WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 9 |

Отношение различных социальных слоев населения к духовенству было непростым и неоднозначным. В «малых» наказах отмечалось, что священнослужители недостаточно образованны и именно они причастны к существованию в обществе лицемерия, воровства, грабительства, так как сами не отличаются высокими нравственными качествами. Неоднозначным было отношение и к раскольникам. Как следует из текстов городских наказов, в большей степени оно было негативным, чем доброжелательным, причем как в религиозных вопросах, так и в вопросах жизни и быта старообрядчества.

Таким образом, наказы представителей свободных слоев населения носили консервативно-феодальный, а не прогрессивно-развивающийся буржуазный характер и свидетельствовали о том, что простому обывателю чужды западноевропейские гражданские идеалы. Содержание «малых» наказов свободных обывателей отражало общественные, социально-экономи­ческие и политические процессы в Российском государстве второй половины XVIII века. При этом данные наказы являлись относительно самостоятельными и автономными по отношению к политико-правовой программе представителей господствующих сословных групп. Правовые нормы, выступая в качестве нормативно-регулятивной системы, воздействуют на реально происходящие социальные процессы и доказывают, что право может быть автономно и по отношению к любому правосознанию.

В четвертом параграфе «Итоги наказной кампании. Законодательные проекты Екатерины II» анализируются результаты наказной кампании, которые позволяют сделать вывод, что миропонимание российского общества, в том числе юридическое, не имело ничего общего с прогрессивными гражданско-буржуазными идеалами западноевропейского Просвещения. Общественные институты России и их оценка со стороны различных групп населения еще не выходили за традиционные, веками сложившиеся границы феодальных способов и форм существования. Сословность, партикуляризм, главным образом, локальный, полная зависимость от могущества монархической власти – вот характерные особенности «малых» наказов.

Вместе с тем в России был ряд радикально-мыслящих публицистов (Д. С. Аничков, С. Е. Десницкий, В. Т. Золотницкий и А. Я. Поленов), которые способствовали формированию у Екатерины II идеи об изменении бесправного статуса российских крестьян. В частности, В. Т. Золотницкий, ссылаясь на С. Пуфендорфа и Г. Гроция, склонялся к внутреннему компромиссу, признавая собственность на землю и движимость естественным («натуральным») институтом, а рабство людей допускал при определенных условиях. Однако эти идеи не были восприняты депутатами Уложенной комиссии.

Политика Екатерины II в области крестьянского вопроса беспрецедентна в истории российского самодержавия. Первый опыт в решении проблемы крестьянского самоуправления императрица приобрела, организуя управление секуляризованными в 1763 году монастырскими вотчинами. Так называемые «непомещичьи» крестьяне оказались под надзором ряда государственных учреждений. Указом от 3 октября 1779 года императрица приказала директору экономии не вмешиваться во внутреннее самоуправление и судебную «расправу» между членами общины. Кроме того, государственным чиновникам запрещалось наказывать крестьян «за что бы то ни было», т. е. применять полицейские меры без согласия общины, что подтверждается архивными материалами. Императрицей также был подготовлен проект «Об устройстве свободных сельских обывателей», в котором она конституировала «сельские общества» (общины) и предоставила этим «обществам» определенные права и привилегии. Генеральная идея данного законопроекта – желание представить сельскую общину органом эффективного сельского самоуправления. Очевидно, что и в этом вопросе Екатерина II стремилась перенести на российскую почву западноевропейские правовые традиции.

Итак, в завершение первой части исследования автор делает вывод, что создание Уложенной комиссии было прогрессивным шагом со стороны императрицы, таким сложным путем она пыталась узнать нужды и «чувствительные недостатки» населения страны, собрать многообразные сведения «обо всей империи» и партикулярных потребностях в различных регионах страны. Это была одна из ее важных целей, но не главная. Созвав более пятисот человек, Екатерина II предложила им не вопросник, а программу действий по преобразованию существовавшего общественного и государственного порядка через призму общественных идей европейского Просвещения. С учетом материалов «малых» наказов, а также с опорой на российское общественное мнение из «глобальных» замыслов родился ряд конкретных реформ по отдельным направлениям имперского управления. Среди них наиболее злободневными были преобразования в административной сфере, в области народного образования и, безусловно, судебная реформа.

Часть вторая «Преобразования административно-судебной системы по “Учреждениям о губерниях” 1775 года», включающая три главы, посвящена анализу главного законодательного акта, связанного с преобразованиями местного управления и суда, а также выстраиванием системы местного правительственного надзора.

Третья глава «Организация и функции местного государственного управления» состоит из четырех параграфов и содержит анализ властной вертикали, обеспечивавшей функционирование громоздкого и сложного имперского аппарата в оптимальном режиме.

В первом параграфе «”Учреждения о губерниях” как основополагающий нормативно-правовой акт реформы административно-судебной системы России» рассматриваются административно-террито­риальные системы Российской империи и европейских стран, на формирование которых оказали влияние исторические, природные, экономические, а также политические факторы. Наиболее прогрессивной на пути территориально-административных преобразований оказалась самая крупная в религиозном и этническом отношении страна – Российская империя, сложнейшее из европейских государств. В этом в полной мере проявился политический гений Екатерины II.

Реформа местного управления 1775 года началась с выхода законодательного акта – «Учреждений о губерниях». Ввиду важности предстоящей реформы и для придания торжественности данному акту Екатерина II написала обширное вступление (наподобие манифеста), в котором объясняла мотивы и сущность преобразований. Не останавливаясь на детализации причин введения законодательного акта, императрица выделила основные проблемы, существующие в российском обществе. Фактически реализация губернской реформы продолжалась до конца правления императрицы.

Текст «Учреждений о губерниях» состоит из двух частей: первая – от 7 ноября 1775 года, вторая – от 4 января 1780 года. Согласно данному нормативно-правовому акту Россия делилась на губернии (наместничества). Основой нового территориального деления становится численность населения 300–400 тысяч душ (ревизских). Следовательно, по принятой современными демографами оценке численность губернского населения необходимо было увеличить, как минимум, вдвое. Причем в указанном числе душ важен не нижний, а верхний предел, так как задача реформы заключалась не в концентрации власти на местах, а дроблении существующих локально-административных региональных единиц. Однако в историко-юридической литературе с конца XIX века (предположительно с В. О. Ключевского) закрепилась точка зрения, что губерния включала в себя население численностью 300–400 тысяч человек, а не ревизских душ.

Екатерина II впервые положила в основу административно-территориального деления России демографический принцип, опередив государства Западной Европы, в которых уже прошли буржуазные революции. Данный принцип позволял, по мнению императрицы, в дальнейшем создать более гибкий и эффективный механизм управления огромными территориями Российской империи и развивать вновь образованные губернии.

Для управления губернией вводилась должность главнокомандующего (в столичных губерниях на время отсутствия Ее Императорского Величества), генерал-губернатора (государева наместника) и губернатора. Термины «главнокомандующий», «генерал-губернатор», «наместник», «губернатор» слабо дифференцированы в «Учреждениях о губерниях». «Наставления губернаторам», изданные в 1764 году, устанавливали подчинение губернаторов императрице и Сенату. Впоследствии Екатерина II фактически регламентировала подчинение губернаторов генерал-губернаторам указом от 28 мая 1772 года, введя должность генерал-губернатора по Белорусским губерниям.

На всем протяжении реформы содержание понятий «губерния» и «наместничество» не изменилось. Промежуточным этапом в проведении административно-территориальной реформы можно считать указ от 13 июня 1781 года, в соответствии с которым было образовано 40 губерний (наместничеств). Данным указом императрица поручила каждому генерал-губернатору управление двумя губерниями, но это не означало, что в наместничество входило от двух и более губерний. В ходе реформы Екатерина II уходила от данного принципа. В разное время у разных генерал-губернаторов в подчинении находилось от двух до четырех губерний, из чего можно заключить, что у Екатерины существовал штат чиновников, которым поручалось в соответствии с «Учреждениями о губерниях» преобразование старых губерний в новые административные единицы. Таким образом, должность генерал-губернатора сразу стала особой инстанцией – промежуточной между губернскими и центральными учреждениями, видоизменившейся после реформ центральных учреждений (создания министерств в 1802 году). Значение преобразований, осуществленных Екатериной II в территориально-административной системе Российской империи, состояло в том, что императрица создала образ современной европейской России, сохранившийся до настоящего времени.

Во втором параграфе «Административно-полицейские функции местной власти» анализируется созданная Екатериной II система управления новыми административными единицами в Российской империи. Функции генерал-губернаторов (губернаторов) были весьма широкими. Одна из них заключалась в контроле за исполнением местными губернскими учреждениями и должностными лицами возложенных на них обязанностей. Однако генерал-губернатор (губернатор) не имел права наказывать ни нарушителей законов, ни должностных лиц без суда, но при этом мог заступиться за любое лицо в случае волокиты по судебным делам и, не вмешиваясь в процесс судопроизводства, заставить судебные органы рассматривать сложные дела. В случае вынесения несправедливого решения генерал-губернатор имел право приостановить его исполнение и довести информацию до сведения Сената или обратиться к самому Императорскому Высочеству.

Генерал-губернатор следил за сохранением порядка в губернии, точностью всех сборов и налогов, отвечал за распределение повинностей среди населения. К числу обязанностей генерал-губернаторов относилось также обеспечение населения губернии самыми необходимыми продуктами: хлебом, солью и т. д. Создание запасных хлебных магазинов и установление фиксированных цен на хлеб для неимущего населения, контроль за этими ценами и отчеты о ценах на хлеб в подведомственных губерниях, организация вольной торговли хлебом все это было мерой ответственности губернаторов.

Императрица постоянно контролировала исполнение законов, осведомлялась о реальном положении дел на местах посредством анализа разного рода отчетов, ведомостей и т. д. В 1783 году она обязала генерал-губернаторов два раза в месяц кратко представлять донесения о состоянии дел в губерниях. На всем протяжении правления Екатерина II опиралась в своей деятельности на генерал-губернаторов и защищала их от посягательств со стороны губернских присутственных мест и дворянских обществ.

При генерал-губернаторе создавался совещательный орган наместническое (губернское) правление. Генерал-губернатор являлся председателем наместнического (губернского) правления, причем вместе с ним заседали губернатор с двумя губернскими советниками, а для надзора при данном правлении состояли губернский прокурор и двое стряпчих: один – казенных, другой – уголовных дел. Под начальством наместнического (губернского) правления находились административные и судебные органы губерний, взаимодействие которых строилось по определенной иерархической системе.

К административным учреждениям губернского уровня относился приказ общественного призрения, который учреждался в каждой губернии. В его компетенцию входило устройство следующих учреждений: народные школы; сиротские дома для призрения и воспитания сирот мужского и женского пола, оставшихся после родителей без пропитания; госпитали или больницы для излечения больных; богадельни для убогих, увечных и престарелых, «кои пропитания не имеют»; особые дома для неизлечимых больных; дома для умалишенных; работные и смирительные дома. Помимо устройства данных учреждений приказ обязан был надзирать за ними.

Императрица уделяла серьезное внимание вопросу о формировании бюджета данного приказа. В частности, основу бюджета составляли отчисления от губернских доходов в размере 15 000 рублей, добровольные пожертвования и «подаяния», прибыли губернской аптеки, залог с апелляций по судебным решениям, которые отправлялись в Сенат. Екатерина II постоянно посредством указов для конкретных территорий увеличивала источники финансирования приказа. В результате такими источниками стали налоги с привозных и конфискованных товаров, продаж строений и земли, заложенных имений, контрактов, не выполненных в срок и т. д.

Материалы о приказе общественного призрения свидетельствуют о том, что имперский центр ставил целью создать систему государственных учреждений в сфере образования молодежи, индивидуального обслуживания населения, решения различных сложных, но неизбежных для любого общества социальных вопросов (старость, сиротство и многие другие).

Таким образом, «Учреждения о губерниях» следует рассматривать в качестве важного этапа в развитии российской государственности, центральным звеном которой и показателем престижа высшей имперской власти являлась охрана интересов различных слоев общества. Благодаря развитию этой российской традиции государственное функционирование в России резко отличалось от западноевропейских и североамериканских стандартов.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 9 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»