WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |

Проект общероссийского закона о шариатской юстиции в феврале 1924 г. был разработан СНК РСФСР. Он видоизменил систему мусуль­манских судебных органов, ликвидировав апелляционную инстанцию и определив прямой порядок выборов судей. Здесь также предусматривал­ся добровольный характер обращения в шариатский суд и исполнения его решений. Однако предлагавшаяся в проекте идея об исключительной компетенции шариата была отвергнута. В январе 1925 г. Президиум ВЦИК доработал и утвердил проект данного постановления в редакции СНК РСФСР и направил его в ЦИК СССР. В новой редакции данный ва­риант проекта известен как «Постановление ЦИК Союза ССР о шариат­ских и адатских судах на территории РСФСР». Третий вариант проекта был разработан представителями автономных республик - участниками II сессии ЦИК СССР и известен как «Постановление Президиума ЦИК Союза ССР «О адатских и шариатских судах» (в ред. представителей ав­тономных республик). СНК СССР предлагал также разработать проект общесоюзного законодательного аюа о шариатской юстиции, однако, учитывая просьбу ВЦИК и СНК РСФСР сохранить действующую в РСФСР шариатскую судебно-правовую систему, Президиум ЦИК Союза СССР 21 сентября 1927 г. предоставил право издания дальнейших поста­новлений о шариатских судах в РСФСР на основе проекта ЦИК Союза ССР «О шариатских и адатских судах на территории РСФСР».

В ходе исследования правовой природы адатской и шариатской юсти­ции в coeeicKyio 'эпоху выясняется статус opianoB шариатскою правосу­дия. Законодательством автономий и законопроектом РСФСР система шариатской юстиции учреждалась в целях обеспечения интересов и прав трудящихся мусульман в отступление от единой основной системы су­дебных учреждений. Это указание закона имело принципиальное значе­ние, ибо такая формула давалась прежде только в законодательстве об организации народных судов, тем самым подчеркивалось государствен­ное значение мер по учреждению мусульманской юстиции. В норматив­ных документах получил закрепление шариатский комплекс правовых средств, необходимый для регулирования общественных отношений.

В тексте главы выясняется также сфера действия мусульманскою права. Первые нормативные акты определяли его исключи гельно широко как по гражданским, так и уголовным делам. Рассмотрев, например, уго­ловное деяние, совершенное на почве кровной мести, суд, согласно ша­риату, выносил в Дагестане решение о выдаче подсудимого родственни­кам убитого для убиения. Позднее практика законодательной регламен­тации действия мусульманского права пошла по линии его некоторого

31

офаничения. Автором исследуется роль и место шариатских судов в су­дебной системе РСФСР, их соотношение с другими органами и народ­ными судами.

Законодатель не воздвигал стены между мусульманскими и народны­ми судами, в официальных документах был широко распространен тер­мин советско-шариатские суды, т. е. они сосуществовали с народными судами, оба суда находились на гособеспечении.

Проект ЦИК и СНК СССР (1925 г.) «О шариатских и адатских судах на территории РСФСР» иначе, чем классический шариат, решил вопрос о мусульманских судьях. В автономиях Северного Кавказа учреждалась почти одинаковая система шариатских судов в составе постоянного ша­риатского судьи и двух народных заседателей.

Законодательство Кубано-Черноморской, Горской, Дагес шнекой рес­публик и Чеченской АО установило, что при рассмотрении гражданских и уголовных дел мусульманские суды руководствуются шариатом. В Ку­бано-Черноморской республике этот принцип был дополнен положением о том, что в судебном процессе судьи, помимо норм мусульманского права, всегда должны руководствоваться и действующими общероссий­скими узаконениями и соображениями справедливости. В Горской АССР законодатель пошел еще дальше, установив, что шариатский суд не огра­ничен никакими формальными доказательствами и от него зависит по обстоятельствам дела допустить их или нет. В Дагестанской республике шариатские суды в уголовных делах, кроме своего закона, руководство­вались как уголовным и уголовно-процессуальным кодексами, так и пра­вилами адатского права. Следовательно, новая процедура шариатского судопроизводства предусматривала применение не только мусульман­ского материального и процессуального права, но и советского законода­тели: iaa. Последнее даже вменялось в обязанность шариатских судей, но не получило распространения.

В диссертационном исследовании формулируется концептуальное по­ложение о принципе взаимодействия российского, адатского и мусуль­манского права: если законом РСФСР устанавливались иные нормы и правила, чем предусмотренные адатом и шариатом, то предпочтительное применение имели законы государства.

Другим беспрецедентным нововведением в классическое мусульман­ское правосудие стало учреждение шариатской кассационной инстанции - Совета шариатских судей в Горской республике, а также Высшего ша­риатского суда в Дагестанской республике. В Кубано-Черноморской рес­публике специальный кассационный орган не был создан, но в Совет на­родных судей вместо этого вводился шариатский судья.

32

Не менее важным изменением стало введение неизвестного ранее му­сульманскому процессуальному праву института предварительного след­ствия по уголовным делам, в частности, шариатских следователей.

В диссертационном исследовании отражаются принципы формирова­ния шариатских судов, которые не были свободны от политического влияния - от прямых выборов до назначения на должность Наркомюс-том, окрисполкомом и кооптации.

В главе рассмотрены принципы и формы судопроизводства, соблюде­ние которых обеспечивало вынесение шариатскими судами обоснован­ных и справедливых приговоров. В Горской республике был учрежден совет шариатских судей в составе председателя и пят постоянных чле­нов, избиравшихся на съезде знатоками шариата и утверждавшихся в своих должностях СНК ГАССР.

В порядке судебною надзора пересмотр решений и постановлений шариатских судов возлагался на коллегию Высшего судебного надзора по делам шариата Горской республики. Введение этого нового для му­сульманского права института имело целью установление правильного и единообразного применения норм адата и шариата и координации дея-1ельности шариатских судебных органов. Например, в Чеченской АО роль кассационной инстанции выполняла областная шариатская колле­гия, полномочия которой были столь широки, что ее постановления во­обще никакому обжалованию не подлежали и могли быть отменены в порядке надзора лишь Верховным судом РСФСР В Дагестанской рес­публике функции кассационного органа выполнял Высший шариатский суд.

Автором подробно исследуются компетенция шариага в советских ав­тономиях Северного Кавказа, законодательное регулирование сферы его действия. Нормативные акты республик указывают на то, что шариат­ский суд имел право по своему усмотрению определять меру наказания, и только позднее ему запрещалось приюварнвать к смертной казни, телес­ным и членовредительским наказаниям.

В компетенции шариатского судьи находились проверка законности и правильности содержания лиц под стражей, наблюдение за производст­вом дознания, дача руководящих указаний и предание суду обвиняемого.

Изученные архивные материалы судебных дел свидетельствуют о вы­несении шариатскими судами приговоров о смертной казни, об отруба­нии рук обвиняемым в краже, выдаче убийц родственникам убитого для убиения. В течение 1920-1925 гг. в Дагестанской республике пять раз редактировалась норма законодательства о разводе, в которой пытались соединить правила шариата и КЗАГС РСФСР 1918г.

- ГЛ«ОТЕКА

С.Петербург

ОЭ 300 акт

В заключение главы делается вывод о том, что в Советском государ­стве восстановление и легализация адатского и мусульманского права являлись политическим решением. Государственная власть сочла шариат пригодным для осуществления своих целей в регулировании обществен­ных отношений и организации управления, и обеспечивала реализацию его юридических принципов и норм. Она также придавала его нормам качества позитивного права — нормативность, определенность регулиро­вания, а в широком плане - институционность и, следовательно, публич­ное признание. Вместе с тем, советская политическая, государственная власть, особенно во второй половине XX в., стремилась к устранению шариатской нормативно-ценностной системы из правового пространства.

В процессе судебно-правовых преобразований, проведенных на Се­верном Кавказе, в классический шариат волей законодателя вводились беспрецендентные институты - апелляционная и кассационная инстан­ции, предварительное следствие, выборность судей, что приближало ис­ламское право и суд к европейским стандартам Секуляризация шариата придавала ему новые свойства и адаптировала ею к новому политиче­скому режиму.

Развитие шариата как нормативно-ценностной, регулятивной системы в советский период свелось к двум парадоксальным тенденциям:

1) Советская политическая, государственная власть на первом этапе сво­его существования сочла его пригодным для осуществления своих це­лен в организации общественных отношений и управления, и обеспе­чивала реализацию ею юридических норм и принципов;

2) Советское государство придавало мусульманскому праву значение реального фактора в жизни народов Северного Кавказа.

В то же время эта власть выступала по отношению к шариату, осо­бенно во второй половине XX в. в качестве «враждебного» фактора, стремясь к отторжению шариатской нормативно-ценностной системы в правовом пространстве. В Советском тоталитарном государстве полити­ческий режим, в условиях доминирующего, императивного значения за­конов, отрицал шариат как фактор социального регулирования. В отно­шении адата и шариата в РСФСР в полной мере проявилась идеология юридического этатизма.

В заключение главы автор делает вывод о том, что мусульманское право и суд на Советском Северном Кавказе - это феномен, порожден­ный властью и государственной волей, и существовавший исключитель­но в государственно-политической сфере общества.

В шестой главе - «Мусульманская правовая традиция на современ­ном Северном Кавказе: актуальные теоретические и практические про­блемы» - исследуются эволюция шариата в новейший период, историче-

34

екая судьба юридического плюрализма, истоки исламского правового экстремизма.

В диссертационном исследовании концептуальное осмысление авто­ром специфики ислама и мусульманскою права на Северном Кавказе сопровождается определением его социокультурного пространства в ус­ловиях радикальной социально-политической трансформации общества; исследуются отношения, в которых находятся исламская религиозно-правовая традиция и современная российская правовая система.

Традиционным для большинства мусульман Северного Кавказа явля­ется суннизм - классическое, умеренное, согласующееся в экумениче­ском плане с другими конфессиями, течение ислама. В правосознании современных мусульман объединены различные элементы традиционно­го и современного права. Мусульманское право сохранилось для регули­рования отдельных сторон жизни социума, затрагивающих преимущест­венно вопросы персонального статуса.

Социально-политический смысл постановки проблемы о шариатских правовых средствах заключается в том, что они являются не только соци­альной необходимое 1ью, но и своего рода объективной закономерностью в северокавказском этническом мусульманском социуме. При осмысле­нии данной теоретической правовой проблематики автор выделяет на­правления такого поворота в понимании и характеристиках адата и ша­риата, которые способны преодолеть традиционные трактовки и дагь ответ на требования времени. Первое из таких направлений - это осве­щение п понимание адагского и мусульманскою права, как особого явле­ния в современной правовой действиюльносш, которое имеет свои неза­менимые функции п предназначение. Другое перспективное направление - это раскрытие и реализация свойств ада га и шариата, как действенного фактора в жизни людей.

Стереотипы правового поведения северокавказских мусульман во многом складываются через традиционный ислам, адаптированный ша­риат и адат. Вместе с тем, со второй половины XX в. им противостоит привнесенный извне исламский экстремизм, проявляющий себя также в правовой сфере.

Автором исследуются причины и условия, приведшие к распростра­нению в регионе исламских радикальных религиозных идей, излагается авторская точка зрения, согласно которой на Северном Кавказе естест­венным путем не могли возникнуть радикальные доктрины.

В Чеченской республике шариат попал под эгиду групповых, этниче­ских интересов Экстремисты стремились подчинить себе правовые ин­ституты и таким образом ввести их в общественную и государственную систему, чтобы юридически они оправдывали произвольные акции вла-

35

сти. Под воздействием неблагоприятных политических условий шариат был деформирован и превратился, по сути, в ущербную юридическую систему, фетиш.

Вместе с тем, историческая судьба юридического плюрализма не пре­рвалась. Адат и шариат на Северном Кавказе - это вектора, воздейст­вующие на мировоззрение и правосознание народов. Неформальная реа­лизация адата и мусульманского права обусловлена, по мнению автора, расширяющимся «разрывом» между современным позитивным законода­тельством и этноправовой культурой. Это право, порожденное фактиче­скими отношениями в этническом мусульманском социуме, неофициаль­но продолжает регулировать процессы, целиком или частично находя­щиеся вне контроля государства.

Адат и шариат на Северном Кавказе остаются важной стороной про­цессов формирования и развития интеллектуальной и духовно-нравственной основы его народов. В главе определяются факторы, кото­рыми обусловлена объективная преемственность шариата в современной российской правовой панораме, и причины, лежащие в основе нефор­мальной реализации в мусульманском этническом социуме его положе­ний. В развитии существующих авторитетных мнений Л.Р. Сюкияйнена. С.С. Алексеева, Д.Ю. Шапсугова, Г.В. Мальцева по этой проблеме, автор формулирует вывод о том, что отечественное государство само создало феномен мусульманского права и придано ему значение движущей силы в жизни народов Северною Кавказа. В пданжом и мусульманском праве в процессе его эволюции, в том числе в новейшее время, всегда остается неизменным одно - выражение в нем интеллектуального и правового интереса этнического мусульманского социума. Смысл и «миссия» адата и шариата, как и действующих законов, состоят в поддержании стабиль­ного развития общества на правовых началах. Такое их предназначение уникально и не имеет политического содержания.

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»