WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

В разделе 2. 2 «Специальное музыкальное образование» отмечено, что под этим понятием в диссертации подразумеваются самые различные формы начального и среднего музыкального образования: гимназические фортепианные классы (Мариинская женская гимназия); частные музыкальные учебные заведения: классы (фортепианные классы свободного художника Л. Н. Басовой-Гольдберг (1907), впоследствии переросшие в музыкально-драматическую школу (1909), ставшую Императорским музыкальным училищем (просуществовало до 1917 г.)); курсы, студии, школы (первая в Перми, созданная выпускником Миланской консерватории Э. С. Кабеллой (1886); под руководством пианистки С. В. Гедговд (1904); школа Э. Э. Петерсен (1911 – 1919 гг.)); училища, классы при ИРМО и Филармонии, регентские отделения духовных училищ и семинарии.

В работе приводятся сведения об их деятельности, а также сравнения с аналогичными заведениями Екатеринбурга. Отмечаются наглядные моменты проявления принципа кадровой ротации – преимущественно внутрирегиональной. Интересно, что динамичное действие второго типа ротации – диффузии, формирующей звуковой тезаурус, наблюдается в образовательной сфере далёкой глубинки Пермского края: в феврале 1913 г. в Ильинском училище силами учащихся и под руководством учителя Н. И. Шерстобитова была поставлена опера М. И. Глинки «Жизнь за царя» в переложении А. Д. Городцова (постановка осуществлялась неоднократно и имела большой успех; слушателей – жителей окрестных поселений было более 700 человек).

В диссертации подчеркивается, что благодаря музыкальным учебным заведениям тысячи любителей музыки получили начальное и среднее музыкальное образование, стали активными слушателями, что несомненно способствовало развитию музыкального просветительства и росту музыкальной культуры края в этот период.

Глава 3 Музыкальный театр. В разделе 3. 1 «Истоки и пути формирования» представлены факты и наблюдения, позволяющие продемонстрировать пути становления музыкального театра в Пермском крае. Здесь отчетливо просматривается влияние и миграция Строгановских традиций, трансляция культурных новшеств от периферии к губернскому центру. Примечательно, что существование Строгановских театров обеспечивалось не гастролирующими актерами (а еще ранее – не крепостными «профессионалами»), а преимущественно местными талантливыми любителями. В антрактах, как правило, играл оркестр. Сохранившиеся в Государственном архиве Пермской области (ГАПО) афиши дают представление о характере постановок и исполнителях. На примере Пожвинского театра, организованного горнозаводчиком В. А. Всеволожским (1814) и являвшимся более традициционным в плане исполнительского контингента (здесь преобладали крепостные исполнители), продемонстрировано разновариантное действие принципа ротации, включающее редкий случай центростремительной диффузии (репертуарной ротации). Оперы композитора и скрипача Л. В. Мауэра (приглашенного для руководства музыкальной частью театра) на либретто А. А. Шаховского – «Новый бедлам» и «Лекарь-самоучка», в Пожве были поставлены в 1817 году, а в Петербурге – в 1818. (Таким образом, нарушался указ Павла I о запрете на постановку пьес, не исполненных ранее на столичных сценах, а значит – не прошедших цензуры).

От первых любительских театров в Строгановских вотчинах (Очер, 1807; Пожва, 1814; Ильинское, 1825), гастролировавших в губернском центре с водевилями и комическими операми (в гастролях Очёрского театра: комическая опера М. М. Соколовского «Мельник – колдун, обманщик и сват» (1817); комедийный спектакль-водевиль Н. Хмельницкого «Бабушкины попугаи» (1821); опера А. Булландта «Сбитенщик» (1843)) до рождения постоянного оперного театра в Перми, ознаменованного постановкой оперы М. Глинки «Жизнь за царя» (1870), прошло чуть более шестидесяти лет.

В разделе 3. 2 «Театральная жизнь на рубеже веков» показан период небывалого расцвета (1895 – 1902) и последующего упадка Пермской оперы, раскрываются причины данного процесса. Создание Городской театральной дирекции под председательством городского главы А. Синакевича (1895) было явлением уникальным для Российской провинции и не вписывалось в общероссийские тенденции. Здесь сконцентрировались блистательные исполнители (певцы А. Круглов, А. Городцов, Ю. Закржевский, дирижеры У. Авранек (впоследствии – главный хормейстер Большого театра), И. Палиев и др.). Анализ деятельности театра показывает интенсивность премьер, преобладание русского репертуара (при этом факт отсутствия опер русских композиторов-современников является общероссийской тенденцией). Показательно, что при наличии подобной организации творческого процесса, в театральной жизни снижается роль ротационной диффузии, проявляющейся в постоянном перемещении актерских трупп. Однако убыточность, обусловленная сословностью контингента (отсюда – его малочисленностью), привела к закрытию дирекции, и театр попал во власть постоянно меняющихся антрепренеров.

Глава 4 «Хоровая культура Прикамья и деятельность А. Д. Городцова» посвящена той сфере музыкальной жизни края, благодаря которой на рубеже XIX – XX веков сложился тот самый очаг культуры всероссийского значения, который мы (в соответствии с теорией Н. К. Пиксанова) можем назвать «культурным гнездом». В разделе 4. 1 «Истоки и становление хоровой культуры» охарактеризованы Строгановские очаги церковного пения и их роль в этом процессе.

Школа «усольского мастеропения» XVI – XVII вв., основы которой заложил представитель Новгородской школы Стефан Голыш, стала одним из ведущих профессионально-музыкальных направлений. Она сыграла важную роль
в истории древнерусского певческого искусства. Ее выдающийся представитель Иван Лукошко (впоследствии архимандрит Рождественского монастыря во Владимире) занимался композиторской и певческой деятельностью во владениях Строгановых, а Фаддей Субботин олицетворял Усольскую школу во Второй комиссии по подготовке реформы знаменного пения, собранной в Москве в 1669 г., находясь в дальнейшем на государственной службе в столице и обучая государевых дьяков (яркий пример центростремительной кадровой ротации). Художественные принципы школы воплотились в деятельности Строгановского хора Сольвычегодского Благовещенского собора. Впоследствии важную роль в развитии хорового пения в новом направлении – партесном многоголосии, сыграл Н. Дилецкий, приглашенный Строгановыми для работы с хором.

Отмеченные факторы обеспечили нарушение привычной схемы трансляции культурных ценностей (выраженной вектором столица – губернский центр – уездный город). Они же обусловили наиболее яркие явления, связанные преимущественно с деятельностью церковных хоров уже в губернском центре («Неофитовский» архиерейский хор (50 – 60-е годы XIX столетия), хор Кафедрального собора (начало ХХ столетия), а также мужской капеллы С. В. Гилева (Екатеринбург, 1883) и др.

Деятельность А. Д. Городцова (1857 – 1918), анализу которой посвящен раздел 4. 2 «А. Д. Городцов создатель хорового ’’культурного гнезда’’», рассматривается в контексте действия принципа ротации и формирования культурного гнезда. Этот энтузиаст-подвижник в течение короткого времени организовал в рамках «Попечительства о народной трезвости» невиданную
в России систему музыкального просвещения – массовое хоровое движение (1895) – до 290 хоров, обеспечив масштабную трансляцию музыкально-культурных ценностей из губернского центра на всю территорию края. Движение включало: систему обучения (регентские курсы (1896); бесплатные народно-певческие классы (1898), на основе которых было создано Пермское певческое общество (1907)), интенсивную концертную деятельность (хоровые собрания численностью до 250 человек, регулярные воскресные концерты (с 1910 по 1916 годы) в Перми, а также широко развёрнутые концертно-хоровые мероприятия в сельской местности всей Пермской губернии), организацию музыкально-библиотечной системы (1896).

Среди плодотворных идей, осуществленных музыкантом – организация оперных спектаклей в деревнях силами самих крестьян. Созданный для этой цели вариант оперы М. Глинки «Иван Сусанин» (без оркестра, с участием хора, с введением литературных текстов из произведений В. Жуковского и К. Рылеева) имел огромный успех. Только в 1913 г. опера ставилась в 30 и частями в 54 уездных городах, сёлах и заводах Пермской губернии.

Симптоматично, что в 1909 г. на Всемирной выставке в Париже были представлены каталог организованной А. Д. Городцовым библиотеки и отчеты о курсах певческих классов.

Эта деятельность (высоко оцененная Б. В. Асафьевым) была подхвачена его последователями (А. А. Луканиным, В. Н. Серебренниковым, Ф. С. Узких, Е. Н. Шнюковой и др.). Традиции, сформированные А. Д. Городцовым, распространились далеко за пределы Пермского края и рассматриваемого в работе временного периода.

В Заключении подчеркивается: находясь в русле тенденций музыкальной жизни России на рубеже XIX – XX столетий, Пермский край являлся своеобразным эталоном отечественной провинции, обладающей мощным культурным и духовным потенциалом. При этом ему присущи и уникальные особенности,
в значительной степени обусловленные наследием «Строгановской империи», а также включенностью в контекст «горнозаводской цивилизации». В их числе – богатые музыкально-театральные и хоровые традиции. Это обеспечило краю лидерство в сфере музыкальных достижений на уровне уральского региона и достойную конкуренцию с центральными провинциями. Здесь, на примере Пермского края мы наблюдаем не просто нарушение общепринятой схемы трансляции культурных ценностей (от столицы к губернскому центру, далее
к уездному городу и более отдаленной периферии). В данном конкретном случае возникает уникальный пример «миграции культурного гнезда» с губернских окраин – в столицу губернии.

Безусловно, были здесь свои проблемы и трудности, откровенные неудачи. Среди них – недолгий век ряда замечательных начинаний – Филармонии, ежемесячного журнала «Искусство и жизнь», наступивший после яркого расцвета закат Пермской оперы и др. Но, несмотря на это, музыкальная жизнь Пермского края по многим параметрам выгодно отличалась от других регионов.

Отрадно, что, несмотря на революционные преобразования и трудности гражданской войны, музыкально-культурные традиции дореволюционной Перми не были прерваны. Думается, изучение роли этих традиций в становлении послереволюционной музыкальной культуры – одна из интереснейших
и заслуживающих внимания проблем в дальнейшем развитии пермского музыкального краеведения.

Список публикаций по теме диссертационного исследования

1. Козловская, И. П. Музыкальное прошлое Пермского края. Монография / И. П. Козловская. – Пермь.: Перм. гос. инст-т искусства и культуры, 2008. – 264 с. [15,34 п. л.]

2. Дрожжина, М. Н., Козловская И. П. Принцип ротации как основа отношений центра и провинции (на примере музыкальной жизни Перми на рубеже XIX – XX веков) / М. Н. Дрожжина, И. П. Козловская // История и теория культуры в вузовском образовании: Межвузовский сб. науч. тр. вып. 3. Под ред. Е. М. Тазиевой, В. А. Баранова. Новосиб. гос. ун-т. – Новосибирск, 2008. – С. 100 – 113. [0,6 п. л.]

3. Козловская, И. П. Годы расцвета / И. П. Козловская // «Музыкальная жизнь». Москва: муз. кр.-публ. ил. журнал. 2008. № 5. С. 34, 35. [0,15 п. л.]

4. Козловская, И. П. Достижения династии Строгановых в контексте формирования культуры Пермского региона / И. П. Козловская // Вестник ПГИК. – 2006. – № 2. – С. 44 – 54. [0,4 п. л.]

5. Козловская, И. П. К вопросу влияния культурных традиций Строгановского региона на последующее развитие культуры Прикамья / И. П. Козловская // Культурологическое образование : историческая перспектива и современные тенденции ; материалы Всероссийской науч.-практ. конф., 25 – 26 окт. 2006 г. / Перм. гос. инст-т искусства и культуры. – Пермь, 2006. – С. 29 – 32. [0,2 у.п.л.]

6. Козловская, И. П. Крепостная интеллигенция Строгановых в контексте культурных традиций // И. П. Козловская / Молодёжь, наука, культура : прогностическая парадигма. Материалы аспирантских чтений, Казань, 18 апр. 2007 г. // Вестн. КГУКИИ. – Спец. вып. 2007. – С. 65 – 69. [ 0,25 п. л.]

7. Козловская, И. П. Музыкальный быт губернской Перми конца XIX – начала XX веков / И. П. Козловская // Вестн. ПГИИК. – 2008. № 6. – С. 6 14. [0,46 п. л.]

8. Козловская, И. П. Музыкальное образование дореволюционной Перми в контексте тенденций российской провинции / И. П. Козловская // Система непрерывного художественного образования : теоретико-методологические и прикладные аспекты : материалы Всероссийской науч.–практ. конф. с междунар. участием ; Пермь. 22 – 25 окт. 2007. – Пермь, 2007. – С. 225 – 235. [0,4 п. л.]

9. Козловская, И. П. Музыкальный театр Пермской губернии в контексте общероссийских тенденций / И. П. Козловская // Краеведение и художественная культура Урала : творчество, исполнительство, образование : материалы междунар. науч.-практ. конф.; Магнитогорск, 19 – 21 ноябр. 2007. Магнитогорск, 2008. – С. 80 – 105. [1,39 п. л.]

10. Козловская, И. П. Народно-певческое дело А. Городцова в хоровом пространстве России на рубеже XIX – XX вв. / И. П. Козловская // Вестн. ПГИИК. – 2007. – № 5. – С. 137 – 147. [0,45 п. л.]

11. Козловская, И. П. О специальном музыкальном образовании в дореволюционной России (начальные и средние учебные заведения частного ведения) / И. П. Козловская // Музыкальное образование и воспитание детей и юношества: проблемы и поиски : материалы Всерос. науч.-практ. конф. студентов, аспирантов и молодых учёных, 12 – 13 апр. 2007 г. Урал. гос. пед. ун-т – Екатеринбург, 2007. – С. 60 – 64. [0,25 п. л.]

12. Козловская, И. П. Пермская публичная музыкальная библиотека в деятельности А. Д. Городцова / И. П. Козловская // Социально-гуманитарные знания. 2007. № 12. С. 194 197. [0,2 п. л.]

13. Козловская, И. П. Провинция как региональный аспект исторического краеведения. Методология исследования / И. П. Козловская // Вестн. ПГИИК. – 2006. Том 1, № 1. – С. 24 – 31. [0,3 п. л.]

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»