WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |

Назначение конкретных субъективных прав и свобод предопределяется общими принципами права, принципами той отрасли права, в рамках которой они были предоставлены, обязанностями, которые были возложены на управомоченного субъекта, а также целью и смыслом самого субъективного права.

По мнению диссертанта, анализируя назначение субъективного права необходимо обращать внимание не только на цель субъективного права (т.е. на тот результат, который должен достигнуть управомоченный субъект посредством осуществления права), но и на цель правовой нормы, которая предоставляет субъекту конкретное право. Важно подчеркнуть, что право осуществляется в соответствии с его назначением лишь тогда, когда соответствующее правовое поведение совпадает с целью правовой нормы. Некоторые правоведы даже само понятие злоупотребление правом определяют через категорию «цель правовой нормы». Так, Карл Экштайн под злоупотреблением правом предлагает понимать применение правовой нормы, противоречащее ее цели, для реализации интересов, которые данной правовой нормой не защищаются18. В диссертации критикуется позиция ученых, отрицающих данный подход к пониманию сущности злоупотребления правом.

Назначение субъективного права состоит в предоставлении управомоченному субъекту юридически гарантированной возможности удовлетворить свои потребности (интересы), не нарушая при этом интересов других лиц, общества и государства. Задача законодателя, определяющего назначение конкретного субъективного права, заключается в том, чтобы вписать человеческие потребности в четко определенные юридические рамки, обусловленные максимально допустимыми обществом пределами дозволенного поведения. Выход за эти пределы и представляет собой осуществление субъективного права в противоречии с его назначением.

При осуществлении субъективного права в противоречии с его назначением происходит не только конфликт между интересами общества и личности, но и коллизия между объективным и субъективным правом. Образно выражаясь, дух права приходит в противоречие с его буквой. Создается такая ситуация, при которой объективное право не выполняет должным образом свои регулятивные и охранительные функции, а от чего страдает правопорядок в целом.

В качестве итога делается вывод о том, что осуществление субъективного права в противоречие с его назначением имеет место в следующих случаях:

- когда субъект удовлетворяет потребность, реализация которой гарантирована одним субъективным правом, посредством осуществления другого субъективного права;

- когда субъект, осуществляя субъективное право, поступает вопреки принципам права;

- когда субъект, осуществляя субъективное право, поступает вопреки управомочивающей норме права, не соотносит свое поведение с целью данной нормы;

- когда субъект, осуществляя субъективное право, не исполняет корреспондирующуюся данному праву юридическую обязанность;

- когда субъект осуществляет субъективное право ненадлежащим способом.

Таким образом, к основным признакам, характеризующим злоупотребление правом как правовое явление, относятся: причинение субъектом в процессе осуществления субъективного права вреда другим участникам общественных отношений (личности, обществу, государству), а также осуществление конкретного субъективного права в противоречие с его назначением. Все это позволяет сформулировать дефиницию злоупотребления субъективным правом, под которым необходимо понимать такой способ осуществления субъективного права в противоречие с его назначением, посредством которого субъект причиняет вред другим участникам общественных отношений.

Для того чтобы злоупотребление правом имело место необходимо наличие одновременно двух вышеперечисленных признаков. Причинение вреда при осуществлении права в соответствии с его назначением не должно рассматриваться как злоупотребление правом. Не является злоупотреблением и такое осуществление субъективного права в противоречии с его назначением, в результате которого вред участникам общественных отношений не причиняется.

Во втором параграфе «Категория «злоупотребление субъективным правом» в контексте учения о субъективном праве» подробно анализируются теоретические аспекты субъективного права, пределы субъективного права, а также сущность и содержание общеправового принципа недопустимости злоупотребления субъективным правом.

В диссертации отмечается, что категориальный анализ любого правового явления или процесса необходимо осуществлять с учетом выявления соотношения объекта познания с более общими понятиями и категориями. По отношению к категории “злоупотребление субъективным правом” одной из таких категорий является “субъективное право”. Только уточнив содержание последнего можно выявить природу злоупотребления правом, понять причины возникновения различного рода злоупотреблений.

В максимально обобщенном виде под субъективным правом предлагается понимать меру возможного поведения, предоставленную объективным правом управомоченному лицу для удовлетворения своих потребностей (интересов). Представляется, что такое определение можно взять за основу, поскольку в нем отражены все основные моменты, характеризующие субъективное право с точки зрения анализируемой проблематики.

По мнению диссертанта, достаточно одного, даже поверхностного взгляда на вышеуказанное определение, чтобы понять, что возможность злоупотребления кроется в самой природе субъективного права. В частности, объективное право в силу своего несовершенства (пробелы, противоречия, несоответствие законодательства уровню развития общественных отношений) может создавать предпосылки для злоупотребления управомоченным лицом своим правом. В данном случае создаются ситуации, когда управомоченный субъект на вполне законных основаниях имеет возможность злоупотребить своим правом.

Другой аспект проблемы заключается (как это следует из дефиниции субъективного права) в возможности субъекта свободно по своему усмотрению осуществлять предоставленное ему право. Вполне очевидно, что возможность соответствующего правового поведения для субъекта предопределена диспозитивным методом правового регулирования. Поэтому наличие в законодательстве диспозитивных норм, предоставляющих субъекту полную свободу выбора способов реализации субъективного права, изначально создает предпосылки для злоупотреблений.

В юридической науке общепризнанным считается выделение трех правомочий в содержании субъективного права: правомочие на собственные действия (право на собственное правомерное поведение), правомочие на чужие действия (право на правомерное поведение других лиц), правомочие на защиту (право на действия со стороны государственных органов). В диссертации подробно анализируются случаи злоупотребления данными правомочиями. Подчеркивается, что вышеуказанные элементы содержания субъективного права, находясь во взаимодействии друг с другом, позволяют управомоченному лицу максимально эффективно удовлетворить свою потребность (интерес) посредством осуществления субъективного права, принуждения обязанного лица к определенным действиям в свою пользу, обращения в случае необходимости за защитой своего права в компетентные государственные органы. Этими же обстоятельствами и объясняется нежелательность злоупотреблений правом, поскольку в целом ряде случаев зловредное осуществление субъективного права обеспечивается принудительной силой государства, а также обязанное лицо под страхом наступления юридической ответственности принуждается к совершению действий в пользу лица, злоупотребляющего своим правом.

Далее в диссертационном исследовании анализируется категория «пределы субъективного права». Диссертантом обосновывается положение, в соответствии с которым пределы, устанавливающие рамки субъективных прав имеют как объективный, так и субъективный характер. Объективные пределы четко очерчиваются действующим законодательством (объективным правом). Субъективные пределы определяются самим субъектом права. В этой связи, говоря о понятии “пределы субъективного права” необходимо иметь в виду, что в данном случае речь идет о правовых предписаниях, устанавливающих границы поведения управомоченного субъекта. Понятие “пределы осуществления субъективного права” характеризует главным образом субъективные аспекты правореализации.

Для понимания сущности анализируемого явления предлагается разграничивать пределы субъективного права и ограничения субъективных прав. По мнению диссертанта, пределы субъективного права - это предоставленная законодательством право- и дееспособному лицу совокупность конкретных правомочий, за рамками которых субъект не может осуществлять свое право. А ограничение субъективного права - это изъятие некоторых правомочий из содержания данного права или временный запрет на их реализацию.

Анализ законодательства, детально регламентирующего права и свободы управомоченных лиц, позволил диссертанту охарактеризовать пределы субъективного права и пределы осуществления субъективного права как абсолютно-определенные и относительно-определенные пределы. Абсолютно-определенные пределы установлены четким указанием в законе на те критерии, которые не только очерчивают меру свободы субъекта в рамках предоставленного ему субъективного права, но и указывают момент приобретения и утраты субъективного права. При этом, как правило, используются императивные правовые предписания.

Относительно-определенные пределы (касающиеся главным образом процесса осуществления субъективного права) регламентируют возможность субъекта использовать предоставленное ему право по своему усмотрению, учитывая лишь «размытые ориентиры». Законодатель, формулируя эти пределы, как правило, использует оценочные понятия, что и приводит к относительной определенности пределов субъективного права. Именно таким образом достигается необходимая степень свободы субъекта, основанная на диспозитивном методе правового регулирования общественных отношений.

В диссертации уделяется значительное внимание характеристикам разновидностей пределов субъективных прав. В частности, анализируются качественные, количественные, временные и функциональные пределы. Исследованию также подвергаются и пределы осуществления субъективных прав, среди которых: способ осуществления права, нравственность, разумность, добросовестность и др.

Диссертант обосновывает положение, в соответствии с которым безнравственное, неразумное или недобросовестное поведение в большинстве случаев представляет собой злоупотребление субъективным правом. В этой связи предлагается рассматривать недопустимость злоупотребления субъективным правом в качестве общеправового принципа, который будет включать в себя запрет на недобросовестное, неразумное или безнравственное осуществление субъективного права.

В результате проведенного исследования автор приходит к выводу, что в целом ряде государств (Болгария, Греция, ФРГ, Япония и др.) принцип недопустимости злоупотребления правом рассматривается в качестве конституционного принципа. В общем виде он представляет собой прямой запрет на злоупотребление правом либо запрет на причинение вреда другим лицам посредством осуществления права.

Рассматриваемый принцип, как и многие другие конституционные принципы (например, законности, справедливости), должен быть «продублирован» и в отраслевом законодательстве. Это позволит распространить его действие на каждый случай осуществления субъективных прав.

Законодательные формы выражения принципа недопустимости злоупотребления правом могут быть различными и устанавливаться в виде:

- прямого запрета на злоупотребление правом (к примеру, ст. 25 Конституции Греции предписывает: «Злоупотребление правами не допускается);

- запрета на такое осуществление права, результатом которого может стать нарушение прав и свобод других лиц (ст. 17 Конституции РФ);

- запрета на причинение вреда посредством осуществления субъективного права (ст. 10 ГК РФ);

- запрета на осуществление права в противоречии с его назначением (так, согласно ст. 65 Семейного кодекса РФ родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей);

- требования соблюдать нормы нравственности, разумности, добросовестности и справедливости при осуществлении права (в частности, ст. 19 Конституции Италии указывает, что все имеют право исповедовать свои религиозные верования в любой форме за исключением обрядов, противных добрым нравам);

- предписания, указывающего на последствия злоупотребления правами и свободами (ст. 18 Основного закона ФРГ устанавливает: «Тот, кто злоупотребляет свободой мнений, свободой печати, свободой преподавания, свободой собраний, свободой объединений, тайной переписки, почтовой или телесвязи, собственностью или правом убежища для борьбы против основ свободного демократического строя, лишается этих прав».).

В диссертации исследуется значение данного принципа как для правоприменителя, так и для законодателя. В частности, с точки зрения законодателя, стремящегося к единообразному упорядочиванию общественных отношений, учет принципа недопустимости злоупотребления правом (наряду с другими принципами) позволит наиболее точно определить содержание субъективных прав, их пределы, а также механизм осуществления. Все это даст возможность избежать ситуаций, когда предоставленному субъективному праву не корреспондируется соответствующая юридическая обязанность или отсутствует, предусмотренная законом мера юридической ответственности, налагаемая за неисполнение данной обязанности; когда произвольное усмотрение управомоченного субъекта ничем не ограничивается, а его поведение в соответствие с принципом «разрешено все, что не запрещено законом» становится общественно вредным. В этой связи диссертант обосновывает предложение, в соответствии с которым каждый из законопроектов, направленных на регламентацию прав и свобод различных субъектов права должен проходить специальную экспертизу на предмет возможности злоупотребления предоставляемыми правами.

В диссертации содержится критика аргументов тех ученых, по мнению которых запрет на злоупотребление правом не следует рассматривать в качестве принципа права.

В результате анализа российской судебной практики автор приходит к выводу, что она пошла по пути признания за вышеуказанным запретом «статуса» принципа права. Так, в Постановлении Пленума Верховного Суда от 17.03.2004. № 2 «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ» предписывается при рассмотрении дел о восстановлении на работе иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.

В третьем параграфе «Злоупотребление субъективным правом как результат усмотрения в праве» подробно анализируются роль и место субъективного усмотрения в процессе вредоносного осуществления права.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»