WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

Вторая глава Общая характеристика тюркизмов в толковых словарях XVIII – XX веков содержит сведения о тюркских заимствованиях, отраженных в лингвографических источниках, а также их квантитативные характеристики. В ходе нашего исследования в академических толковых словарях было выявлено более 800 тюркских лексических элементов, из них около 300 зафиксировано во всех рассматриваемых источниках (аргамак, безмен, изюм, караван, корчага, кутерьма, обезьяна, сарай, собака, тузлук, шалаш и др.). Остальные единицы представлены в части словарей или даже в одном словаре. Число фиксируемых в источниках тюркских заимствований увеличивается (385 единиц в САР-1 и 740 – в СЕ), однако в процентном соотношении со словниками словарей их количество уменьшается (0,85% в САР-1 и 0,49% в БТС, 0,54% в СЕ). В определенной степени это связано с тем, что словарный состав источников пополняется во многом за счет подключения производных слов, а также заимствований, особенно современных, среди которых тюркизмы составляют небольшое количество.

В третьей главе Формально-грамматическая характеристика тюркизмов представлены фонетико-графическая и грамматическая характеристики тюркских элементов: рассматриваются особенности графической передачи, акцентологии заимствований, анализируются их основные морфологические категории. По нашим подсчетам около 16% тюркских слов (около 150 единиц) имеют вариативное написание или произношение, т.е. в анализируемых словарях они представлены с фонетико-графическими вариантами (в это число не включены акцентологические варианты): бергамо'т – баргамо'т, калу'фер - кану'фер, сайда'к - саада'к и др. Не было зафиксировано ни одной пары, которая бы имела место во всех лингвографических источниках или хотя бы во всех словарях ХХ века. Орфографические варианты, как правило, являются следствием отображения на письме вариативности гласных а и о, находящихся в предударных слогах (карачу'н – корочу'н, карга' - корга', магары'ч - могары'ч, ота'ра - ата'ра и др.). В ряде случаев (для 30%), можно говорить о полном освоении слов, о предпочтении и утверждении одного из имеющихся ранее вариантов; см., например (полужирным шрифтом выделен вариант, который был вытеснен): салта'н – султа'н, сергу'ч - сургу'ч, чевя'ки - чувя'ки и др. Что же касается лингвографической фиксации фонетико-графических вариантов, то она не отличается единообразием, системностью. Не все варианты, содержащиеся в толковых словарях, имеют место в заголовочной части определенной словарной статьи; нередко варианты приводятся только на своем алфавитном месте (обычно в виде отсылочных статей), что снижает информационный потенциал источника; см., например: водырь, кайданы, хорюговь, шанданъ [СЦРЯ]; козак, корачки, корга, туез [БАС]; калиф, сагайдак, сайдак [БТС]; фелука, чуха, шальвары [СЕ] и др.

Акцентологические варианты слов, которые представлены для части тюркских элементов, зафиксированы в основном в толковых словарях ХХ века (дервиш – дервиш, кобыз – кобыз, пиала – пиала, тюрик – тюрик, чавыча – чавыча и др.). Исключение составляет тюркизм жемчуг, который с вариантом жемчу'г отмечен в СЦРЯ. Были выявлены также акцентологические варианты, вытесненные из русского языка в течение анализируемого периода времени (они выделены полужирным шрифтом): белиберда – белиберда, домра' – до'мра, жемчуг – жемчуг и др.

Морфологическая адаптация заимствованных единиц выражается в придании им тех форм, которые соответствуют системе русского языка, т.е. морфологическая освоенность тюркизмов предполагает их соотнесенность с лексико-грамматическими разрядами, грамматическими категориями морфологической системы русского языка. Анализ тюркских лексических элементов свидетельствует о включении данных заимствований в грамматическую систему русского языка. Большая часть тюркизмов утрачивает морфологические признаки, присущие им в языке-источнике, и оформляется согласно законам русской грамматики. Отраженные в толковых словарях родовые варианты рассматриваемых заимствований функционируют в языке без видимых изменений – варианты, зафиксированные в словарях начала ХХ века, имеют место и в источниках конца ХХ века (каптан – каптана, мамон – мамона, тут – тута, хабар – хабара, чинар – чинара и др.).

В четвертой главе Семантико-функциональная характеристика тюркизмов дается семантическая характеристика заимствований, рассматриваются тематика тюркских единиц, их стилистические особенности, сферы употребления, активность в области фраземообразования.

Этот анализ позволил выявить изменения, произошедшие в семантике заимствований. Некоторые тюркские слова или их значения, включенные в лингвографические источники более раннего периода, не находят отражения в поздних изданиях. Причинами этого, на наш взгляд, являются:

1) вхождение тюркских заимствований или отдельных их значений в пласт устаревшей лексики вследствие исчезновения обозначаемой реалии или понятия – около 20 единиц (ропать ‘название неправославных молитвенных домов’, селямлик ‘1. Торжественное шествие султана в мечеть. 2. Прием у султана в байрам. 3. Мужская половина дома у турецких народностей’, ералаш ‘<…> 3. Устар. Смесь разнородного сухого варенья, сладостей разных сортов’ и др.);

2) ограниченная сфера употребления некоторых лексем (а также некоторых их значений), включение / не включение которых в словник словаря зависит от принципа отбора материала составителями (ергак ‘тулуп из жеребячьих шкур’, пирог ‘пшеничный хлеб’, талагай ‘невежа, неуч’, тумак ‘меховая шапка’ и др.).

У части тюркских слов (более 200 единиц) отмечены новые значения. Большинство из них впервые фиксируются в СУ (около 100) и БАС (более 50) (каланча ‘человек высокого роста’, камыш ‘заросли такой травы’, лапша ‘бесхарактерный, безвольный человек’, табор ‘большая группа людей’ и др.). Значительная часть новых лексико-семантических вариантов тюркских слов возникла в результате метафорического переноса; при этом наиболее продуктивными являются модели название животного наименование лица (ишак ‘осел человек, безропотно выполняющий самую тяжелую работу’), название предмета наименование лица (фитиль ‘лента в осветительных приборах худой и очень высокий человек’), название предмета что-либо похожее на него (шалаш ‘легкая постройка о том, что напоминает такую постройку’) и др. Большинство семантических производных, появившихся в результате метонимического переноса, образованы по моделям название материала изделие из него (собака ‘мех, шкура такого животного изделия из меха такого животного’), растение продукт из его плода (баклажан ‘растение кушанье из плодов этого растения’), название животного (рыбы) продукт из него (нее) (тюлька ‘мелкая рыба консервы из такой рыбы’) и др.

Часть тюркских заимствований русского языка постепенно входит в пласт употребительной лексики (как следствие распространения соответствующих реалий), и поэтому становится возможной их лингвографическая фиксация (аджика, азу, йогурт и др.). Анализ показал, что вытеснение из языка лексико-семантического варианта, судя по данным лингвографических источников, происходит намного медленнее, чем появление нового значения.

В рассматриваемых нами толковых словарях были выявлены недочеты, связанные с подачей лексических значений. К примеру, составитель СЕ отмечает, что соблюдение единообразия подачи словарных статей – одна из особенностей данного словаря. Однако значения слов, принадлежащих к одной тематической группе, могут быть даны как отдельные, так и в рамках одного ЛСВ: ПАША' м. 1. Титул высших военных и гражданских сановников в бывшей султанской Турции <…>. 2. Лицо, имеющее такой титул; и КАГА'Н м. 1. Титул главы государства у древних тюркских народов. // Лицо, имевшее такой титул. 2. <…>; БАДЬЯ' ж. 1. Деревянное или металлическое широкое ведро, суженное книзу. 2. Количество чего-л., вмещающееся в такой сосуд; и СТАКА'Н м. 1. Стеклянный сосуд цилиндрической формы, без ручки, служащий для питья. // Количество вещества, вмещающееся в него <…>.

Названия животных, имеющие переносное значение (наименование лица), в СЕ могут быть представлены как многозначные слова, а также как омонимы: СЛОН 1 м. 1. Крупное травоядное млекопитающее <…>. 2. перен. разг.-сниж. Крупный, неуклюжий человек; и ШАКА'Л 1 м. 1. Хищное, похожее на волка, животное <…>; ШАКА'Л 2 м. разг. 1. Жадный, хищный человек и др.

Возникает также вопрос о правомерности выделения / не выделения некоторых ЛСВ у слов типа обезьяна и колонок. Так, в СЕ лексема обезьяна имеет три значения: ‘1. Животное. 2. Мех такого животного. 3. Изделия из такого меха’, а слово колонок – два: ‘1. Зверек. 2. Мех этого зверька’. Для нашего региона более характерны изделия из меха колонка, нежели из меха обезьяны, поэтому более обоснованным представляется выделение значения ‘изделие’ у лексемы колонок.

Большое значение для заимствований имеет функционально-стилистический комментарий, поскольку по представленности в тех или иных стилях современного русского языка можно судить о степени освоения и особенностях употребления иноязычных слов. Данные нашего исследования свидетельствуют об употребительности тюркизмов в различных сферах русского языка. Большая их часть стилистически нейтральна, у других маркированными являются отдельные значения, у третьих – все ЛСВ.

В разряд разговорной лексики входят однозначные слова (балбес, белиберда, бирюк [СУ]; карапуз, тумак ‘удар кулаком’ [БАС]; акын, баламут, барыш, башибузук [СОШ] и др.) или отдельные значения многозначных слов, возникшие у тюркских заимствований в системе русского языка (базар ‘шум, крик’, кавардак ‘неразбериха, беспорядок’, шакал ‘хищный человек’ и др.).

К просторечной лексике относят в словарях такие тюркские заимствования, как башка, ералаш ‘беспорядок’ [БАС]; кабан ‘о грузном мужчине’, карга ‘старуха’ [МАС] и др.

Как единицы территориально ограниченного употребления отмечены в лингвографических источниках лексемы азям, баклага, сырт, таймун [СУ]; баз, баштан, бирюк, люлька [МАС]; салма, тарын, чебак, чегень [СЕ] и др. Некоторые тюркизмы расширили область употребления, в частности, региональные в прошлом слова фиксируются как литературные без указания на территориальное ограничение (балка, мангал, чебурек), что, возможно, является свидетельством их освоения системой современного русского языка.

В процессе анализа были выявлены случаи неполноты толкующей части словарных статей, связанные с территориальным ограничением в употреблении. Региональные материалы свидетельствуют о необходимости дополнения лингвографических данных ссылками на Татарстан, на регион Поволжья и Приуралья; например: АГА м. <...> 2. Употребляется как форма вежливого обращения – иногда в сочетании с именем – к старшему или уважаемому человеку (в Закавказье, Средней Азии, а также в Турции) [СЕ]. Лексема ага часто встречается в текстах, связанных с Татарстаном, с татарским народом; см.: Девушки, вот как наша Ляля, прыснули со смеху. Ах ты, негодный Огонь, баламут! Только это ты и знаешь! А Мустай-ага выпятил грудь, совсем как гусак, и тоже хохочет [А.Абсалямов Орлята]; см. также аксакал, арба, аул, бай и др.

Тюркизмы демонстрируют широкое содержательное разнообразие, входят в состав значительного числа тематических групп; наибольшее количество тюркских элементов представлено в группе названий предметов быта.

Заметное место занимают тюркизмы в составе русской фразеологии, по материалам анализируемых источников более 100 тюркских заимствований участвуют во фраземообразовании (наиболее активными являются лексемы карман и собака, зафиксированные в полутора десятках фразеологических единиц). Часть фразеологических выражений, отраженных еще в словарях XVIII – XIX веков, употребляется в русском языке до настоящего времени (не было ни гроша, да вдруг алтын; мерить на свой аршин; метать бисер перед свиньями и др.). В процессе исследования выявлено более 300 сверхсловных единиц, содержащих тюркские лексические элементы, которые выступают как постоянный компонент (не фунт изюму, на чай и др.) либо как вариативный (бог (аллах) его знает, березовая каша (лапша) и др.); отдельные тюркизмы употребляются в современном языке только в составе устойчивых выражений (ни бельмеса, на свой салтык и др.).

В пятой главе Этимологическая характеристика тюркизмов рассматриваются особенности представления сведений о происхождении слова в толковых словарях, приводится сравнительный материал с данными исторических и этимологических словарей.

Анализ зоны этимологического комментария показал, что в ранних источниках данный лингвографический параметр не отличается системностью представления материала. В последующих словарях информация о происхождении приводится большей частью для одних и тех же слов, что является следствием преемственности в подаче этих материалов. Следует также отметить, что часть тюркских заимствований (около 250 единиц) не имеет в рассматриваемых изданиях этимологической справки, что в ряде случаев свидетельствует об их полном освоении; см., например: атаман, ковер, колчан, терпуг, тесьма, товар, товарищ и др. Сравнение данных анализируемых словарей с данными этимологических показывает, что составители толковых справочников при формировании соответствующей зоны не всегда используют достижения современной лингвистики.

Для части единиц, которые в толковых словарях русского языка не описываются как тюркские, в этимологических словарях приведены тюркские языки в качестве языков-источников (около 50 единиц): азям, аллах, аманат, атлас, бадья, балаган, бахрома, безмен, бирюза, бисер, духан, ермолка, изумруд, изъян, инжир, ислам, кальян, кандалы, кинжал, киоск, кирпич, кисет, колбаса, мечеть, минарет, набат, нашатырь, сарафан, сафьян, халат, халва, чемодан, шатер, юфть и др.

В зоне этимологии статей анализируемых словарей представлены тюркские материалы различного рода: в одних случаях даны ссылки общего характера (см., например, тюркское для слов аркан, кистень, колпак, сагайдак, сайгак, тал, хан и др.), в других - указаны конкретные тюркские языки (см., например, турецкий для слов алыча, бунчук, гяур, дудук, кил, мушмула и др., казахский - кошма, лабаз, саксаул, тау-сагыз и др., чагатайский – кутас и др.). И те, и другие могут быть дополнены ссылками на слово-прототип (с семантической характеристикой или без): БАЛБЕС, а, м. <…> тюрк. бильмес – невежда [БАС]; ЕРАЛАШ, а, м. [тюрк. аралаш] <…> [БТС]; ТЮТЮН <…> [Тур. ttn] [МАС] и др.

Pages:     | 1 || 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»