WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Текст Гачева не предназначен для последовательного чтения. Он устроен как набор мест. Каждое место "является рабочим инструментом, зеркалом и прожектором для выяснения и просвечивания другого, очередного - и при этом этот сам еще уточняется, получая импульс обратных связей и волн". Нелинейность связана с тем, что текст строится с установкой на демонстрацию реальных мыслительных процессов, которые не линейны, а совершаются за счет скачков. Текст Гачева не имеет методического, логически последовательного строения, а строится за счет рефлексивных поворотов. Пространство текста складывается из четырех мест: Аристотель, Стэвин, Паскаль, Галилей. Характеристики каждого из мест проявляются на пересечении, встрече, противопоставлении с другими. Содержание текста возникает с разворачиванием пространства для мысли и рефлексивных переходов. Гачев стремится не описать различия между местами, а разыграть своеобразный диалог между Архимедом, Стэвином, Паскалем и Галилеем. Он называет их "научными персонажами".

В силу того, что Гачев стремится к показу, демонстрации, а не отстранённому наблюдению-описанию, его текст приобретает черты, свойственные литературным текстам, используя приёмы драматизации, поэтизации и ритмизации.

Наряду с топической и рефлексивно возвратной структурой, текст организован еще и линейно: но не методически, а через указание дат написания разных фрагментов текста. Одной из главных задач Гачева является свести воедино разошедшиеся за время научно-предметного раздробления мира знание и понимание, осуществляя принцип освоения=отнесения к себе. Так рождается жанр ""привлеченного мышления", или "жизнемысли", который Гачев противопоставляет научному этикету. А-методичность текста и а-методическое рассмотрение науки для Гачева - не отрицание науки, не противопоставление ей, а наоборот, расширение самосознания науки. Гачев утверждает дополнительность двух парадигм: сциентистской и эссеистской, определяя для каждой из этих парадигм собственные области проблем и задач.

Текст Гачева представляет собой движение по границе между методичностью науки и а-методичностью литературы. Такого рода тексты не выражение "архаичности", неразвитости мышления, но наоборот, они фиксируют переломные моменты в мышлении, "культурные взрывы".

Таким образом смена ценностных ориентиров, концептуальные изменения в методологии науки, смена историографических методов исследования науки происходит вместе с изменениями в выразительных, текстовых средствах. Они постепенно также становятся объектом сознательной рефлексии исследователей и аналитиков науки, что приводит в появлению новой для методологии науки формы текстов - перформативных.

Третий параграф “П.Фейерабенд “Против методологического принуждения” посвящён анализу наиболее яркого перформативного текста в методологии науки - работе П.Фейерабенда “Против методологического принуждения”.

Само название работы “Against Method” представляет собой подлинный перформатив (по Остину). Предложение “Against Method” есть вербальное сопровождение действия, направленного против метода. Таким действием является весь последующий текст.

Действие против метода это прежде всего коммуникативное действие, направленное на инициацию и организацию коммуникации (столкновений, критики, анализа) вокруг проблемы метода. Здесь главным является постановка вопросов и спор, который поддерживает движение мысли, а не изложение результатов. Высказывания в тексте в первую очередь представляют собой коммуникативное действие, потом вопрос и уже в последнюю очередь ответ.

Коммуникативное действие организуется за счёт адресности текста, которая обеспечивается позиционно организованным текстом: различные ситуации в науке задаются через позиции и их отношения. За счёт этого текст может использоваться в качестве пространства самоидентификации читателем (который тоже введён как отдельная позиция в тексте). Читатель может поставить себя на то или иное место и тем самым выстроить своё отношение к тому, что сказано в тексте. Фейерабенд сам использует введённое им позиционное пространство. Это позволяет ему не только продемонстрировать образец использования позиционного пространства самоидентификации для читателя, но и даёт ему место из которого возможна критика науки. Одновременно Фейерабенд демонстрирует принцип “включённого исследования”: входя в одну из введённых им самим позиций, он становится сам включённым в те отношения, которые исследует.

Этот текст - письмо к И.Лакатосу. Он представляет собой коммуникативное действие, совершённое в расчёте на ответ. Этим объясняется стиль текста - резкий и полемичный: каждая резкая фраза написана в расчёте на то, что на неё будет дан ещё более резкий ответ. Так в тексте выделяется пустое место - место для ответа. Отсутствие ответа - не случайность, возникшая из-за смерти И.Лакатоса. Здесь случайность смерти конкретного адресата переводится в принцип строения текста: это коммуникативно организованный текст, в котором задано пустое место для читателя. Пустое место выделено указанием на неполноту текста, на отсутствие в ней второй части.

Сам текст как действие против метода является исполнением анархистской теории познания. Текст не столько рассказывает об эпистемологическом анархизме, сколько является действием, которое производится из позиции эпистемологического анархиста. Фейерабенд демонстрирует позицию анархиста в двух разных планах. Во-первых, в плане теории науки, выступая против метода и факта, - основных положений теории науки. А во-вторых, с точки зрения принятых норм коммуникации. Парадигматику научного сообщества, как конституирующую целое, единство научного сообщества, определяют как единство концептуального и методологического аппарата, так и единство коммуникативных норм.. Фейерабенд же в силу перформативности своего текста последовательно проводит позицию эпистемологического анархиста, нарушая не только концептуальную и методологическую парадигматику, но и парадигматику коммуникации: его текст не теоретичен, не имеет фундаментального фактологического подтверждения, полемичен и эмоционален. И то отношение, которая вызвала к себе работа Фейерабенда при её выходе в свет, во многом было порождено выходом Фейерабенда за границы принятых коммуникативных норм. Одновременно это означает, что Фейерабенд добился поставленных целей: текст совершил необходимое коммуникативное действие.

Фейерабенд часто применяет приём имитации, когда представления об организации, принципах, нормах научного исследования не описываются, излагаются, а приписываются каким-либо фигурам и разыгрываются, представляются в их взаимодействии. Имитация напрямую связана с коммуникативным характером текста. Она позволяет сделать излагаемое зримым, позволить читателю увидеть то, что рассказывается и одновременно сделать для него описываемое максимально реальным, таким, чтобы оно стало его ситуацией. Имитацию не стоит сводить только к визуализации, наглядности. Разыгрывание, имитация, представление выполняет функцию мысленного эксперимента, позволяющего воспроизвести в действии операционально, описываемое явление, ситуацию, теорию.

Центром Фейерабендовского текста становится событие галилеевской революции в науке. Фейерабенд выполняет основное условие событийности: описание события может быть проведено только участником события или описывающий нечто происходящее как событие должен стать (представить себя как...) участником этого события. Галилеевская революция в физике - событие, участником которого является Фейерабенд, он расширяет временные и содержательные границы этого события. Для него “предприятие Галилея не закончено и в наши дни” и не ограничивается рамками физики. Собственное событие поворота к эпистемологическому анархизму Фейерабенд представляет как продолжение события, инициированного Галилеем. Благодаря такому параллельному описанию галилеевской физики, которая уже получила в культуре статус события, и эпистемологического анархизма появление эпистемологического анархизма приобретает событийный статус.

Фейерабенд представляет новый подход к историческому событию. Его текст - попытка искусственного создания события, прототипом которого и одновременно началом явилось событие галилеевской физики. Он достигает этого за счёт представления себя и Галилея находящимися в одной и той же интеллектуальной ситуации, но разыгрываемую в разное время, и являющимися участниками одного и того же предприятия.

Фейерабенд, критикуя эмпиристскую методологию науки, демонстрирует те же формы мысли, те же коммуникативные приёмы, то же отношение к языку, которые в своё время использовал Галилей.

Как и Галилей Фейерабенд часто применяется приём имитации, когда представления об организации, принципах, нормах научного исследования не описываются, излагаются, а приписываются каким-либо фигурам и разыгрываются, представляются в их взаимодействии.

Имитация напрямую связана с коммуникативным характером текста. Разыгрывание, имитация, представление выполняет функцию мысленного эксперимента, позволяющего воспроизвести в действии, операционально описываемое явление, ситуацию, теорию. Функционально имитация близка к репрезентативной функции моделей М.Вартофского.

Имитация основывается на представлении о понимании как освоении операциональной составляющей. Эта составляющая и организует логическое движение объяснения-понимания Б.Юдин называет эту составляющую “моделью действия”. Обычно эта составляющая находится в научных текстах в неявном или свёрнутом виде. В тексте Фейерабенда, благодаря имитации, она ставится явной, выявляя структуры действий, лежащие за теоретическими конструкциями и исполняя принцип текста как действия.

Имитация у Фейерабенда есть имитация в квадрате, имитация имитации, поскольку текст Фейерабенда является имитацией галилеевого метода мысленного эксперимента и связанного с этим способа письма. Фейерабенд не раз цитирует “Диалоги” Галилея. И использует приём имитации, заимствуя его в “Диалогах”.

Говоря о приёме имитации, здесь уместно сопоставить то, что делает Фейрабенд, с работой Л.Флека “Проблемы науковедения”. Эта работа интересна тем, что написана она в 40-е годы задолго до работ Фейерабенда и вообще постпозитивистских работ. Основными понятиями Флека при анализе науки были “стиль мышления” и “мыслительный коллектив”. Флек утверждал, что содержание фактов и наблюдений “определяется интерпретацией, вытекающей из принятого учёными стиля мышления”, и обусловлена наличной коммуникативной ситуацией. Интересным представляется то, что при сходстве подходов к науке, у Флека и Фейерабенда, проявляется и сходство в форме изложения. Так же как и Фейерабенд Флек использует форму диалогов Галилея. Статья “Проблемы науковедения” построена как диалог Симплиция и Симпатия, где один олицетворяет точку зрения “кумулятивизма” и реализма, а другой - точку зрения автора, утверждая невозможность достижения истинного знания, понимаемого как соответствие знания объекту, невозможность совершенной науки и совершенного знания, зависимость научной истины от индивидуальных, коллективных и культурных предпочтений; и эти точки зрения представлены через диалог двух персонажей.

А внутри этого диалога Флек (Симпатий) ещё раз использует приём разыгрывания ролей, обосновывая свою точку зрения демонстрацией реально произошедшей истории ошибочного открытия, как упорядоченной системе ошибок, возникающей как плод коллективного труда. Флек указывает фигуры научного коллектива, работающего над проблемой создания вакцины: 1 - молодой поляк, врач без специального образования, игравший роль руководителя коллектива; 2 - доктор права и философии, видный австрийский и политический деятель; 3 - рабочий с фабрики резиновых изделий, немецкий коммунист; 4 - молодой чешский врач с некоторыми элементами бактериологического образования; 5 - чешский ветеринар-практик без бактериологического образования; 6 - голландский студент-биолог со своим помощником, студентом III или IV курса медицинского факультета; 7 - венский кондитер. И затем Флек разыгрывает диалог между этими фигурами, который демонстрирует, как коллективные ожидания и представления обуславливают соответствующий этим ожиданиям научный результат.

Пример с Флеком важен для того, чтобы показать корреляцию между формой текста и его содержательными установками. А также то, что перформативный тип текста появляется не столько в определённом времени, сколько является следствием целевых и содержательных установок автора. И Флек и Фейерабенд вышли за границы науки и в своих текстах демонстрировали иную возможную организацию науки. Но работы Флека оказались несвоевременными и стали востребованы только теперь, когда ситуация поиска и разработки иных способов организации науки стала общезначимой, получила культурный статус.

Разбираемые нами выше средства построения текста Фейерабенда не случайны. Проблема языка, выразительных средств и восприятия представляет одну из центральных проблем Фейерабендовского текста. Являясь последователем Витгеншетйна, Уорфа, Остина, Фейерабенд понимал выражение (язык, высказывание) не только как описание, но и как определённое действие и внимательно относился к собственным выразительным средствам. Фейерабенд рефлексивно оборачивает проблематику выражения на свой текст. Разобранная выше специфика его текста есть результат сознательного конструирования.

Понимая, что для описания процессов развития науки как неразумной и антиметодологической игры существующие формы речи, не принимающие во внимание этих процессов, не годятся, Фейерабенд ставит задачу их разрушения и трансформации их в новые способы выражения и пишет не теоретический текст, а текст представление, демонстрацию, игру.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»