WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |

Больничная помощь была нацелена, главным образом, не на профилактику, а на лечение. Характерной чертой советского здравоохранения являлась большая по объему госпитализация. Это свидетельствовало, с одной стороны, об общедоступности этого вида помощи, выраженной в ее бесплатности и насыщенности больничными койками. С другой стороны, объяснялось социальными факторами – большой занятостью горожан в народном хозяйстве, обычными для того времени стесненными жилищно-бытовыми условиями, отставанием поликлинической помощи от больничной и традиционным взглядом населения и врачей на стационарное лечение как более квалифицированное и всеобъемлющее. Показатель госпитализации в городах Западной Сибири рос, достигнув к 1960 г. 70% от потребности. Отказ в помещении больного в стационар чаще всего возникал по причине нехватки мест, нередко вызывавшейся нерациональным их использованием из-за необоснованной госпитализации.

Таким образом, проблемы доступности, своевременности помощи, близости лечебных учреждений к месту проживания и работы горожан Западной Сибири в изучаемый период до конца не были разрешены. Объективные трудности с неизбежностью привели к смещению акцентов в сторону лечебной, а не профилактической работы, оптимальный баланс между которыми так и не удалось найти, что сказалось на общей результативности работы медицинской сети.

В третьем параграфе изучается организация помощи работникам промышленных предприятий, что имело особое значение для Западной Сибири как одного из ведущих индустриальных регионов страны, насыщенных травмоопасными, угрожающими здоровью производствами. Несмотря на то, что с окончанием войны жизнь постепенно стала входить в нормальное русло, производственные условия продолжали оставаться тяжелыми. Значительная часть заводов и фабрик Западной Сибири на протяжении всего изучаемого периода размещалась в приспособленных помещениях. Низкая механизация, большое количество ручных операций, нехватка бытовых комбинатов, плохое водоснабжение, недостаточный предупредительный санитарный надзор и т.п. были обычным делом. От того, как соблюдалась производственная и технологическая дисциплина, насколько квалифицированными в вопросах охраны труда были рабочие и административно-технические руководители, в каком состоянии находилось освещение, вентиляция, рабочие места напрямую зависели частота и тяжесть заболеваний и несчастных случаев, связанных с производством.

Необходимость сохранения здоровья работающего населения привела к выдвижению задачи оптимальной организации медицинской помощи. Она осуществлялась двумя способами: в общей лечебной сети и в медико-санитарных частях (МСЧ), которые стали основным типом медучреждения на производстве. Впервые они появились весной 1941 г., доказали свою эффективность в военное время, но, как и открытая сеть, испытывали недостаток материального обеспечения и кадров. Учитывая опыт войны, было признано, что МСЧ нужно сохранить, но создавать по возможности мощными, со всеми видами специализированной помощи как поликлинической, организованной по цеховому принципу, так и стационарной не менее чем на 300-400 коек. Реализация этой задачи происходила в период реорганизации здравоохранения. МСЧ были преобразованы в учреждения, объединяющие в единой системе здравпункт, поликлинику, больницу, профилакторий, детские ясли. Они финансировались по повышенным нормативам, лучше снабжались оборудованием и лекарствами, многие имели хорошо развитую материально-техническую базу, кадры высокой квалификации, применяющие новейшие средства диагностики и лечения, в том числе разнопрофильного. Благодаря гибкой структуре, помощь оказывалась сравнительно более оперативно и действенно, много внимания уделялось состоянию рабочих мест и технических условий производства. С другой стороны, развитие МСЧ не вполне успевало за ростом населения и промышленности региона и у них имелось немало проблем. Хорошо укомплектованные и оснащенные МСЧ размещались в основном при крупных западносибирских предприятиях союзного и республиканского значения, местная промышленность ими, чаще всего, не располагала. Не был до конца преодолен кадровый дефицит, особенно узких специалистов, не хватало диагностического оборудования, медленно внедрялся цеховой метод. На ряде крупных производств Кемеровской, Новосибирской, Томской областей врачи обслуживали два участка. Эти трудности в сочетании с не всегда соответствующими требованиям безопасности условиями труда не позволили существенно снизить производственно обусловленную заболеваемость и травматизм. В промышленности Западной Сибири в изучаемый период, она оставалась ещё очень высокой и по-прежнему превышала среднереспубликанский уровень.

В третьей главе «Заболеваемость и смертность населения» исследован вопрос о соотношении экзогенных и эндогенных типов заболеваемости и смертности и их зависимости от социальных условий бытия горожан. Показана противоречивость воздействия индустриального общества на человека, увеличивающего возможности повышения качества лечения людей и, одновременно, провоцирующего развитие специфических патологий, характерных для промышленной городской среды, что возлагает на здравоохранение социальную миссию снижения человеческих потерь.

Глава состоит из двух параграфов.

В первом параграфе рассматриваются факторы заболеваемости и смертности городского населения. Отмечается, что физиологическое благополучие людей лишь на 8-10% зависит от качества работы служб охраны здоровья, более половины факторов приходятся на условия человеческого бытия. В разные исторические эпохи степень воздействия последних была неодинаковой, что позволяет говорить о доминировании в тот или иной период экзогенной или эндогенной типологии заболеваемости и смертности. При доминировании эндогенных факторов люди чаще умирали от хронических болезней в пожилом возрасте, в то время как экзогенные факторы первоочередными группами риска делали людей с ослабленным здоровьем и детей. Поэтому, чем выше уровень социально-экономического развития общества и более благоприятными являются условия жизни, тем меньше болезни, преобладающие в составе общей заболеваемости, совпадают со списком патологий, приводящих к смерти. И, наоборот, если имеется почти полное совпадение номенклатуры заболеваний и причин смерти, то состояние общества является кризисным.

Сложная санитарно-эпидемиологическая обстановка в городах Западной Сибири, острый дефицит жизненных ресурсов, проблемы с оказанием медицинской помощи после войны, способствовали росту общей смертности экзогенного характера. В 1947 г. ее коэффициент в городах региона превосходили уровень 1945 г. на 52,3% в основном за счет младенцев младше одного года. В 1946-1947 г. большая заболеваемость дизентерией и туберкулезом порождала высокую смертность. Эта ситуация еще более усугубилась послевоенным голодом. В 1946 г. среди детей в возрасте до 3-х лет, находившихся на лечении в педиатрической больнице Барнаула, 59,3% имели диагноз дистрофия, 50% смертей в Новосибирске приходилось на причины, вызванные хроническим недоеданием.

Социально-экономическая стабилизация и некоторый рост жизненного уровня горожан в конце 1940-х гг. уменьшили темпы естественного прироста населения вследствие одновременного снижения коэффициентов рождаемости и смертности. Показатель смертности в 1950-е гг. в регионе - 6,4 на 1000 человек, был выше, чем в РСФСР (7,4), что стало самой благоприятной величиной из всех достигнутых во второй половине ХХ в. Процесс снижения уровня смертности не был равномерным. Внутри него можно выделить две стадии, когда смертность несколько увеличивалась, не достигая, однако, критических величин. Первая - 1947-1951 г., когда активно проявили себя квазиэндогенные факторы, т.е. причины накопленного генеза, когда умирали от ран и болезней те, кто прошел войну. Вторая – 1957 и 1959 г., когда смертность возросла от эпидемии вирусного гриппа.

Одновременно с конца 1940-х гг. началось постепенное становление эндогенного типа заболеваемости и смертности, когда в группе соматических патологий стали преобладать хронические болезни, характерные для современного индустриального города. Условия существования людей в городах комфортнее, уровень медобслуживания выше, но большая плотность населения, повышенный ритм жизни, недостаток чистого воздуха, длительные и массовые передвижения к месту работы, чрезмерный шумовой фон, усиление эмоциональной напряженности при одновременном снижении мышечной активности увеличивают стрессовые, экологические, техногенные риски, плохо влияющие на организм. Уровень заболеваемости горожан в среднем в 1,5-2 раза выше, чем у сельских жителей. Особенно это касается рака, болезней кровообращения, нервной, эндокринной, опорно-двигательной систем. Анализ источников показал, что у горожан Западной Сибири в 1950-е гг. наблюдалась тенденция к росту количества больных данными патологиями.

Оценивая региональные особенности, необходимо учитывать, что, во-первых, большая часть этих патологий вызывается естественными процессами старения организма, поэтому с конца 1940-х – начала 1950-х гг. в структуре смертности стали доминировать пожилые люди. Западная Сибирь в изучаемый период отличалась более молодой возрастной структурой, что стало одной из причин опережающего по сравнению с российскими показателями падения уровня смертности. Во-вторых, большое влияние на уменьшение общей смертности оказало одновременное снижение рождаемости и детской летальности в городах региона.

В целом динамика заболеваемости и смертности в западносибирских городах шла в русле аналогичных тенденций в целом по стране и республике и соответствовала логике исторического процесса при переходе страны от военного кризисного периода к мирному устойчивому развитию индустриального общества.

Во втором параграфе анализируется проблема социальной эффективности городского здравоохранения и ее критериев. В диссертации приняты четыре категории базовых показателей, предложенных Всемирной организацией здравоохранения: 1) эффективность государственной политики; 2) социальные и экономические показатели; 3) обеспеченность населения медико-социальной помощью; 4) состояние здоровья населения. При их применении учитывались конкретно-исторические условия развития Западной Сибири в 1946-1960 г. и особенности источниковой базы по теме диссертации. В частности, было принято во внимание, во-первых, что развитие здравоохранения в советское время считалось неуклонно прогрессирующим, что нашло отражение в источниках и объективно осложнило оценку его социальной эффективности. Во-вторых, здравоохранение, по сути, представляло собой отрасль плановой экономики, нацеленной на наращивание и учет количественных показателей. Качественность и результативность медпомощи целенаправленно не отслеживались и не анализировались. В-третьих, советская социальная система не понимала здоровье человека как самодовлеющую ценность, рассматривая его как средство для достижения социально-экономических задач. Власть, как правило, учитывала потребности населения только тогда, когда они совпадали с общегосударственными. В-четвертых, в основе советского здравоохранения лежал ряд принципов: государственный характер, централизованность, профилактическая направленность, комплексность, бесплатность, общедоступность, единство медицинской науки и практики. После войны их действие было восстановлено, что позволило добиться значительных успехов, в том числе на региональном уровне. Государство финансировало здравоохранение, определяло приоритеты, обеспечивало единство целей, организовывало взаимодействие и преемственность лечебно-профилактических служб на всей территории страны. Централизованное руководство, осуществлявшееся характерными для того времени административными методами, играло положительную роль, поскольку обязательность исполнения приказов приводила в движение все звенья медицинской цепи, достигая самых удаленных районов страны. Эффективность управления в диссертации оценивалась по двум взаимозависимым критериям: рациональности и социальной справедливости.

Их можно проследить на основе анализа бюджетного финансирования отрасли. Власть при выделении средств ориентировалась не на число выздоровевших пациентов, а исходила из показателя койко-дней и остаточного принципа финансирования отрасли. Это не делало здравоохранение неэффективным, система его организации являлась наиболее соответствующей социальному устройству общества и целям государства, которое ориентировалось на потенциально предотвращенные, прежде всего, экономические потери. Благодаря увеличению национального дохода, объемы ассигнований в отрасль, хотя медленно и не всегда последовательно, но все же росли. В Новосибирской области в течение 1950-х гг. отраслевой бюджет увеличился более чем вдвое, в Тюменской области с 1944 г. до конца 1960-х гг. - более чем в 10 раз. Это позволяло постепенно наращивать мощности здравоохранения в городах региона. Вместе с тем, если здравоохранение было готово осваивать любые вложения, то государственные ресурсы оказалось не в состоянии соответствовать возрастающим потребностям и объем финансирования оставался недостаточным. Природно-климатические и социально-экономические условия жизни в Западной Сибири предполагают, что нормы медицинского обслуживания людей должны быть на 30 - 40% выше по сравнению с европейской частью страны. Однако в реальности дело обстояло не так. В 1962 г. в Центральном экономическом районе на здравоохранение в расчете на душу населения расходовалось 37 руб., в Западной Сибири – 29.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»