WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

Первая глава «Методологические основы, терминологический аппарат, методы и приемы исследования» посвящена рассмотрению, систематизации и уточнению существующих терминов и их определений в лингвокультурологии, основных принципов лингвокультурологического анализа, способов изучения и реконструкции языковой личности с опорой на методику, предложенную Ю. Н. Карауловым.

Первый параграф «Понятие лингвокультурной ситуации и методы ее описания» посвящен вопросам развития языка того или иного этноса в условиях конкретного культурно-исторического периода. Значительный вклад в решение этих вопросов внесли В. В. Виноградов, А. Д. Швейцер, Ю. Д. Шмелев, А. Едличка, Л. Г. Чапаева и др.

Комплексная методика описания взаимодействия языка и культуры в конкретный временной срез разработана В. М. Шаклеиным. В монографии «Лингвокультурная ситуация и исследование текста» (1997) ученый представил методику лингвокультурологического анализа текста, позволяющего охарактеризовать породившую текст ЛКС. Понятие лингвокультурной ситуации, как отмечает исследователь, характеризуется двумя основными факторами. Во-первых, временным фактором, который представляется, с одной стороны, как «перманентно и волнообразно меняющийся процесс, а с другой – как подготовленный данным процессом статический временной «срез», служащий подготовительным этапом для следующего формирующегося среза. Во-вторых, вхождением в его состав, как правило, не одного, а нескольких общественных формирований, нескольких языков и культур, которые сами по себе уже являются сложными системами, поскольку один язык обычно обслуживает несколько культур и субкультур, имеющих и свои (национальные, субэтнические) языки, которыми зачастую владеют представители других культур и субкультур2. Таким образом, ЛКС представляет собой «динамичный и волнообразный процесс взаимодействия языков и культур в исторически сложившихся культурных регионах и социальных средах»3. Сущностные черты ЛКС составляет сочетание общенационального, группового и индивидуального в языке конкретной эпохи. При изучении авторского текста обращается внимание на следующие свойства этого текста: индивидуальность речетворческого процесса, отражение сути историко-культурного временного среза в момент его создания, системные связи и отношения текста.

В рамках настоящего исследования для описания ЛКС 1960-1970-х годов на материале творчества поэтов-бардов применяются также термины концепт, лингвокультурема и лингвокультурологическое поле. Уточнению и указанию на то, в какой трактовке данные термины используются в ходе анализа, посвящен второй параграф «Концепт, лингвокультурема, лингвокультурологическое поле как термины лингвокультурологии». Принципиально важным является использование термина концепт, отличительными чертами которого служат: принадлежность к ментальному миру индивида (автора), связь с культурой этноса, ассоциативность, многослойность (понятийный, культурно-исторический, образный, ценностный и ассоциативный пласты), преимущественная реализация средствами лексико-фразеологической системы языка.

Лингвокультурема, совмещающая в себе языковую и внеязыковую (культурную) информацию, отличается от художественного концепта большей степенью предметной отнесенности к породившему ее культурному контексту и в этой связи отсутствием в своем содержании авторских образных коннотаций и ассоциативных связей. Совокупность лингвокультурем формирует лингвокультурологическое поле. Оно, хотя и имеет изоморфоное строение с семантическим полем (в нем можно выделить ядро, центр, периферию), тем не менее отличается от него двухслойностью содержания, обусловленной синтезом языкового и культурного содержания.

Описание ЛКС 1960-1970-х годов на основе лингвокультурологического анализа стихов поэтов-бардов во многом опирается на изучение особенностей языковой личности (далее – ЯЛ) автора. Вопросы изучения и описания ЯЛ составляют содержание третьего параграфа «Языковая личность: понятие, способы изучения и реконструкции». Вслед за Ю. Н. Карауловым под ЯЛ в исследовании понимается «любой носитель того или иного языка, охарактеризованный на основе анализа произведенных им текстов с точки зрения использования в этих текстах системных средств данного языка для отражения видения им окружающей действительности и для достижения определенных целей в этом мире»4. Однако, помимо трех уровней (вербально-семантического, лингво-когнитивного, прагматического), выделенных в структуре ЯЛ Ю. Н. Карауловым, считаем вслед за З. А. Кузневич, еще одним самостоятельным уровнем грамматикон. При этом в качестве самого высокого в иерархии уровней признается не прагматикон, как это было у Ю. Н. Караулова, а тезаурус, представляющий «когнитивную карту»5 личности.

Вторая глава «Культурно-языковое и историко-культурное состояние СССР в 1960-1970-е годы в свете теории лингвокультурной ситуации» представляет собой историко-культурный портрет СССР, содержит аналитический обзор общественно-политической, экономической и культурной жизни, характеризует языковую политику, разносторонне описывает авторскую песню как неотъемлемую часть культурной жизни общества. Эти сведения помогают установить связь культурных и языковых явлений, определив тем самым отличительные черты картины мира, нашедшей непосредственное отражение в творчестве поэтов-бардов. Лингвокультурологический анализ их стихов позволяет выделить специфические черты ЛКС рассматриваемого периода.

В параграфе первом «Особенности историко-культурного состояния СССР в период 1960-1970-х годов» отмечается следующее. С одной стороны, 60-е годы ознаменованы созданием мощного топливно-энергетического комплекса, прорывом в жилищном строительстве, интенсивным развитием науки и образования. Однако, по свидетельству историков (С. И. Дегтев), уже в 70-е годы СССР стал терять завоеванные позиции в различных отраслях науки и техники. Нестабильные явления в сфере экономики сказывались на социальных процессах. Современные исследователи отмечают изменения в структуре общества: увеличивалась численность рабочих при сокращении крестьянства. Практически на каждом промышленном предприятии и стройке, в колхозах и совхозах, учебных заведениях функционировали партийные организации, регламентирующие и контролирующие деятельность учреждения. Разрастались и государственные структуры. Новые министерства и ведомства появлялись почти каждый год (И. С. Дегтев, А. С. Сенявский). На социально-экономическом развитии страны сказывалось и ее международное положение. Очевидным было противостояние СССР и США – великих держав, выделившихся после второй мировой войны. Стоявшие за ними военно-политические блоки НАТО и ОВД избегали прямой военной конфронтации. Однако соперничество за влияние в развивающихся странах приводило к локальным военным конфликтам, что активизировало, по мнению исследователей (Г. М. Лакшин), деятельность общественных организаций за мир.

В годы «оттепели» (начало 1960-х годов) был сделан решающий шаг в возвращении культурного наследия эмиграции, в восстановлении культурной преемственности и международного культурного обмена, сформировалось поколение "шестидесятников", которое сыграло важную роль в развитии страны. Большие последствия для общественного сознания имело возникновение альтернативных источников информации – "самиздата", передач зарубежных радиостанций.

Годы «оттепели» сменились так называемой эпохой «застоя» и усилением идеологического контроля над творчеством писателей, поэтов, художников и композиторов. В целях регулирования тематики художественных произведений с середины 70-х гг. была введена система государственных заказов. В полузапрете находилось творчество поэтов-бардов Б. Ш. Окуджавы, А. А. Галича, В. С. Высоцкого. В 70-е гг. началась так называемая «магнитофонная революция». Песни бардов записывались в домашних условиях и передавались из рук в руки. Так в 70-е гг. выделились два пласта в художественной культуре – официальный и неофициальный, то есть поддерживаемая государством культура и не поощряемая им. Происходящее в стране сказывалось на духовной атмосфере в обществе. Кризис переживала сама объединительная идея построения коммунизма. В результате обострился конфликт между понятиями «советский» и «русский». П. Вайль, А. Генис отмечают, что в обществе менялся культурный код. Если с оттепелью вошли ключевые слова «искренность», «личность», «правда», то теперь опорными стали «родина», «природа», «народ», свидетельствующие об активизации духовного поиска, который в 70-е годы способствовал осмыслению культурного наследия прошлого. Повысился интерес к отечественной и зарубежной классике. Использование ее для выражения актуальных проблем стало специфической чертой художественной жизни, попыткой обойти цензуру.

Очевидные изменения в общественно-политической жизни страны, укрепление ее международного положения отражались на языке (И. П. Мучник, М. В. Панов), что отмечается во втором параграфе «Языковая политика СССР 1960 – 1970-х годов и культурно-языковая характеристика периода». В эти годы активно происходит процесс заимствования иноязычной лексики. Пополнили лексический состав русского языка в это время группы слов из бытовой, повседневной жизни (мотороллер, транзистор, кемпинг, нейлон), спортивной и культурно-бытовой (акваланг, биатлон, джинсы, шорты), экзотизмы (сафра, смог, битники), названия модных в 60-70-е годы в Америке и на Западе танцев (хали-гали, твист) и др. Изменение характера политической власти неизбежно изменяет характер языка, что, в свою очередь, приводит к возникновению различного рода оруэлловских новоязов (Б. Сарнов, Е. А. Земская). На фонетическом уровне это выражалось в смягчении согласных в суффиксе –изм: коммунизьм, ленинизьм и т.п. На графическом уровне это использование прописных и строчных букв в идеологических целях: Партия, Родина, Первомай писались, как правило, с прописной буквы, тогда как Бог (бог)– только со строчной.

Чрезвычайно сложен советский синтаксис, одной из функций которого было сокрытие малой смысловой нагрузки. Синтаксические конструкции советского языка – это прежде всего шаблоны. Особую роль играют слова, сигнализирующие о «ритуальных действиях» (М.А.Кронгауз), такие, например, как обращения товарищи, граждане. Показательным примером ритуализации речевой деятельности является ряд отличительных черт в словообразовании. В их числе: увеличение слов, образованных путем интерфиксации (вододром, теплофикация), аббревиации (ОСФРУМ – Общество содействия физическому развитию учащейся молодежи), субстантивации (посевная, передовая, буровая), оканчивающихся на фикация, -изация, -ость и мн. др. К важнейшим чертам новояза исследователи относят: высокую степень клишированности, эвфемистичность, нарушение основных постулатов общения, применяемых с целью лингвистического манипулирования. Однако в реальном советском обществе новояз не вытеснил обыденный язык, а существовал параллельно с ним. Ритуализация речевой деятельности как ключевая установка в языковой политике рассматриваемого периода привела к специфической диглоссии (М.А.Кронгауз), впрочем, достаточно привычной для России в разные времена. В ее основе оказалось одно из самых принципиальных свойств ритуальной речевой деятельности – десемантизация слова, высказывания, текста. Именно это свойство во многом определяет перечисленные выше изменения, происходящие на более поверхностных уровнях. Десемантизация – это не полное обессмысливание. Так, например, слова ритуального языка часто теряют не весь смысл, но часть его, как правило, сохраняя или даже приобретая оценочное значение. Отсюда – длинные ряды синонимов, не являющихся таковыми в обыденном языке. В качестве примера можно привести представительную группу синонимов со значением «хорошая связь» (дружба, братство, семья, сообщество, единство, единение, сплочение) в контекстах на тему дружбы народов. В итоге десемантизация приводит к тому, что на ритуальном языке можно говорить лишь о самых общих вещах. Интересно в этой связи пронаблюдать, как языковая политика и практика отражались в языке произведений поэтов-бардов (это составляет содержание третьего и четвертого параграфов данной главы).

В третьем параграфе «Авторская песня как неотъемлемая составляющая культурной жизни 1960-1970-х годов» отмечается сложность периода 1960-1970-х годов отечественной истории, его необычайная насыщенность событиями, что объясняет наличие большого количества неоднозначных трактовок среди ученых и исследователей. В этой связи получению информации, максимально приближенной к реальной действительности времени, способствовал и выбор в качестве предмета исследования авторской песни, распространение которой, как известно, было весьма затруднено рамками цензуры, поскольку она открыто выражала позицию ее создателей по отношению к происходящему. Обостренно-личностный характер АП сделал ее не столько художественным, эстетическим, сколько социокультурным явлением и предопределил ту особую роль, которую АП сыграла в процессе смены ценностных ориентаций, характерном для 60-70-х гг. XX века. АП и была порождена этим процессом, став одной из наиболее действенных форм самосознания и самовыражения.

В четвертом параграфе «Фрагменты картины мира 1960-1970-х годов сквозь призму авторской песни» содержится лингвокультурологический анализ поэтического творчества поэтов-бардов, который позволяет выделить специфические черты ЛКС рассматриваемого периода. Скрытый конфликт официальной и оппозиционной культур, специфическая диглоссия, о которых говорилось в предыдущих параграфах, подтверждают выявленные в творческом наследии Б. Окуджавы лингвокультуремы РОДИНА (‘страна, государство’) и АРБАТ (‘малая родина поэта’). Лингвокультурему РОДИНА репрезентируют следующие лексические единицы и их сочетания: снег, ночь, вьюга, слеп, безуст, сухарь, употребленные в переносном значении; невзгоды, гульба, пальба, зло, обиды, клевета, страх, поневоле и др. слова абстрактной семантики, а также словосочетания грехи родины, встать над другим, засыпать все живое, продавать судьбу и таланты, пропасть поодиночке, негативно характеризующие события современной действительности. Очевидно, слова в переносном значении и абстрактные слова использованы, чтобы обобщить и подчеркнуть масштабность происходящего. Лингвокультурему АРБАТ в основном раскрывают лексические единицы, употребленные в прямом значении. Среди них также можно выделить две группы: слова и словосочетания конкретной предметной отнесенности (березы, поленья, камин, занавеска, самовар, чашка из фарфора, серебряная ложка, счастливое питье, шотландский плед, стеариновая свечка), описывающие домашний быт; слова и сочетания слов абстрактной семантики (естество, рай, счастливые люди, все равны), характеризующие жизнь с положительной стороны.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»