WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 |
  1. Время выбора фрагмента сокращается примерно в два раза, при этом различий для разных устных вариантов текста (ПЗТ и ЕЗТ) практически нет.
  2. Длина фрагмента при переходе с ПТ на ЕЗТ увеличивается в 1,5 раза, что вызывает сокращение общего числа фрагментов в протокольных записях на 31,4%; ПЗТ занимает в отношении этих показателей промежуточное положение.
  3. “Заглядывание вперед”: при переходе с ПТ на ЕЗТ резко сокращается число фрагментов, выделенных с опорой на последующую часть текста. У испытуемых, которые активно используют такую стратегию при работе с ПТ, фрагменты, выделенные с опорой на последующую часть текста, составляют около 40-50%. Эти же испытуемые при предъявлении ЕЗТ опираются на последующий текст в 2-5% случаев.
  4. При записи ЕЗТ полностью отпадает необходимость коррекции в выборе конца предшествующего фрагмента (при предъявлении ПТ и ПЗТ ошибочная, по мнению испытуемых, установка правой границы встречается, хотя и достаточно редко).
  5. Наибольшее число фрагментов с искажениями обнаруживается для обеих групп испытуемых в записях ПЗТ. Причина этого, скорее всего, в том, что "насильственное" прослушивание лишней (нефункциональной с точки зрения решаемой задачи) части текста, выступает в качестве помехи для удержания в памяти выбранного фрагмента. Различия в этом показателе между I и II группами испытуемых, которые обнаруживаются при всех способах предъявления текста, очевидно, связаны с длиной выбираемых фрагментов.
  6. Из семантико-синтаксических показателей наиболее чувствителен к способу предъявления текста показатель замкнутости: при записи ЕЗТ число замкнутых фрагментов-клауз резко увеличивается, доходя у отдельных испытуемых до 50%. Показатели связности и полноты изменяются незначительно, наблюдаемые изменения коррелируют с изменением показателя замкнутости.

Характер изменения семантико-синтаксических показателей, а также показателя длины фрагмента позволяет говорить о том, что различия в выборе фрагментов одним и тем же испытуемым при разных способах предъявления текста определяется не разным осмыслением текста диктором и самим испытуемым, а тем, что диктор при естественном чтении текста задает через интонационное членение более высокий срез лексико-синтаксический структуры, срез, более близкий к целостному смысловому образу сообщения.

Что касается общей оценки согласованности и однородности поведения испытуемых при разных способах предъявления текста, то здесь получены следующие результаты. В среднем в записях ПТ и ЕЗТ, данных отдельными испытуемыми, обнаруживается лишь 37,5% совпадающих фрагментов. Записи ПЗТ и ЕЗТ, данные одним и тем же испытуемым, содержат в среднем 41,4% совпадающих фрагментов. Таким образом, испытуемый при переходе к ЕЗТ существенно изменяет выбор смысловых фрагментов.

При работе с ЕЗТ происходит унификация выбора фрагментов разными испытуемыми, которая выражается в резком сокращении общего числа границ, выделяемых группой испытуемых в целом и в одновременном увеличении количества устойчивых границ, т.е. границ, которые выделяются всеми испытуемыми. Так, для ЕЗТ общее число выделенных смысловых границ равно 85, для ПЗТ - 107, а в ПТ выделено 134 границы. Это результат того, что унификация при работе с ЕЗТ сопровождается линейным и семантико-синтаксическим укрупнением выделяемых смысловых фрагментов.

Полученные результаты позволяют сделать следующий общий вывод: ритмико-интонационная организация текста в значительной степени определяет стратегию текущей лингвистической обработки речевого текста при его восприятии и смысловом анализе, унифицирует ее, заставляя слушающего следовать стратегии текстопорождения говорящего. От того, насколько хорошо говорящий “ведет” слушающего, зависит объем усилий, который затрачивается на смысловую обработку воспринимаемой информации. Смысловой анализ с использованием РИЧ является более помехоустойчивым и оптимальным с точки зрения конечной задачи – обнаружения целостного смысла сообщения.

Хотя поведение испытуемых при записи “пословно” звучащего и естественно звучащего текста и обнаруживает сходство в отношении некоторых показателей, наиболее существенные характеристики смыслового членения сближают “письменный” нерасчлененный и устный “пословный” варианты текста. Это свидетельствует о том, что главные различия в поведении испытуемых связаны не с принципиальными особенностями разных каналов восприятия информации, а с наличием / отсутствием в тексте необходимых показателей ритмико-интонационного членения, графических и или просодических – данном случае существенного значения не имеет.

Суммируя результаты проведенных нами исследований и данные литературных источников, можно сказать, что функция ритмико-интонационной организации текста и звуковых средств, с помощью которых она формируется в речи, имеет два аспекта: текстоориентирующий и операциональный. Итоги их обсуждения изложены в п. 4.2.

Текстоориентирующую функцию можно было бы назвать иллокутивной в том широком понимании иллокуции, которое предлагается, например, Ю.Д. Апресяном23. Иллокутивная функция привлечения внимания к авторской сортировке сообщаемых сведений усматривается в указанной работе у тех языковых средств, которые выступают как «своего рода прагматические инструкции по поводу того, как должно быть распределено внимание адресата при восприятии сообщаемой информации, чтобы она была усвоена оптимальным образом». В фонетических исследованиях психолингвистического направления отмечается перлокутивная функция фразовой просодии, в частности пауз и фразовых ударений24. Признавая наличие и важность указанных функциональных свойств в ритмико-интонационной организации высказывания, мы присоединяемся к тем авторам, которые говорят, прежде всего, о текстоориентирующей функции РИЧ и других элементов фразовой просодии в монологической речи.

Операциональная роль РИЧ носит уникальный характер и имеет много проявлений: благодаря ритмизации и интонационному членению смысловая информация, отформатированная средствами языка, передается слушающему в виде последовательно поступающих, физически разделенных вербально-смысловых квантов, которые к тому же снабжены просодическими указателями, сообщающими о текущем состоянии акта высказывания. Это позволяет слушающему не только “погрузиться” в текст, создаваемый говорящим, но и “встроиться” текущим образом в сам процесс его создания. Немаловажно и то, что благодаря интонационным паузам создаются временные ресурсы для оптимальной обработки информации как для говорящего, так и для слушающего, а ритмически выделенные слоговые комплексы с нужной и ожидаемой регулярностью образуют “острова надежности” для лексического декодирования речевого сообщения при восприятии речи.

Благодаря тесной корреляции ритмико-интонационного членения со смысловой и синтаксической структурой предложений происходит оптимизация и ускорение синтаксического и смыслового анализа текста по сравнению с процедурами, которые опираются только на сегментные языковые средства (лексические и грамматические морфемы, порядок слов). При отсутствии возможностей прямого контроля за построением лексико-синтаксической структуры активно возрастает роль внешней и внутренней речи как основы текущего вербально-грамматического мониторинга.

Смысловой анализ текстовых предложений-высказываний с использованием РИЧ является более помехоустойчивым и оптимальным с точки зрения конечной задачи – обнаружения целостного смысла сообщения. Это существенно для формирования и работы реверсивных механизмов понимания и реконструкции смысловой цельности текста в режиме реального времени.

Заключение

Явления ритмизации и интонационно-паузального членения речи, которые исследуются в настоящей диссертации, представляют собой яркие примеры многофакторных дискурсивных феноменов: в них находит отражение как текущий процесс речепорождения, так и взаимодействие многих механизмов, совместно обеспечивающих создание и понимание речевых текстов. Природа исследуемых фонетических явлений может быть раскрыта только в рамках деятельностного подхода, что делает данную предметную область фонетики увлекательной и одновременно трудной для исследования. В то же время принципиально важна сама целевая установка на создание деятельностной модели ритмико-интонационной организации речи в составе «активной грамматики говорящего», о необходимости и важности которой говорил еще академик Л.В. Щерба.

В исследованиях автора диссертации, выполненных в рамках указанной целевой установки, получены следующие основные результаты.

Впервые осуществлен последовательный цикл работ по изучению и детальному рассмотрению явлений ритмизации и интонационного членения в деятельностной перспективе с учетом современных представлений о механизмах речепорождения в целом.

Разработана авторская концепция деятельностной модели ритмико-интонационного членения, ориентированная на монологическую речь. Предложенный автором подход может рассматриваться как новая парадигма изучения ритмико-интонационной организации речи и использоваться при анализе устных текстов разных функциональных стилей и жанров.

Дано краткое описание типовых операций, которые осуществляются фонологическим процессором речепорождающего механизма. Показаны место и задачи ритмозадающих и интонационно-паузальных процедур в работе фонологического процессора.

Уточнено понятие фонетического ритма и его связи с универсальными принципами эвфонической организации речи. Введено понятие базовой ритмической схемы (БРС) речевого отрезка как структурообразующей основы его звуковой формы. Показано, что оптимальной мерой длины, максимально эксплицирующей ритмическую природу фоносинтагмы, является словесное ударение, метрическая сила которого достаточна для формирования вершины фонетического слова. Универсальная тенденция к эвритмии (изометрия) в тексте проявляется в отчетливом предпочтении двух- и трёхударных синтагм. Выявлены статистически преобладающие характеристики внутреннего ритмического рисунка, доказано отсутствие специфической ритмической упорядоченности научного текста.

В области интонационно-паузальных процедур уточнено понятие интонационной фразы как базовой единицы интонационно-смыслового уровня фонетической сегментации, рассмотрены основные источники появления интонационно-фразовых пауз, проведено исследование роли речевого дыхания в формировании интонационно-паузальных процедур.

В рамках изучения просодической параметризации высказывания осуществлена серия исследований временной структуры синтагмы, на основании которой разработана многофакторная количественная модель временного оформления синтагмы. Получены новые количественные оценки интегральных темповых свойств синтагмы, исследованы краевые явления, связанные с временным параметром: финальное (препаузальное) продление гласных и ларингализация на границах просодических составляющих.

По специально разработанной методике проведен лингвистический эксперимент, который позволил уточнить и конкретизировать роль ритмико-интонационной организации текста при его восприятии и смысловом анализе. Полученные данные свидетельствуют о наличии двух аспектов в функции РИЧ: текстоориентирующего и операционального. Деятельностный подход выдвигает на передний план операциональную роль РИЧ, которая имеет много уникальных проявлений и существенна для формирования и работы реверсивных механизмов понимания и реконструкции смысловой цельности устного текста, линейно развертываемого в режиме реального времени.

Подводя итоги проведенных исследований, необходимо отметить, что проблематика ритмико-интонационной организации речи слишком обширна и комплексна, чтобы быть охваченной в рамках одной работы, в особенности, экспериментального характера. Деятельностный подход вскрывает многочисленные лакуны как в теоретическом осмыслении этого сложного фонетического явления, так и недостаточность эмпирических данных, и не только собственно фонетических. Автор диссертации надеется, что его работы в данной проблемной области внесли определенный вклад в устранение некоторых лакун и привлекут внимание других исследователей к этой интересной сфере речевого поведения человека.

Список публикаций О. Ф. Кривновой по теме диссертации:

  1. Фонетическая характеристика интонации одного типа простых предложений русского языка // Вестник МГУ, сер. 9. Филология, N 3, 1969. С. 63-77.
  2. Алгоритмы преобразования русских орфографических текстов в фонетическую запись. М., МГУ, 1970, 130 с. (совм. С Л.В. Златоустовой, С.В. Кодзасовым, И.Г. Фроловой, 2 / 6 п.л.).
  3. Об интонационном членении некоторых типов предложений русского языка // Анализ речевых сигналов человеком. Л-д, Наука, 1971. С. 161-172 (совм. с А.В. Венцовым).
  4. Характеристика несущего тона при анализе и синтезе интонации // Тез. докладов Вc. конф. "Анализ и синтез как взаимообусловленные методы экспериментально - фонетических исследований речи". Минск, 1972. С.107-108.
  5. Составляющая несущего тона в структуре мелодической кривой фразы // Исследования по структурной и прикладной лингвистике. М., МГУ, 1975. С. 71-82.
  6. Some notes of the melody component of intonation as a cue in text segmentation // Auditory Analysis and Perception of Speech. Academic Press, 1975. p. 245.
  7. Фонетические возможности гортани и их использование в русской речи // Проблемы теоретической и экспериментальной лингвистики. Публ. ОС и ПЛ, В.8. М., МГУ, 1977. С. 180-209. (совм. с С.В. Кодзасовым).
  8. Об акцентной функции мелодики (на материале русского языка) // Интонация. Киев, Вища школа, 1978. С. 119-143.
  9. On the interpretation of Sentence Accent Pattern // Estonian papers in Phonetics, v.8.Tallinn, 1978.
  10. Зависимость общего времени произнесения синтагмы от ее длины // Тез. докладов Вс. школы-семинара АРСО- 11. Ереван, 1980. С. 3-5.
  11. Современная американская фонология. М., МГУ, 1981. 194 с. (совм. c С.В.Кодзасовым, 7/12 п.л.).
  12. Ритмика фонетического слова в разных видах русской прозаической речи // Тезисы докладов Вc. школы-семинара АРСО- 12. Киев, 1982, а. С. 244-245.
  13. Ритмо-ударная форма синтагмы в научном тексте // Просодия текста. Тез. докладов научно-метод. конф. М., 1982, б. С.
    Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»