, остава-

19

ясь на строгих позициях юридического позитивизма сугубо дисциплинарного подхода, неохотно учитывала достижения в таких междисциплинарных областях, как археология, фи­лология, психология, этнология, социология права и юри­дическая антропология. В этих областях научных знаний за последние 50 лет был накоплен значительный багаж знаний, позволяющий существенно расширить представления о процессе формирования русского средневекового права в IX-XIV вв.

В последние 50 лет в России сделаны серьезные ар­хеологические открытия, которые привели к многократному увеличению материальных памятников, обнаруженных на территории средневековой Руси. Археологические раскопки во многом стали прояснять фон летописных рассказов, ко­торые и по сию пору являются одним из важнейших источников, позволяющих судить о правовой панораме тех дней. Новые археологические данные позволяют уточнить нормативные положения таких известных памятников русского средневекового права, как Закон Русский, Русская Правда, Княжеские уставы церкви, Новгородская и Псковская судные грамоты. Помимо этих известных памятников права, в исследовании особое внимание уделяется летописям, памятникам древнерусского канонического права, византийскому законодательству, а также правовым актам в виде международных договоров, договоров между князьями, между князьями и церковью, жалованных грамот в пользу церкви, частных лиц, судных списков и правовых грамот, правовых актов на землю в виде данных, купчих, закладных, духовных, брачных контрактов, заемных, ссудных, договорных, складных. Сюда включены правовые акты, касающиеся судопроизводства, в виде докладов, «позовниц», пристав­ных памятей, судебных протоколов. В исследовании анализируются и зарубежные источники: античные, визан­тийские, восточные, западноевропейские, скандинавские,

20

которые проливают свет на проблему формирования сред­невекового права на Руси. Часто факты, известные по древ­нерусским источникам, приобретают совершенно иную ин­терпретацию или объемность и наполняются новым содер­жанием при привлечении такого рода источников.

Интересный содержательный материал, ранее не ис­пользованный юристами, содержится в таких канонических сборниках, как «Правосудье митрополичье», «Пчела», «Пролог», «Измарагда» и некоторых других. Другим, не менее важным источником при изучении права этого пе­риода могут стать «Патерики», включавшие выдержки из летописей или частную переписку священнослужителей. В них можно увидеть те правила поведения, которые в худо­жественной форме излагались в виде нравственных устано­вок для общественной жизни той далекой эпохи.

Богатый содержательный материал о внутрисемейных отношениях содержится и в таких памятниках политико-правовой мысли, как «Моление» и «Послание» Даниила Заточника, «Слово о Законе и Благодати» Иллариона, «По­учения» Владимира Мономаха и др.

Нельзя обойти вниманием в качестве источника по­знания права и анализ актовых печатей, которыми пользо­вались и в государственных структурах, и в семье, которым, к сожалению ни современные историки права, ни дорево­люционные юристы так и не уделили должного внимания как одной из форм права, как средству обеспечения права и как элементу в системе доказательств в судебном процессе средневековой Руси. Причина такого невнимания дорево­люционных историков к проблеме средневековой печати кроется в том, что у исследователей того периода было не­достаточно сфрагистического материала, необходимого для введения в научный оборот. В поле зрения историков нахо­дятся сейчас более 2500 печатей X-XV вв. При этом посто­янно растёт число вновь найденных. Оказалось, что пра-

21

вильная хронологическая классификация печатей воспроиз­водит многие социальные процессы, отражающие характер формирования и последующей эволюции институтов кня­жеской власти, судоустройства, судебного процесса, вещно­го и обязательственного права.

Другими важными источниками познания русского средневекового права, которые вводятся в оборот, становят­ся берестяные грамоты, являющиеся частноправовыми ак­тами в виде судебных протоколов, обязательств, правовых актов отчуждения земли, завещаний и т.д. Находки берестя­ных грамот открывают новую возможность изучения рус­ского средневекового права во всех его формах — от частно­го до публичного, позволяя сравнивать правовые коллизии, рожденные живыми правоотношениями, с сухой буквой за­кона, оставленной нам той интереснейшей эпохой. Со вре­мени открытия первой берестяной грамоты 26 июля 1951 г. в России к 2000 г. обнаружены более 1000 грамот. И каж­дый год благодаря археологам их число возрастает.

Долгое время в советской России частное право, в си­лу идеологических максим, было предано забвению и прак­тически не стало предметом широких научных дискуссий. Заполняя этот пробел, мы обращаемся к содержанию бере­стяных грамот. Берестяные грамоты в этой связи уникальны как по форме, так и по содержанию. Во-первых, это непо­средственные письменные свидетельства времени, исклю­чающие субъективизм летописцев и поэтому занимающие в череде источников познания права особое место. Они по­зволяют исследователю увидеть на исторической сцене не абстрактных исполнителей слепых закономерностей, а жи­вых людей, действующих под воздействием определенных мотивов и стимулов, вызванных ценностной ориентацией русского средневекового общества. С помощью частнопра­вовых актов, содержание которых раскрывают берестяные грамоты, перед исследователем открывается спектр воз-

22

можностей индивида в данной среде, через них можно уло­вить не только характерные черты правового поля, в рамках которого частное лицо существует, но и уникальность скла­дывающейся в каждом конкретном случае правовой колли­зии. Они позволяют уяснить как социальную обусловлен­ность права, так и характер социального действия права, а также эффективность права и его институтов.

Все это в комплексе дает возможность более детально рассмотреть многие проблемы, связанные с процессом ста­новления и последующего развития русского средневеково­го права.

В разделе обращается внимание на то, что при написа­нии работы автор исходил из утверждения, что становление русского средневекового права -- это по своей сути форми­рование и развитие государства. Государство - это важней­ший элемент сферы права. И поэтому процесс формирова­ния государства исследуется как формирование единого правового порядка.

Особое внимание уделено историографии вопроса. Критически осмысливаются предложенные концепции формирования средневекового права с XVII по XX в. в Рос­сии. Из современных исследований второй половины XX в., которые были непосредственно посвящены кроме формиро­вания государственного права, генезису и эволюции частно­го права, обращается внимание на работы А.А. Зимина, С.В. Юшкова, М.Д. Шаргородского, И.Д. Мартысевича, Ю.Г. Алексеева, М.М. Исаева, М.А. Чельцова-Бебутова, О.И. Чистякова, Я.Н Щапова, Т.Е. Новицкой, Н.А. Семидеркина, В.М. Клеандровой, Н-Л. Пушкаревой, З.М. Черниловского, И.А. Исаева, Н.М. Золотухиной, В.А. Рогова, О.В. Мартышина, Р.Л. Хачатурова, В.А. Томсинова, А.Н. Тимонина, и др.

23

Во втором разделе «Проблемы образования древне-русского государства» содержится три главы: «Формиро­вание территории и населения»; «У истоков образования публичной власти»; «Создание и развитие системы госу­дарственного управления»

В первой главе говорится об особенностях формирова­ния административно-территориального устройства в сред­невековой Руси. Формирование государственности на Руси рассматривается как становление правопорядка. Государст­венность в средневековой Руси стала формироваться еще в недрах родоплеменных отношений. Процесс формирования территории восточных славян не был связан лишь с одним направлением, а именно приднепровским, как полагали до недавнего времени многие исследователи. Основными плацдармами, с которых в V-VII вв. н.э. началось освоение территории Приднепровья и Севера будущего Древнерус­ского государства, были не только Карпаты, но и побере­жье Балтийского моря. Это меняет официальную концеп­цию формирования территории древнерусского государст­ва, разработанную еще А.А. Шахматовым. Уже в IV-V вв. славяне не были единым народом и вступили в Средневеко­вье расчлененными как в культурном, так и в этнографиче­ском плане. Процесс формирования территории славян был делом сложным, многоплановым, несколькими миграцион­ными потоками из разных мест. Территория будущего славян­ского государства включала, по крайней мере на начальной стадии своего формирования две важнейшие региональные компоненты: северо-западную и южно-русскую. Процесс формирования средневековой государственности на Руси проходил на многофакторной основе. Еще до образования древнерусского государства на территории Руси существо­вал целый ряд политических образований находящихся на разных ступенях государственности. Важнейшими полити­ческими центрами были Новгород и Киев, которые на на-

24

чальном этапе формирования государственности были ра­зобщены как в социальном, так и в политическом плане. Постепенно, в процессе подчинения княжеской власти, от­дельные земли, носившие независимый или полунезависи­мый характер, были подчинены или втянуты в орбиту влия­ния Новгорода и Киева, Важным мероприятием по форми­рованию территории восточнославянского государства ста­новятся административные реформы княгини Ольги, свя­занные с организацией новых органов i осударстаенного управления на местах, и упорядочение системы взимания дани. Включение в территорию восточнославянского госу­дарства новых земель происходило путем распространения взимания дани на покоренные племена, а также путем на­значения представителей публичной власти в виде намест­ников, в руках которых были все нити управления и судо­производства. В таких условиях Древнерусское государство по форме государственного устройства было представлено' своеобразной федерацией, включающей различные полити­ческие образования.

В середине IX-X вв. государственность восточных славян была уже организована по территориальному при­знаку, и постепенно начался процесс отделения публичной власти от общества путем сосредоточения ее в руках бояр­ской аристократии, как это было на северо-западе, и князя и его дружины - на юге. Славяне в исследуемый период об­ладали развитым этническим самосознанием и ощущали свою принадлежность к государству. Однако говорить о прочной государственной организации в эту эпоху еще трудно.

Во второй главе содержатся шесть параграфов:

«Вече» (1); «Княжеская власть» (2); «Совет при князе» (3);

«Дружина» (4); «Княжеские съезды» (5); «Особенности генезиса государственной власти в Новгородской и Киев­ской землях» (6).

25

В первом параграфе показаны изменения, которые происходили в таком важнейшем элементе публичной вла­сти, как вече. Следует отметить, что необходимо различать вечевые собрания IX-X вв. от вечевых собраний XIII-XIV вв. По мере своего развития вечевые собрания ут­рачивают свою демократичность, изменяется социальный состав вече. Эти изменения сопровождаются снижением демократичности вече, за счет вытеснения из него предста­вителей мелких собственников и замены представителями крупного капитала и политической элиты. Постепенно в процессе своей эволюции вечевые собрания становятся ари­стократическими, а не народными собраниями. В зависимо­сти от формы политического устройства и политического режима государственного образования меняется и состав представительства вече.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»