WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

Во второй модели каждый из отрезков (e2 e1) выражает ПСС событий лишь как элемент целой причинной цепочки.

Взяв за основу обозначения, предложенные И.В. Якушевой в ходе моделирования онтологии события (Степанова, 2003), при котором учитывалась роль продуцента и реципиента информации, мы получили следующие модели события и факта:

f = S A/R (L+T (Ag));

e = S A/R (L+T (Ag Ch Pat)),

где S A/R определяющий ПСО автор (A) или читатель (R), который субъективно подходит к выделению соответствующих звеньев причинно-следственной цепочки и оценивает взаимодействие агенса (Ag) и патиенса (Pat), приводящее к некоторому изменению (Ch), а (L+T) – пространство и время, в рамках которых происходит взаимодействие причины и следствия.

Агенс (или объект в вариантах модели) соответствует причине, а патиенс – следствию, сама же модель отражает субъективную сущность реализуемого в тексте/речи концепта причинности.

Выделение и актуализация мышлением фрагментов экстралингвистической действительности подчинено определённым закономерностям. Справедливо утверждение, в котором постулируется тот факт, что человек «воспринимает мир избирательно, в первую очередь он замечает аномальные явления, поскольку они отделены от среды обитания. Непорядок информативен уже тем, что не сливается с фоном» (Арутюнова, 1987: 4).

Тенденция к фиксации аномальных явлений в концепте причинности прослеживается в диахронии (Маслиева, 1986) и в современном английском языке. Компонентный анализ приблизительно 720.000 словарных статей современных англо-английских словарей позволил выявить 3736 лексических единиц разных частей речи: 1468 глаголов, 1592 существительных, 676 прилагательных, - характеризующих базовые компоненты причинно-следственной ситуации.

Неотделимость причины от следствия демонстрируется практически всеми дефинициями, полученными в ходе проведения сплошной выборки лексем с семой причинности из англоязычных словарей. Однако не все компоненты ПСО эксплицированы в словарных статьях. Разные части речи демонстрируют различный инкорпорирующий потенциал на глубинном уровне.

Валентность глаголов предполагает контекстуальную инкорпорацию всех конституентов концепта причинности в образуемой им смысловой группе: причины, производимого действия и следствия/результата.

Корпус глаголов с семой причинности исследовался в рамках текста. Лексемы, зафиксированные в одинаковых дистрибуциях с глаголом cause, были подразделены на следующие группы: 1) способствующие, или вспомогательные предикаты, задействованные в модели, при которой первый её элемент является агенсом или объектом, каузирующим ситуацию и способствующим её осуществлению. Например, contribute to, lead to и др.; 2) глаголы, изменяющие качество/количество объекта/объектов или субъекта/субъектов, например, exacerbate, worsen, reduce и др.; 3) порождающие/устраняющие предикаты, например, bring about, stem from, damage и др.; 4) провоцирующие/ превентирующие предикаты, например, provoke, involve, prevent и др.; 5) характеризующие предикаты, например, reflect, indicate и др.; 6) контактивы/дистантивы, выражающие разные виды контактного/безконтакного воздействия агенса/объекта на патиенс, например, inflict, relieve и др.; 7) рефлексивы, при которых агенс и патиенс объединяются в одной лексеме, например, halt.

Причинная ситуация, представленная существительными, эксплицирует, как правило, оба компонента:

curse • n. 2) a cause of harm or misery.

Само дефинируемое существительное выражает причину, а последствия, которые она влечёт, фигурируют в словарной статье.

Прилагательные в большинстве своём эксплицируют либо причину (1), либо следствие (2): 1) gloomy • adj. (gloomier, gloomiest) 1) dark or poorly lit, especially so as to cause fear or depression. 2) causing or feeling depression or despondency; 2) pathological • adj. 1) of or caused by a disease.

На основе идеографических критериев выбранные лексемы были разделены на понятийные зоны (см. таблицу на стр. 24). Исследованный лексический материал подтверждает значимость концепта причинности для носителей английского языка, поскольку он соотносится с широким спектром значимых понятийных зон. В выборке преобладают лексемы со значением отклонения от нормы, а также аксиологически маркированные единицы (см. зоны «болезни», «эмотивная зона», «ущерб» в приводимой таблице). Полученные данные подтверждают когнитивную корреляцию ПСО с аномальными явлениями.

В рамках данной работы были классифицированы элементы, характеризующиеся наибольшей степенью семантической спаянности с причиной и высокой абсолютной и относительной (по отношению к другим репрезентантам концепта причины) частотностью. Организация таких элементов характеризуется структурной стабильностью и эксплицирует доминантные группы, выражающие онтологическую причину. Выявленные группы лексем были приведены к обобщающим терминам. Некоторые элементы ядра концепта причины, составляющие верхние ярусы онтологии, представлены в нижеследующей схеме (см. Схему 2).

Схема 2. Иерархия гиперо-гипонимических коррелятов причины

ANTECEDENT

ORIGIN

CAUSE

FACTOR

AGENT

OPPORTUNITY

FOR AN EFFECT

Причина как фактор реализации следствия отображается в языке:

1) группой слов, определяемых как agent(s), с обязательной в их значении семой агентивности как активной действующей силы «...that produces <...> a resultant action or state»;

2) группой слов, представленной на схеме как opportunity for an effect. Cема агентивности в данном случае потенциальна (как, например, в лексемах determinant «…indicates that the factor which determines or shapes the nature of an outcome, issue, or result rather than indicating that which calls it forth or causes it» (MWOD)); occasion «refers to a time or situation at which underlying causes may be manifested or activated or, loosely, to an immediate or ostensible factor» (WordNet)).

На приводимой ниже схеме (см. Схему 3) представлена позиционная иерархия групп агенсов, которая основана на распределении соответствующих групп в когнитивном мире с учётом исторически сложившейся картины мира, зафиксированной словарями.

Схема 3. Позиционная иерархия агенсов-причин

Причина соотносится не только с онтологией, но и с логикой. Логическая составляющая причины прослеживается на лексическом и на синтаксическом уровнях.

Репрезентанты лексического уровня разбиваются на несколько групп на основе выделения дифференцирующих сем (ДС) в рамках категориально-лексической семы (КЛС):

КЛС

to be the cause

ИС

a justification for something existing or happening

Сферы использования

I.Мотивационная

II. Коммуникативная

III. Когнитивная

ДС1

a rational motive

ДС1

an explanation

ДС1

a logical justification

ДС2

for a believe or action

ДС2

of some cause of some phenomenon

ДС2

for some premise or conclusion

На уровне синтаксиса показательным является СПП с логическим оператором связи между клаузами, которое из всего парадигматического ряда, представляющего ПСО в языке, наиболее полно отражает все элементы причинно-следственной цепочки. Логические пропозиции вводят два вида причин, которые фиксируются в клаузах: собственно причину и аргументативную, или логическую причину.

Анализ концепта, структурируемого во фрейме, был бы неполным без обращения к «живому» материалу, который может быть получен при работе с носителями языка. В ходе исследования был проведён свободный ассоциативный эксперимент (далее САЭ), давно известный в психолингвистике, в семасиологии, а в последнее время – в когнитивной лингвистике (Морозова, 2001).

В ходе работы с ассоциациями, связанными с ПСО, были обработаны данные ассоциативного словаря и ассоциативного тезауруса (Kiss, 1972), а также проведён опрос носителей языка (в on-line режиме). Словами-стимулами в САЭ выступили лексемы cause и effect (репрезентанты ядра концепта причинности). Затем были выделены наиболее частотные группы слов-реакций.

Для анализа полученных данных использовался метод семантического гештальта, предложенный Ю.Н. Карауловым (Караулов, 2000), в соответствии с которым ассоциаты классифицируются по лексико-семантическому признаку. Это одна из идей построения классификаций ассоциатов, отвечающая системно-уровневому описанию языка. Она позволяет рассматривать ассоциативное поле как с лингвистических, так и с когнитивных позиций. В данной работе термин гештальт трактуется как одна из сторон проявления концепта, отображаемая в спонтанных вербальных реакциях на стимул, при которых активизируются те или иные индивидуально значимые концептуальные составляющие ПСО.

Семантический гештальт причинности структурируется следующим образом:

1. Абстрактные корреляты причины (36% от всего количества ответов): effect, reason, result, purpose и т.п..

2. Группа лексем, в которой отражена порождающая и бытийная сущность причины (19,7%). Например, happen, be, stimulus, origin, root, create, start и т.п..

3. Существительные concern, annoyance, anxiety, fear, grief и другие частеречные лексемы, которые представляют сферу эмоций (12,5%). Выделенный сегмент характеризуется преобладанием отрицательно окрашенных лексических единиц.

4. Лексемы, коррелирующие с областями экстралингвистической реальности «неприятности» и «проблемы» (9,3%). Например, trouble, problem, accident и т.п..

5. Лексические единицы, обозначающие «ущерб», «разрушения» (8,5%). Например, harm, disaster, hurt, pain.

6. Слова со значением закономерности и обусловленности (6%). Например, deserving, worthy.

7. Ассоциаты why и because, отражающие гносеологическую сущность причины (1,2%).

8. Лексемы way, path и др., эксплицирующие значения «движение» и «пространство» (1%).

9. Индивидуальные ассоциации (6,8%), или единичные реакции, которые не объединяются в отдельные группы, поскольку определяются частным опытом одного респондента. Например, vocation, this, sandwich, clause, socialism и др..

Ближайшие ассоциаты поля причинности представлены лексемам because (шесть пересечений в поле реакций), effect (пять пересечений), а также anxiety (четыре пересечения, но одно из них с самой лексемой anxiety), reason, purpose, concern, fear, grief (по три пересечения). Непосредственные двусторонние ассоциативные связи зафиксированы между лексемой cause и лексемами effect, reason, result, because, fault, deserving и purpose. Взаимными являются также ассоциаты, выражаемые лексемами effect и result, anxiety и fear, anxiety и pain, because и why, result и why, reason и purpose, grief и pain соответственно.

Ассоциативное поле материализуется на разных языковых уровнях: на морфологическом уровне (при словоизменительных и словообразовательных отношениях между реакциями и стимулом: cause – causes); на лексическом уровне, на котором выражаются лексико-категориальные отношения стимула и реакции и полисемия стимула; на синтаксическом, описывающем синтаксические отношения между стимулом и реакцией, включая предикативные словосочетания и так называемые «синтаксические примитивы»: lost cause, natural cause, this cause, cause trouble, cause fear, cause anxiety и т.п., - а также на когнитивном уровне, который отражает знания носителя языка о стимуле, запечатленные в языке в метафорических обозначениях стимула (root, например), тематически сконцентрированных группах реакций, описанных выше в составе семантического гештальта, или во фреймах типовых ситуаций; на прагматическом уровне, состоящем из оценок, даваемых носителями языка содержанию стимульного слова (bad, worthy, good).

Следовательно, ассоциативные реакции носителей языка на лексемы-стимулы с причинно-следственной семантикой пронизывают все уровни языковой системы, обладающие формой и значением, и смежные с ними когнитивные конструкты.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»