WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 ||

В настоящей работе по сложившейся традиции РЖ, имеющие качестве пресуппозиции плохой поступок (исповедь, просьба о прощении, принесение извинения), рассматриваются как фатические и этикетные; с учетом важной задачи жанроведения – создания энциклопедии РЖ – отмечается необходимость описания их моделей.

Рассматриваемые в настоящей работе РЖ обладают собственным именем жанра: исповедь – это сложное событие; остальные РЖ – поступки.

Названные РЖ имеют культурологическую специфику: в их основе лежит религиозная или светская картина мира.

Культурологическая особенность данных РЖ проявляется и в использовании в них описанных Е.М.Верещагиным и В.Г.Костомаровым национально-специфичных рече-поведенческих тактик, касающихся вины (деликта) и ее изглаживания в русской культуре.

В настоящей работе мы будем рассматривать использование этих тактик в конкретном внутрижанровом взаимодействии – в РЖ, имеющих в качестве пресуппозиции плохой поступок.

Культурологический аспект данных жанров речи связан также с семантической структурой системообразующих концептов и типом языковой личности адресанта.

В основе жанров, использующихся в религиозном контексте, лежит системообразующий концепт грех; в основе жанров, использующихся в светском контексте, – системообразующий концепт вина; на структуру этих концептов распространяется аксиологическая поляризация «внутреннего» (грех) и «внешнего» (вина).

Данная аксиологическая поляризация распространяется и на формулы признаний в грехе / вине: каюсь, прости (те) содержат сему «небесное», «внутреннее»; извини (те) содержит сему «внешнее», «земное».

К.Ф.Седов полагает, что тот или иной тип языковой личности, или речевого поведения языковой личности, тяготеет к определенным РЖ. По коммуникативной координации речевого поведения К.Ф.Седов выделяет три типа языковых личностей (каждый из которых имеет свои разновидности), а именно: конфликтный, центрированный и кооперативный. Кооперативно-актуализаторский подтип речевого поведения (выделяемый К.Ф.Седовым из кооперативного типа) демонстрирует «высший уровень коммуникативной компетенции человека по способности к речевой кооперации», поэтому, надо полагать, близок по своему морально-психологическому настрою к тем нравственным ценностям, которые проповедует православная культура. Полагаем, что в светском обществе именно кооперативно-актуализаторский подтип языковой личности склонен к РЖ просьбе о прощении.

Во второй главе «Жанры речи в религиозном контексте» рассматриваются религиозный РЖ исповедь и религиозная просьба о прощении.

Исповедь как РЖ была описана Н.В.Орловой, которая указала на наличие в нем фатической составляющей и сложной иллокуции.

Просьба о прощении как РЖ была описана Л.Н.Чиновой. Этот ученый выделяет как самостоятельные РЖ просьбу о прощении и принесение извинения в зависимости от коммуникативной цели. С точки зрения Л.Н.Чиновой, коммуникативная цель первого РЖ состоит в получении прощения, коммуникативная цель второго РЖ заключается в выражении сожаления по поводу плохого поступка.

В настоящей работе, как было отмечено, классификация «извинений» основывается на учете таких параметров, как языковое воплощение и коммуникативная цель. Кроме того, обращается внимание на то, что просьба о прощении может использоваться в религиозном контексте, где в ситуации совершенного проступка рекомендуется употреблять только формулу прости (те), и в светском контексте.

Стоящая за религиозной просьбой о прощении религиозная картина мира сближает ее с исповедью.

Системообразующим концептом исповеди и религиозной просьбы о прощении является концепт грех, связанный с нарушением религиозных предписаний (заповедей).

Общая коммуникативная цель данных жанров, диктуемая боязнью Божьего суда, – получить прощение.

Вместе с тем исповедь включает признаки всех интенций: это жанр со сложной иллокуцией. Императивная интенция состоит в обращении исповедника к Богу с просьбой простить грех. Информативная интенция заключается в назывании исповедником своих грехов с чувством глубокого раскаяния. Этикетная интенция направлена на осуществление Таинства покаяния, предусмотренного религиозно-нравственными нормами христианского православного общества. Оценочная интенция заключается в том, что исповедник после покаяния изменяет самочувствие – облегчает свою совесть, делая шаг к духовному совершенству.

Образ автора в исповеди и религиозной просьбе о прощении – это грешник, который правильно оценивает совершенный им проступок как отрицательный и обнаруживает заинтересованность в получении прощения.

Образ адресата в исповеди – это адресат-исполнитель: священник, который прощает грехи явно, «невидимо» же грешник «разрешается от грехов Самим Иисусом Христом». В религиозной просьбе о прощении адресат-исполнитель – человек (но может быть и Бог).

Фактором прошлого в исповеди и религиозной просьбе о прощении является совершенный грех. Фактором их будущего – прощение адресата, которое является перлокутивным эффектом данных жанров.

К приготовительным и вспомогательным средствам к покаянию, кроме молитвы и поста, Святая Церковь относит епитимью, которая иногда налагается на исповедника.

Различия между исповедью и религиозной просьбой о прощении наблюдаются и в диктумном содержании.

Исповедь – это сердечное сокрушение о грехах с намерением исправить свою жизнь, верой во Христа и надеждой на Его милосердие. В краткий перечень основных грехов исповедника входят грехи против Господа Бога (сомнения в вере, нехождение в церковь, ропот на Бога, суицид); грехи против ближнего (воровство, клевета, осуждение, гнев); грехи против самого себя (раздражительность, пьянство, зависть, сребролюбие, обидчивость, блуд); грехи смертные, то есть делающие человека «повинным вечной смерти, или погибели» (гордость, убийство); «грехи хулы на духа Святаго»; «грехи, вопиющие на Небо об отмщении за них».

«Признаком не собственно диктумной природы», но имеющим отношение к диктуму, является отнесенность события к сфере автора и оценка автором степени тяжести своего проступка. С этой точки зрения, событие включено в сферу автора, который (в классическом варианте) без оправданий должен исповедать свои грехи, не минимизируя их рече-поведенческой тактикой самооправдания, а, напротив, подчеркивая тяжесть грехов рече-поведенческой тактикой самоуничижения.

Особенность диктумного содержание религиозной просьбы о прощении проявляется в том, что она обычно отражает сердечное сокрушение о грехах против ближнего (воровство, клевета, осуждение, гнев).

Наиболее яркие примеры такой просьбы о прощении имеются в поучениях святых старцев, адресованных монашествующим. Святые старцы советуют, чтобы просьба о прощении была не формальная, а содержательная; существенно то, что религиозная просьба о прощении может допускать отсутствие непосредственного контакта с адресатом (в этом случае говорящий заочно просит прощения у адресата, обращается к Богу с просьбой простить его самого и адресата). Приведем пример религиозной просьбы о прощении: Проведя таким образом несколько дней, брат этот опять приходит и говорит мне: «Прости меня, отче, я снова начал красть» [Прп. авва Дорофей. Поучения]

Ведущей рече-поведенческой тактикой религиозной просьбы о прощении является также тактика самоуничижения.

Языковое воплощение исповеди и религиозной просьбы о прощении близко. Канонической формой являются императивы каюсь, прошу прощения, прости (те).

В третьей главе «Жанры речи в светском контексте» описываются светская просьба о прощении и принесение извинения.

Системообразующим концептом светской просьбы о прощении и принесении извинения является концепт вина, связанный с нарушением норм общественного поведения.

Коммуникативные интенции этих жанров диктуются боязнью человеческого суда. Просьба о прощении представляет собой побуждение, направленное на адресата с целью модифицировать его отношение к адресанту – простить; принесение извинения представляет собой побуждение, направленное на удовлетворение социальных ожиданий окружающих.

Образ автора предполагает, что автор оценивает свой поступок не как грех, а как вину и согласно нормам данного социума просит прощение или извиняется.

Образ адресата у обоих типов «извинений» – это образ исполнителя, которым является человек.

Фактор их прошлого – серьезный или просто неблаговидный поступок. Фактор будущего у просьбы о прощении предполагает обязательное прощение. У принесения извинения ответная реакция адресата не обязательна.

События, предшествовавшие светской просьбе о прощении и принесению извинения, находятся в сфере адресанта. Вместе с тем диктумное содержание светской просьбой о прощении и принесения извинения существенно различается.

Просьба о прощении является семантически содержательной, в ней выражаются чувства адресанта, его оценка вины как тяжелой. Степень вины детерминируется, прежде всего, общепризнанной нормой.

Понятие «общепризнанная норма» не базируется на религиозном сознании. Тем не мене в ее основе лежит преимущественно духовная деятельность, основанная на религиозном сознании. Об этот свидетельствует факт отнесения к особо тяжким проступкам убийство, блуд, воровство, жестокость, предательство, клевета, то есть то, что религиозное учение относит к грехам человека:

Мещанин остановился и вдруг опять положил поклон, коснувшись перстом пола.

– За оговор и за злобу мою простите.

– Бог простит, – ответил Раскольников, и как только произнес это, мещанин поклонился ему, но уже не земно, а в пояс, медленно повернулся и вышел из комнаты (Достоевский, Преступление и наказание).

В светской просьбе о прощении возможны рече-поведенческие тактики аггравации деликта (я идиот, я ничтожество). Вместе с тем доминируют тактики минимизации деликта (я не по своей воле так поступил, у меня было безвыходное положение, я случайно).

Принесение извинения является не столько собственно извинением, сколько вежливым знаком внимания к окружающим, в которых не выражаются чувства адресанта. Данный РЖ проявляется в стандартных ситуациях, в которых адресант извиняется за мелкие, едва ощутимые неудобства:

  • Извините, мы тут у вас немного похозяйничали. Но я заплачу вам (Петрушевская, Отец).

Основной рече-поведенческой тактикой принесения извинения является тактика минимизации деликта:

Автомобиль помощника министра нечаянно обогнал автомобиль самого министра. Поливанов потом сказал:

– Извините, я случайно перерезал вам дорогу (Пикуль, Нечистая сила).

То или иное «извинение» может быть обусловлено типом языковой личности. Есть люди, которые за любое причиненное адресату неудобство просят прощение (полагаем, что их можно отнести к кооперативно-актуализаторскому подтипу языковой личности):

– Вороне где-то… бог… – говорила она громко и протяжно, вероятно диктуя. – Бог послал кусочек сыру… Вороне… где-то… Кто там – окликнула она вдруг, услышав мои шаги.

– Это я.

– А! Простите, я не могу сейчас выйти к вам, я занимаюсь с Дашей (Чехов, Дом с мезонином).

Языковое воплощение у обоих типов «извинений» различное: просьба о прощении маркируется формулой прости (те); у людей старшего поколения – прошу прощения. Принесение извинения маркируется формулой извини (те).

Наряду с РЖ просьбой о прощении и принесением извинения существуют десемантизированные формулы прости (те) и извини (те), функционирующие в качестве речевых сигналов; назначение их сводиться к тому, чтобы облегчить процесс коммуникации. Приведем пример:

– У вас в Японии воруют

– Простите – откликнулась Лир, находящаяся под большим впечатлением от бокала пива и ошеломленная передачей по телевизору (Петрушевская, Королева Лир).

В Заключении делается вывод о национально-культурном и жанровом своеобразии исповеди, просьбы о прощении и принесении извинения.

Утверждается, что исповедь это религиозный РЖ, принесение извинения – светский РЖ, РЖ просьба о прощении может использоваться в религиозном и светском контексте.

Каждый из этих РЖ имеют собственную модель построения, характеризуются своим системообразующим концептом, на который распространяется аксеологическая поляризация «внутреннего» (греха) и «внешнего» (вины).

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих научных публикациях:

1. Артамонова Е.В. Жанровая природа «Просьбы о прощении» в русском языке / Е.В.Артамонова // Сопоставительная филология и полилингвизм: Материалы II Всероссийской научно практической конференции (Казань, 29 ноября – 1 декабря 2005 года). – Казань: РИЦ «Школа», 2005 – С. 30-32.

2. Артамонова Е.В. Рече-поведенческие тактики речевого жанра «Принесение извинения» / Е.В.Артамонова // В.А.Богородицкий: научное исследование и современное языковедение: Труды и материалы Международной научной конференции (Казань, 4-7 мая 2007 года). – Казань, 2007. – С. 40-42.

3. Артамонова Е.В. Речевой жанр «Просьба о прощении» в монастырской и светской жизни / Е.В.Артамонова // Русская и сопоставительная филология ‘2007 / Казан. гос. ун-та, филол. фак. – Казань: Изд-во Казанск. гос. ун-та, 2007. – С. 13-18.

4. Артамонова Е.В. Формулы «извинений» в контатно-образующей функции / Е.В.Артамонова // Лингвистические исследования: Сборник научно-методических работ / Под общ. ред. Н.В.Габдреевой, Г.Ф.Зиннатуллиной. – Казань: Изд-во Казанск. гос. тех. ун-та, 2008. – С. 84-93.

Статья в ведущем рецензируемом научном журнале, включенном в перечень ВАК:

1. Артамонова Е.В. Русская просьба о прощении / Е.В.Артамонова // Вестник Чувашского университета. – Чебоксары: Чувашский государственный университет, 2008. – № 4. – С.137-141.

Pages:     | 1 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»