WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

В трудах российских авторов освещается широкий круг аспектов выделенной проблемы, однако в целом сохраняется еще множество нерешенных вопросов, прежде всего теоретического и методологического характера, например, о зависимости региональных интеграционных процессов от логики развития глобализации, о критериях эффективности современных крупных региональных интеграционных объединений, о новых принципах, на основе которых должна строиться современная российская региональная интеграционная политика с учетом происшедших внутренних и внешних изменений, о возможных в современных российских условиях новых формах региональных объединений в рамках СНГ, которые были бы достаточно жизнеспособны и эффективны как для России, так и для других стран-членов содружества.

Ситуация с формированием постсоветской интеграции напоминает интеграционные инициативы развивающихся стран на Ближнем и Среднем Востоке, а также в Африке, где на протяжении десятилетий с нулевыми результатами действуют многочисленные структуры по стимулированию интеграции.

Трудности развития региональной интеграции в Центральной Азии в значительной степени связаны с территориально-географическим фактором. Евразия не имеет общей границы с развитыми экономическими центрами Европы и Восточной Азии – Западной Европой и Японией. По периметру границ Евразия зажата государствами низкого, в лучшем случае среднего уровня развития.

Не в пользу расширения интеграции говорят экономические характеристики азиатских постсоветских стран. Все они принадлежат к группе экономик с низким или средним уровнем среднедушевого дохода. По официальному обменному курсу ВВП на душу населения в самых экономически развитых постсоветских странах находился в 2005 году в пределах 3705 долл. в Казахстане, 5365 долл. в России, а в Таджикистане, Кыргызстане и Узбекистане среднедушевой ВВП составил около 500 долл. Как правило, государства с низким уровнем развития слабо интегрируются друг с другом.

Мировой опыт показывает, что главным отраслевым стимулом трансграничной интеграции выступает обрабатывающая промышленность. Во всех постсоветских странах обрабатывающие отрасли находятся в упадке (за исключением металлургической промышленности). Доля отраслей машиностроения в ВВП невелика и продолжает сокращаться. Эти страны (за исключением России) фактически не экспортируют машины и оборудование. Следовательно, сама структура экономики не стимулирует спроса на более тесное экономическое взаимодействие между государствами.

Большинство стран Центральной Азии наделены однотипными факторами производства. Это значит, что не только на уровне экономической структуры, но и на уровне факторов производства между постсоветскими экономиками отсутствует структурная взаимодополняемость, без которой интеграционные интересы не действуют.

В ХХI веке развивается взаимодействие по линии частного и смешанного (государственно-частного) секторов на постсоветском пространстве.

Частный сектор в СНГ достиг достаточно высокой степени зрелости, накопил сравнительно существенные финансовые ресурсы, хотя речь идет о «нефтяных государствах» Казахстане и России. Крупные российские частные компании (в некоторых случаях со смешанной, государственной и частной формами собственности) начали активно осваивать рынки центральноазиатских стран.

Но отмеченные тенденции пока мало затронули обрабатывающие отрасли. В постсоветских экономиках наибольшую роль в интеграционных процессах заняли сырьевой, торговый и в последние годы финансовый капитал.

Укрепление интеграционного взаимодействия центральноазиатские страны СНГ связывают в основном с двумя крупными интеграционными объединениями: ЕврАзЭС и ШОС. Трудности в реализации ранее подписанных программ и соглашений в рамках ЕврАзЭС возникли после активного подключения к Центральной Азии Китая, который от активного участия перешел к лидерству в Шанхайской организации сотрудничества. С самого начала создания ШОС было ясно, что она наряду с работой по разрешению пограничных вопросов расширит сферу своего влияния, а Китай в первую очередь будет инициировать превращение ШОС в одну из мощных экономических группировок, потеснив тем самым ЕврАзЭС. Есть опасения, что в случае, если удастся создать Зону свободной торговли участников ЕврАзЭС ШОС потеряет своё значение. Еще больше может усилиться влияние Шанхайской организации сотрудничества в связи с присоединением к ВТО России и четырех центральноазиатских стран. В ЩОС будут действовать единые принципы и условия ведения внешнеэкономической деятельности при участии КНР и других присоединившихся позднее к ШОС стран.

Об усиливающемся параллелизме в экономических инициативах ЕврАзЭС и ШОС свидетельствуют и другие сферы взаимных согласований.

Сценарий «соперничества» ЕврАзЭС и ШОС в перспективном периоде может включать два подхода. Первый – агрессивный, т.е. вытеснение главенствующей роли России из ЕврАзЭС и передача основных полномочий этой организации Китаю в рамках ШОС, тем более, что к ШОС, согласно её Уставу, могут при желании присоединиться другие крупные и влиятельные страны, типа Индии, а сам интеграционный процесс на постсоветском пространстве вольется в новое более мощное интеграционное образование, включая Восточную и Южную Азию (Индия, Пакистан и др. страны).

Другой подход к будущему ЕврАзЭС – эволюционное развитие этой сугубо узкой организации постсоциалистических стран, на что в первую очередь будет ориентироваться Россия, возможно в союзе с Белоруссией. Для центральноазиатских стран значение и роль ЕврАзЭС может ослабевать, так как все они в большей мере будут ориентированы на Китай. Поскольку в Центральной Азии столкнулись геостратегические интересы России и Китая, их растущая конкуренция за рынок и ресурсы Центральной Азии должна быть ускорена разработка долгосрочной, взвешенной стратегии присутствия России в Центральной Азии.

Центральная Азия стала играть важную роль для развитых стран-не членов СНГ. Общие интересы иностранных государств к странам Центральной Азии связаны главным образом с возможностью их допуска к эксплуатации богатых стратегических минерально-сырьевых и энергетических ресурсов стран ЦА: уран, золото, нефть, природный газ, с вовлечением стран Центральной Азии в единую международную транспортную инфраструктуру как моста, связывающего европейские страны с быстрорастущими экономиками Восточной Азии (Китай, РК, Япония) и Южной Азии (Иран, Пакистан, Индия).

Анализ особенностей системной трансформации в Кыргызстане, оценка итогов реформы, причин политической нестабильности, ресурсного потенциала и сравнительных преимуществ страны для участия в экономической интеграции в Центральноазиатском регионе при участии Китая, России и других стран показал, что реформируемая постсоциалистическая страна должна сочетать три уровня трансформационного процесса: первый состоит в координации и сочетании осуществления экономических и политических реформ, второй уровень охватывает включение страны в региональное сотрудничество, третий – участие в глобализации. Для Кыргызстана это участие в основном ограничивается пока опекой и помощью мировых экономических лидеров.

Суверенный Кыргызстан с самого начала взял курс на проведение рыночных реформ, программа которых была подготовлена экспертами МВФ и Всемирного банка. В 1995-1997 гг. при иностранной поддержке был преодолён глубокий кризис, охвативший киргизскую экономику с 1991 года, а с 1998 года начался экономический подъем, который, однако, пока не стал устойчивым. Макроэкономическая стабилизация не достигнута. Динамика прямых иностранных инвестиций также нестабильная, в 2002 г. по официальным данным они составляли лишь 54% от уровня 1991 года. К настоящему времени произошли лишь незначительные изменения. Экономическая реформа предполагала либерализацию внешнеэкономической деятельности и малую приватизацию, но с 1999 года началась приватизация стратегически важных отраслей - энергетики, горнодобывающей промышленности, телекоммуникаций, была введена частная собственность на землю. В итоге на негосударственный сектор приходится около 80% общего числа занятых, но эффективный частный собственник в стране не сложился в силу того, что приватизация производилась в интересах присвоения госсобственности крупными чиновниками.

В 2001 г. была утверждена общенациональная стратегия «Комплексные основы развития Кыргызской Республики до 2010 года», которая предусматривала ускоренный экономический рост.

Стратегия среди прочих приоритетов нацеливала на подъем аграрной экономики, в результате чего вовлечение в рыночную экономику бльшей части населения сопровождалось так называемой «аграризацией». В 1991-2001 гг. доля занятых в сельском хозяйстве выросла с 34,5 до 52,9%, в промышленности сократилась с 18,1 до 8,2%. Доля промышленности в ВВП уменьшилась с 27,5 до 24,2%, сельского хозяйства возросла с 35,6 до 37,1%.

О провале общенациональной стратегии свидетельствует социальная сфера. Уровень жизни остался крайне низким, поскольку 52,3% населения относится к бедным, 17,8% - к крайне бедным, растёт дифференциация доходов от среднемесячной номинальной заработной платы в 34,5 долл. США до минимальной - около 2,13 долл., среднемесячной пенсии до 10,3 долл. Социальные Программы «Аракет», «Эмгек» осуществлялись при поддержке Всемирного банка и западных стран. А борьба с бедностью в рамках указанных Программ включала меры по усилению адресной поддержки малоимущих, созданию рабочих мест, прежде всего за счёт развития малого бизнеса, расширению системы микрокредитования сельских жителей. Но эти программы не были реализованы и в силу того, что предоставленные средства были разворованы.

В отраслевой структуре в связи с аграризацией населения происходит падение роли промышленности; в прежние годы основными отраслями промышленности были цветная металлургия (включая добычу золота), гидроэнергетика, горнодобывающая (ртуть, сурьма, редкие металлы), пищевая, текстильная и обувная промышленность, некоторые виды продукции машиностроения. Промышленный сектор даже по официальным данным, «недостаточно» эффективен, поскольку рентабельны менее 50% предприятий.

В одну из отраслей экономики, приносящих прибыль, превращается международный туризм. Его перспективы связаны с развитием курортной зоны озера Иссык-Куль, горнолыжного спорта, альпинизма, наличием многочисленных исторических памятников, с биосферным заповедником Сары-Челек. Оживился процесс приватизации объектов курортного хозяйства и туризма. В начале текущего века Киргизию посетили более 90 тыс. иностранных туристов, однако инфраструктура туризма пока развита недостаточно.

Другой сферой сотрудничества является транспорт. Находясь на пересечении двух важнейших транспортных осей - Север-Юг и Запад-Восток, Кыргызстан потенциально может стать крупным транспортным узлом. Развитие транспортной инфраструктуры (участие в проекте ТРАСЕКА, реконструкция автомобильного маршрута Андижан-Ош-Кашгар, намеченное строительство железной дороги в Китай) - важная часть концепции возрождения Великого шёлкового пути1.

Через территорию страны проходит часть Трансазиатско-Европейской оптико-волоконной линии связи, что позволило повысить уровень пользования Интернетом.

После приобретения независимости Кыргызская Республика приступила к параллельному переходу к демократической системе государственного управления и к рыночной экономике. Доноры и международные финансовые институты вознаградили стратегию реформ льготными кредитами и грантами, явившимися весомым дополнением к бюджету. С 1992 по 2000 гг. Кыргызстан получил 1,7 млрд долл. в качестве внешней помощи, что составляет 370 долларов на человека.

Тем не менее, переход оказался нелегким, результаты варьировались. Можно определить три его фазы: с 1991 по 1995 гг. острое сокращение производства и доходов совпало с резким ростом числа людей, достигших черты бедности (около 50% населения), неравенство усиливалось гиперинфляцией.

С 1996 по 1999 гг. наблюдалась экономическая стабилизация, но рост происходил в ограниченных секторах (сельское хозяйство, золотодобыча и энергетика). Финансовый кризис в 1998-1999 гг. возник в основном по причине обвала российского рубля.

С 2000 г. по настоящее время наблюдается положительная динамика: рост ВВП, замедление инфляции, сокращение дефицита бюджета, стабилизация курса обмена валют, но при этом нарастает проблема внешнего долга, который на 31 июля 2008 г. составил 2 млрд. 162 млн. долл.

Участие в региональном инвестиционном сотрудничестве Кыргызстана связано в первую очередь с Казахстаном. В 2006 г. в Астане президенты Курманбек Бакиев и Нурсултан Назарбаев подписали ряд двусторонних документов, согласно которым Казахстан согласен инвестировать в Киргизию 2,5 млрд долл. под совместные проекты. Это самый большой за последние годы банковский перевод в Кыргызстан. Кыргызские власти связывают с ним надежды на подъем экономики страны, которая после мартовских погромов в центре Бишкека в 2005 году фактически находится в стагнации. По утверждению киргизских экспертов, тогда из страны выехали сами и вывезли свои капиталы как местные, так и многие иностранные предприниматели. В числе последних большую часть составляли казахстанские деловые люди. Многие эксперты в Бишкеке считают, что, вкладывая инвестиции в экономику Кыргызстана, Нурсултан Назарбаев тем самым «платит за стабильность у своих границ». Астану очень беспокоят периодически вспыхивающие на юге и в центре Кыргызстана волнения, объясняющиеся в немалой степени нищетой и незанятостью населения. Низкий уровень жизни и огромная безработица могут привести эту страну к серьезным политическим потрясениям. Вместе с тем, нельзя отрицать того факта, что политические потрясения в Кыргызстане в 2005 г. не вызвали, как ожидалось, обвала экономики, видимо в силу её саморегулирования и опоры на традиционные отрасли. Доказательством служат итоги 2007 года. Несмотря на резкое удорожание стоимости жизни, к концу 2007 г. Кыргызстан оказался в тройке стран-лидеров СНГ с самым низким уровнем инфляции. Реальный рост ВВП в 2007 году составил 8,6 %, производство ВВП на душу населения – выросло до 429 долларов. Последний показатель планируется увеличить до 872 долларов к 2010 году.

Помимо продолжения экономической реформы назрела необходимость в конституционной и административной реформах, которые заложены среди целей «Стратегии развития Кыргызстана на 2007-2010 гг.», утвержденной Указом президента Курманбек Бакиевым 17 мая 2007 года. Основной целью Стратегии является обеспечение роста ВВП в 2007-2010 годы на уровне 8-9%. В Стратегии также делается упор на привлечение местных и иностранных инвестиций, преимущественно на развитие малого и среднего бизнеса, среди приоритетных отраслей экономики определены энергетика, горнодобывающая промышленность, агропромышленный сектор.

В планах модернизации намечены отраслевые приоритеты по следующим направлениям:

Pages:     | 1 || 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»