WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Если речь идет о потерпевшем государстве, к «иным подобающим формам» можно отнести: отдание почестей флагу и исполнение гимна потерпевшего государства; возложение обязанности возмещения материального ущерба на лиц, причастных к совершению правонарушения; уголовное или административное наказание причастных лиц; принятие специальных законов, направленных на обеспечение соблюдения международных обязательств; проведение расследования обстоятельств инцидента; направление специальных миссий в потерпевшее государство.

Потерпевшее государство не вправе требовать сатисфакции в такой форме, которая будет для правонарушителя несоразмерной причиненному ущербу или унизительной. Но это не запрещает потерпевшему государству требовать удовлетворения не в одной, а в двух и более формах. Однако наиболее распространенной формой является принесение извинений.

Если речь идет о потерпевших индивидах, сатисфакция также может состоять в признании государством правонарушения, в официальном извинении или в иной подобающей форме. И в данном случае к иным подобающим формам необходимо отнести наиболее часто встречаемые в международной правоприменительной практике формы: осуществление символического материального возмещения морального ущерба, проведение расследования обстоятельств правонарушения, привлечение к ответственности непосредственно виновных лиц.

Особого внимания заслуживает то, что сатисфакция, даже если она явно не выражена, автоматически подразумевается при самом факте возмещения материального ущерба, поскольку тем самым государство признает совершение им правонарушения, что уже является для него определенным обременением. Признание правонарушения может быть юридическим и фактическим.

Необходимо разграничивать принесения извинений и выражения сожаления. Первое должно иметь место тогда, когда совершено противоправное деяние от имени государства. Если же правонарушение осуществлено в результате обстоятельств непреодолимой силы, стихийного бедствия или не от имени самого государства (частными лицами, не являющимися органами государства), то вменение вины самому государству будет безосновательным. В такой ситуации достаточно выражения сожаления, сочувствия, соболезнования этим государством. А это не форма ответственности – это лишь реакция субъекта международного права на нарушение прав другого субъекта международного права. Практика показывает, что такая реакция возможна также от имени третьих государств, которые не имеют никакого отношения к правонарушению. В связи с этим, выражение сожаления, сочувствия, соболезнования вообще нельзя относить к форме сатисфакции, особенно в свете статей «Ответственность государств за международно-противоправные деяния», действие которых не распространяется на международную ответственность за ущерб, причиненный правомерной деятельностью, ответственность за риск. К тому же данный документ, помимо прочих, относит форс-мажор, бедствие и состояние необходимости к обстоятельствам, не просто исключающим ответственность, а исключающим противоправность вообще.

2. Чрезвычайная сатисфакция представляет собой различного рода ограничения суверенитета и международной правосубъектности государства-правонарушителя. Ее целью является искоренение причин, создавших возможность совершения международного правонарушения.

Формами чрезвычайной сатисфакции являются ограничение суверенных прерогатив органов государственной власти; ограничения в сфере внутренней и внешней политики; принудительная реорганизация политической системы; упразднение институтов, способствовавших совершению государством правонарушения; оккупация части или всей территории государства; осуществление международного контроля над использованием научного и промышленного потенциала; демилитаризация промышленности; роспуск вооруженных сил.

Особого внимания требует такая форма чрезвычайной сатисфакции, как ограничение суверенитета правонарушителя в области правосудия. Она выражается в отказе от уголовной юрисдикции в отношении собственных граждан, причастных к совершенному международному правонарушению. Точнее речь идет о принудительном изъятии из-под уголовной юрисдикции отдельных лиц. Это связано с тем, что при совершении международного преступления, не взирая на то, что они планируются и санкционируются самим государством, их активными исполнителями являются совершенно конкретные лица. И несмотря на то, что государство привлечь к уголовной ответственности невозможно, на этих лиц такое ограничение не распространяется. А поскольку эти лица действовали от имени государства, совершая международные преступления, само государство-правонарушитель не вправе их судить. С этой целью специально создаются Международные уголовные трибуналы, а также существует учрежденный в 1998 году Международный уголовный суд.

Чрезвычайные сатисфакции необходимо отличать от санкций. Санкции – это всегда принудительные меры, направленные на то, чтобы заставить государство-правонарушителя выполнять свои обязательства, вытекающие из правоотношения ответственности. В то время как чрезвычайные сатисфакции не принуждают, а обеспечивают, гарантируют, способствуют возмещению ущерба, будучи при этом самостоятельной формой ответственности, предоставляющей нематериальное удовлетворение. К тому же санкции могут предприниматься только от имени международной организации. А призывать к ответственности в форме чрезвычайной сатисфакции может само потерпевшее государство.

Параграф третий «Заверения и гарантии неповторения» посвящен исследованию особенностей данной формы нематериальной ответственности.

Комиссия международного права ООН отнесла прекращение и неповторение международно-противоправного деяния к общим принципам международной ответственности. Ст.30 закрепила обязанности государства-правонарушителя «прекратить это деяние, если оно продолжается» и «предоставить надлежащие заверения и гарантии неповторения, если того требуют обстоятельства».

Таким образом, в данной статье, указаны две абсолютно самостоятельные, хотя и взаимосвязанные, обязанности, возникающие в связи с совершением противоправного деяния, что, полагаем, не вполне обоснованно. По своей природе эти правовые категории очень отличаются друг от друга. Прекращение правонарушения и предоставление заверений и гарантий неповторения имеют разные цели.

Целью первого является восстановление нарушенных прав потерпевшего государства. Обязанность прекратить международно-противоправное деяние возникает автоматически в связи совершением правонарушения, и лишь в том случае, «если оно продолжается».

Цель предоставления заверений и гарантий неповторения – предупреждение нарушения норм международного права в будущем. Для достижения этой цели используется карательная функция.

К тому же статья называется «прекращение и неповторение», а речь в статье идет о прекращении и предоставлении заверений и гарантий неповторения. Необходимо отличать обязанность не повторять противоправное деяние и обязанность предоставить заверения и гарантии такого неповторения. В первом случае речь идет об обязательстве, возникающем действительно автоматически после совершения правонарушения, в силу самого факта противоправности деяния. А во втором случае речь идет об особом обязательстве государства-правонарушителя, возникающем не автоматически, а только если сам потерпевший субъект этого требует.

Полагаем, предоставление заверений и гарантий неповторения является самостоятельной формой нематериальной ответственности государства-правонарушителя. Они могут иметь место только тогда, когда потерпевшее государство настаивает на их предоставлении, «если обстоятельства того требуют».

Современному международному праву известны две формы предоставления гарантий неповторения: устная и письменная. При этом Комиссия международного права ООН указывает, что заверения предоставляются в устной форме, а гарантии - в письменной. Однако устные заверения не всегда являются достаточными. В связи с этим, по требованию потерпевшего государства, для предоставления гарантий необходимо принятие соответствующих превентивных мер с целью недопущения повторения правонарушения. В большинстве случаев достаточно переадресовать по административным каналам инструкции, указания должностным лицам соответствующего уровня. Иногда требование потерпевшего государства состоит в отмене решения внутригосударственного судебного органа.

Требование о предоставлении заверений и гарантий неповторения может быть выдвинуто государству-правонарушителю не только другим государством, но и международной организацией. Что касается частных лиц, то действующее международное право не предоставляет им возможности предъявлять подобные требования к государству-правонарушителю. В правозащитных универсальных договорах говорится лишь о возможности защиты нарушенных прав. Для конкретного индивида принятое компетентным международным органом решение, подтверждающее неправомерность деяния государства в отношении него, уже будет своеобразной гарантией того, что права индивида, связанные с фактами, установленными данным органом, в будущем нарушены не будут.

Правозащитные комитеты ООН во всех своих решениях закрепляют обязанность государства-правонарушителя предоставить надлежащие гарантии неповторения противоправного деяния в будущем. Однако такое требование исходит не от заявителя, а непосредственно от комитета просто в силу того, что государство-участник соответствующей правозащитной конвенции обязано привести свое законодательство в соответствие с положениями этих конвенций.

Глава третья «Имплементация норм нематериальной международно-правовой ответственности государств» посвящена особенностям привлечения к нематериальной ответственности, выявлению субъектов, имеющих право призывать к ответственности, а также последствиям невыполнения правонарушителем своих обязательств из правоотношений ответственности в добровольном порядке.

В параграфе первом «Субъекты, имеющие право призывать к нематериальной ответственности» подчеркивается, что в соответствии с общими нормами международного права к ответственности вправе призывать субъект, потерпевший в результате международного правонарушения. В связи с этим основной задачей является определение понятия «потерпевший».

Если речь идет о потерпевшем государстве, возможно существование трех ситуаций: когда обязательство нарушено в отношении одного государства, когда обязательство нарушено в отношении группы государств и когда нарушены интересы международного сообщества в целом.

В первой ситуации именно потерпевшее государство и будет обладать правом призывать к ответственности государство-правонарушителя.

Во втором случае возможны две ситуации:

  1. когда непосредственно потерпевшим является одно государство, а остальные государства из этой группы являются заинтересованными. Для выявления непосредственно потерпевшего предъявляются дополнительные условия. Оно должно быть «особо затронуто» нарушением многостороннего обязательства;
  2. когда все государства этой группы являются потерпевшими. Здесь, как правило, речь идет о международных обязательствах особого характера, нарушение которых затрагивает права всех участников международного соглашения.

В третьем случае, когда не исполняются обязательства в отношении международного сообщества в целом, речь идет о нарушении обязательств erga omnes, международных преступлениях, то есть наиболее тяжких международных правонарушениях, совершение которых угрожает миру и безопасности. К ним относятся агрессия, рабство, колониализм, расовая дискриминация, геноцид, экоцид, биоцид, наемничество, терроризм.

Здесь потерпевшим является международное сообщество в целом. То есть для целей Статей об ответственности государств, полагаем, необходимо его рассматривать отдельно, а не в контексте потерпевшего государства или их группы.

В связи с тем, что «международное сообщество в целом» не существует как самостоятельный субъект международного права, это лишь юридическая фикция, представляющая собой всю совокупность государств, возникает следующий вопрос. Кто от имени международного сообщества в целом вправе призывать к международно-правовой ответственности государство-правонарушителя

Полагаем, в данной ситуации от имени международного сообщества в целом может выступать исключительно Организация Объединенных Наций в лице Совета Безопасности ООН, на который, согласно Уставу ООН и возложена обязанность по поддержанию мира и безопасности. Отдельные государства не вправе действовать обособлено, самостоятельно устанавливать факт наличия состава международного преступления, определять формы и объем международно-правовой ответственности и выдвигать соответствующие требования. Однако это не лишает их права инициировать обсуждение сложившейся ситуации в Организации Объединенных Наций.

Еще раз подчеркнем, что речь идет лишь о тех нарушениях международно-правовых обязательств, которые представляют собой международные преступления. Во всех остальных случаях к ответственности могут призывать только потерпевшие государства, непосредственно, или через соответствующие судебные и квазисудебные органы. Это, тем не менее, не мешает иным заинтересованным субъектам (в том числе ООН) выражать свое мнение о сложившейся ситуации и выносить предложения, рекомендации.

Если потерпевшим является индивид, он также вправе призывать к ответственности государство-правонарушителя посредством судебных и квазисудебных международных органов, а также обратившись к своему государству гражданства за дипломатической защитой. Однако государство гражданства вправе само решать, предоставлять ли ему защиту своим гражданам и юридическим лицам. При этом оно может и отказать в защите обратившемуся к нему частному лицу, если сочтет такую защиту неприемлемой или безосновательной. Или напротив, государство может самостоятельно, без просьбы потерпевшего лица, предпринять соответствующие действия. Это может потребоваться, к примеру, в ситуации, когда гражданин не в состоянии просить о помощи, когда государство-правонарушитель препятствует такому обращению, и, что является логичным, если деяние другого государства нанесло вред не только частному лицу, но и самому государству гражданства.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»