WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||

Общая основа формы накладок – вытянутый прямоугольник с соответствующим своеобразием оформления и расположения креплений. Преобладают изделия с двумя зонами креплений, количество заклепок зависит от формы накладки. Большинство предметов имеют заостренный, треугольный передний край. Задняя часть – прямая, фестончатая, раздвоенная и др. Различной длины мыс имеет башневидную, сердцевидную, фертовую форму.

В позднем средневековье облик пряжек стандартизируется, приобретает черты, характерные для всех одновременных кочевых культур. Таковым он оставался и в русское время. Сохраняются и отдельные специфические черты местной культуры, выраженные в первую очередь в способе оформления ременных накладок.

Глава 4 «История развития конского снаряжения» посвящена характеристике технологических особенностей изготовления деталей конского снаряжения, ходу и причинам трансформации вещевого комплекса, интерпретации социальной и этнической составляющей конского снаряжения.

Первый параграф «Технологические особенности производства элементов снаряжения коня» основывается на морфологических показателях отдельных элементов и известных металлографических анализах одновременных аналогий с сопредельных территорий. Выявляя значимые конструктивные детали предметов амуниции коня и особенности их производства, можно отметить некоторые этапы, различающиеся набором распространенных изделий, а значит, и применяемых в это время производственных приемов. Первый этап – это предмонгольское и начало монгольского времени, связанные с распространением разнообразных изделий, подтверждающих высокий уровень развития производства. Второй этап – монгольское и начало послемонгольского времени, когда отмечается минимизация приемов производства, уменьшение числа декоративно оформленных предметов, максимальное упрощение внешнего вида изделий и методов их изготовления. Вполне возможно, что это было связано с угоном монголами ремесленников и мастеров [Сунчугашев, 1979, с. 148–149]. Третий этап – русское время и этнографическая современность, когда фиксируется сравнительный расцвет материальной культуры. В конском снаряжении это связано с освоением новых производственных приемов и способов оформления изделий при сохранении определенной стандартизированной формы, разнообразием приемов украшения и декорирования отдельных деталей.

В целом можно вполне уверенно заявлять, в т.ч. на основании сравнений с аналогичными материалами с других территорий, что местное население самостоятельно производило большинство изделий, входящих в состав конского снаряжения, используя все известные для мастеров окружающих регионов технологические приемы.

Второй параграф «Трансформация снаряжения коня» показывает основные направления изменений, происходивших с рассматриваемым комплексом в позднем средневековье на Среднем Енисее.

Следует отметить важную черту изменения конского снаряжения, прослеживаемую на основании археологических источников. Модификация одного предмета не приводит к соответствующему изменению всего комплекса. Общая тенденция трансформации облика предметов конского снаряжения имеет единую основу – смену культурной традиции, но изменение отдельных предметов подвержено собственным закономерностям.

Объединяя направления трансформации отдельных частей конского снаряжения, можно выделить магистральные линии развития всего комплекса в целом. Так, к началу монгольской экспансии на территории Среднего Енисея бытует достаточно разнообразная лошадиная амуниция. Имеются ее локальные варианты, активно ведется поиск новых форм декорирования изделий, производятся изделия сложной конструкции и оформления. Постепенно проявляется общая примитивизация изделий, универсализация комплекса конского снаряжения. Происходит заметная стандартизация удил, султанчиков, седел и седельной фурнитуры. Стремена еще изменчивы. К концу монгольской эпохи – началу послемонгольской отмечается упрощенное оформление большинства предметов.

С конца XVII – начала XVIII вв. наблюдаются изменения в форме изделий. Стандартизация отдельных элементов конского снаряжения, произошедшая в монгольское время, сохраняется, но существует при несколько более сложном оформлении изделий. В этнографическое время можно наблюдать постепенный подъем материальной культуры. Изделия модифицируются, усложняются. Приходят новые формы, которые здесь закрепляются и изменяются.

Причины волнообразной трансформации конского снаряжения в позднем средневековье кроются в политических событиях, происходивших в Южной Сибири в это время. В XIII–XIV вв. монгольское завоевание привело к избавлению от излишеств в конском снаряжении, к наиболее простым формам – тем, что соответствуют типу боя, которого они придерживаются (конные лучники). В послемонгольское время, в период относительной политической самостоятельности населения Среднего Енисея, фиксируется своеобразное возрождение культуры, которое отмечается и в деталях конского снаряжения. Это проявляется в новых технологических приемах и особенностях внешнего и конструктивного оформления изделий амуниции лошади. Значительную часть этих изменений следует связывать с продвижением носителей русской культуры.

Содержание третьего параграфа «Этнические и социальные черты конского снаряжения» основано на утверждении, что погребения, выполненные по обряду кремации, принадлежат енисейским кыргызам, а по обряду ингумации – их кыштымам, т. е. народам, преимущественно, кето- и самоедоязычного происхождения.

Опираясь на находки конского снаряжения, учитывая особенности погребального обряда и сопроводительного инвентаря, можно говорить, во-первых, о единстве культуры населения Среднего Енисея в позднем средневековье и ее отличиях от сопредельных регионов. Во-вторых, возможно выделение локальных вариантов и их соотнесение с известными этническими группами. Например, выделяются ойский, койбальский и тубинский варианты. В них прослеживаются частные особенности конского снаряжения. При этом в целом они образуют единство комплекса, которое можно связывать с их сосуществованием в рамках Тубинского княжества послемонгольского времени.

Примеры возможного разделения конского снаряжения, исходя из социального статуса погребенных, достаточно условны. Нельзя забывать, что устанавливаемая археологом материальная дифференциация не всегда соответствует социальной стратификации. Однако имеющийся материал показывает относительную бедность позднесредневековых погребений с ингумацией, по сравнению с погребениями, относимыми к енисейским кыргызам.

Предметный комплекс конского снаряжения, очевидно, был един у мужчин и женщин. Основываясь на отдельных весьма информативных памятниках (например, Новоселовская Гора) и этнографических сведениях, можно выделять некоторые отличия в лошадиной амуниции по декоративным деталям.

Несомненно, что общая трансформация элементов конского снаряжения имеет взаимосвязанные политические и социальные причины. «Монгольское» конское снаряжение, как уже не раз отмечалось, обладает рядом черт, которые позволяют трактовать его как амуницию «для бедных». Простота оформления, изготовления и ремонта делает такое снаряжение особенно распространенным среди рядовых кочевников. А его широкое бытование может указывать на падение общего уровня достатка населения. Однако данное явление следует корректировать фактором политического характера – необходимостью военной мобилизации широких масс населения, что также способствует распространению соответствующего снаряжения. Очевидно, исключительная опасность для кыргызской государственности в это время привела к мобилизации всех людских ресурсов с соответствующим стиранием социальных различий во всаднической амуниции. По-видимому, у рядовых кочевников снаряжение коней не разделялось на военное и хозяйственное. С включением территории юга Средней Сибири в состав России в условиях большей политической стабильности и развития товарно-денежных отношений, конское снаряжение становится доступнее и богаче.

Заключение. Комплексный анализ археологических источников позволил реконструировать конское снаряжение XIII – начала XVIII вв. Таким образом, мы можем уверенно судить о составе лошадиной амуниции: это ременное оголовье с удилами и наносными султанчиками, а также деревянное седло, окантованное металлическими обивками, и стремена. Все детали закреплялись на коне с помощью ремней суголовья и подпруги, имеющих накладки, распределители, пряжки. Кроме того, на седло крепились пробои с упорами и вьючными кольцами. Всадник управлял лошадью при помощи кнута с фигурным навершием.

Археологические источники позволяют проследить несколько этапов развития технологии производства предметов конского снаряжения у местного населения. Отмечаются моменты подъема и упадка в производстве деталей амуниции коня. Объективные причины, связанные с внешним завоеванием, временным упадком местной технологической базы, обусловили, во-первых, универсализацию конского снаряжения населения Среднего Енисея и всех степей Евразии, во-вторых, упрощение облика и возможность использования всего набора лошадиной амуниции широкими массами кочевников.

В рассматриваемое время на территории Среднего Енисея дважды произошло изменение культурной традиции: начало монгольской экспансии и включение в состав России. Оба события отразились в конском снаряжении.

Археологические и этнографические материалы свидетельствуют о высокой роли верховой езды и коня в жизни и погребальной практике населения. Конь выступал как нечто само собой разумеющееся для нормальной жизни, как обыденность и обязательный ее компонент, а хойлаг – необходимый спутник после смерти.

Представленные в работе типологические разработки и выводы следует считать началом изучения конского снаряжения у населения Среднего Енисея в позднем средневековье. Более углубленное исследование возможно при последующем накоплении археологических источников, анализе массового материала по дополнительным деталям лошадиной амуниции. Настоящая работа подтверждает огромный потенциал конского снаряжения как одного из основных источников при воссоздании позднесредневековой истории народов крупного региона Сибири.

Список основных работ, опубликованных по теме диссертации

(общий авторский вклад 6,3 п. л.)

Статьи в журналах, рекомендованных ВАК:

1. Выборнов А. В. Скобелев С. Г. Деревянные основы седел из поздних погребальных памятников Среднего Енисея // Вестник НГУ. Серия: История, филология. – 2006. – Т. 5, вып. 3: археология и этнография (приложение 2). – С. 235–247. (авторский вклад 0,5 п. л.)

2. Выборнов А. В. Снаряжение коня у коренного населения Среднего Енисея позднего средневековья и начала Нового времени (по материалам археологических памятников) // Вестник НГУ. Серия: История, филология. – 2007. – Т. 6, вып. 3: археология и этнография. – С. 221–237. (авторский вклад 1,5 п. л.)

Статьи в сборниках научных трудов:

3. Выборнов А. В., Нечипоренко В. Н., Скобелев С. Г. Новая разновидность погребального обряда у населения Среднего Енисея в позднем средневековье - начале Нового времени // Археология Южной Сибири и Центральной Азии позднего средневековья. – Новосибирск: Новосиб. гос. ун-т, 2003. – С. 46–58. (авторский вклад 0,2 п.л.)

4. Выборнов А. В. Опыт типологии стремян из поздних археологических памятников бассейна Среднего Енисея // Интеграция археологических и этнографических исследований: Сб. науч. работ. – Алматы, Омск: ИД «Наука», 2004. – С. 171–174. (авторский вклад 0,5 п. л.)

5. Выборнов А. В. Наносные султанчики в материальной культуре позднесредневекового населения Среднего Енисея // Вестник Клио: Тр. гуманитарного факультета НГУ. Серия 2: Сб. науч. тр. – Новосибирск: Новосиб. гос. ун-т, 2006. – С. 7–28. (авторский вклад 1,0 п. л.)

Публикации в материалах конференций

6. Выборнов А. В. Основные направления эволюции стремян у населения Среднего Енисея в позднем средневековье и начале нового времени // Студент и научно-технический прогресс. Археология и этнография: Мат-лы XLII МНСК. – Новосибирск: Новосиб. гос. ун-т, 2004. – С. 49–52. (авторский вклад 0,4 п. л.)

7. Выборнов А. В. Стремена из погребений бассейна Среднего Енисея позднего средневековья – начала Нового времени // Традиционные культуры и общества Северной Азии (с древнейших времен до современности): Мат-лы XLIV РАЭСК. – Кемерово: Кемеровский гос. ун-т, 2004. – С. 240–244. (авторский вклад 0,4 п. л.)

8. Выборнов А. В. Наносные султанчики в составе конского снаряжения у населения Среднего Енисея позднего средневековья // Истоки, формирование и развитие евразийской поликультурности. Культуры и общества Северной Азии в историческом прошлом и современности: Мат-лы XLV РАЭСК. – Иркутск: Иркутский гос. ун-т, 2005. – С. 250–251. (авторский вклад 0,4 п. л.)

9. Выборнов А. В. Удила из поздних археологических памятников Среднего Енисея // Студент и научно-технический прогресс. Археология и этнография: Мат-лы XLIII МНСК. – Новосибирск: Новосиб. гос. ун-т, 2005. – С. 49–51. (авторский вклад 0,2 п. л.)

10. Выборнов А. В. Деревянные основы седел из поздних памятников Среднего Енисея // Студент и научно-технический прогресс. Археология и этнография: Мат-лы XLIV МНСК. – Новосибирск: Новосиб. гос. ун-т, 2006. – С. 79–83. (авторский вклад 0,3 п. л.)

11. Выборнов А. В. Общая характеристика конского снаряжения у населения Среднего Енисея в позднем средневековье и начале Нового времени // Археология, этнология, палеоэкология Северной Азии и сопредельных территорий: Мат-лы XLVI РАЭСК. – Красноярск: Красноярский гос. пед. ун-т, 2006. – Т. II. – С. 21–24. (авторский вклад 0,3 п. л.)

12. Выборнов А. В. Возможность выделения локальных вариантов культуры енисейских кыргызов в позднем средневековье (по материалам конского снаряжения) // Археология, этнология, палеоэкология Северной Евразии и сопредельных территорий: Мат-лы XLVII РАЭСК. – Новосибирск: Новосибирский гос. пед. ун-т, 2007. – С. 152–154. (авторский вклад 0,3 п. л.)

13. Выборнов А. В. К вопросу о границах периода позднего средневековья в истории населения Среднего Енисея // Студент и научно-технический прогресс. Археология и этнография: Мат-лы XLV МНСК. – Новосибирск: Новосиб. гос. ун-т, 2007. – С. 83–85. (авторский вклад 0,2 п. л.)

14. Выборнов А. В., Выборнов Е. В. Опыт создания компьютерной программы архивации археологической коллекции позднесредневековых артефактов // Студент и научно-технический прогресс. Археология и этнография: Мат-лы XLV МНСК. – Новосибирск: Новосиб. гос. ун-т, 2007. – С. 89–90. (авторский вклад 0,1 п. л.)

Подписано в печать 10.04.2008 г.

Формат 60 х 84

Уч.-изд. л. 1,4

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»