WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||

В § 2 показано, что важная для творчества Гончарова концепция эволюции «живого космоса» проявляется и в его романах, обладающих идейно-художественной цельностью. В центре социально-психологического романа писателя – проблема сущности и становления человека в отношениях с окружающим миром как отражение универсальных законов жизни. Процесс эволюции живого космоса, его движения к просветленному бытию (как выражение этико-эстетического идеала автора) здесь соотносится с человеком, его внутренней жизнью. Эстетически значимым для воплощения философской концепции трилогии становится пейзаж родового поместья героя, выполняющий новую, по сравнению с ФП, символическую функцию. Пейзаж включен в развитие темы «возвращение в Эдем», т.е. обретения героем памяти об утраченной духовной гармонии внутри себя и с окружающим миром. Формирующие пейзаж словесные образы дали, гор, солнца, глади вод, свежести, тишины, хлебов, сада, сопровождающие их номинации цвета и света объединяет семантика красоты, простора, чистоты красок, гармонии и ощущение «выключенности» из времени; в своей совокупности они передают идею «просветленного бытия» как преображения человека, достигшего нормы жизни (слова Обломова), нравственного идеала; ср.: озеро, облитое золотыми лучами; волнующиеся […] хлеба2 (1,9); даль ярко сияет (I,268), прохлада, тишина; синее-пресинее небо (IV,79); бездонная синева (I,290); даль синевших гор; нежная зелень берез (V, 62). Эти образы могут выступать в одном контексте с образами христианской культуры и соотносятся с христианской символикой образов природы в иконописи и литературе, благодаря чему пейзаж приобретает космическую перспективу: в романе «Обрыв» пейзаж прямо назван Эдемом (V, 61); а вернувшийся домой А.Адуев вспоминает слова матери, называвшей звезды очами божиих ангелов, а синеву дальнего горизонта – Сионом (I,287). В размышлениях героев образы природы становятся поэтическими знаками «Эдема», где бытие природы и человека взаимосвязаны:

В шуме их [деревьев] явился особенный смысл: между ними и ею [Ольгой] водворилось живое согласие […] все говорит вокруг, все отвечает ее настроению […] (IV, 244).

При реализации идеи единства природной и психической жизни в романах в их стилистике проявляются черты, характерные для поэтики ФП: активность лексики речемыслительной деятельности, света, горения, использование слов с актуализированной двузначностью, антропоморфных метафор, сравнений, развернутых параллелей между психическим процессом и природным явлением и др.; ср.:

Потом лицо ее [Ольги] наполнялось постепенно сознанием; в каждую черту пробирался луч мысли, догадка, и вдруг все лицо озарилось сознанием… Солнце так же иногда, выходя из-за облака, понемногу освещает один куст, другой […] и вдруг обольет светом целый пейзаж. Она уже знала мысль Обломова (IV, 226).

В § 3 показано, что, в результате воплощения во ФП и в романах единой авторской концепции мира в идиостиле писателя в целом складывается единое ассоциативно-семантическое поле «свет как природное явление и духовное начало в психической жизни человека», включающее ряд микрополей, сформированных образами света, перетекающими из одной смысловой сферы в другую и «обратными» уподоблениями: «человек природа»: 1) Свет – проявление чувства: «солнце оставляет […] след счастья на любимом лице [моря]»(1,95); счастье глядело лучами […] света [в глазах] (VI,277); 2) Свет – проявление мысли: «среди тишины зреет в природе дума, огненные глаза сверкают […] умно» (1,198); луч мысли; «лицо озарилось сознанием»; 3) Цвето-световые излучения – проявление информации, аналогичной речи: «на что намекает это мерцание [звезд], какой смысл выходит из этих […] речей» (1,82). Это свидетельствует о доминантном положении в идиостиле автора образов света, которые воплощают в поэтической форме устойчивую инвариантную составляющую его картины мира, выражая синкретизм природно-психических процессов. Система образных уподоблений космических процес­сов проявлениям разумной жизни идеологически коррелирует с другим ассоциативно-смысловым полем, присутствующим в романах и ФП: «покой, гармония как связующее начало природы и души человека». Ключевые выражения, формирующие его во ФП, – покой, безмолвие, тепло, гармония – в сочетании с предикативными единицами передают медитативно-созерцательное состояние человека и величественный покой в природе: Вы недвижны, безмолвны […] не хочется выйти […] из неги покоя; все торжественно и прекрасно-тихо (1,95). В таких контекстах образы вечное лето и освещенный храм тропиков становятся, как и «эдемский» пейзаж в романах, символом утерянной и обретенной человеком гармонии с духовным и космическим целым:

[…] Небо было свободно от туч, и оттуда, как из отверстий […] озаренного светом храма, сверкали миллионы огней […] Как страстно, горячо светят они!(1,82); гармония волшебного острова […] связует здесь небо с морем […] и все вместе – с душой человека (1,68); [Ольга] устремила глаза на озеро, на даль и задумалась так тихо, так глубоко […] Мысли неслись так ровно, как волны […] Она испытывала счастье […] (IV,435).

Образные выражения, включающие двуплановую лексику горячо, ровно, тихо, передают идею всеобъемлющего воздействия живого космоса на человека, чувственно воспринимающего мир природы и приобщающегося к его обновляющей силе.

В § 4 «Термины как образное средство выражения в «Очерках» процессов развития социально-нравственного «организма» общества» показано, что авторская идея единства мира в публицистических контекстах книги поддерживается «обратным» по отношению к антропоморфному принципу изображения природы приемом – использованием терминов-наз-ваний природных явлений в составе метафор и сравнений, характеризующих эволютивные и энтропийные социальные процессы. Такой подход актуален в эпоху интенсивного развития и синтеза естественнонаучных знаний в ходе постижения «космоса», «физики вселенной» (А.Гумбольдт) и стремления осмыслить с помощью терминов, выражающих закономерности, открытые в мире природы, сущность эволюции общества. В рамках организующей идеологическое пространство ФП антитезы «сон, застой – пробуждение, деятельность» автор сопоставляет типы цивилизаций Азии, Африки, Англии и России. В формирование сопоставления включены термины механики (масса, выработка, машина), сельского хозяйства (почва, перегнившая масса, соки и др.), медицины (органический, парализовать, кровь, жилы и др.), химии (лаборатория, брожение, осадок). Они применяются и для образного раскрытия сути мирового процесса цивилизации, и для характеристики состояния типов цивилизаций: «механистической» (Англия) (1), «старческой» (азиатская) (2) и «творческой, гуманистической» (Сибирь):

1) Жизнь […] действует [в Англии] очень практически, как машина […] честность […] сострадание добываются как каменный уголь […] законом подбавлено в общественную массу материала для выработки тишины, смягчения нравов […] добродетели […] вертятся, как колеса […] машина общественной деятельности движется (1,42).

2) Как одряхлела [цивилизация Азии] и разошлась с жизнью и парализует все силы […] народонаселения; Что может оживить эту истощенную почву […] дать брожение […] перегнившей массе сил; [Индия, Египет] одряхлели, и надо […] занять им сил и жизни у других, как истощенному полю […]; [Китай] конвульсивно дышал, пав под бременем […] истощения […] Нет условий органической государственной жизни […] Политическое начало не скрепляет народа […] присутствие религии не согревает тела внутри (2,465).

В качестве ядра образной системы, характеризующей народы Африки и Азии, применяется лексика, уподобляющая состояние цивилизаций физической жизни человека и природы. Функционирование общества видится как образ деятельности организма. Этот образ формируют тематические группы семантического поля «человек»: родственные отношения (семейство); возрастные периоды (младенчески-старческий, отрочество); физиологические процессы: одряхлеть, состариться; подверженность болезненным явлениям (заразить, парализовать), а также сочетание физиологической лексики (конвульсивно, жилы, кровь, истощение, тело) с земледельческими терминами истощенная почва, соки, корни, брожение, возделание, которое применяется для оценки процессов, отражающих развитие или деградацию «организма» нации. В идиостилевой системе ФП при выражении идеи «тела-организма» объединяются термины биологии (область природы) и физиологии (область человека), актуализируя два смысловых плана понятия-образа «организм»: ‘всякое живое существо, живое тело с его согласованно действующими органами’ и ‘всякое сложное единство с согласованно действующими частями’ (БАС). Эти планы взаимодействуют при изображении общества как организма, который одухотворяется изнутри жизненной энергией, порожденной единой разумной силой бытия. Эта энергия движется по «телу» цивилизации, как питательные соки или кровь в жилах; ее движение может «застаиваться», когда в нравственно-ментальном поле нации образуется блок, парализующий ее жизнедеятельность, как в «органе» – народонаселении азиатского материка и восстанавливаться при участии других «органов» – наций, которые через возделание и подпитку жизнетворными веществами помогают пробиться в эту часть «организма» общему питательному началу. В главах о Сибири семантической доминантой, определяющей направление образной трансформации значений химических и земледельческих терминов, является идея цивилизации и просвещения как творческого возделания: органического, социального и духовного преобразования человеком в сотворчестве с Творцом в Его «лаборатории» природного и гуманитарного мира. Этот процесс в «азиатских» главах назван «очеловечением» (2,467), а его результат – просветленным бытием.

Таким образом, особый характер идиостиля ФП обусловлен единством трех его стилеобразующих пластов (научного, художественного, публицистического). Их органическую взаимосвязь определяет реализация концептуально значимой для творчества автора идеи «живого космоса» и «просветленного бытия». В книге формируется единая система изображения природного и социального «космоса», определяющая, с одной стороны, использование средств создания антропоморфных образов и двузначных языковых единиц (с узуальной и окказиональной семантикой) при формировании синкретичного образа живой разумной вселенной, а с другой, – идеологическое осложнение содержания общекнижной и специальной лексики семантического поля «органическая жизнь человека и природы» в ходе характеристики состояния цивилизации. Образной основой «социальных» контекстов, связанных с познанием сущности процессов развития человеческого общества, являются уподобления гуманитарного мира природному при системном противопоставлении «механистическое» – «органическое».

В заключении подведены итоги исследования о соотношении идиостилевой и жанровой нормы во ФП. Делается вывод о том, что разнообразные идиостилевые вариации жанровой нормы ЛП обусловлены образом автора, точка зрения которого лежит в основе отбора и организации средств языка. Специфику концептуального и языкового пространства ФП определяет философско-этическая концепция единства бытия природы и человека. Эта концепция обусловливает своеобразный синтез в словоупотреблении автора принципов, характерных для разных сфер функционирования языка; она проявляется в диалектическом взаимодействии в тексте языковых, жанровых и идостилевых норм, способствуя дальнейшей эволюции литературного языка и жанра ЛП.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

1. Образ «живого космоса» как стилистическая доминанта очерков путешествия И.А.Гончарова «Фрегат “Паллада”» // Вестник СПбГУ. – Сер. 9. – Вып. 4. Ч.2. – СПб., 2007. С. 87-91.

2. Ключевое слово-понятие просвещение в идеологической структуре очерков путешествия И.А.Гончарова «Фрегат “Паллада”» и в литературном языке эпохи // Символ в системе культуры: проблемы интерпретации текста (Материалы межрегиональной научной конференции). – Сыктывкар, 2003. C.151-155.

3. Становление семантики слова в языке и словоупотребление писателя (Слово цивилизация в очерках путешествия И.А.Гончарова «Фрегат «Паллада»») // Вестник Сыктывкарского ун-та. Сер. 9. – Вып. 5. – Сыктывкар, 2003. С.38-64.

4. Динамика семантики слова просвещение в русском литературном языке середины XIX века // Studia rossica posnaniensia. Z. XXXI. – Poznan, 2003. C.187-195.

5. Естественнонаучная лексика в очерках путешествия Гончарова «Фрегат “Паллада”» // Материалы XXXIII международной филологической конференции – Вып. 21. – СПб., 2004. C. 3-11.

6. Жанровые нормы «путешествия» и идиостиль писателя (особенности языка природоописаний в очерках путешествия И.А.Гончарова «Фрегат “Паллада”») // Вестник Сыктывкарского ун-та. Сер. 9. Вып. 6. – Сыктывкар, 2005. С. 86-111.

7. Стилистически отмеченное использование научных терминов во «Фрегате “Паллада”» // Вестник Сыктывкарского ун-та. Сер. 9. – Вып.7. – Сыктывкар, 2008. С.101-112.

Отпечатано в ИПО СыктГУ. Тираж 100 экз. Заказ №254.


1 Гончаров И. А. Фрегат «Паллада». Очерки путешествия: В 2 т. Л.: Наука, 1986. Т. 1. С. 8. – Здесь и далее цитаты приводятся по этому изданию с указанием в скобках арабскими цифрами номера тома и страницы.

2 Цитаты из романов И.А. Гончарова приводятся по изданию: Гончаров И.А. Собр. соч.: В 8 т. – М.: Гослитиздат, 1952-1955 (с указанием номера тома (римской цифрой) и страницы).

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»