WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

– Экономика. К моменту подписания Беловежских соглашений ни одна республика региона не могла выступать в роли суверенного государства. Независимые страны Центральной Азии в результате вступили в Содружество. Экономическая необходимость подкрепляла политические решения: республики Центральной Азии связаны тесными экономическими отношениями не столько между собой, сколько с Центром, через который осуществлялась и внешнеэкономическая деятельность, и внутригосударственные поставки сырья и комплектующих, и сбыт продукции.

– Внутренняя конфликтность. Как отмечал бывший министр иностранных дел Казахстана К.Токаев, ЦАР буквально начинен территориальными претензиями друг к другу, что связано с природными и демографическими ресурсами1

.

– Отсутствие единой стратегии развития региона. Несмотря на необходимость интегрироваться в рамках СНГ, каждая страна уже в начале 90-х осознала национальные интересы, создала собственный внешнеполитический курс. Это влияло на позицию стран ЦАР по отношению к СНГ.

В главе 2 – «Власть в странах ЦАР постсоветского периода» – оцениваются особенности становления институтов власти в регионе. Специфическая ситуация ЦАР определяется параллельными и во многом разнонаправленными процессами – демократизацией, проявляющейся в провозглашении соответствующих ценностей, и обострением традиционности.

Развитие ценностей демократии в восточной социокультурной среде предполагает учет региональной специфики:

– Укрепление самостоятельности государств при сложившихся политических традициях и культуре способствовало сохранению власти у авторитарных режимов.

– Во всех среднеазиатских республиках за исключением Киргизии у власти осталась бывшая номенклатура второго и третьего эшелона.

  • Политическим и социальным системам в ЦАР присущи полуфеодальная клановость; низкий уровень жизни населения способствует консервации авторитарных режимов в Узбекистане, Туркмении, Таджикистане.
  • Местные элиты, несмотря на семьдесят с лишним лет советской власти, во многом сохранили традиционный восточный характер, организовывались по принципу родовой, племенной, территориальной принадлежности, приспосабливаясь к «правилам игры» в рамках партийно-номенклатурной системы.
  • Определяющими силами в странах являются местные группировки.

– Не существует разделения власти и собственности.

– Недоразвито гражданское общество.

– Рост исламизма. В Таджикистане и Узбекистане ислам определяет образ жизни значительной части населения. У киргизов, туркмен религиозность распространена на бытовом уровне.

  • Отсутствуют легитимные институты, обеспечивающие мирную передачу власти.

В работе проводится оценка трансформаций социально-политических отношений в странах ЦАР.

Киргизия. Характер социально-политических процессов в Кыргызстане, вплоть до настоящего времени, определяется сложной системой традиционных и неотрадиционных отношений, включающей несколько уровней. На общенациональном уровне – имеющий длительную историю конфликт северо- и южно-кыргызской субэтнических общностей. Первые более урбанизированы, русифицированы, менее зависимы от традиционных укладов, включающих как один из компонентов приверженность религии. Вторые представляют преимущественно аграрные районы, исторически находившиеся в сфере влияния узбекской цивилизации, где ислам и традиционное общество сохранили более прочные позиции. Основной институализированной формой выражения отношений этнического и политического клиентализма в политической сфере выступают неформальные неотрадиционные структуры власти – политические кланы.

С конца марта по конец осени 2005 г. в стране завершилась конституционная реформа. Ее цель – создание механизма, позволяющего недопустить в последующем доминирования исполнительной власти в лице президента.

Казахстан. Н.Назарбаев заявил о трансформации политической системы Казахстана, что подразумевает проведение комплексной политической реформы. По словам казахстанского лидера, суть подхода – дальнейшая демократизация Казахстана в соответствии с традициями и принципами западных демократий и опытом ведущих государств Юго-Восточной Азии, традициями многонационального и многоконфессионального народа. Реформирование и исполнительной власти направлено на дальнейшую децентрализацию властных структур, повышение эффективности системы государственного управления, судебной системы, правовой защиты граждан.

В Казахстане назрела необходимость (реализованная летом 2007г.) перехода к президентско-парламентской республике, в которой, наряду с сильным президентом, существует формируемое парламентом сильное правительство, где представлены все политические группировки.

Узбекистан нацелен на лидерство в регионе, стремится стать региональной супердержавой, что просматривается по его внешнеполитической концепции нового независимого государства.

Узбекистан – один из наиболее ярких примеров восточной авторитарной модернизации. Правительство Узбекистана отказывается от приватизации, открытия рынка для иностранных конкурентов. Полноценные политические и экономические реформы тормозятся вследствие регионализма, сохраняющих власть региональных элит. Отсутствие формальных политических институтов, которые могли бы стать инструментом регулирования отношений между элитами, усиливает нестабильность. Политические группы, не находящие поддержки во власти, для усиления влияния используют ресурс региональных, родовых, этнических меньшинств.

Таджикистан. В политической и общественной жизни Таджикистана важную роль играют территориально-семейные кланы – «авлоды». Их членов объединяет единство места рождения, зачастую общий родовой предок. Основными кланами, влияющими на расстановку сил, являются ходжентский (ленинабадский), кулябский, каратегинский, гиссарский, памирский (горно-бадахшанский) кланы.

Туркменистан. Туркменистан – авторитарная держава. В 2003г. парламент – Меджлис – лишился полномочий, хотя и до этого периода функционировал как орган автоматического утверждения президентских решений. Полномочия парламента переданы народному совету – Халк Маслахати, больше соответствующего традиционной туркменской культуре. Туркмения устойчива к исламскому фактору благодаря сильному президенту. Его авторитет стабилизировал межплеменные и межклановые отношения, обеспечивая относительный баланс сил, интересов.

В главе 3 – «Стратегическое развитие постсоветского ЦАР: выбор социально-политических ориентиров» – оцениваются перспективы стран ЦАР в локальном и глобальном контекстах.

ЦАР – объект большой политики по причинам: 1. ресурсы. Центральная Азия привлекает внимание международного бизнеса богатыми энергетическими и другими ресурсами, возможностями свободной транзитной торговли на коммуникациях между Западом и Востоком; 2. безопасность и стабильность (подконтрольность) данного региона – стабильность нового мирового порядка; 3. «контроль» над ЦАР обеспечивает сохранение лидерства для держав в формирующемся мировом порядке. Какие интересы будет представлять регион, во многом характеризует геополитическую карту не только будущего, но и современного мира.

Серьезным геополитическим вопросом, отмечает автор, является вопрос взаимоотношений стран ЦАР со своим стратегическим партнером Россией. ЦАР постсоветского пространства (Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Туркмения, Узбекистан) – сфера интересов России:

1. Государства региона и Россия долгие годы входили в СССР, их объединяла история, конкретные экономические связи. Здесь проживает значительное число русских.

2. Экономические интересы России в регионе обусловлены тем, что здесь расположен потенциальный рынок для товаров, технологий, проходят важные транспортные коммуникации, в дальнейшем их будет еще больше.

  1. В регионе расположены партнеры России по СНГ, Таможенному союзу (Россия, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Таджикистан), Договору о коллективной безопасности (Казахстан, Россия, Узбекистан, Таджикистан, Туркмения, Армения). Определенную роль в регулировании ситуации в регионе играет Шанхайская организация сотрудничества (ШОС).

7 июня 2002 г. на встрече глав государств в Санкт-Петербурге подписаны Хартия ШОС (Уставной документ организации), Декларация глав государств и Соглашение о создании региональной антитеррористической структуры (РАТС). Подписание Хартии Шанхайской организации сотрудничества определяет правовой фундамент для нового международного объединения (что содержится в принятой Политической декларации). В документе отмечается, что ШОС соответствует реальной обстановке в регионе, мире, отвечает коренным интересам народов шести стран. Среди целей создания ШОС – укрепление взаимного доверия, дружбы и добрососедства, упрочение разностороннего взаимодействия в деле поддержания и укрепления мира, безопасности и стабильности в регионе, совместного противодействия новым вызовам и угрозам, поощрение эффективного и взаимовыгодного сотрудничества в различных областях, содействие экономическому росту, социальному и культурному развитию государств-членов Организации.

На встрече в июне в Шанхае и на заседании Совета глав правительств государств в сентябре 2006г. в Душанбе обсуждались вопросы углубления взаимодействия в торгово-экономической, научно-технической, природоохранной, гуманитарной сферах.

4. Политические приоритеты обусловлены национальной безопасностью России. Границы между Россией и государствами региона остаются прозрачными. Вооруженный конфликт в Таджикистане, 20-летняя война в Афганистане несут угрозу распространения межэтнических конфликтов, контрабанды наркотиков, оружия, терроризма, религиозного экстремизма, агрессивного национализма.

5. Для России регион представляет интерес с точки зрения выработки ориентиров внешней политики – как часть важного транспортного коридора Центральная Азия – Кавказ – Европа, перекрестка транспортных путей с Востока на Запад, с Севера на Юг, имеющего перспективу развития.

Основная задача политики России в ЦАР – обеспечение стабильности по всем направлениям: политическому, экономическому, гуманитарному, оказание правового содействия становлению стран ЦАР в качестве политически и экономически устойчивых государств, проводящих дружественную политику по отношению к России.

Россия остается выгодным экономическим партнером для стран центральноазиатского региона (возможно, за исключением Туркмении). Нереальность расчета на получение быстрой и в необходимых размерах экономической, технической, технологической помощи со стороны Запада, заставляет искать восстановления контактов с Россией. В экономике центральноазиатских стран сохраняется существенная доля неперестроенного, технически отсталого производства, в значительных масштабах применяется ручной труд. Более 80% сельского населения сосредоточено в мелкотоварном производстве. При таком положении наиболее надежной является ориентация на традиционные хозяйственные связи с Россией и другими странами СНГ, а также рыночные формы экономического сотрудничества.

Экономическая интеграция может оказаться успешной в том случае, когда в полной мере учитываются такие различия и не ставится вопрос о движении к некой «более высокой», «более прогрессивной» модели. Существенные стороны той или иной модели должны оцениваться, критически осмысливаться не с позиций превосходства, а как результат соответствия требованиям местной жизни, тенденциям изменения геополитической реальности, реализации интересов России и т.п.

Политика США в отношении республик Центральной Азии, согласно «озвученной» американской стратегии, ориентирована на «помощь» странам региона по достижению суверенитета, независимости и территориальной целостности. В то же время автор обращает внимание на необходимости учитывать политику двойных стандартов: за глобальными целями укрепления США – конкретные экономические интересы.

Автор намечает стратегические линии развития региона: создание демократических социально-политических институтов; осуществление рыночных экономических реформ с целью экономического ускорения; совершенствование сотрудничества между государствами региона и интеграции в мировое сообщество; проведение эффективной политики в области безопасности, включая борьбу против терроризма, торговли наркотиками. Данные цели демонстрируют, – США и Россия обречены на сотрудничество в регионе. У США есть материальные ресурсы, у России – исторический опыт интеграции. Серьезным игроком в геополитическом пространстве ЦАР является Китай.

Анализ ситуации, складывающейся в настоящее время, позволяет сформулировать направления российской политики в ЦАР:

– Запаздывание интеграции внутри ЦАР сдерживает ее глобальные форматы, расширение международного, в том числе и торгово-экономического, сотрудничества на всем азиатском континенте.

  • В настоящее время наличествует кризис стратегии США в большой Евразии и, в частности, ее центрально-азиатской составляющей. Поведенческие стереотипы, стратегические цели Запада во главе с США не являются «terra incognitа», в мировой геополитике реализуются как «право первого» на долгосрочную перспективу.

Ближайшую и среднесрочную геополитическую перспективу в Евразии следует рассматривать с точки зрения ресурсов и потенциала ШОС и таких мировых центров силы, как Россия и Китай. Хотя Россия, подчеркивает автор, и заинтересована в создании геополитического противовеса США в регионе, не стоит забывать об опасности китайской экспансии в Центральную Азию.

Процесс центральноазиатской интеграции получил двух мощных спонсоров – Россию и Японию, еще одного крупного потенциального донора – Китай, который действует, исходя из своих экономических интересов, и в противовес геополитическим оппонентам. Перспективы интеграционных процессов в формате ЦАС улучшились. Но одно дело – перспективы, другое дело – их реализация. Дело в том, что центральноазиатские страны весьма проигрывают в «экономическом весе» новым партнерам, которые желают с ними объединяться, – государствам Центральной Азии выгоднее интегрироваться в более крупные форматы сообща, чтобы эффективнее отстаивать общие интересы.

Pages:     | 1 || 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»