WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 11 |

Очевидно, что пост Верховного комиссара по делам национальных меньшинств был задуман, как совершенно новый институт СБСЕ, как некий инструмент «гибкого реагирования» для предупреждения конфликтов на максимально ранней стадии. Исходя из своего мандата, он имел право: а) получать и собирать всевозможную информацию по проблемам национальных меньшинств, в том числе и от неправительственных организаций, а также специальные доклады от непосредственно заинтересованных сторон; единственное ограничение для такого сбора информации касалось организаций, практикующих или публично оправдывающих терроризм или насилие; б) проводить опросы на местах для оценки ситуации, для использования их результатов для стимулирования диалогов и сотрудничества между сторонами; в) проводить двусторонние и многосторонние консультации и переговоры с заинтересованными политиками; г) предлагать свои варианты превентивных мер по упреждению и урегулированию назревающих конфликтов и т.д.18

Анализируя специфику подходов ОБСЕ и института ВКДНМ, следует отметить и их достаточную радикальность. Так, в документах того и другого органа подчеркивается, что в условиях реализации превентивной дипломатии интересы и ожидания сторон при споре могут согласовываться не только с принципом государственной независимости, но и с децентрализованными моделями демократии.

Особое внимание уделялось двум другим органам ОБСЕ, играющим важную роль в плане реализации превентивной дипломатии. Речь идет о Центре по предотвращению конфликтов (ЦПК) и Форуме по сотрудничеству в области безопасности.

Центр по предотвращению конфликтов учрежден в соответствии с решениями Парижской встречи глав государств СБСЕ в 1990 году и призван оказывать Совету ОБСЕ содействие в деле уменьшения опасности возникновения конфликтов. В круг выполняемых им функций входили разработка механизмов консультаций и сотрудничества, ежегодный обмен военной информацией государствами — участниками СБСЕ, установление сети связи, сотрудничество в отношении опасных инцидентов военного характера19.

В структуру Форума ОБСЕ входили два комитета: специальный и консультативный. Заседания специального комитета проводились для проведения переговоров по контролю над вооружениями, разоружению и мерам укрепления доверия и безопасности, либо для рассмотрения, разработки или согласования предложений по укреплению безопасности и сотрудничеству. Консультативный комитет призван оказывать помощь ЦПК по решению его существующих и будущих задач.

Резюмируя можно подчеркнуть, что в отличие от ООН, где применение принципов превентивной дипломатии в конкретных случаях, в основном, осуществляется ad hoc, имплементация ее методов в системе ОБСЕ приобрела более систематизированный и упорядоченный характер, ибо превентивная деятельность сейчас уже является повседневной и рутинной в работе долгосрочных миссий Организации и Верховного Комиссара ОБСЕ по делам национальных меньшинств. Модель ОБСЕ не только доказывает «приземленность» и приспособленность практики Организации к особенностям региона ответственности Организации, но и является лишним подтверждением жизненности концепции.

Имплементация же превентивных стратегий в страновых и субрегиональных измерениях свидетельствует не только об однозначно позитивном опыте их реализации. По тем субъективным причинам, которые были затронуты в первой главе исследования и нередко становились факторами неудачи ПД, немало и негативных результатов предотвращения кризисных ситуаций.

Во второй главе конкретно анализируются положительные результаты применения превентивных технологий в различных частях Земного шара и различных континентах планеты: Македонии, Албании, Венгрии, Латвии и Эстонии, Перу и Гватемале и одновременно детально разбираются неудачи попыток предотвращения кризисов в Заире и Конго, Гаити и Перу, Хорватии, Боснии и Сербии. Подчеркивается, что если в Македонии причиной успеха стало развертывание пока еще единственного в истории ООН задействования UNPREDER – сил превентивного развертывания ООН, то конкретика и целенаправленность действий Верховного комиссара ОБСЕ по делам национальных меньшинств в Латвии и Эстонии помогли предотвратить там кризисное развитие событий, связанных с ущемлением прав русскоязычного меньшинства. С другой стороны примеры неудачи превентивной дипломатии на Балканах – в Хорватии, Сербии и Боснии еще раз показали, что отсутствие политической воли у истэблишмента европейских государств действовать превентивно были причиной фиаско ПД, при том, что сигналов раннего предупреждения, на необходимость наличия которых делают акцент многие исследователи, было более чем предостаточно.

Успех превентивной дипломатии в Македонии, Гватемале, Конго, Чехии и Словакии во многом был обусловлен эффективностью властных институтов этих стран, контролировавших спецслужбы и вооруженные силы. Гватемала и Перу, например, обладали сильными государственными институтами, не так давно поставленными под демократический контроль. Вооруженные силы (ВС) и полиция были ограничены там в возможности играть роль на политической арене и посему во время попыток переворота в этих странах занимали выжидательную позицию20.

Резюмируя опыт превентивной дипломатии в страновых и субрегиональных ситуациях, можно, на взгляд автора, говорить о неких общих критериях успеха и неудач превентивной дипломатии. Общие (благоприятные) исходные критерии для реализации превентивной дипломатии можно свести к следующим общим моментам.

Во-первых, это заинтересованность всех сторон в предотвращении конфликта. Комбинации заинтересованных субъектов в каждом отдельном случае могут быть разными по составу, политическому весу и статусу. Но всегда между ними должен сложиться некий де-факто и/или де-юре консенсус по вопросу предотвращения назревающего конфликта.

Во-вторых, должен сложиться баланс интересов заинтересованных крупных внешних «игроков» (США, России, ЕС и других), на основе которого уже должны строиться некие общие конструктивные позиции. Разрешение назревающего конфликта должно иметь большое значение для мирового сообщества и, в первую очередь, для основных игроков современных международных отношений. Для самих конфликтных сторон мирное урегулирование этнических проблем должно быть предпочтительнее военного решения, серьезность конфликта должна быть осознанна на раннем этапе.

Общие (неблагоприятные) исходные позиции, неуспеха превентивной дипломатии в конкретных ситуациях можно условно свести к двум общим моментам.

Во-первых, это нежелание политиков, вовлеченных в возможный конфликт, дистанцироваться от собственной электоральной мотивации и субъективных интересов. А на раннем предупреждении исключительно трудно заработать политические очки. В то время как, удачное урегулирование конфликта, эффектное достижение мирного соглашения способно повысить популярность того или иного политика. Кроме того, посредники из развитых стран весьма осторожно относятся к переговорам с лидерами оппозиции, что зачастую предусматривает стратегия раннего предупреждения, потому что здесь таится опасность не предупредить конфликт, а наоборот, разжечь его, спровоцировать.

Во-вторых, отсутствие прямой зависимости между подробной информацией об истоках и причинах конфликта и его обязательным положительным разрешением. Так, война на Балканах – самая предсказуемая и наиболее часто прогнозируемая война во всей новейшей истории. Тем не менее, доскональное знание причин конфликта, раннее оповещение не помогли предотвращению военных действий. Возможно, что, как мы уже отмечали, вооруженные конфликты в Югославии начинались не потому, что западные правительства не знали, что происходит, а потому, что они слишком долго игнорировали тревожные сигналы.

Опыт Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР) в плане разработки собственной модели ПД и ее реализации также достаточно привлекателен, так как одной из первых региональных структур, взявшей на вооружение концепцию превентивной дипломатии была АСЕАН – Ассоциация стран Юго-Восточной Азии21. Активный экспертный и политический диалог по широкой проблематике превентивной дипломатии, который не первый год идет в рамках Ассоциации и Регионального Форума АСЕАН (АРФ)22, свидетельствуют о существовании некоего политического «заказа» со стороны стран АТР на дальнейшее продвижение и реализацию политики превентивной дипломатии.

В АСЕАН в начале 90-х гг. шла активная экспертная работа по созданию концепции превентивной дипломатии в Юго-Восточной Азии. Ведущие аналитики Ассоциации отмечали, что в ЮВА не существует прямой угрозы со стороны крупных региональных и внерегиональных держав, переводя их на более низкий уровень конфликтности - на сферу двусторонних отношений между самими странами ЮВА. К таковым они относили взаимные территориальные претензии, проблемы неурегулированности границ и их неудовлетворительной демаркации – контроля и охраны границ, и связанная с ними контрабанда и незаконная разработка полезных ископаемых или природных ресурсов. Перечисленные проблемы и были предметом собственно превентивной дипломатии23.

Очевидно, что Региональный Форум АСЕАН (АРФ) в отличие от АСЕАН придает превентивной дипломатии большую практическую направленность, поскольку непосредственно связан с вопросами безопасности. В августе 1995 г. на очередном саммите организации была одобрена концепция деятельности АРФ, которая предусматривала практическую реализацию трех этапов превентивной дипломатии в АТР. На первом планировалось создание мер доверия в регионе, на втором – налаживание механизмов превентивной дипломатии, а на третьем – налаживание механизмов урегулирования конфликтов24.

Результаты экспертизы «второй дорожки» плавно перетекли в известный проект «Концепции и принципы превентивной дипломатии» для АТР, итоговый рабочий вариант которого был подготовлен Сингапуром от имени АСЕАН к ноябрю 1999 г..

Принципиально важным в данном документе были восемь ключевых принципов превентивной дипломатии, получившие, с учетом европейского опыта некое обобщение.

Суммируя позитивные и негативные тенденции, накопившиеся в настоящее время в АРФ по проблеме дальнейшего развития концепции и практики превентивной дипломатии, следует выделить следующий ряд проблем, которые составляют суть современного дискурса.

Во-первых, наверное, нужно отметить внутренний смысл, который вкладывается в понятие превентивной дипломатии в условиях азиатской (регионов ЮВА и СВА) региональной специфики. В любом случае страны АСЕАН вряд ли пойдут на радикальные трактовки теории и практики ПД, предполагающие вмешательство во внутренние дела того или иного государства. Во-вторых, вопрос касается создания реальных механизмов реализации ПД в регионе. В экспертной литературе существуют разные трактовки данных проблем. Интересной, в этой связи, представляется версия российского политолога и дипломата М.А.Конаровского, который считает, что сутью превентивной дипломатии в АТР должно стать тесное политическое и экономическое сотрудничество между членами АРФ, включая сотрудничество в области безопасности для создания условий по предотвращению военных конфликтов.

Таким образом, азиатский региональный «срез» теории и практики ПД (на примере деятельности АСЕАН), показывает достаточно сильное отличие его от аналогичного среза в Европе. В Юго-Восточной Азии можно говорить пока о предварительном этапе реализации ПД, без того разностороннего (позитивного и негативного) опыта, который демонстрирует ОБСЕ, другие западные институты и организации. К сожалению, сингапурский проект превентивной дипломатии, как наиболее продвинутый не перешел в иное качество обязательной и официальной доктрины АРФ и других международных структур региона ЮВА.

Другая часть этой главы посвящена теоретическим разработкам Содружества Независимых Государств (СНГ) в области ПД и отдельным примерам ее имплементации в постсоветском пространстве. Подчеркивается, что 19 января 1996 года в Москве решением Совета глав Содружества  Независимых Государств (СНГ) была принята Концепция предотвращения и урегулирования конфликтов на территории  государств –участников  Содружества Независимых Государств».25 Принятие странами СНГ концепции превентивной дипломатии в качестве основы для предотвращения конфликтов на постсоветском пространстве имело большое политическое значение и имела все возможности стать примером практического применения концепции превентивной дипломатии. В документе было прописано, что превентивная дипломатия может осуществляться специальными представителями СНГ, она охватывает комплекс мероприятий, направленных на выяснение причин и предупреждение споров между сторонами и недопущение перерастания их в конфликты, включая добрые услуги и посредничество в организации консультаций, переговоров между сторонами в споре, оказание им содействия в поисках взаимопонимания и достижения договоренности по урегулированию разногласий26.

Оценивая концепцию СНГ, следует отметить несколько моментов. Во-первых, в отличие от Устава СНГ и первых установочных документов СНГ, в концепции речь идет о «конфликтах» на территории государств-участников Содружества», что предполагает активное участие СНГ в урегулировании и проведении миротворческих операций как в отношении межгосударственных, так и внутренних конфликтов. При этом деятельности по предотвращению и урегулированию этих конфликтов отводится весьма важная роль в общем спектре усилий Содружества. Отмечается, что наиболее предпочтительным путем разрешения споров и предотвращения конфликтов является использование превентивных мер и превентивной дипломатии.

Особое внимание в Концепции обращается на привлечение к деятельности по урегулированию и предотвращению конфликтов на территории стран СНГ ООН и ОБСЕ. Подчеркивается, что принуждение к миру может происходить только с согласия и на основе мандата СБ ООН. В рамках принятой Концепции был проработан механизм осуществления операций по поддержанию мира и предотвращению конфликтов в СНГ.

Устав СНГ27, принятый еще в 1993 г., являлся в начале 90-х гг. наиболее важным документом, определяющим принципы и регулирующим деятельность организации. Вместе с тем, вопрос о миротворческих операциях и превентивной дипломатии был разработан в Уставе не полно.

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 11 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»