WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

Научная новизна исследования заключается в том, что это первая обобщающая работа, в которой на основе критического анализа источников и современного осмысления проблемы, рассматривается история становления и деятельность региональных научных центров Нижнего Поволжья на базе хоздоговорных новостроечных экспедиций с момента окончания Второй Мировой войны до распада СССР в 1991 г. История охраны, исследования и использования памятников археологии в данном ракурсе, в этих хронологических и территориальных рамках еще не становилась объектом специального обобщающего исследования. Впервые упорядочен понятийный аппарат в сфере охраны и изучения археологического наследия. В диссертации конкретизируются вопросы взаимодействия центральных и региональных научных учреждений с государственными и общественными институтами. Впервые дана характеристика особенностей развития региональных археологических центров Нижнего Поволжья и системы организации полевых археологических исследований. Также в научный оборот вводятся обширные фактические материалы, включающие неопубликованные архивные документы, упоминаются малоизвестные печатные издания. Деятельность региональных научных центров рассматривается в контексте общероссийской археологической науки и памятникоохранной деятельности с учетом социально-политической и экономической обстановки тех лет.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Материалы диссертации могут быть использованы для формирования общих и специальных курсов, преподаваемых в высшей школе. Они имеют научно-практическую значимость для базовых курсов «История России» и «История культуры России», преподаваемых в рамках обучения специальности 07.00.02 – «отечественная история», а также для разработки новых специальных курсов и развития преподаваемых дисциплин и специальных курсов, таких как «История и историография археологии в России», «Регионоведение», «Культурология», «Памятниковедение» и др.

Полученные выводы могут быть использованы при анализе современных проблем, связанных с организацией исторических, правовых и культурологических исследований в регионе, проведением культурно-охранительных мероприятий и разработке системы менеджмента историко-культурного наследия в Нижнем Поволжье.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации были представлены автором и прошли научное обсуждение в ходе ряда международных, всероссийских и региональных конференций и семинаров. Среди них можно выделить «II (XVIII) Всероссийский археологический съезд», проводимый при поддержке Президиума РАН, РГНФ и РФФИ (Суздаль, 2008), а также на международной конференции «Запад – Россия – Восток в исторической науке XXI века», посвящённой 100-летию СГУ, проводимой в СГУ (Саратов, 2009). Они были изложены в ряде статей, в том числе и реферируемых.

Структура и основное содержание диссертации

Структура диссертационного исследования обусловлена его задачами и целью, построена по проблемному принципу. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка используемых источников и литературы, а также блока приложений.

Во введении обоснованы актуальность избранной темы, выбор хронологических и территориальных рамок, определены цель и задачи исследования, показана его научная новизна и значимость. Здесь же представлена краткая характеристика историографии и источников, использованных при написании работы.

Первая глава «Организация, нормативная и методическая база охраны, изучения, использования археологического наследия на новостройках Нижнего Поволжья в 19451991 гг.» включает в себя 3 параграфа.

В первом параграфе «Археологические памятники, их охрана, изучение, использование: теоретический аспект» рассматриваются такие категории как культурное наследие, культурные ценности, археологическое наследие, памятник истории и культуры, археологический памятник. На основе анализа современных научных представлений и юридических норм сделан вывод об отсутствии единой государственной концепции в отношении культурного наследия и археологических памятников, как его составляющей. Автором упорядочен и конкретизирован понятийный аппарат в области охраны и исследования археологического наследия, предложен вариант определения археологического памятника: это специфический тип памятника истории и культуры, объективно представляющий собой культурную ценность; это материальный, недвижимый объект культурного наследия, являющийся частью исторического ландшафта и несущий комплексную историческую, эстетическую, технологическую и прочую информацию о деятельности коллектива людей, прекратившейся более 50 лет назад.

Во втором параграфе «Система охраны, изучения и использования археологического наследия с 1945 по 1991 гг.» рассматривается история формирования политико-правовых механизмов в данной области и их воплощение на примере деятельности государственных учреждений Нижнего Поволжья. При анализе изменений законодательной и методической базы сделан вывод о том, что к концу 1980-х гг. в общих чертах сформировалась советская система охраны, изучения и использования археологического наследия. В соответствии с эволюцией законодательства и практикой его исполнения научными центрами и органами государственной власти автором представлен вариант периодизации её развития с 1945 по 1991 гг. Рассмотрены известные варианты использования археологического наследия, среди которых – изучение (исследование), музеефикация, использование в качестве объектов этнической памяти, туризм, а также незаконные способы (незаконная продажа, кладоискательство). Сделан вывод о том, что в советский период фактически единственным видом использования археологического наследия в Нижнем Поволжье, наряду с его охраной, было научное изучение. Представлены основные виды и специфика государственных учреждений, занимавшихся изучением археологического наследия в Нижнем Поволжье с 1945 по 1991 гг.: 1) учреждения АН СССР; 2) научно-исследовательские учреждения регионального подчинения (НИИЯЛИ и т.п.); 3) центральные и региональные музеи; 4) кафедры и лаборатории региональных вузов; 5) Областные станции юных туристов (ОблСЮТур); 6) Государственные охранные организации при Управлениях культуры (Дирекции и Научно-производственные центры по историко-культурному наследию (НПЦ по ИКН)).

В третьем параграфе «Полевые археологические исследования и новостройки» предложен вариант классификации видов антропогенного изменения ландшафтов, конкретизирован понятийный аппарат в области охранных археологических исследований, обозначена специфика охранных, авариийно-спасательных, новостроечных, хоздоговорных исследований. Новостроечные исследования представлены как охранные археологические работы на новостройках (разведки и раскопки) вне зависимости от наличия хоздоговора, главной задачей которых является упреждение антропогенного разрушения археологических памятников.

На основании выводов первой главы систематизирован огромный массив данных по полевым археологическим исследованиям в Нижнем Поволжье с 1945 по 1995 гг., их динамика представлена в виде графиков, а изученные в этот период археологические памятники картографированы с уточнением их местоположения. Сделан вывод о том, что интенсификация полевых археологических исследований и охранных мероприятий была связана, в первую очередь, с реализацией масштабных новостроечных проектов.

Вторая глава «Новостроечная археология и становление новых региональных научных центров в Нижнем Поволжье в 19451991 гг.» состоит из пяти параграфов.

В первом параграфе «Новостроечные экспедиции ИИМК АН СССР в зонах затопления водохранилищ в Нижнем Поволжье с 1949 по 1957 гг.» рассматривается организация и деятельность крупных экспедиций ИИМК АН СССР – Волго-Донской и Сталинградской. Сделан вывод о том, что крупные академические экспедиции были неэффективны для охраны археологического наследия, что выдвигало на первый план необходимость формирования региональных археологических центров.

Во втором параграфе «Новостройки и археологические исследования Саратовского научного центра в 1945–1991 гг.» рассматривается деятельность государственных учреждений по охране, изучению и использованию археологического наследия на новостройках Саратовской области.

Саратовский археологический центр имел давнюю традицию. Несмотря на репрессии 1930-х гг. и Великую Отечественную войну, до начала 1960-х гг. он продолжал оставаться единственным в Нижнем Поволжье. В это время археологическими исследованиями, в т.ч. и новостроечными, здесь занималась лишь экспедиция СГУ и СОМК во главе с И.В. Синицыным, который осуществлял работы по всему Нижнему Поволжью и в Западном Казахстане. К началу 1960-х гг. И.В. Синицын подготовил нескольких учеников, которые оказывали ему помощь и вели самостоятельные исследования. Он же включился в новостроечные исследования в Калмыкии и содействовал образованию там археологического центра. Очевидно, что отсутствие внимания И.В. Синицына к такой важной составляющей научного процесса, как подготовка научных кадров, повлекло за собой тяжёлые последствия. В связи с неожиданной смертью большинства местных археологов, в Саратовском научном центре в начале 1970-х гг. возник кризис, что не позволило ему своевременно занять место в хоздоговорных исследованиях на оросительных системах. В середине 1970-х гг. север Саратовской области активно изучался археологами Куйбышевского пединститута (КГПИ), а в зонах мелиорации в Заволжье начала работу Средневолжская (Волго-Уральская) экспедиция ИА АН СССР, в рамках которой высококвалифицированную стажировку прошли молодые саратовские специалисты. Н.М. Малову, С.Ю. Монахову и Е.К. Максимову удалось в 1978 г. создать инициативную хоздоговорную группу, которая заключила ряд договоров на исследования в зоне строительства Приволжской (Балаковской) АЭС. После возвращения в Саратов В.Г. Миронова и при его активном участии в 1981 г. группа получила статус научно-исследовательской лаборатории (НИАЛ) при НИС СГУ. Деятельность новой организации НИАЛ СГУ в 1980-е гг. заключалась в выполнении хоздоговорных археологических работ в зонах сооружения оросительных систем, а также на археологическом картографировании не только в области, но и за её пределами. Это сказалось на специфике подготовке специалистов: с одной стороны, это были опытные практики, с другой – учёную степень получили немногие и, преимущественно, в кризисные 1990-е гг.

Важное место в популяризации археологического наследия с середины 1960-х гг. играли археологические и краеведческие кружки при школах и музеях: развитие «детской» археологии в Саратовской области позволяло школьникам под руководством ОблСЮТур самостоятельно осуществлять надзор за состоянием археологических памятников в районах.

В 1990 г. при областном Управлении культуры была создана Дирекция охраны, исследования и реставрации памятников истории и культуры, которая фактически монополизировала управление археологическим наследием. В новых экономических условиях отсутствие чёткого взаимодействия научных структур с органами охраны памятников привело к тяжёлым последствиям. Основной проблемой для НИАЛ СГУ стали трудности с содержанием прежнего штата, в 1995 г. она была реорганизована и фактически прекратила своё существование.

В третьем параграфе «Новостройки и становление Волгоградского научного центра» рассматривается деятельность государственных учреждений по охране, изучению и использованию археологического наследия на новостройках в Волгоградской области с 1945 по 1991 гг. В послевоенный период и до середины 1960-х гг. археологического центра здесь не существовало. Однако археологическое наследие Волгоградской области привлекало внимание иногородних археологов. Основные исследования в это время велись столичными и саратовскими специалистами. Стажировка студентов Волгоградского пединститута (ВГПИ) в Астраханской экспедиции ЛОИА АН СССР под руководством В.П. Шилова способствовала возникновению регионального археологического центра. В конце 1960-х гг. самостоятельные экспедиции проводили областной краеведческий музей (ВОКМ) под руководством В.И. Мамонтова, ВГПИ (А.С. Скрипкин) и ОблСЮТур (И.П. Лисицын). В это время инициативные исследования на золотоордынских памятниках вела Поволжская экспедиция (ПАЭ) ИА АН СССР и МГУ под руководством Г.А. Фёдорова-Давыдова и В.В. Дворниченко. В начале 1970-х гг. ЛОИА АН СССР заключил долгосрочные договоры на новостроечные исследования в зонах сооружения оросительных систем в Волго-Донском междуречье, эти работы были перепоручены молодым волгоградским специалистам, что сыграло определяющую роль в развитии Волгоградского научного центра. В 1975 г. уже защитивший к этому времени диссертацию А.С. Скрипкин создал археологическую лабораторию при ВГПИ, сформировал её штат и заключил ряд новых хоздоговоров на исследования в Заволжье. В это время в Волгограде и районах области активно развивалось краеведческое движение, поддержку археологам оказывали Областное управление культуры, ВООПИК и районные музеи. В 1980 г. был создан Волгоградский университет (ВолГУ). Перейдя на работу туда, А.С. Скрипкин при поддержке столичных археологов заключил ряд хозяйственных договоров на исследования в зонах сооружения оросительных систем в Краснодарском крае, на полученные средства была создана археологическая лаборатория ВолГУ во главе с А.Н. Дьяченко, сформирован штат. С середины 1980-х гг. хоздоговорные работы начали проводиться и на территории области. Сотрудники лабораторий обоих вузов активно взаимодействовали между собой. Работы по хоздоговорам велись на оросительных системах Заволжья и Волго-Донского междуречья, сэкономленные средства позволяли заниматься аварийно-спасательными раскопками. Важным достижением стало активное внедрение естественнонаучных методов в практику археологических исследований. Основной рабочей силой были студенты, активными участниками – школьники краеведческих и археологических кружков.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»