WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

Основные положения работы были апробированы на лекциях и семинарах по истории немецкой и австрийской литературы XVII века, которые автор диссертации читал и проводил на кафедре Сравнительной истории литератур в Институте филологии и истории Российского государственного гуманитарного университета  c 2002 по 2007 гг., а так же в 2005 году в Цюрихском университете на семинаре «Введение в германистику».

Отдельные части диссертации опубликованы автором в виде статьи «Немецкие нормативные поэтики XVII века» в журнале «Искусство и образование» (№ 4 (54) за 2008 год). Автор диссертации подготовил подборку стихов немецкого барокко, включавшую, кроме переводов стихотворений А. Грифиуса, Г.Ф. Харсдёрфера, И. Клая и др., статью под названием «“И сей красотой полон круг земной…” Поэзия немецкого барокко» и биографические справки о немецких поэтах XVII века в журнале «Иностранная литература» (№ 2 за 2006 год). Эта публикация была отмечена специальной премией журнала.

Автор диссертации так же написал разделы по истории немецкой литературы XVII века («Мартин Опиц и реформа немецкой поээзии», «Немецкая поэзия XVII века») для учебника по истории немецкой литературы для ВУЗов.

Структура работы. Диссертация состоит из Введения, Основной части, включающей четыре главы, Заключения, трех Приложений и Списка использованной литературы.

Новейшие разработки в области темы диссертации. Новейшие исследования по теме диссертации указаны в списке использованной литературы.

Содержание работы

Во Введении обосновывается выбор темы, ее актуальность и новизна, формулируются цели и задачи исследования, характеризуются основные теоретические и методологические принципы.

Первая глава «Мартин Опиц и реформа немецкой поэзии» состоит из трех разделов. В первом разделе рассматривается жизненный путь «отца немецкой поэзии» Мартина Опица. Его биография является типичной для немецкого писателя XVII века. Происходивший из бюргерской среды Опиц, благодаря своему поэтическому и организаторскому таланту, умению лавировать между различными политическими лагерями, совершил головокружительную ученую и придворную карьеру, став важнейшей культурной и политической фигурой своего времени. «Книга о немецкой поэзии» Опица – первая немецкая нормативная поэтика – была ориентиром, как для ученых, так и для многочисленных поэтов XVII века. Литературная теория шла у Опица рука об руку с художественной практикой: его сочинения и его переводы с латыни, древнегреческого, французского и голландского языков, были образцовыми и легли в основу новой немецкой литературы. Нередко именно литературные навыки Опица оказывались ключом к успеху. В этом разделе на примере Мартина Опица также рассматриваются особенности системы образования в немецких землях в XVII веке, предопределявшие отчасти характер немецкой поэзии в эпоху барокко.

Во втором разделе«Аристарх, или О презрении к немецкому языку» анализируется написанная в 1617 году латинская речь М. Опица «Аристарх» («Aristarchus»). Сочинение, в котором юный Опиц излагает свои мысли по поводу литературы на немецком языке возникло в специфических политико-экономических условиях Силезии XVII века. Показывается идеологическая подоплека «Аристарха». Анализируются основные положения этой речи. По сути, «Аристарх» уже содержит почти все важнейшие моменты реформы немецкой литературы, предпринятой Опицем и его последователями:

  1. Немецкий язык связывается с национальным характером и объявлется носителем «типичных немецких добродетелей».
  2. Немецкий язык наделяется политической значимостью: по Опицу от состояния языка зависит состояние государства и владение национальным языком «может дать отпор врагу».
  3. Немецкий язык – древний язык, сохранившийся в своей первозданной чистоте, в этом его превосходство над другими языками.
  4. На немецком языке можно писать стихи не хуже, чем на всех остальных языках. Немецкая литература – прямая наследница античной литературы.
  5. Наилучшим размером для немецкой поэзии является александрийский стих «равнозначный» латинскому гекзаметру.
  6. Немецкое искусство связано с истиной и божественным откровением.

Эти идеи Опиц разовьет в своей главной теоретической работе «Книга о немецкой поэзии» и они будут подхвачены его последователями.

Третий раздел первой главы – «“Книга о немецкой поэзии”» и реформа немецкой поэзии посвящен основному теоретическому труду Мартина Опица, определившему характер и пути развития немецкой литературы XVII века. В этом разделе указывается на то, что попытки создать правила для написания литературных произведений на немецком языке предпринимались и раньше, но были безуспешными. Подробно разбирается история написания, построение и основные положения «Книги о немецкой поэзии», указывается на их сходство или отличие от античных и ренессансных поэтик. Анализируется жанровая система, предложенная Опицем, а так же формальные приемы, которые автор «Книги о немецкой поэзии» предлагает поэтам для выражения их мыслей. Призыв Опица освоить и употреблять в качестве ведущего языка немецкой поэзии верхненемецкий язык, использовавшийся Лютером и его сторонниками как «наиболее правильный из всех» имел колоссальное культурно-политическое значение: в то время как протестантская литература на верхненемецком диалекте со временем стала рассматриваться как единый феномен, «немецкая литература», литература южногерманских католических территорий стала оттесняться на обочину литературного процесса.

При ближайшем рассмотрении, однако, выясняется, что книга Опица во многих частях недостаточна и несистематична, что отличает ее от античных и новолатинских нормативных поэтик. Анализ «Книги о немецкой поэзии» вскрывает и противоречивый характер  некоторых идей Опица. Так, в своем мнении о поэте, Опиц колеблется между поэтом-визионером (poeta vates) Платона и аристотелевско-горациевским поэтом-ремесленником, склоняясь, все же, к платоновскому представлению о поэте. Высказываемая Опицем мысль о поэзии как «скрытой теологии» и его аппеляция к герметическому и магическому характеру поэзии, связывает «Книгу о немецкой поэзии» с ренессансным неоплатонизмом (Пико делла Мирандола). В духе неоплатонической традиции (мысль об Эросе как универсальной силе) у Опица снимается и напряжение между представлениями о языческом происхождении поэзии и христианским характером новой немецкой поэзии.

Как свод правил для сочинения стихов, книга Опица не всегда давала полное представление о том, как создавать поэтические произведения, требовала дополнения и комментирования.

Во второй главе «Нормативная поэтика Августа Бухнера» –рассматривается творчество важнейшего последователя М. Опица А. Бухнера, не часто привлекавшее внимание историков литературы. Современники же почитали Бухнера не меньше, чем Опица. Теоретические сочинения Бухнера, профессора риторики в Виттембергском университете, во многом определили характер немецкой поэзии в XVII веке. Продолжая основные тенденции, намеченные Опицем, Бухнер систематизировал, развил и дополнил идеи своего предшественника, указав те направления, в которых поэзия могла идти дальше, в частности:

  1. Опираясь на Аристотеля и Горация, ввел более четкие критерии деления литературы на роды по типу высказывания. Тем самым Бухнер облегчил появление теоретических размышлений по поводу прозаических жанров.
  2. Произнеся в своей поэтике отсутствующую у Опица формулу, гласящую, что поэзия – это говорящая живопись, а живопись –это молчащая поэзия, Бухнер провозгласил одну из центральных идей эстетики своего времени.
  3. Говоря о благозвучии, как отражении божественной гармонии и единственном критерии правильности поэзии, Бухнер связывает немецкую поэзию, во-первых, с философией языка, а, во-вторых, с музыкой, обосновывая таким образом многочисленные эксперименты в немецкой поэзии XVII века.
  4. Апеллируя к благозвучию, Бухнер доказывает возможность употребления в немецкой поэзии трехсложных размеров (дактиля и анапеста) и их комбинациях как друг с другом, так и с ямбом и хореем, открывая немецким поэтам дорогу к разнообразным метрическим экспериментам.
  5. Дополняя Опица в части украшений поэтической речи, Бухнер называет метафору и сравнение тропами, приоритетными в поэзии.
  6. Бухнер обосновывает необходимость создания на немецком языке особых сборников образых выражений, включавших бы в себя «самые красивые поэтические выражения из других языков» для нужд немецкой поэзии.

В некоторых моментах Бухнер спорит с Опицем, и показывает себя автором более дидактичным, нежели «отец немецкой поэзии». Хотя, Бухнер и Опиц, разделяют один и тот же, целиком присущий риторической эпохе взгляд на поэзию, которая должна «поучать и развлекать», они расходятся в представлении о происхождении поэзии и роли поэта. В отличие от Опица, намекающего в своей «Книге о немецкой поэзии» на магически-герметический характер поэзии и придерживающегося платонического мнения о поэте-визионере, Бухнер держится в рамках протестантского догматизма и сводит поэзию к искусству, которое должно поучать и давать примеры добродетельного или недобродетельного поведения. Роль поэта также подчиняется этой цели, поэт тем лучше, чем удачней и действенней его примеры.

В третьей главе «Немецкоязычные поэтики после М. Опица и А. Бухнера» рассматриваются теоретические сочинения Ф. фон Цезена и Г. Ф. Харсдерфера. В этих сочинениях, во многом повторяющим, мысли М. Опица и А. Бухнера, значительно усиливается национально-патриотическая идея. Этому способствуют представления о немецком языке, как языке наиболее древнем на Земле. Мысль о превосходстве немецкого языка  преобладает в поэтике Ф. фон Цезена. Развивая идеи Бухнера о благозвучии, о том, что правильно написанное стихотворение может выразить божественную гармонию, автор «Немецкого Геликона» и «Розовых уст» пытается соотнести формальные особенности стихотворения с его содержанием. Метр, рифма и звук, имеют, по Цезену, особенное выразительное значение: они могут «изысканным образом» соединить содержание и форму. Цезен первым из авторов поэтик XVII века формулирует мысль о том, что немецкий язык и немецкая литература не просто равнозначны классической но, в силу своих «природных особенностей», уже превосходят ее. Таким образом, он порывает и с Опицем, ориентировавшимся на греческие образцы, и с идеями Бухнера о связи античной и немецкой поэзии.

Сходные мысли произносит и Г. Ф. Харсдерфер. Исходным пунктом для него, однако, служит представление об исключительно христианском характере поэзии. Этот автор дополяет Бухнера в части представлений о поэзии как «говорящей живописи». Вслед за Бухнером, утверждавшем, что «художник делает красками то же, что поэт делает словом», Харсдёрфер определяет поэзию как «естественную картину, которая рисуется яркими словокрасками». По-настоящему талантливый поэт должен уметь украшать найденную им тему и скрывать ее за изысканной игрой риторических фигур, как «красивые одежды прячут и украшают нагое тело». У использования риторических фигур есть и более глубокое обоснование: описания и сравнения должны возбудить мысль, сподвигнуть читателя на постижение божественного замысла, познание мира и «высоких материй». «Устройство этого мироздания есть ни что иное, как нескончаемое сравнение всего со всем», – говорит Харсдёрфер. Обращаясь к фигурам и поэтическим сравнениям, поэт, подобно Богу, скрывает истину от глаз непосвященных: ведь Бог никогда не говорил напрямую: «Господь и Сын его, наш Спаситель, говорили с апостолами и пророками посредством сравнений и эмблем». Самые красивые сравнения можно найти в Библии, являющейся древнейшим и глубочайшим источником поэзии. Поэт, умеющий искусно использовать их для выражения своих мыслей, таким образом, наследует самому Творцу.

Четвертая глава работы – «Немецкая поэзия в XVII веке (особенности и жанровая система)» состоит из четырех разделов. В первом разделе «Поэтическая лаборатория XVII века» подробно разбирается процесс создания поэтического произведения, по сути остававшийся неизменным на протяжении всего века. Этот процесс регламентировался риторикой и нормативными поэтиками и состоял из трех этапов – inventio, dispositio и elocutio.

Второй раздел«Особенности немецкой поэзии в XVII веке» посвящен стилистическим особенностям поэзии XVII века на немецком языке. Лингвистические спекуляции авторов поэтик, связывавшие немецкий язык с праязыком, и риторическая традиция, считавшая поэзию «говорящей живописью», предпределили главенство звукописи, метафоры и эмблемы в немецкой литературе эпохи барокко.

В третьем разделе«Жанровая система немецкой поэзии XVII века» мы анализируем ведущие жанры немецкой литературы XVII века и их особенности. Несмотря на декларируемое поэтиками разнообразие поэтических форм, в реальности в барочной литературе популярностью пользовалось лишь небольшое количество традиционных жанров (пиндарическая ода, сонет, эпиграмма, мадригал, секстина, рондо). Анализируются также получившие популярность в немецкой литературе XVII века специфические поэтические жанры, такие как эхо, стихи-протеи и фигурные стихи. Последние переосмысляли в христианском духе орфические мифы, изложенные в античных фигурных стихах, сохраняя, тем самым, память жанра. В конце раздела на примере первой книги сонетов А. Грифиуса вкратце рассматривается построение барочных стихотворных книг и делается вывод, что оно в целом следует схеме exordium–propositio­–conclusio, характерной для любого литературного произведения эпохи.

В заключении подводятся общие итоги диссертации.

В диссертационной работе были рассмотрены особенности становления немецкой литературы в первой половине XVII века.

Pages:     | 1 || 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»