WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Важной гарантией обеспечения информационной безопасности коммуникативных контактов человека при осуществлении оперативно-розыскной деятельности является право человека, закрепленное статье 5 в ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», обжаловать действия органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, в судебном порядке. В соответствии с данной нормой лицо, полагающее, что действия органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, привели к нарушению его прав и свобод, вправе обжаловать эти действия в вышестоящий орган, осуществляющий оперативно-розыскную деятельность, прокурору или в суд. Анализируя это положение, основываясь на мнении судей Конституционного суда Российской Федерации, сформулированных в решении по делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» по жалобе гражданки И. Г. Черновой5, автор пришел к выводу о том, что данная норма является в большей степени декларативной, поскольку человек зачастую не может указать на достаточное количество фактов, подтверждающих, что в отношении него проводились оперативно-розыскные мероприятия.

В развитых зарубежных странах нет единой позиции по вопросу необходимости информировать человека о проведении в отношении него оперативно-розыскных мероприятий после их завершения. В Германии и Швейцарии действуют подобные нормы, а в Англии, Франция, США такие обязанности за правоохранительными органами, осуществляющими мероприятия по ограничению неприкосновенности коммуникативных контактов человека, не закреплены.

Анализируя возможность использования результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств по уголовному делу, автор пришел к выводу об отсутствии законодательно установленного порядка введения в уголовный процесс таких результатов. Отсутствие такого порядка в настоящее время порождает не только не прекращающиеся споры в научном сообществе, но и неопределенность при применении этих положений на практике работниками правоохранительных органов. Представляется, что такой порядок должен включать в себя действия по установлению соблюдения требований законодательства об оперативно-розыскной деятельности при проведении соответствующих оперативно-розыскных мероприятий, а также из установления достоверности и проверки соответствующих результатов оперативно-розыскной деятельности. Такая проверка должна включать в себя не только допрос лиц, в отношении которых проводились, оперативно-розыскные мероприятия, но и фоноскопическую или, в случае получения доказательств в результате проведения контроля почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, почерковедческую экспертизу.

Федеральным законом «О противодействии терроризму» предусмотрена возможность введения контроля телефонных переговоров и иной информации, передаваемой по каналам телекоммуникационных систем, а также осуществление поиска на каналах электрической связи и в почтовых отправлениях в целях выявления информации об обстоятельствах совершения террористического акта, о лицах, его подготовивших и совершивших, и в целях предупреждения совершения других террористических актов. Также в режиме контртеррористической операции возможно приостановление оказания услуг связи юридическим и физическим лицам или ограничение использования сетей связи и средств связи.

По мнению автора, необходимо законодательно закрепить процедуру получения судебного решения на установление контроля телефонных переговоров и иной информации, передаваемой по каналам телекоммуникационных систем, а также осуществление поиска на каналах электрической связи и в почтовых отправлениях в целях выявления информации об обстоятельствах совершения террористического акта. Такая процедура должна максимально соответствовать требованиям законодательства об оперативно-розыскной деятельности. Наличие подобной процедуры позволит, во-первых, придать этим действиям легитимный характер, а во-вторых, использовать их результаты в качестве доказательств по уголовным делам.

Во втором параграфе «Обеспечение информационной безопасности при ограничении прав человека на неприкосновенность коммуникативных контактов в рамках осуществления следственных действий, ограничивающих права человека на неприкосновенность коммуникативных контактов» рассмотрены следственные действия и порядок их проведения, ограничивающие права человека на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных отправлений.

В соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ такими следственными действиями являются наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемка (ст. 185), а также контроль и запись переговоров (ст. 186)

Арест почтово-телеграфных отправлений, их осмотр и выемка представляет собой комплексное следственное мероприятие, состоящее из двух следственных действий и меры процессуального принуждения.

Данное следственное действие ставит своей целью получение информации, содержащейся в почтово-телеграфных отправлениях. К почтово-телеграфным отправлениям законодатель относит бандероли, посылки и другие почтово-телеграфные отправления.

Существенным недостатком статьи 185 УПК РФ является то, что в ней не указан круг лиц, на чьи почтово-телеграфные отправления может быть наложен арест. Ряд авторов утверждает, что этот круг ограничивается лишь подозреваемым или обвиняемым, некоторые считают, что в него входят «подозреваемые, обвиняемые и связанные с ними лица». Такое толкование закона, по мнению автора, является неверным, поскольку в законе не содержится каких-либо указаний о круге лиц, на чьи отправления может быть наложен арест. Это может быть любое лицо, чьи почтово-телеграфные отправления могут содержать предметы, документы или сведения, имеющие значение для уголовного дела. Вместе с тем, необходимо иметь в виду, что подобная неопределенность противоречит критерию «предсказуемости закона», окончательно выработанному Европейским судом по правам человека в решении по делу «Крюслин против Франции», согласно которому в законе должны быть «определены категории лиц, телефоны которых могут быть прослушаны по постановлению суда, равно как … определен характер правонарушений, при котором возможно прослушивание»6. Все указанное можно распространить и на почтовые отправления. По мнению автора, в рассматриваемой статье необходимо указать, что арест может быть наложен на почтово-телеграфные отправления подозреваемого и обвиняемого.

По мнению автора, значительным недостатком статьи 185 УПК РФ является отсутствие указания в ней максимального срока наложения ареста на почтово-телеграфные отправления. Законодатель связывает момент отмены ареста с окончанием предварительного расследования по уголовному делу, либо с отпадением необходимости в этой мере. Такая позиция представляется в высшей степени необоснованной. По логике, предельный срок наложения ареста на почтово-телеграфные отправления не должен превышать двух месяцев, так как срок будет соответствовать сроку предварительного следствия, установленному статьей 162 УПК РФ.

Большинство авторов полагает, что правила, установленные статьей 185 УПК РФ, распространяются и на электронную почту. В целом соглашаясь с такой позицией, необходимо указать на то, что наложение ареста, осмотр и выемка сообщений, отправляемых по средствам электронной почты, могут быть проведены по правилам статьи 185 УПК РФ лишь в том случае, если отправка сообщений осуществляется через технические средства оператора связи, и имеется возможность сохранение сообщения на технических средствах оператора связи. Лишь в этом случае имеется возможность направить постановление соответствующим организациям или лицам, предоставляющим услуги доступа в информационные сети, через которые доставляется электронная почта, с требованием заблокировать доступ определенного субъекта и обеспечить хранение адресованной ему электронной почты с сохранением режима конфиденциальности и целостности. В случае если сообщения сохранены на технических средствах конечных пользователей, то их выемку следует проводить на основании статьи 183 УПК РФ «Основание и порядок производства выемки».

Статья 186 УПК РФ посвящена контролю и записи телефонных и иных переговоров. Рассматривая эту норму, прежде всего, необходимо уяснить само понятие «иных переговоров». Существует два мнения по данному вопросу. Согласно первому, в данном случае речь идет лишь о переговорах, «ведущихся с помощью телекоммуникационных средств. Согласно второму, под «иными переговорами» следует понимать любые переговоры, в том числе и непосредственный речевой контакт между людьми. По мнению автора, поскольку законодатель не указал о каких именно переговорах идет речь, под иными переговорами следует понимать любые формы речевого контакта между людьми, включая непосредственное речевое общение.

В отличие от статьи 185 УПК РФ, в части 1 статье 186 указано, что контроль и запись переговоров могут применяться в отношении обвиняемого, подозреваемого и других лиц, чьи переговоры могут содержать сведенья, имеющие значения для уголовного дела. Указание в рассматриваемой норме «других лиц» представляется весьма спорным. Европейский суд по правам человека в решении по делу «Калоджеро Диана против Италии»7, Европейский суд указал, что закон оставляет власти слишком много полномочий, если «не определяет категории лиц, корреспонденция которых может быть подвергнута цензуре». По мнению автора, необходимо допустить применение данного следственного действия лишь в отношении подозреваемого и обвиняемого.

Частью 5 статьи 186 УПК РФ установлено, что контроль и запись переговоров устанавливаются на срок до 6 месяцев. Как уже отмечалось в отношении срока наложения ареста на почтово-телеграфные отправления, срок проведения следственных действий не должен превышать срока предварительного расследования. Таким образом, срок проведения контроля и записи переговоров не должен превышать двух месяцев.

Существенным недостатком УПК РФ является отсутствие четкой регламентации получения судебного решения на проведение контроля и записи переговоров. В статье 165 УПК РФ содержатся лишь общие положения относительно получения разрешения на проведение следственных действий в судебном порядке.

Ходатайство о производстве следственного действия подлежит рассмотрению единолично судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня по месту производства предварительного следствия или производства следственного действия не позднее 24 часов с момента поступления указанного ходатайства.

В законе не установлена обязанность следователя прилагать к ходатайству какие-либо материалы, подтверждающие его обоснованность. Таким образом, судья может вынести свое решение лишь на основании ходатайства, не подкрепленного никакими подтверждающими его материалами. Хотя еще в 1993 году Пленум Верховного суда Российской Федерации указал, что суды должны принимать к рассмотрению не только соответствующие ходатайства, но и «материалы, подтверждающие необходимость ограничения права гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений», норма эта до сих пор не нашла своего законодательного закрепления.

В третьем параграфе «Обеспечение информационной безопасности коммуникативных контактов человека при исполнении меры пресечения в виде содержания под стражей, а также при исполнении наказания в виде лишения свободы» проводится анализ ограничений неприкосновенности коммуникативных контактов человека при исполнении наказания в виде лишения свободы, а также при исполнении меры пресечения в виде содержания под стражей.

В соответствии со статьей 20 Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», подозреваемым и обвиняемым разрешается вести переписку с родственниками и иными лицами без ограничения числа получаемых и отправляемых телеграмм и писем. Отправление и получение корреспонденции осуществляются за счет средств подозреваемых и обвиняемых. Переписка подозреваемых и обвиняемых осуществляется только через администрацию места содержания под стражей и подвергается цензуре.

Установление контроля за перепиской всех без исключения лиц, содержащихся под стражей, противоречит части 2 статьи 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Часть 2 статьи 8 гласит, что вмешательство в право человека на уважение его корреспонденции допускается только в том случае, когда оно «необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц». Причем в каждом конкретном случае применения контроля к корреспонденции, правоохранительные органы должны установить наличие фактических оснований для такого вмешательства. В этой связи, применение цензуры корреспонденции ко всем без исключения лицам, содержащимся под стражей, без учета конкретных обстоятельств дела, представляется не правильным и противоречащим указанной норме конвенции.

Есть мнение, что во время содержания в карцере подозреваемым и обвиняемым запрещается переписка, т.е. отправление и получение писем и телеграмм. Письма и телеграммы, поступившие на имя подозреваемого или обвиняемого, вручаются ему после окончания срока пребывания в карцере. По мнению автора, подобное суждение не базируется на Законе. В статье 40 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» указано, что в период содержания в карцере подозреваемым и обвиняемым запрещаются переписка. А получение корреспонденции в одностороннем порядке, как известно, не является перепиской, и, следовательно, законом не запрещено обвиняемому и подозреваемому получать письма, при этом на них не отвечая. В этой же норме указано, что содержащимся в карцере подозреваемым и обвиняемым разрешены свидания с защитником. Вызывает удивление, почему законодатель разрешил свидания между защитником и таким обвиняемым, но запретил переписку между ними Запрет на переписку между защитником и его клиентом противоречит нормам международного права, Конституции РФ и просто здравому смыслу, ведь администрация сама заинтересована в активной переписке между ними, поскольку активная переписка между защитником и клиентом приведет к сокращению количества свиданий между ними, а это в свою очередь, приводит к экономии ресурсов уголовно-исполнительный системы, которые необходимо затратить на организацию свидания. Необходимо разрешить переписку между защитником и содержащимся в карцере обвиняемым и подозреваемым.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»