WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |

Правовое чувствование основывается на непосредственном эмоциональном переживании настоящего права, не всегда выраженного в юридической норме; эмоционально-ментальном нахождении различных проявлений права; передаче установлений права на эмоционально-волевом уровне; внутреннем ощущении правового и неправового.

Правовое чувствование – это эмоционально-ментальное и волевое восприятие и осознание правовой идеи и юридического действия.

Без понятия «смысл» духовно-культурологическое понимание правосознания трудно представить. Смысл правового сознания есть его основополагающее, фундаментальное начало, ментальная первооснова, духовная инварианта, интеллектуально-культурологический первоэлемент.

Нахождение и духовное принятие смысла правосознания позволяет рассмотреть историю развития мировой юридической традиции не в контексте ее случайности, бессмысленности, «беспорядочности», а как необходимый для социального порядка процесс актуализации детерминированных данным правовым смыслом и эйдосом правокультурных потенций. В таком духовно-культурологическом измерении юридизм как явление духа и практики приобретает адекватную ему правосмыслообразующую устремленность.

Правосознание как духовный, интеллектуально-ментальный и идейно-психологический центр правовой действительности предполагает свой смысл. Но важно, чтобы данный смысл отличался бы духовно-культурным началом. Он должен быть ориентирован на свободу, справедливость, ответственность.

Важнейшей духовной и культурной задачей любой традиции права должно быть предложение отдельным субъектам права и обществу в целом правового смысла, выражающего значение существования и действия правосознания, проявляемого в мысли и поступке.

В познании сущности, природы, назначения юридического мира, правовой традиции общества методологическую роль также играет эйдос правосознания.

Исходным моментом логической части правового сознания предстает эйдос (идея) как смыслообразующая и системообразующая духовная и интеллектуальная константа. Именно в этом кроется истинная сила и интеллектуальный масштаб правосознания (в узком смысле этого слова), долговечность, постоянство, устойчивость и преемственность традиции права, правосознания, юридической культуры. Пример тому дух римского права, на основе которого воспитано не одно поколение юристов, правоведов. Прошли десятки столетий, но он продолжает оказывать влияние на западную и общечеловеческую правовую культуру, участвуя тем самым в юридическом прогрессе. Римский юридический эйдос в значительной мере сформировал западную правовую культуру, которая восприняла многие правовые открытия, достижения Древнего Рима.

Эйдос правосознания характеризуется тем, что это смыслообразующая идея правосознания; ментальное начало, выражающее мировоззренческую заданность правосознания; основа абстрактного правосознания, из которой логически выводятся остальные идеи данного правосознания; системообразующая духовно-интеллектуальная константа, идейно скрепляющая юридическую традицию общества.

Эйдос правосознания есть основополагающая идея, своего рода «идея идей», смыслообразующая его внутреннюю сущность, содержание, функционирование, предназначение.

Исходя из духовно-культурологического подхода вполне возможным представляется создание целостной единой теории правосознания, правовой культуры, права. В контексте такого юридического анализа данные феномены имеют общие духовные, культурологические, психологические основания. Существующие ныне разнообразные концепции, объясняющие по-разному природу, сущность, назначение права, зачастую упускают из виду данное обстоятельство, неправомерно при этом абсолютизируя и преувеличивая значимость того или иного фактора. В то время как духовно-культурологический подход акцентирует внимание на общекультурных, глубинных, первичных, фундаментальных основаниях правового бытия. Он интегрирует правовую реальность в духовно-ментальный, умственный, нравственный, культурологический строй социума и этноса, синтезирует самые разнообразные общественные и юридические явления в один общий контекст.

По нашему убеждению, на место догматическому, заформализированному правосознанию должен прийти человечный тип – духовно-культурный.

Духовно-культурное правосознание выражает социальную и правовую духовность, духовный мир человека; основывается на ценностях общечеловеческой и национальной культуры; сочетает духовные и формально-юридические начала; ориентируется на нравственно-метафизические основы человеческого поведения; стремится познать правовую идею, и на основе этого смысл правовой действительности; выражает понимание права как явления духа, культурологического состояния общественного сознания; направляет юридическую традицию общества в русло поиска надпозитивных истоков права.

Заложенная в таком правосознании духовная юридическая энергия не дает праву и закону застыть в неизменном состоянии, придает необходимый импульс для их позитивного имманентного совершенствования, усиливая тем самым общий и конкретно-юридический процесс регуляции общественных отношений. Данная правопсихологическая энергия пробуждает в законодательном и правоприменительном правосознании желание реализовать с максимальной отдачей имеющиеся в праве и законе юридические средства (резервы) и силы для воплощения в жизнь. Внутренняя энергия духовно развитого правосознания заряжает субъекта импульсами правовой духовности, дабы направить его на путь созидания справедливого законодательства и справедливой его реализации.

Таким образом, правовое сознание можно определить в виде духовной целостности правовых и отчасти общесоциальных идей, взглядов, представлений, убеждений, чувств, эмоций, настроений и т.д., идейно и психологически определяющей и осознающей правовые феномены.

Духовно-культурное правосознание есть тип целостности правовых и общесоциальных идей, взглядов, представлений, убеждений, чувств, воли и др., который выражает духовность, ценности общечеловеческой и национальной культуры, стремится к нравственным основам бытия и на основе этого субъекту дается понимание правомерного и неправомерного в жизни человека и общества.

Культурно-исторический и духовный статус правового менталитета имеет определенную автономность во внутреннем мире правосознания. Он сохраняет особенную идентичность, бережет свои богатые душевные силы. Наличие у правового менталитета имманентной рефлексии по поводу собственного места в ряду других правовых феноменов показывает его культурную и духовную самобытность. Для него присуще то, что он выражает соответствующий образ (способ) восприятия, оценки, переживания, в общем осмысления правовых реалий; выступает как духовно-умственный правовой уклад, характеризующийся культурологической специфичностью; предстает этноправовым инвариантом правовой культуры, «хранителем» юридической традиции общества. В нем дух закладывает способность к постоянству, степень устойчивости правопорядка в различные этапы развития общества, в том числе и в кризисные.

Правовой менталитет – это глубинный уровень правосознания, выраженный в структурированной единой и целостной общности правовых представлений, стереотипов, привычек, реакций и др., в характере и способе юридического восприятия.

Но правовой менталитет не в силах самостоятельно теоретически и идеологически осмыслить правовую действительность. Здесь необходимо наличие абстрактного (логического) правосознания. Оно есть выраженная на категориально-понятийном уровне правовая мысль.

Абстрактное правосознание в целостном виде осуществляет рациональный (дискурсивный) путь познания правовой действительности, используя для этого законы и принципы формальной логики; в нем представлен теоретический ум юридического духа, творящий юридические понятия, гипотезы, доктрины, конструкции и т.п.; выражает рациональное (логическое) начало взятое как таковое, хотя в жизни его невозможно выделить в виде самостоятельного явления, но это возможно на теоретическом уровне; осмысливает закономерности и логику правовой действительности; проводит технико-юридическую экспертизу принимаемых законов и других нормативно-правовых актов, дает заключение об их законности или противоправности, вырабатывает рекомендации по совершенствованию данных актов.

Важное значение имеет и юридическое подсознание. Оно образует духовную подструктуру, наиболее глубокий слой, бессознательный уровень правового сознания, неосознаваемый чисто рационально-логическими средствами, где происходит процесс созревания правовой идеи и чувства.

Юридическое подсознание выступает в виде источника озарения, интуиции, иррационального проявления в правовом бытие; является носителем правовой информации, полученной индивидом в процессе его жизни; в значительной мере определяет правовые привычки, стереотипы мышления и поведения человека; способствует (дополняет) логическому пути в правовом познании путем привнесения медитативно-созерцательного, непосредственно-интуитив­ного знания; является основой (наряду с абстрактной правовой мыслью) правового творчества, в частности используя для этого инсайт.

Юридическое подсознание представляет собой духовную структуру, бессознательный уровень правосознания, неосознаваемый чисто рациональными средствами, где накапливается правовая информация, запечатлевается весь приобретенный юридический опыт, происходит процесс созревания правовой идеи и чувства.

Глава II. Российский правовой менталитет

В первом параграфе главы дается общая характеристика менталитета российского социума.

Российская ментальность представляет собой многослойное, многоуровневое образование. В ней сочетаются (переплетаются) самые разнообразные культурно-исторические, умственно-психологические образы, символы, стереотипы мышления и поведения, духовно-смысловая инварианта как бессознательного, так и сознательного уровня, этнонациональные привычки, ответные психологические реакции на стандартные, типичные (повторяющиеся) ситуации и вместе с тем проявление имманентно ей присущего социокультурного «ответа» на непривычные, для нее нестандартные общественные явления, процессы, действия.

Она несет в себе постоянство, устойчивость индивидуальных, групповых, массовых, общественных духовно-психологических структур российского сознания, выражает этногенетический код общества, национальный характер народа, образ его жизни, быта, культуры. Это такая духовная подсистема, которая всем ходом умственно-интеллектуального, культурного и иного развития российского общества призвана отразить психологический генотип российского этноса, сохранить его и по возможности приумножить.

В этом смысле трудно переоценить значение ментальности российского социума, ибо она в системе социальных структур является одним из важнейших «накопителей» инвариантных общественно-духовных, этнокультурных величин – ценностей, установок, убеждений, традиций, ритуалов, стереотипных моделей поведения, эмоциональных движений («жестов»), реакций, импульсов, интенций и т.д.

Для российской ментальности характерным является традиционализм, коллективизм, ярко выраженный антииндивидуализм, склонность чрезмерно идеализировать определенные проявления жизни. Вместе с тем присутствует стремление к правде, добру, равенству, милосердию и др. Специфический отпечаток на российскую ментальность накладывает религиозное и этическое многообразие России.

Все это находит свое выражение в правовом менталитете российского общества, анализу которого посвящен второй параграф главы.

Он изначально отличался небрежным, отрицательным отношением к законам государства. Эта закономерность отечественного менталитета не перестала действовать и поныне, она только приняла несколько иные формы, обусловленные радикальным, революционным переустройством всей нашей социальной действительности.

Повсеместное нарушение правовых предписаний, скрытое, а порой откровенное попирание права, противодействие осуществлению в жизненном пространстве людей юридических нормативов – все это и многое другое есть не что иное, как проявление российским менталитетом жесткого юридического нигилизма, которое условно можно назвать правоаксиологическим.

Российскому правовому менталитету также присущи этатизм, психологическая амбивалентность, слабость индивидуального начала, противопоставление идеи закона и идеи правды, юридического установления и нравственного чувства и др.

Для отечественного правового менталитета привычным предстает противопоставление идеи закона и подзаконного акта. В правовом плане это вылилось в невероятно циничном доминировании всевозможных инструкций, приказов, распоряжений над волей закона. Запутанные и не всегда понятные самим создателям циркуляры министерств и иных ведомств стали напрямую расходиться с предписаниями законов.

Безусловно, что с этим положением вещей мириться никак нельзя. Идея господства закона в отношении подзаконных актов должна стать обыкновенной установкой российского правосознания, менталитета. Здесь нет ничего сверхъестественного. Данный правовой постулат есть проявление юридической культуры власти и общества, зрелого правового мировоззрения. Важно постараться не только на теоретическом уровне воспринять идею доминирования закона над всеми нормативно-правовыми актами, но и на эмпирическом уровне начать ее осуществлять. Здесь необходимо проявить правовую волю и настойчивость, дабы не свернуть с пути укрепления законности, в основе которой находится фундаментальная правовая идея господства закона.

Также российская ментальность характеризуется стремлением к справедливости. Ее имманентные структуры ориентированы на поиск правды, справедливости больше в религиозных (божеских) ценностях, чем в праве, законе. Последние не вызывают в душе россиянина особых положительных чувств и эмоций, ибо в его представлении (ставшем ментальной установкой) в праве нельзя найти правду. Для него право (закон) есть скорее инструмент государственного принуждения, своеобразная юридическая «палка», имеющая, главным образом, один конец – кара, насилие, наказание, ответственность. И меньше всего законы государства выступают в виде гуманных, справедливых правовых средств защиты личности.

На содержание российского правового менталитета в значительной мере повлияло то, что люди в России веками видели несправедливость, неправду, творимую властью, предвзятый характер решений судей и т.п., что не могло не вызвать отрицательного отношения к законам государства, к правосудию. Но при этом забывалось, что проще осуждать того, кто нарушает закон, чем самому его исполнять. Иными словами, куда труднее развивать свое сознание, в котором идет схватка взаимоисключающих мыслей; перед каждым человеком постоянно стоит выбор – жить по совести и закону или «забыть» об их существовании.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»