WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Изучая особенности начала формирования образа войны и врага со стороны советского солдата, диссертант приводит интервью, взятое им у нынешнего жителя Минска П.В.Каменского. Павел Владимирович встретил войну на советско-германской границе 22 июня 1941 г. Он до сей поры, помнит шок, вызванный появлением в небе немецких – еще недавно дружественных по определению самолетов. Исследуя метаморфозы советской пропаганды, в короткий срок поменявшей знаки «подачи» образа Германии в связи с разрывом союзнических отношений с этим государством, факторы формирования устойчивого образа врага диссертант отмечает противоречивость этого процесса.

С принятием в первые дни Великой Отечественной войны постановления Политбюро ЦК ВКП(б) о начале пропаганды среди населения и войск противника советские пропагандистские службы стали выпускать листовки и газеты для солдат Вермахта. Однако методы пропаганды испытывали инерцию довоенного времени и не учитывали иные жизненные ценности, специфику образов войны, формируемых ведомством Геббельса. Советские плакаты первых месяцев войны оформлены в духе марксистских посылов с их упором на важность социальной принадлежности солдат противника33. Исследование кино-фотодокументов июня-декабря 1941г. позволило историкам выделить два этапа в представлении образа немецкого народа: для первого характерно представление его как трусоватого и глупого, но достаточно миролюбивого, обманутого правителями; второй этап, начавшийся в разных районах СССР в разное время, ознаменован переходом к показу зверств врага и ущерба, нанесенного советскому государству34.

Ссылаясь на архивные и мемуарные источники, автор диссертации заключает, что в первые месяцы войны мыслящая часть советского общества была в неведении относительно подлинной ситуации на фронтах, и окончательный перелом в артикулировании сущности противостояния произошел к 1942 г. В разделе представлены материалы, отражающие противоречивость действий органов пропаганды на территории Белоруссии в первые месяцы войны. Наиболее резкий переход к формированию образа врага произошел, как показывает изучение газет республики, именно здесь: подлинное лицо фашизма первыми увидели жители приграничных районов Белоруссии. Газеты и листовки партизан призывали к священной ненависти и мщению.

С началом войны стали перестраивать свою работу и пропагандистские структуры Татарской АССР, в оперативном порядке менявшие тематику публичных лекций, планы издания популярной агитационной литературы. Одновременно наблюдались узкие места пропаганды республики, что нашло отражение в архивных материалах35.

Во втором разделе «Анализ немецкого варианта идеологического обеспечения войны в историко-политической мысли» диссертант анализирует образ Победы, конструируемый немецкой пропагандой, его эволюцию, продиктованную ситуацией на фронтах по мере наступления Красной армии. Диссертант, со ссылкой на приложения, данные в его Работе, анализирует особенности и лейтмотивы визуальной пропаганды противника. Он отмечает, что в плакатных материалах германская пропаганда эксплуатировала антисемитские тезисы о природы и сущности политики советского руководства. Обобщая особенности визуальной пропаганды по формированию немецкой стороной образов Германии, врага, Победы, диссертант приходит к выводу о том, что в немецкие плакаты более серьезны, в то время как советские в большей степени используют приемы карикатуризации.

Образы победы, врага отражены в мемуарах практически всех высших офицеров немецкой армии. Наиболее характерным примером являются мемуары начальника пресс службы министерства иностранных дел Третьего Рейха оберштурмбанфюрера Пауля Карла Шмидта 36. Плакаты, предназначенные для Вермахта, населения Германии и оккупированных стран так же педалировали тему неизбежности победы. Однако мотивация победы и войны в целом влияли на эволюцию немецкой пропаганды.

Доминирующими спекуляциями немецкой пропаганды на оккупированной территории стали тезисы об ужасах, которые принесут с собой большевики по возвращению на оккупированные немцами территории. Исследователи приводят названия статей из белорусскоязычной газеты «Пагоня», печатавшейся в Барановичах37.

Специалист по оккупационной печати на территории Белоруссии в годы войны Жумарь С.В. в своей работе прослеживает этническую составляющую особенности пропагандистских технологий немецких властей, отмечая, что для командования тыловых частей, жандармерии, СД была характерна двойственная политика натравливания поляков на белорусов, на словах поощряя последних»38.

Реакция на попытки немецких властей стравить народы оккупированных территорий-поляков, украинцев, белорусов, прибалтов, русских отражена в листовке Барановического областного комитета КП(б) «Усилением борьбы ответим на зверства фашистов». В листовке сообщалось о расправе над мирными жителями деревни Кражин 53-го «украинского» батальона под командованием «немецкого шпиона, черного предатяля Захаренко»39.

В третьем разделе «Современные тенденции изучения образов войны» выявляются особенности анализа образов войны в период общественно-политических перемен в России 1990-2000 гг. Отмечена противоречивость тенденций переосмысления образов войны, ее истоков и значения Победы.

Диссертант отталкивается от образов войны, разработанных в советский период - конструктов, созданных в условиях «холодной войны» и идеократической системы партийного и государственного контроля за публикациями по истории Великой Отечественной войны. Ключевыми образами, формировавшимися на основе тех, что были очерчены еще в выступлениях И.Сталина, явились образы Родины, народа-мстителя, Германии, образ врага, образ войны как новой чрезвычайной реалии повседневной жизни. Обозначилось исследование образа тыла. Наряду с исследованиями, посвященными деятельности Коммунистической партии на фронте и в тылу, вопросам социальной политики, состояния и развития тыла, развития культуры, науки и здравоохранения в период Великой Отечественной войны к середине 1980-х годов был издан коллективный труд ученых АН СССР под редакцией А.В.Митрофановой, посвященный комплексной проблеме истории советского тыла, отмеченный, по оценке А.Д.Григорьева, аргументированными и обоснованными выводами и оценками40.

Патриотизм в предыдущие десятилетия трактовался как синтез почвенного, традиционного для Росси чувства любви к Родине веры в социалистическое будущее. Анализ образов войны испытывал влияние официальных идеологических установок, что сказывалось на адекватности восприятия многих реалий войны, на полноте информации о ее трагизме. Практически впервые констатация отсутствия правдивой истории Великой Отечественной войны прозвучала в издании «История и сталинизм»41.

Важнейшей вехой перемен в общественной мысли и историографии войны стал роспуск КПСС и ликвидация партийного идеологического кураторства в историко-политических исследованиях. Место партийного коммунистического руководства заняла публицистика, партийные силы новых политических структур. На начальном этапе «ревизии» истории войны преобладало описание и комментарии «от противного» с присущим ей эпатажем. Безапелляционность и дилетантизм сопровождали многие публикации в СМИ, многочисленных опусах. Параллельно шел процесс накопления и освоения новых материалов по истории войны, влиявших на представления о ней уже послевоенных поколений.

Специальный сюжет посвящен анализу хода и состояния дискуссии вокруг книг В.Суворова, которые трактуются диссертантом как фактор активизации поиска новых версий и подходов к образу врага, роли СССР в крупнейшей из войн человеческой истории. Представлены аргументы42 и контраргументы43 версии о готовившемся превентивном ударе СССР по Германии. Отечественные исследователиА.Н.Мерцалов и Л.А.Мерцалова уличают В.Резуна в методе умолчания: из его книг выпали Гитлер, фашизм, НСДАП, их цели и агрессивные планы. Критики Суворова квалифицируют этот прием как эксплуатацию устойчивого заблуждения, свойственного обыденному сознанию, склонному видеть лишь поверхностные факты и явления44. Мельтюхов считает, что традиционная официальная версия об оборонительных намерениях советского руководства недееспособна. Он предлагает отказаться от предположения о его миролюбии его политики в период 1939-1941 гг. И все же он не рассматривает нападение Германии на СССР как превентивный удар.

Частью образов врага, Родины, Германии является тема коллаборационизма в пользу немецких войск и властей. И.А.Гилязов Формулирует понятие непрямого коллаборационизма: практически все этнические территории тюркских народов во время войны не были оккупированы и находились довольно далеко от театра военных действий. В так называемом опосредованном коллаборационизме идеальный (идеологический) мотив – национальный фактор – играл гораздо более значимую роль. Однако исследователь признаёт, что в противостоянии СССР и нацисткой Германии высокое чувство патриотизма, верности советских людей своей Родине сыграло громадную роль45.

Диссертант обращается к истории Локотской республики и особенностям формирования образа Германии на оккупированной территории Белоруссии. В Локоти, небольшом поселке Брянской области, осенью 1941 г. коллаборационисты К.Воскобойников и В.Каминский организовали «республику» как альтернативу советской государственности со своим культом «мученика» Воскобойникова46.

В диссертации подчеркивается, что с начала 1990-х годов идет ползучая ревизия оценок войны в странах Балтии, на Украине. Эта тенденция проявляется и по отношению к истории подвига Мусы Джалиля. Для татар-участников войны явилось шоком заявление Ф.Байрамовой, сделанное на ее сайте в Интернете о том, что германский национал-социализм олицетворял для татар освободительную миссию, а Герой Советского Союза Муса Джалиль является предателем своего народа47.

Общественные перемены и трансформации, пережитые российским социумом в 1990-2000гг., происходили в тесной связи с переходом к информационному обществу. С одной стороны, это сделало общество более открытым для информации. С другой стороны, информация стала главной ценностью самих материальных объектов и главным элементом политического и идеологического воздействия. Все это явилось глобальными по значимости факторами переоценки образов Великой Отечественной войны в общественной мысли рубежа ХХ-ХХI вв.

Анализ тенденций историко-политического изучения образов в 1990-2000-е гг. войны позволяет заключить, что оно пережило очевидную эволюцию. Если в советский период образы Родины, народа, врага, Германии, трактовались как статичные, то с 1990-х гг. начались интенсивные дискуссии по ряду принципиальных оценок истоков войны, роли СССР в войне. В 2000-е гг. обозначилось стремление отечественных историков к комплексному анализу политических аспектов образов войны. Можно провести условную разделительную линию между публикациями, выполненными в русле традиционного, порой плакатного пафоса, фактографичности описания отечественной истории 1941-1945гг. и работами, анализирующими психологические мотивации патриотизма, его многозначность и сложность как исторического феномена.

В заключении диссертации подведены итоги и сформулированы выводы исследования.

Содержание диссертации отражено в следующих публикациях:

I. Публикации в изданиях, рекомендованных ВАК РФ:

1. Поливанов Я.М. Идеологемы войны в коллективной исторической памяти: опыт анализа динамики» / Я.М.Поливанов // Вестник Чувашского университета. – 2008. – №4. – С.97-102.

2. Поливанов Я.М. Историко-политологическое изучение Великой Отечественной войны: современные тенденции отечественной историографии / Я.М.Поливанов // Известия Алтайского Государственного Университета. – 2009. – февраль. – №4-5.-С.75-82

II. Статьи, опубликованные в других научных изданиях:

3. Поливанов Я.М. Героическое прошлое / Я.М.Поливанов // Аргамак. – 2005. – №2. – С. 2- 6.

4. Поливанов Я.М. Фашистская пропаганда: методы и приемы формирования образа войны / Я.М.Поливанов // «Дни науки» Института управления, экономики и социальных технологий КГТУ: Сб. статей и сообщений молодых ученых и студентов /Я.М.Поливанов. – Вып. Х. – Казань: КГТУ, 2006. – С.130-133.

5. Поливанов Я.М. Документальные фото- и кинокадры как первоисточник воссоздания образа Великой Отечественной войны / Я.М.Поливанов // Научная сессия (5-9 февраля 2007 г.): Аннотация сообщений. – Казань: КГТУ,2007.-С.176

6. Поливанов Я.М. Конформизм или патриотизм: парадоксы советского сознания в годы Великой Отечественной войны /Я.М.Поливанов // История и регионология: грани пересечения: Сб. научных статей. – Казань, КГТУ. – С. 170-176

7. Поливанов Я.М. История второй мировой войны: дискурсы современной историко-политической науки /Я.М.Поливанов // Сталинградская битва, великий подвиг народа. Материалы межрегиональной научно-практической конференции. В 2-х частях. Часть 1./Под общей ред. В.В. Андреева. – Чебоксары: ЧКИ РУК, 2008. – С. 176-180.

8. Поливанов Я.М.Начальный период Великой Отечественной войны в современной историографии //Общественно-политическая мысль и духовная культура народов Поволжья и Приуралья (ХIХ-ХХвв.). Проблемы изучения: Сборник статей и сообщений научной конференции, посвященной памяти профессора С.М.Михайловой / Под общей редакцией Г.П. Мягкова, Р.А. Набиева. – Казань: Изд-во КГУ, 2008. – С. 193-198.


1 Вельцер Х. История, память и современность прошлого // Неприкосновенный запас. – 2005. – № 2-3. – С. 28.

2 За период 1942-1953 гг. сборник речей И.В. Сталина «О Великой Отечественной войне Советского Союза» выдержал 40 изданий общим тиражом более 4 млн. экземпляров (Автор выражает благодарность И.В. Федотову за предоставление сведений из его неопубликованных материалов).

3 См.: Калиметов И.К. О предмете социокультурной истории // Казанский университет как исследовательское и социокультурное пространство: Сб. науч. статей и сообщений. – Казань,2005. – С.329-336

4 Ванников Б.Л. Записки наркома // Знамя. – 1988. – № 1. – C. 133

5 Тузиков А.Р. Идеологическое значение истории и общественных наук в современном российском обществе // Историческое образование в вузах Казани: Матер. научно-практич. конф.20-21 октября 2006 г. – Казань,2006. – С.12-13.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»