WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     ||
|

Что же представляет собой вторичная моделирующая система Это коммуникационные структуры, надстраивающиеся над естественно-языковым уровнем, например искусство. Литература – вторичная моделирующая система, некоторый вторичный язык, а произведение искусства – текст на этом языке. Художественная литература говорит на особом языке, который надстраивается над естественным языком как вторичная система (Лотман Ю.М., 1999: 50). Поэтому ее определяют как вторичную моделирующую систему. Знаки в искусстве имеют не условный, как в языке, а иконический, изобразительный характер. Иконические знаки построены по принципу обусловленной связи между выражением и содержанием. Поэтому разграничение планов выражения и содержания в обычном для структурной лингвистики смысле делается вообще затруднительным.

ВМС обладает смысловой насыщенностью, не доступной ПМС. ВМС – это экономный и компактный способ хранения и передачи информации. Поскольку художественный текст имеет способность концентрировать огромную информацию на небольшой «площади», то необходимо отметить еще одну особенность художественного текста как ВМС: он выдает разным читателям различную информацию – каждому в меру его понимания, он же дает читателю язык, на котором можно усвоить следующую порцию сведений при повторном чтении.

Что касается проблемы содержания во ВМС, то это есть всегда проблема перекодировки. Во ВМС разделение двух планов – содержания и выражения – зачастую обладает известной условностью, поскольку установление эквивалентности между элементами двух разных систем – наиболее частый, но не единственный случай образования значений. ВМС, как правило, имеет дело с реляционными значениями, возникающими в результате выражения одного элемента через другие внутри одной системы. Этот случай можно определить как внутреннюю семантическую и прагматическую перекодировку. Дело в том, что во ВМС значение образуется не путем сближения двух цепочек структур, т.е. содержания и выражения, а внутри одной системы.

Существует много различных способов редукции избыточной информации во ВМС. Как правило, следствием свертывания избыточной информации становится наличие имплицитного содержания или подтекста. Этому способствуют оппозиция семантических и ситуативных структур слов, контекст, стилистические приемы и др.

Мир денотатов вторичной моделирующей системы вовсе не тождествен миру денотатов первичной. Следовательно, вторичная моделирующая система художественного типа конструирует свою систему денотатов. Таким образом, имплицитно выраженная информация одной системы может быть обнаружена за поверхностным семантическим слоем другой системы.

Общение автора и читателя становится более интересным и творческим благодаря полифонической структуре текста, обеспечивающей единовременную актуализацию как можно большего количества значений, стоящих за высказываниями. Полифоничный текст – это такой текст, в котором два типа отношений, отношения между высказыванием и субъектом высказывания (или автором высказывания) и отношения между высказыванием и значением высказывания, характеризуются рядом специфических закономерностей, которые сводятся к двум основным утверждениям:

1) в полифоничном тексте нет жесткой соотнесенности между высказыванием и субъектом высказывания;

2) в полифоничном тексте нет жесткой соотнесенности между высказыванием и значением высказывания.

Отсутствие жесткой соотнесенности между высказыванием и субъектом высказывания означает то, что высказывание представлено в тексте без эксплицитно выраженного субъекта. В едином текстовом пространстве имеют место интертекстуальные элементы. Интертекст выполняет метатекстовую функцию. Для читателя, опознавшего некоторый фрагмент текста как ссылку на другой текст (очевидно, что такого опознания может и не произойти), всегда существует альтернатива: либо продолжать чтение, считая, что этот фрагмент ничем не отличается от других фрагментов данного текста и является органичной частью его строения, либо – для более глубокого понимания данного текста – обратиться к некоторому тексту-источнику, благодаря которому опознанный фрагмент в системе читаемого текста выступает как смещенный. Для понимания этого фрагмента необходимо фиксировать актуальную связь с текстом-источником, т.е. определить толкование опознанного фрагмента при помощи исходного текста, выступающего тем самым по отношению к данному фрагменту в метатекстовой функции. В едином культурном пространстве находятся, помимо прочих, тексты, обладающие определенным неоспоримым «авторитетом», приобретшие его в результате существующей в конкретной культурной среде традиции воспринимать их как источник безусловных аксиом. Таким текстом является, например, Библия, цитаты и аллюзии из текстов которой пронизывают буквально все тексты, созданные в Новое время.

Одной из особенностей полифоничного текста является присутствие семантических оппозиций, создающих асимметричность высказывания и его значения, т.е. при одном плане выражения имеется два плана содержания. Рассмотрим это на следующем примере:

“He might have another suit,” I said. “And a car and a hide-out and money and friends. But you’ll get him.”

Nulty spit in the waste basket again. “I'll get him,” he said, “about the time I get my third set of teeth. How many guys is put on it One. Listen, you know why No space...” (Chandler R., 1983: 20).

Полицейский Налти говорит о том, что он поймает преступника, как только у него вырастут новые зубы. Get him и get my third set of teeth является семантической оппозицией. Такое противоречие указывает на то, что ловить этого преступника, да еще и при отсутствии должного количества сотрудников, бесполезное и пустое занятие. Таким образом, в полифоничном тексте происходит несоответствие между высказыванием и его значением, т.к. I’ll get him превращается в I’ll never get him.

Таким образом, в художественном тексте слово может приобрести двухакцентный характер, т.е. однонаправленное слово или предложение (I’ll get him) может переходить в разнонаправленное (I’ll never get him or I doubt if I’ll be able to get him soon). Читателю необходимо интерпретировать художественные тексты, поскольку безинтерпретационное чтение может привести к непониманию текста.

Как же происходит общение автора и читателя при помощи текстового многоголосия Текстовая полифония приводит к новому способу чтения, т.к. сознание читателя отражает не просто образы и события, а еще и рефлектирующие сознания действующих лиц. Автор, со своей стороны, общается с читателем при помощи того, что исключает подавляющее доминирование своей, авторской мысли над чужой, т.е. мыслью персонажа. В итоге текстовые слова становятся внутренне нерешенными, двуликими. Диалог между автором и читателем предполагает установление сопряженности картин их миров. Автор отбирает средства воплощения своего замысла, а читатель декодирует этот замысел.

Чтение полифоничного текста – это труд, т.к. читатель имеет дело как с автором, так и с текстом и его персонажами.

Таким образом, полифоничный текст создается при помощи разрушения стереотипных видов связанностей между такими технически обязательными конструктами любого текста в любой точке его развития, как высказывание, субъект высказывания и значение высказывания. Полифония может создавать подтекст с помощью семантико-композиционной организации элементов текста, приводящей к асимметричности знака и денотата, а также с помощью интертекстуальности, реализуемой как включение в текст либо других текстов другим субъектом речи, либо их фрагментов в виде цитат или аллюзий, и сигнализирующей о присутствии имплицитной информации.

Во второй главе «Подтекст как разновидность имплицитности» рассматриваются различные подходы к проблеме имплицитного смысла, находящегося в оппозиции к языковому значению. Большинство лингвистов определяют имплицитность как невербально выраженное смысловое и эмоциональное содержание. Имплицитные значения реализуются за счет нелинейных связей между единицами языка и не располагают независимыми средствами выражения. Имплицитность может быть представлена целым комплексом явлений, среди которых существенную роль играет подтекст. Понятия «имплицитность» и «подтекст» близки, но не тождественны. Термин имплицитность является более широким и может включать в себя различные фигуры речи и стилистические приемы, которые реализуют в тексте свою главную функцию – функцию создания экспрессивно-эмоциональной эстетической образности. Явление подтекста связано со скрытой информативностью в области фабульного и концептуального пластов текста (а точнее, их части в области мотивированности действия), тогда как имплицитность тропов лежит в области образного смыслового слоя текста, и лишь совокупное восприятие разных типов имплицитности даёт понимание «глубинного» смысла текста. В плане содержания подтекст имеет определённые отличия от средств создания образности: подтекст – это форма концептуального ассоциативно-логического осмысления явлений текста в отличие от средств создания образности, имплицитность которых лежит в области образного чувственно-наглядного смыслового слоя текста. Диалогическая и монологическая структуры с подтекстом могут включать приёмы создания образности, увеличивая смысловой объём текста; за счёт включённости в текстовую структуру средства создания образности взаимно увеличивают собственный объём значений. Подтекст – явление макроконтекстуальное, требующее для своей полной реализации целого текста. Подтекст, реализуемый материальными единицами одного отрезка текста, декодируется в связи и при сопоставлении с другим отрезком. Подтекст можно назвать не только семантической, но и прагматической категорией, т.к. прагматика изучает использование языка в контексте и зависимость различных аспектов лингвистической интерпретации от контекста. В данной работе под подтекстом понимается ориентированный на предшествующие тексты информационный блок глубокого кодирования, определяемый ситуативной рамкой, фоновыми и выводными знаниями, пресуппозицией, характеризующийся субъективизмом понимания и создаваемый при помощи антитезы, повтора, интонационно-синтаксических и графических средств, обманутого ожидания, метафоры, аллюзии, ремарок автора и т.д. Подтекст несет не только информативную, но и стилизующую функцию. Подтекст придает тексту художественность. Чем значительнее подтекст, тем значительнее само произведение. И с этой точки зрения подтекст варьирует от подтекста как факта проявления языковой компрессии до подтекста как высшей формы художественного текста.

Огромную роль в процессе декодирования подтекста играют пресуппозиции. Теория пресуппозиций используется в современной лингвистике текста для объяснения того, каким образом фонд внеязыковых знаний используется участниками коммуникации при формировании содержательной связности (когерентности) текста. Поскольку имплицитная семантика высказывания оказывается тесно связанной с его пресуппозицией, пресуппозиции писателя и читателя должны быть согласованы, т.к. пресуппозиция есть некое логическое условие истинности предложения.

Необходимо отметить еще одно понятие, имеющее отношение к подтексту. Это явление “understatement”, выступающее как лингвоспецифичное для менталитета британской нации. Это слово часто переводится как «языковая сдержанность», «недоговоренность», «сдержанное высказывание». В грамматике understatement может быть проиллюстрировано примером I don't think you are right, в котором отрицание переносится на глагол think, что как бы снимает категоричность какого-либо явления, события, характеристики и пр. с целью создания иронического и прямолинейность всего высказывания. Understatement – намеренное снижение значимости и важности эффекта, а также для выражения большей экспрессивности. Понятие «understatement» тесно связано с понятием «подтекст», т.к. снимает прямолинейность высказывания. Например, разговаривая с родителями ученика, учитель говорит: “I don't suppose there is anyone devoid of all drawbacks. But I can't approve of your son's attitude to studies.” Этим он дает понять следующее: “I understand that everyone has drawbacks. But I'm indignant at your son’s attitude to studies” (http ://www.i-u.ru/biblio/archive/dii oeva angliyskv). Также Understatement нарушает коммуникационные постулаты количества и способа Г.П. Грайса, т.к. содержит в силу отсутствия прямолинейности меньше информации, несмотря на речевую избыточность или ненужное многословие. Нарушение постулатов происходит лишь на поверхностном уровне и ведет к созданию перлокутивного эффекта. Явление understatement свидетельствует о несоответствии эксплицитного и имплицитного. Благодаря асимметричности означающего и означаемого, это речевое явление может скрывать под собой раздражение, неодобрение, недоверие и т.д. Разница между подтекстом и understatement заключается в том, что мыслительные усилия, требуемые для выявления understatement, фактически минимальны благодаря самоочевидности этого явления.

Рассматривая понятие подтекст, необходимо отметить еще одну важную особенность этого явления, а именно, его несамостоятельность. Несамостоятельность подтекста определяется следующим:

Pages:     ||
|



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.