WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |

Татарские набеги, нашествие поляков, многочисленные шайки разбойников, походившие своей громадностью на целые армии, все это постоянно дотла разоряло русские области. Разбойники вербовались изо всех общественных сословий. Но у боярства было больше возможностей применять насилие, а сознание их, как и сознание «черного люда», было точно так же воспитано помимо и вне идей законности. Да и существовали эти идеи лишь в умах немногих представителей высшего сословия, соприкоснувшихся с европейской жизнью, например Ф. Карпова. Более того, само социальное угнетение боярством простого люда воспринималось народом в общей парадигме той эпохи как разбой. Только в этом контексте можно увидеть резон концепции «народной монархии», предложенной И. Солоневичем. «Русская монархия, по его словам, исторически возникла в результате восстания низов против боярства, и пока она существовала она всегда стояла на защите именно низов»13. За одним исправлением: русская монархия не стояла на защите низов, она опиралась на низы, поддерживалась низами, а это все же совсем иное дело. Века бесправия не могли дать народу даже отдаленного представления о возможности преодоления своих бед и зол на основании закона.

Было два пути перед Россией в борьбе с бедами и неурядицами, «безнарядьем» социально-общественной жизни: путь реформ и медленного внедрения законности в сознание всех классов общества. Жесткой, тиранической организации страны, когда никто из поданных не имел никаких прав.

Второй путь казался народу привычнее и естественнее. Освобождение от татарского ига устранило грозу внешнего централизованного правления, но к другому варианту жизни народ не привык, общество стало неуправляемым, саморазрушающимся. «Структурные реформы, по мысли современного отечественного историка, которые проводило правительство Избранной рады, как и всякие структурные реформы, шли медленно, их плоды созревали не сразу. Нетерпеливому человеку (а царь Иван был нетерпелив) в таких обстоятельствах обычно кажется, что и результатов-то никаких нет, что ничего и не сделано. Ускоренный путь централизации в условиях России XVI века был возможен только при использовании террора»14.

Зачем же нужна была такая ускоренная централизация В желании самовластного и самодержавного правления сошлись две силы: народ и царь. Народ опасался возникавших в результате реформ боярских прав, по печальному опыту зная, что ничего, кроме распада и «воровства», боярское правление ему не приносило. «Московские цари … привязали к себе народные массы. Стоит беспристрастно прочесть кровавую летопись царствования Грозного, писал знаменитый русский историк, юрист, философ К.Д. Кавелин, стоит прислушаться к народным преданиям из того времени, чтоб убедиться на чьей стороне даже в эту ужасную эпоху были симпатии народного большинства»15. Вера, что закон встанет на защиту слабого человека, не сложилась. Объективированный закон, по общему мнению, человека защитить не может.

Проведенное обращение к историко-правовому наследию развития государственности, на наш взгляд, позволит точнее осмыслить политико-правовые закономерности данного процесса.

Функционирование современной государственности, в том числе российской, свидетельствует, что наиболее существенные ее свойства уходят корнями в историю развития человеческой цивилизации и нашли свое достойное отражение в политико-правовой литературе. Думается, что время, когда резко негативная оценка одних мыслителей и их учений, восхваление и абсолютизация других взглядов и их реальной историко-правовой деятельности, уходит в прошлое.

В третьей параграфе рассматриваются условия и факторы, способствующие проявлению относительной самостоятельности (или отчужденности) государства в периоды трансформации российского государства.

Особенность цивилизационного развития России состоит в том, что доминантной формой социальной интеграции в ней выступает государственность, задающая единый для российского общества нормативно-ценностный порядок. Этот порядок представляет собой генерируемые государственной властью духовные основы национального единства или то, что в политической лексике получило название «национально-государственной идеи».

Государственная власть в России постоянно стремилась к трансформации исторического сознания и менталитета, пытаясь создать соответствующие структуры, оправдывающие ее деятельность. Такими явлениями стали, прежде всего, этатизм и патернализм, которые являются, в известной степени, универсальными в массовом сознании евразийского суперэтноса.

Отношение к государственной власти в России обусловливается этатистским представлением о необходимости сохранения политического единства и социального порядка в качестве антитезы локализму и хаосу. И этот «этатистско-патерналистский» порядок является реальным основанием соединения разнородных национальных традиций и культур. Поэтому дуализм общественного бытия в России имеет иную природу, чем на Западе. Он выражается, в первую очередь, в таких конфликтных тенденциях, где одной из сторон всегда выступает универсальная и автономная государственность. Это конфликт между государственностью и регионализмом, государственностью и национальными культурными традициями, государственностью и социальными общностями.

В социальном плане возможность проявления относительной самостоятельности государства в России обусловлено, с одной стороны, скептицизмом и недовольством значительной части населения деятельностью государственной власти, а также политических партий, представляющих конкретные группы интересов; с другой стороны, слабостью самой власти, ее неспособностью эффективно решать актуальные проблемы современной российской действительности. Сложилась ситуация, описанная в теориях «государственной перегрузки» и «узаконения кризиса»16.

Эти теории объясняют возможность институционализации относительной самостоятельности государственной власти двумя обстоятельствами: во-первых, тем, что государственная власть берет на себя гораздо больше обязательств, чем способна выполнить; а во-вторых, тем, что правительство и партии, особенно в ходе предвыборных кампаний, дают гораздо больше обещаний, чем могут выполнить. Безответственность правительства, партий, политических лидеров ведет к разочарованию и скептицизму в массовом сознании, а следовательно, и к утрате политической властью легитимности.

Возникновение относительной самостоятельности государственной власти в постсоветской России может быть связано также с нарушением когнитивных механизмов ее легитимации. В настоящее время резко обострилась ситуация «псевдоморфоза» (разрушающего влияния заимствованной культуры на культуру-реципиент), что обусловлено трудностями творческого освоения приобретаемого западного духовного опыта. Ситуация «псевдоморфоза» оказывает глубокое влияние на современную социально-политическую лексику, в которой можно обнаружить три отдельных семантических пласта, механически соединенных друг с другом в единое понятийное поле, но не составляющих непротиворечивого понятийного континуума. Эти пласты соответствуют разным культурным типам, воздействующим на современную российскую культуру: архаический древнерусскому народному типу; традиционалистский православно-славянскому и общественно-социалистическому; современный пласт либерально-западному типу культуры.

Известная (обычная) самостоятельность государства в современной России поэтому во многом обусловлена дискретностью нормативно-ценностного ее пространства, в рамках которого идет постоянная интерпретация и переинтерпретация государственной власти. Поэтому легитимность любой государственной власти в современной России может быть лишь «частичной».

Глава III. «Модернизация современной российской государственности» включает: § 1 «Становление новой российской государственности»; § 2 «Развитие демократического общества и становление правового российского государства».

В первом параграфе автор раскрывает факторы, воздействующие на процесс модернизации российского государства на современном этапе развития.

Становление суверенной Российской государственности происходит с огромными трудностями, сопровождается острой борьбой политических сил, периодическим и все более глубоким конституционным кризисом, которые грозят разрушить государственность вообще и опасны возвращением к репрессивному режиму. С 1989 г. мы пережили период упоения идеалами правового государства и демократии. Это была вторая «либеральная весна» в истории России XX века. Нечто подобное страна испытала в феврале 1917 г.

Весь длительный период, вплоть до августа 1991 г., политическая ситуация в России характеризовалась ожесточенной борьбой между центральной и российской властью за влияние на государственный аппарат.

Проблема эволюции российской государственности непосредственно связана с изучением не только сложившейся на рассматриваемый момент политико-экономической ситуации в стране, но должна быть осмыслена в историческом контексте взаимоотношений федеративного государства и его составных частей 15 союзных республик.

Основной узел противоречий здесь бесспорно определялся отношениями, связанными с перераспределением власти и собственности между старой бюрократической элитой и новыми региональными политическими группами. Исходный импульс дезинтеграции союзной государственности был дан Декларацией о государственном суверенитете России от 12.06.1990 г., с которого, собственно и начинается новый этап ее исторического развития. Политическая война, которую вели между собой оба государства завершилась, в конечном итоге, распадом структур союзной государственности. Непосредственное влияние на такой исход событий оказало то обстоятельство, что в унифицированную, многоуровневую и централизованную систему организации государственной власти и управления были введены в республиках, по аналогии с союзной государственностью, институты президента.

Внедрение в советскую модель власти генетически несовместимого с ней института явилось другим по своим политико-правовым последствиям импульсом в развитии российской государственности, предопределившим, по существу, содержание ее последующих изменений и судьбу в целом.

При этом необходимо иметь в виду, что в процессе разложения российской государственности обе ее составляющие представительная (законодательная) и исполнительная (административная) ветви власти, образующие их институты, так изменили свои собственные позиции в ее формальной структуре и так преобразовали свои функции и полномочия, что это не могло не привести к общей дестабилизации политической ситуации в стране. Отсюда институциональный конфликт, завершившийся ликвидацией одной из сторон противостояния другой.

Исследуя опыт, накопленный Россией и другими государствами за последнее столетие, автором анализируется эволюция развития правовых основ системы органов власти и предлагается общий вывод о существовании тенденции усиления роли органов исполнительной власти в современном государстве. При этом, подобные тенденции сохраняются независимо от национальных особенностей государств: форма государственного устройства, форма государственного правления, тип рыночной системы и мн. др.

Второй параграф посвящен политико-правовому анализу перспектив эволюции российской государственности и возможности возникновения относительной самостоятельности государства в условиях демократического общества.

Автор отмечает, что одним из видов современного международного политического процесса является демократизация, которая привлекает все большее внимание со стороны как западных, так и российских исследователей. Это связано с тем, что последние десятилетия характеризуются падением авторитарных режимов и попыткой утверждения демократических институтов во многих государствах мира. Известный исследователь С. Хантингтон, характеризует этот процесс как третью волну демократизации, охватившую большую группу стран. Характеризуя этот процесс как мировую демократическую революцию, он отмечает, что к началу 90-х г. ХХ в. «демократия рассматривается как единственная легитимная и жизнеспособная альтернатива авторитарному режиму любого типа»17.

Опыт политического развития стран, переживающих третью волну демократизации, явился в некотором роде опровержением оптимистических выводов С. Хантингтона, показав всю неоднозначность и противоречивость этого процесса. Речь, прежде всего, идет о том, что во многих странах демократизация привела к установлению отнюдь не демократических режимов (ярким примером этому может служить большинство стран бывшего СССР).

В современных условиях обществу и государству важно осознать опасность запретов и преодолевать предрассудки о «сильном давлении» как о символах правопорядка. Противоположность интересов социальных групп отражает, прежде всего, реальные общественные противоречия. Отсутствие нормального разрешения загоняет их вглубь и всячески способствует возможности проявления относительной самостоятельности государства. Простые проблемы общественного и государственного развития могут вызывать даже открытые антагонизмы социальных слоев. Если в рамках существующего политико-правового режима они не имеют возможности выразить свои интересы и найти общественно значимый способ их реализации, то это не значит, что потребность в их выражении и реализации исчезает.

Хотя многолетняя практика запретов и создавала иллюзию единства и правопорядка, она приводила к тому, что часть общества не только выпадала из процесса созидательного творчества, но и своей деятельностью противостояла достижению общих интересов и целей.

Таким образом, практика запретов создает в обществе обширный слой оппозиции – хотя и «теневой», неявной – а чаще всего приводит к апатии и политической пассивности, факторах деструктивно влияющих на развитие общества и государства. Более того, как антиобщественная пассивность, так и антиобщественная активность неполитического характера могут служить основой для деятельности разного рода «политических авантюристов», националистических и антиобщественных организаций.

Без гибкого политического и правового механизма, основанного на плюрализме, способности идти на уступки и компромиссы, учитывать реальность, находить общие интересы всех социальных слоев и групп возможно реальное обострение борьбы за власть как в рамках действующих институтов, так и во вновь возникших организациях, а также между ними. «Забвение» интересов отдельных слоев и групп населения страны может привести к размежеванию общественных сил и расколу их единства.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»