WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||

В итоге автор приходит к выводу, что часть рассматриваемых обстоятельств заслуживает закрепления в статусе средств дифференциации.
Ряд обстоятельств может соответствовать трем критериям лишь с
учетом иных индивидуальных особенностей личности и (или)
преступления. Они должны быть учтены при индивидуализации.
Прочие представляют собой разновидность более общего обстоятельства
либо не влияют на степень общественной опасности личности, поскольку отражают норму поведения личности.

В параграфе втором «Обстоятельства, учитываемые по
гуманным соображениям» речь идет об обстоятельствах, характеризующих личность виновного вне связи с преступлением, учитываемых в силу
гуманных соображений.

Пожилой/преклонный возраст (60–75 лет), старческий возраст
(75–90 лет). Проведенные исследования уточняют, что у лиц старше
75 лет наблюдаются четкие изменения силы, подвижности и уравновешенности основных нервных процессов, происходят необратимые процессы
физического разрушения организма. Тогда как у лиц 60–75 лет
характер возрастных изменений зависит от типа нервной системы,
перенесенных заболеваний, условий жизни и иных индивидуальных особенностей личности, способных повлечь преждевременное наступление старения и старости.

Таким образом, пожилой (преклонный) возраст 60–75 лет не
должен служить дифференцирующим обстоятельством, поскольку
говорить о наличии всех критериев можно только при изучении
иных индивидуальных особенностей личности. И лишь в отношении
лиц, достигших 75-летнего рубежа, можно с уверенностью
вести речь о необходимости дифференцированного смягчения ответственности.

Итак, предлагается включить «достижение лицом старческого
возраста» в законодательный перечень обстоятельств, смягчающих наказание.

Следующим изученным обстоятельством является плохое состояние здоровья лица, в частности психические или соматические расстройства.

Психическое расстройство здоровья. По поводу возможности
учета психического расстройства, не связанного с преступлением,
мыслима ситуация, когда лицо, страдающее психическим заболеванием, совершает преступление, что называется «в здравом уме и твердой
памяти» (то есть само заболевание не оказало заметного влияния
на преступление). А поскольку лицо в течение определенного промежутка времени может полностью осознавать фактический характер
происходящего и руководить своими действиями, нельзя сказать,
что оно постоянно, непрерывно нуждается в усиленной защите
со стороны государства без изучения иных индивидуальных особенностей личности.

Что касается наличия у виновного соматического расстройства
здоровья, то согласно ч. 2 ст. 81 УК РФ лицо, заболевшее тяжелой
болезнью, препятствующей отбыванию наказания, после
совершения преступления, может быть освобождено от его отбывания.
В теории высказываются предложения учитывать и заболевания,
не препятствующие отбыванию наказания, которые относятся к
числу тяжких хронических расстройств здоровья и вызывают
затруднения при отбывании наказания. С точки зрения диссертанта,
определить, вызывает ли заболевание затруднения при отбывании
наказания, можно лишь при изучении иных индивидуальных особенностей личности.

Таким обстоятельствам, учитываемым судами по гуманным соображениям, как участие в военных кампаниях, занятие спортом,
наличие беременности у жены (сожительницы) и т.п. ни в российском,
ни в зарубежном законодательстве не уделялось и не уделяется
какого-либо внимания. В теории диссертанту не встретилось работ, обосновывающих необходимость закрепления этих обстоятельств в
качестве дифференцирующих. И это верно, ибо без учета иных индивидуальных особенностей личности и (или) преступления они не отвечают
необходимым критериям отбора.

С позиции диссертанта, учет судами наличия супруга (супруги)
и тому подобных обстоятельств не должен проводиться вовсе из-за
обычности такой ситуации, соответствия ее социальным нормам.

При рассмотрении обстоятельства наличие иждивенцев у виновного, отмечено, что в п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ идет речь об учете
только таких иждивенцев, как малолетние дети. Законодатель указал
на наличие малолетних детей у виновного, видимо исходя из того,
что последние нуждаются в постоянном уходе. По мнению
автора, к категории нуждающихся в постоянном уходе можно
отнести несовершеннолетних детей в целом, а также нетрудоспособных родителей, супруга и иных членов семьи. Дифференцирующее же значение

данные обстоятельства должны иметь лишь в случае, когда виновный осуществляет такой уход.

Таким образом, целесообразно заменить текст п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ
на «наличие нетрудоспособных членов семьи, требующих постоянного
ухода, если виновный осуществляет такой уход».

Наличие у женщины или одинокого мужчины детей
в возрасте до 14 лет или детей-инвалидов. Российский законодатель
частично отразил данное обстоятельство в нормах об освобождении
от отдельных видов наказания и отсрочки отбывания наказания
женщинам, имеющим малолетних детей в возрасте до 3 (14) лет.
Но поскольку материнские обязанности в силу сложившихся обстоятельств
могут выполнять иные лица (и не только отцы), имеет место
нарушение принципа равенства граждан перед законом, предусмотренным
ст. 19 Конституции Российской Федерации (ст. 4 УК РФ). Поэтому
логично распространить применение норм и на иных лиц, выполняющих материнские обязанности.

Отсюда представляется необходимым в тексте ч. 4 ст. 49, ч. 5 ст. 50,
ч. 5 ст. 53, ч. 2 ст. 54, а также ч. 1 ст. 82 УК РФ после упоминания о
женщинах, имеющих малолетних детей, добавить: «а равно иным лицам,
в силу сложившихся обстоятельств осуществляющим материнские обязанности».

Думается, что законодатель, включив подобные нормы, тем
самым учел особую связь между матерью и малолетним ребенком.
При этом презюмировал, что при достижении в одних случаях 3,
в других – 14 лет (установление возрастной границы зависит от того,
насколько вид наказания ограничивает возможность матери общаться
с ребенком, оказывать ему помощь и т.д.) необходимость особой связи
между матерью и ребенком отпадает. Из этого следует, что лица
старше 14 лет, как правило, не нуждаются в такой связи, даже если
являются нетрудоспособными иждивенцами (напр., детьми-инвалидами).
В работе диссертант приходит к выводу, что с учетом иных индивидуальных особенностей (к примеру, ребенок-инвалид страдает психическим
заболеванием, результатом которого является состояние его умственного развития на уровне малолетнего) оно вполне могло бы послужить
основанием неприменения отдельных видов наказания или отсрочки наказания.

Сомнения законодателя в необходимости учета обстоятельств, характеризующих личность виновного вне связи с преступлением,
по мнению автора, выразились и в том, что в ст. 64 УК РФ он
двояко отразил возможность признания такого рода обстоятельств исключительными. С одной стороны, в ч. 1 среди обстоятельств,
которые могут быть признаны исключительными, они не названы
(поведение после совершения преступления законодателем включено в группу обстоятельств, уменьшающих степень общественной опасности преступления. Предполагается, что речь идет о характеристике личности, связанной с

преступлением). С другой стороны, согласно ч. 2 исключительными
могут выступать смягчающие обстоятельства, среди которых есть характеризующие личность виновного вне связи с преступлением.

В ходе изучения судебной практики выявлено, что обстоятельства,
в том числе вне связи с преступлением, способствуют назначению
наказания с учетом ст. 64 УК РФ (напр., состояние здоровья, молодой
возраст, наличие несовершеннолетнего ребенка и т.п.).

В теории решение данной проблемы сводится к необходимости
после слов «опасности преступления» добавить словосочетание
«и личности виновного». Такая позиция представляется спорной, поскольку
в этом случае будут учтены лишь обстоятельства, характеризующие
степень общественной опасности личности.

В вышеприведенном примере с ребенком-инвалидом показано,
что есть обстоятельства, не влияющие на степень общественной опасности личности, которые при изучении иных индивидуальных особенностей
вполне могут учитываться при решении вопроса о назначении
более мягкого вида наказания. Реализовать такую возможность можно
в рамках ст. 64 УК РФ.

Для этого предлагается текст ч. 1 ст. 64 УК РФ изложить с некоторыми дополнениями: «При наличии исключительных обстоятельств…,
существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления
и характеризующих личность виновного, а равно…».

Таким образом, среди обстоятельств, учитываемых по гуманным соображениям, в число дифференцирующих диссертантом отнесены
те, что отвечают трем критериям независимо от иных индивидуальных особенностей личности и (или) преступления. Те обстоятельства,
которые соответствуют вышеназванным условиям при наличии
иных индивидуальных особенностей, должны подлежать учету судом
в качестве индивидуализирующих ответственность и наказание.
Оставшиеся обстоятельства не следует принимать во внимание, так
как они являются типичными для современного общества.

В силу того, что во всех представленных случаях влияние обстоятельств, характеризующих личность виновного вне связи с преступлением,
реализуется в рамках максимума санкции, делается вывод, что они
влияют на ответственность и наказание лишь после обстоятельств, характеризующих преступление и личность, проявившуюся в нем,
поскольку последние могут изменить максимальные границы
санкции. Стоит уточнить, что в случае признания таких обстоятельств исключительными они могут передвинуть минимальную границу
санкции в сторону смягчения либо послужить назначению более
мягкого вида наказания, чем предусмотрено соответствующей статьей,
или неприменению дополнительного вида наказания, предусмотренного
в качестве обязательного.

В работе автор допускает вероятность появления иных
характеризующих личность виновного вне связи с преступлением
обстоятельств, которые также могут быть предложены в роли дифференцирующих.

В заключении представлены положения, выносимые на
защиту, содержащие предложения по совершенствованию действующего
российского уголовного законодательства по дифференциации
уголовной ответственности и наказания с учетом личности
виновного вне связи с преступлением.

Основные положения диссертации отражены в следующих опубликованных работах:

Статьи в рецензируемых изданиях, рекомендованных ВАК Минобрнауки России для публикации результатов диссертационных исследований:

1. Батманов, А.А. Данные, характеризующие личность виновного вне связи с преступлением, и вопросы уголовно-правового воздействия [Текст] / Л.Л. Кругликов, А.А. Батманов // Следователь. – 2007. – № 10. (114). –
64 с. – С. 21-22 (0,4 п.л.).

2. Батманов, А.А. О влиянии на наказание данных, характеризующих личность виновного вне связи с преступлением [Текст] / Л.Л. Кругликов, А.А. Батманов // Российская юстиция. – 2007. – № 12. –
80 с. – С. 48-49 (0,3 п.л.).

Иные публикации:

3. Батманов, А.А. Основания дифференциации ответственности [Текст] / А.А. Батманов // Юридические записки молодых ученых
и аспирантов: сб. науч. статей / Отв. ред. проф. М.В. Лушникова;
Яросл. гос. ун-т. – Ярославль, 2004. – Вып. 3. – 92 с. – С. 69-72 (0,2 п.л.).

4. Батманов, А.А. Об одном из средств дифференциации ответственности в истории развития уголовного законодательства
(1922 – 1926) [Текст] / А.А. Батманов // Юридические записки
молодых ученых и аспирантов: сб. науч. статей / Отв. ред. проф.
М.В. Лушникова; Яросл. гос. ун-т. – Ярославль, 2005. – Вып. 5. –79 с. –
С. 49-51 (0,1 п.л.).

5. Батманов, А.А. О видах и средствах дифференциации [Текст] /
А.А. Батманов // Законодательная техника и дифференциация ответственности в современном уголовном праве и процессе:
сб. науч. статей / Отв. ред. проф. Л.Л. Кругликов; Яросл. гос. ун-т. – Ярославль, 2005. – 188 с. – С. 87-97 (0,6 п.л.).

6. Батманов, А.А. Проблемы дифференциации уголовной ответственности с учетом личности виновного [Текст] / А.А. Батманов // Юридические записки молодых ученых и аспирантов: сб. науч. статей / Отв. ред. проф. М.В. Лушникова; Яросл. гос. ун-т. – Ярославль, 2006. – Вып. 6. – 84 с. – С. 52-53 (0,07 п.л.).

7. Батманов, А.А. Принцип системности и некоторые аспекты проблемы личности виновного как средства дифференциации [Текст] / О.Ю. Комарова, А.А. Батманов // Юридические записки
Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова. Принципы права: сб. науч. статей / Отв. ред. проф. Л.Л. Кругликов;
Яросл. гос. ун-т. – Ярославль, 2006. – Вып. 10. – 192 с. – С. 178-188
(0,6 п.л.).

8. Батманов, А.А. Личность вне связи с преступлением как
критерий дифференциации ответственности от Русской правды
до наших дней [Текст] / А.А. Батманов // Проблемы совершенствования юридической техники и дифференциация ответственности в
уголовном праве и процессе: сб. науч. статей / Отв. ред.
проф. Л.Л. Кругликов; Яросл. гос. ун-т. – Ярославль, 2006. – Вып. 1. –
228 с. – С. 87-96 (0,55 п.л.).

9. Батманов, А.А. Личность виновного вне связи с преступлением как критерий дифференциации в иностранном законодательстве [Текст] /
А.А. Батманов // Проблемы совершенствования юридической
техники и дифференциация ответственности в уголовном праве
и процессе: сб. науч. статей / Отв. ред. проф. Л.Л. Кругликов;
Яросл. гос. ун-т. – Ярославль, 2007. – Вып. 2. – 227 с. – С. 179-188
(0,6 п.л.).

10. Батманов, А.А. Личностные данные при назначении наказания / А.А. Батманов // Юридические записки молодых ученых и аспирантов:
сб. науч. статей [Текст] / Отв. ред. проф. М.В. Лушникова; Яросл.
гос. ун-т. – Ярославль, 2007. – Вып. 7. – 88 с. – С. 58-59 (0,07 п.л.).

11. Батманов, А.А. Об учете личностных данных, не связанных
с преступлением при дифференциации ответственности [Текст] /
А.А. Батманов // Юридические записки молодых ученых и аспирантов:
сб. науч. статей / Отв. ред. проф. М.В. Лушникова; Яросл. гос.
ун-т. – Ярославль, 2008. – Вып. 8. – 64 с. – С. 34-35 (0,07 п.л.).

Общий объем опубликованных работ – 3,56 п.л.

Отпечатано на ризографе

Ярославский государственный университет

150000 Ярославль, ул. Советская, 14.

Сдано в набор 16.092008, подписано в печать 16.09.2008

Формат 60х90/16. Усл. печ. л. 1,49

Тираж 150. Заказ №

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»