WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 10 |

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

На правах рукописи

МАКАРОВ ЮрииНиколаевич

СОВЕТСКАЯГОСУДАРСТВЕННАЯ РЕЛИГИОЗНАЯ ПОЛИТИКА

И ОРГАНЫВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД СССР

(окт. 1917-го – конец 1930-хгодов)

Специальность07.00.02. –Отечественная история

АВТОРЕФЕРАТ

диссертация насоискание ученой степени

доктора историческихнаук

Санкт-Петербург

2007

Работа выполнена накафедре истории России и зарубежныхстран

Республиканскогогуманитарного института

Санкт-Петербургскогогосударственного университета.

Научныеконсультанты:

доктористорических наук, профессор ЛейкинАркадий Яковлевич;

доктор историческихнаук, профессор Крапивин Михаил Юрьевич

Официальныеоппоненты:

член-корр. РАН, доктористорических наук Ганелин РафаилШоломович;

доктор философских наук,профессор Гордиенко НиколайСеменович;

доктор историческихнаук, профессор Измозик ВладленСеменович.

Ведущаяорганизация:

Академия ФСБРоссии

Защита состоится«»2007 г. в 15.00 часов на заседаниидиссертационного совета Д 212.232.52 по защитедиссертаций на соискание ученой степенидоктора наук при Санкт-Петербургскомгосударственном университете (199155, г.Санкт-Петербург, пер. Декабристов, 16. Залзаседаний Ученого совета).

С диссертацией можноознакомиться в научной библиотеке им.А.М. Горького Санкт-Петербургскогогосударственного университета.

Автореферат разослан« » ________ 2007 г.

И.о. ученогосекретаря

диссертационногосовета

доктор историческихнаукЕ.В. Петров

Общая характеристикадиссертации

Актуальность темыисследования. Последниедва десятилетия в нашейстране ознаменовалисьшироким процессом демократизациирелигиознойсферы социума: сняты ранее существовавшиенеправомерные ограничения на культовую ииную деятельностьвероисповедных объединенийи участие в ней граждан. Идетбурный рост числа конфессиональныхновообразований, не имевших аналога врелигиозной жизнипрошлого. Возрастаниеудельного веса и значимости религиозныхорганизаций сказалось нахарактерегосударственно-конфессиональныхотношений: онистали существеннейшей частью отношенийгосударства с формирующимся гражданскимобществом.

Вместе с тем, нельзя невидеть и ряда деструктивных тенденций вскладывающейся в странерелигиозной ситуации. Средипрочего, акцентируем внимание на всё болееобнаруживающейся эрозии основных идей иположений концепции светского государства. Размываются такие конституционныепринципы, как отделение церкви от государства ишколы от церкви; правовое равенство религий и религиозныхорганизаций; равенство прав верующих и неверующих.Имеет местодискредитация научных светских знаний инерелигиозного мировоззрения. Всё это ведет к насильственной клерикализацииобщественных и государственных институтов ик политизации деятельностиразличных религиозныхобъединений.Политики разного уровня,включая официальные российские инстанции,активно используют религию в качестведополнительного источника легитимации.Главноевнимание обращается, естественно, на терелигиозные объединения, коим исторически былисвойственны «государственническиеинстинкты», в первую очередь на Русскуюправославную церковь. При этом всячески подчеркивается и выпячивается роль православия и РПЦ вкачестве важнейшегосредства государственногостроительства, гаранта социального и духовно-нравственноговозрождения Отечества.

Православная Церковь, всвою очередь, начинаетинстинктивно подстраиваться под ныне действующуювласть, пытаясь заручиться поддержкой государственных структур властей в противоборстве смногочисленными конкурентами на своей «каноническойтерритории», фактически выступая с претензией нетолько на единоличное представительство вроссийском обществе (вкоторой живут граждане более 150национальностей, действуют последователисвыше 70 религиозных направлений) христианской духовности, но и духовности вообще, стремясь к монополии в областикультуры, нравственности иобразования.

Противоречивость инеоднозначность вышеописаннойситуации, вряд ли способствующей формированиюатмосферы гражданского согласия и расширениюбазы социальной поддержкиполитического курсагосударства, является следствием отсутствия уроссийских властей современной, продуманной,научно-обоснованной, целостной исбалансированной модели политики вобласти свободы совести. Естественно, чтопроцесссоздания механизма повседневного решенияпроблем, возникающих в религиозной сфере жизни социума, пойдет тем успешнее, чем полнее иобъективнеебудет учтен исторический опыт. Именно этопобуждает нас вновь и вновь обращаться кпоучительным страницам 1920-30-х гг., к тому времени, когдасложилась (и не впервые в истории России)система жесткой зависимости конфессиональныхобъединений отгосударственно-административныхструктур, прикоторой до 20% священнослужителей всехконфессий,существовавших на территории СССР (впервую очередь - РПЦ), сотрудничали с нынеликвидированным 4-м отделом 5-го управления КГБ1.«Церковь, диктаторскируководимаяатеистами, -зрелище, не виданное за два тысячелетия» -писал по этому поводу А.И. Солженицын еще в1972 г.2. Добиться избавления от подобногорода наследства в практике государственно-конфессиональных отношенийбыстро и безболезненно, без последствий и рецидивоввряд ли было возможно. Болеетого, все последние годыроссиян не покидаетощущение, что РПЦ и государственныеинстанции постсоветскойРоссии готовы (каждая сторона - исходя изсвоих конъюнктурных соображений)броситься друг другу в объятья ивосстановитьстарые «золотые цепи» стратегическогопартнерства. И это не может не волноватьзначительную часть россиян, ибо предостерегающетрагический опыт иисторические уроки многовекового «симфонического»сотрудничества РПЦ с российскими властнымиструктурами, к сожалению, хорошо известны.

Историографияпроблемы. Насколько намудалось установить, специальныеработы,посвященные комплексному теоретическому иконкретно-историческому изучениюпроблемы, вынесенной в заглавие настоящейдиссертации,в отечественной историческойнауке отсутствуют, хотяотдельные ее аспекты, естественно, затрагивались в исследованияхотечественных и зарубежных специалистов, начиная еще с1920-х годов.

В первоепослеоктябрьское десятилетие главнойзадачей большевистской партии была, какизвестно, проблема удержания власти.Именно поэтому объектом пристального публицистическогоинтереса стала Православная церковь,открыто осудившая вооруженный приход квласти лево-радикалов и жестокость новогополитического режима. Предпринималасьпопытка доказать изначальную,классово-генетическуюпредрасположенность РПЦкконтрреволюционности, какбы априори оправдывавшую применение репрессивных мер в отношениисвященнослужителей и активистов из числамирян3. Такой подход в советской литературесохранялся и после того, какв 1927 г. РПЦ заявила о своей политическойлояльности4.

В 1920-1930-егоды обращение к проблемегосударственно-конфессиональныхотношений зачастую стимулировалось потребностямиатеистической пропаганды и агитации. В антирелигиозныхпубликациях, носивших скорееагитационно-полемический, нежели научныйхарактер,богоборческая деятельностьпартийно-комсомольских комитетов (вне зависимости от форм и методовпреодоления церковно-религиозных влияний)освещалась какконструктивно-положительная5.

После начала«сплошной» насильственной коллективизации обличение«антисоветской» деятельности церковников, сталоодним из основных мотивов антирелигиознойлитературы.Подчеркивалось, что гонения порелигиозным мотивам в советской странеисключены, преследованиям подвергаютсялишь те граждане, которые нарушаютсоветское законодательство о культах. Значение приводившихся в изданияхконца 1920-х –первой половины 1930-х гг. многочисленныхфактов, относившихся к истории и современному(на тот момент) состояниювероисповедных объединений,практически полностью нивелировалось ихтенденциозным подбором и упрощенным толкованием; допускавшимисячрезмерноширокими обобщениями, в результате которыхотдельные высказываниярелигиозных лидеров поопределенному кругу вопросов приписывались большинству рядовых членов общини отождествлялись ссоциальной природой самих конфессиональных объединений (дескать, религиозные организацииосуществляют сугубоклассово-политическую деятельность иявляются носителями альтернативнойкулацкой идеологии, в ряде случаев прикрывая, в целяхмимикрии,свою буржуазную либомелкобуржуазную сущность краденымипатриотическими и даже псевдосоциалистическимилозунгами).

В предвоенный периодне появилось ни одногосерьезного историко-религиоведческого исследования6. Всеформы религии по-прежнемутрактовались как несовместимые не толькос теорией, но и практикойсоциалистического строительства.Антирелигиозный фронт рассматривался какфронт классовой борьбы, деятельность всех ивсяческих конфессиональных объединений(наступательные возможностикоторых существенно завышались) расценивалась как противостоящаякурсу на социалистическое переустройствообщества, борьба с религией безоговорочноприравнивалась к борьбе за социализм.Советские авторы всячески стремилисьобосноватьсталинскую формулу о неизбежностиобострения классовой борьбы в ходесоциалистического строительства, приводя массу примеров (зачастуюнадуманных) враждебной,саботажнической и даже шпионскойдеятельности религиозных объединений.

В первые послевоенныегоды литература по религиозной иантирелигиозной тематике вообще пересталавыходить. Это объяснялось, с одной стороны,сформировавшимся в верхах мнением, чтоизучение истории российскойконтрреволюции (церковной в том числе) незаслуживаетвнимания исследователей, с другой -начавшимся в военный период заигрываниемвластных структур сруководством РПЦ.

Период с середины1960-х досередины 1980-х гг. в советскойисториографии продолжал оставатьсявременеммалоблагоприятным для объективного,взвешенного изучения отечественнымиисториками религиозной сферы жизни общества.Доступ к важнейшим архивным массивам (в т.ч.к документам,отражавшим официальную, а не ту, которую имприписывали, позицию конфессиональных объединений)отсутствовал, в религиоведениигосподствовали догматизированныестереотипы7. Осмысление советских реалий 1920-х– 1930-х гг., каки ранее, носило преимущественно конъюнктурно -идеологизированный характер,ограничивалось разработкой предписанныхсверху направлений и сюжетов. РольПолитбюро, Антирелигиозной комиссии ЦК,органов ГБ в процессе выработки иреализации государственной линии врелигиозном вопросе оставалась вне полязрения исследователей. Игнорировался тотфакт, что она богоборческая деятельностьпартийно-советских органов не только отступала отобщечеловеческих норм морали инравственности, но нередко несоответствовала теоретическим положениямсамого марксизма. В качестве подпорок для выводови заключений использовались одни те жеисторические факты недавнего прошлого, приводилсябесконечный ряд цитат из трудов большевистскихлидеров, а также ссылок на открытые,общедоступные решения партии иправительства по религиознымвопросам8.

Правда, в отличие отисследователей 1920-х годов,исходивших из того, что их задача состоит враскрытии классово-эксплуататорской иконтрреволюционной, враждебной новомугосударственному строю роли Церкви, авторыпостсталинского периода в соответствии с изменившимисяпартийными установками полагали, что противостояние срелигией носит в целом характеридеологической борьбы за торжество научногомировоззрения. В литературесистематически звучала мысль о том, чтомассовыйотход от религии и церкви произошел восновном под влиянием изменений в условияхжизни трудящихся и был напрямую связан с успехамив социалистической индустриализации иколлективизации сельского хозяйства, а такжеявлялся следствием широко развернувшейся,особенно в ходе культурной революции,атеистической пропаганды9.

Однако даже в такихнеблагоприятных условиях известныйпрогресс в научном освещении роли «религиозногофактора» в жизни советского общества всеже наметился. Так, в1960-х –середине 1980-х гг. после долгих лет молчаниявозобновляется тематико-религиоведческая разработкаистории тех или иныхконфессиональных объединений. При этомв центре внимания советскихученых, по понятным причинам, оказываются сюжеты,связанные с деятельностьюРПЦ10.

Так какнемногочисленные неподцензурныеисследовательские работы,осуществлявшиеся в эти годы духовными лицамитех или иных конфессий, существовалитолько в рукописном виде ираспространялись исключительно в виде«самиздата» в узком кругуединомышленников, то даже препарированныеофициальныепубликации на религиоведческую тематику визвестной мере удовлетворяли потребностьширокого читателя в получении информации об истории главных вероисповедных объединений,традиционно функционировавших натерриториинашей страны.

Среди конкретныхпроблем, получивших свое развитие вработах характеризуемого периода (кромехрестоматийного сюжета о церковнойконтрреволюции времен Гражданской войны), выделялись две:обновленческийраскол в РПЦ 1922 г. и политикаМосковской патриархии после подписания 29июля 1927 г. митр. Сергием (Страгородским)«Декларации» об отношениях Церкви игосударства.

Как известно, в период реформ 1860-хгг. в официальных рамках РПЦ возникло движение заобновление церковной жизни, направленное,в том числе, и на освобождение православияот слишком тесных объятий государства.Возродившееся в 1905 – 1907 гг. обновленческое движениеполучило продолжение уже после отреченияцаря,являвшегося официальным главой Церкви, азатем вновь напомнило о себеуже в период нэпа.

Традиционная длясоветской литературы точка зрения наобновленческие тенденции в РПЦ былапредставлена в монографииА.А. Шишкина11. Автордопускал расхожую для гражданских историковошибку, заключавшуюся в недостаточномучете специфики православиякак конфессии (вероучительных догматов, каноническогоуклада), что оборачивалось невозможностью без искажения понять иотразить особенностивнутренней жизни РПЦ. Рассматривая Церковь как социальныйинститут, организацию,действовавшую в реальнойсоциально-политической обстановке, А.А.Шишкин представлял обновленчество выразителемвзглядов мелкобуржуазных слоевнаселения, пытавшихся приспособиться к советскойдействительности, дабы зарекомендовать себя в качестве «союзниковтрудовогонарода». В идеологии обновленчества, с еготочки зрения, первостепенное значениеимело признание советскойвласти. Реформы церковного бытаявлялисьвторичными по отношению к «идейнойпрограмме».

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 10 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»