WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Действенный и мобилизующий характер политического мифа проявляется в том, что мифы - это не просто определенные исторически складывающиеся представления, верования или повествовательные тексты определенной группы людей, но также мифы – это и воплощающиеся в ритуальной практике религиозные или морально-этические системы, а в светской культуре - повседневные регламентации поведения. Поэтому следует отметить такую характерную черту мифа, как индоктринирование: мифом и в мифе живут, с ним отождествляются.

Политический миф сакрализует верховную власть, поворачивает время вспять к архаике. В нем закрепилась память о том, что в архаическом обществе политическое выступало по большей части как концентрированная форма сакрального, сакрализация верховной власти и социально-политических институтов наблюдается повсеместно у всех народов на определенной ступени развития, а их происхождение объясняется божественной волей.

Автономия сакрального и политического будет утверждаться по мере перехода от традиционной культуры к современной, вследствие расширения светской сферы во всех областях жизнедеятельности человека и ухода в прошлое традиционалистского сознания, но, тем не менее, в символической системе культуры сохранится «мифологическо-религиозная подоплека власти» (Б.Ямпольский) в форме устойчивой системы символов и мифологических архетипов, распространенных в политической сфере.

Современный миф конструирует социальную, политическую реальность и делает ее легитимной. Для его распространения среди широких слоев населения используются научные теории, создаются с помощью художественных средств образы, отличающиеся повышенной суггестивностью, используются запоминающиеся лозунги и стереотипы массового сознания. Миф выступает как искусственная конструкция, которая создана с целью управления обществом и воспринимается им с течением времени как нечто правдоподобное и органичное, естественное, объективное.

Политический миф выступает как определенный показатель состояния политической культуры того или иного народа, общества, государства. Миф - не побочный продукт политического процесса, но существенный его фактор. Политические мифы повествуют об идеальном обществе, основанном на справедливых началах, в котором униженные и оскорбленные возьмут реванш, о сверхчеловеческих возможностях и способностях вождя или о мессианской роли того или иного класса, расы, нации. Они выдержаны концептуально, зачастую наукообразны и опираются на идеи, теории, представления, заимствованные из сферы философии, социологии, политологии, психологии, антропологии и носят не религиозный, а вполне светский характер. Множество историков и публицистов, следуя социальному заказу, мифологизируют историческое прошлое своих народов, особенно в период смены правительственного курса, в кризисные времена, в «эпоху перемен».

Одним из законов мифотворчества является героизация, идеализация исторических лиц, появление на политической арене новых персонажей в качестве возможных преемников и выполнение ими определенных «программ», прохождение героя через ряд испытаний, своеобразных инициаций и, в конце концов «воцарение на престоле».

В поле современного мифа попадают все новые вещи, явления окружающего мира, идеи и парадигмы, технологии. Это приводит к тому, что даже хорошо известное или знакомое старое, историческое прошлое воспринимается как нечто новое или несколько в другом ракурсе, что также оживляет восприятие и делает предмет или явление, событие или личность интересной и значительной.

Во второй главе «Теоретические модели политических мифов и их актуализация в современном российском обществе» исследуются истоки возникновения универсальных мифов Нового времени, а также российские мифы в системе политической культуры российского общества.

В первом параграфе «Политические мифы Нового времени и их теоретические модели» исследуются истоки и причины формирования двух универсальных мифов – это расистский миф и миф о сильной личности. Они не раз были востребованы в истории, и ХХ век со всей очевидностью показал, насколько они опасны и как быстро из сферы элитарной философской культуры, научной и общественной мысли переходят в обыденное сознание, становятся достоянием правящей элиты и масс, но уже в доступной для их понимания форме.

Несмотря на то, что в советское время происходило активное смешение культур народов СССР, приветствовались межэтнические браки и развивалась идеология интернационализма, основой которой являются такие культурные ценности, как равенство и братство всех народов, населявших страну, многие национальные вопросы решены не были, в результате этого межнациональные разногласия и противоречия обострились впоследствии. Культурное пространство заполнено псевдопатриотическими лозунгами, появляются новые термины («лица кавказской национальности»), в массовое сознание проникают идеи расизма и национализма и т.п.

В отечественной науке до последнего времени этнос трактовался как некая целостность, отличающаяся от других такими характеристиками, как язык, культура и, якобы, особый национальный характер. Этнос рассматривался как нечто статичное, не меняющееся в истории, не учитывались всерьез многообразные межэтнические взаимодействия. Когда же речь заходит о национальном характере, то исследователи, сами того не желая или целенаправленно, в советское время высказывали идеи о том, что одни нации являются дружелюбными, открытыми и миролюбивыми, другие – агрессивными, злопамятными и воинственными.

Реликты архаического деления всех народов на «хороших», «друзей» и «плохих», «врагов» свидетельствуют о древних корнях этноцентризма, уходящих в толщу первобытной культуры и мифологического мышления. Эти специфические устойчивые черты характера и особые стереотипы поведения приписывались всем членам этнической общности без исключения, что, по меньшей мере, странно. Таким образом, мифологизация распространялась на целые этносы и нации.

Не менее популярным, чем расовые и националистические мифы в истории западной культуры, был миф о сильной личности. Культ вождя, героев и героического в развитой форме получил реализацию в творчестве романтиков и их последователей, которые подняли его на новую высоту. Еще одна версия мифа о сильной личности этого времени, которая в значительной степени разрабатывалась романтиками и связана с культом героя и героического – это миф о Наполеоне. Данный миф разворачивался на фоне наполеоновского проекта завоевания мира, египетского похода и планов присоединения Индии к Европе.

Новую страницу вписал в историю возрождения культа героев английский критик, историк, романист, философ Т. Карлайль, который в 1840 году выступил с буржуазным культом сильной личности. Главную роль в истории общества он отводит именно избранным, «героям», а их культ интерпретирует как фундаментальный элемент культуры и истории.

Одну из версий теории избранных представляет собой учение Фридриха Ницше о сверхчеловеке. В различных европейских странах миф о сильной личности имел собственную специфику, но особенно ярко он проявился в таких странах, как Германия, Италия и Россия. В нашей стране он заявил о себе в тоталитарной политической культуре в культе «отца всех народов» Сталина.

Нами рассматриваются интерпретации политического мифа З.Фрейдом, К. Юнгом, Ж.Сорелем, М.Элиаде, Э. Кассирером, Р.Бартом, а также российскими исследователями.

Анализ вышеназванных концепций мифа приводит нас к выводу о том, что миф является элементом политической культуры, он несет представление не об истинном положении дел либо истории, а о сконструированной психикой человека модели событий, образах исторической эпохи и т.п. Политический миф вписан в систему политической культуры и может быть адекватно проинтерпретирован лишь в ее контексте. Он реально воздействует на социокультурную практику, политическое поведение индивида и масс.

Во втором параграфе второй главы «Особенности формирования и динамики российской политической культуры и мифотворчества» нами выявляются особенности динамики российской политической культуры и роль мифов в ней. Нами использовалась концепция А.С. Ахиезера об инверсионном характере социокультурной динамики России применительно к политической культуре российского общества. Существенными характеристиками ментальности крестьянства, представлявшего большинство всего населения, являлись архаичность и традиционалистский характер сознания и поведения, проявлявшиеся в мистицизме, вере в сверхъестественное, многообразных суевериях. Особенностью традиционалистского политического сознания является абсолютизация дуальности мира, разделение мира на бинарные оппозиции: небо-земля, добро-зло, Бог-Сатана и т.п.

Веками формируется представление о том, что общество, община, государство, империя – все, а индивид ничто, частное растворяется во всеобщем, и это является еще одним показателем архаичности, мифологичности традиционалистского сознания. На этом фоне полной зависимости индивида от общества возникает «детерминистская» культура с внешним локус-контролем. Кроме того, традиционалистская культура формирует представление о тождестве сакрального и политического, возникает мифологическо-религиозное по характеру восприятие власти и ее носителей, сопровождающееся развитой системой символов и мифологических архетипов.

Мир земной, срединный в православной традиции воспринимается как неподлинный, временный, недостойный человеческих устремлений и деятельности. Его невозможно каким-либо образом усовершенствовать, но возможно его непостижимое разуму превращение, преображение в Божье царство. Отсюда вера крестьянства в утопичное Беловодье, волшебное царство и т.п.

Было выбрано не эволюционное, постепенное развитие, а революционный взрыв старого мира, как будто такое одномоментное радикальное революционное воздействие могло обеспечить появление чудесным образом новой цивилизации. Марксистский проект коммунизма в России был не менее мифологичен и утопичен, чем Беловодье, это тоже в некотором смысле народное волшебное царство. Мессианские и эсхатологические чаяния в народной среде были весьма сильными и находили свое выражение в самых различных проявлениях в русском расколе и сектантстве, в «богоискательстве» интеллигенции.

В то же самое время мы показываем, что политическая культура России традиционно была носителем ценности социальной идеи и коллективизма, социализма, что также послужило тому, что марксизм легко был воспринят и освоен всеми слоями российского дореволюционного общества, поскольку российская политическая культура носила ярко выраженный антибуржуазный и промарксистский характер. Марксизм стал в атеистической стране религиозным учением, альтернативной моделью сакрального, на основе которой строилось цивилизационное развитие нового советского общества.

На основе историко-культурного материала нами делается вывод о том, что политическая культура России, как и социокультурная динамика, имеет инверсионный характер. Ее характерной чертой является резкая смена оценок, когда полюс добра и полюс зла меняются местами, и то, что воспринималось священным, оценивается как нечто противоположное. В эту схему укладывается отношение народа к власти, будь это император или «вождь мирового пролетариата», ко всем более или менее значимым событиям – революциям, войнам, перестройке и т.п., поскольку они приводят к нежелательным или катастрофическим последствиям в общественной жизни, и, чтобы преодолеть это противоречие, оценка событий меняется на противоположную.

Поэтому простые решения инверсионного характера в России недопустимы, нежелательны и опасны, а накопившееся в обществе негативное настроение может привести к очередной инверсии.

В третьем параграфе второй главы «Российские политические мифы как значимая часть «образов прошлого» отмечается, что значимой частью современной политической культуры российского общества являются образы и мифы исторического прошлого, которые отнюдь не канули в Лету, а во многом являются факторами конструирования настоящего и будущего, определяя общую коллективную идентичность российского общества.

Политические мифы выступают как значимая часть «образов прошлого», причем неизбежен процесс трансформации прошлого с позиций современного интерпретатора, который располагает определенным современным языком и другим, чем в прошлом, опытом, отягощенным настоящим. Прошлое не дано нам в своем первозданном виде, оно каждый раз создается субъектами и неизбежно в его образ привносятся их оценки и чувства.

Для современного постсоветского общества весьма существенным является миф об СССР. Именно с ним связано для сегодняшних людей конструирование собственной идентичности и самоидентификация, причем, если людьми правого, демократического лагеря СССР воспринимается как тюрьма народов и «империя зла», воплощение сталинизма и идеологического диктата, полного растворения индивида в коллективе, что дало свои плоды в качестве пресловутого «homo soveticus» и т.п., то другими, левыми, и, как правило, более пожилыми людьми, он ассоциируется с мощной сверхдержавой, царством социальной справедливости. Символами гордости и коллективной идентификации для них служат образы Великой Октябрьской революции, создание СССР, индустриализация, Победа в Великой Отечественной войне, полет человека в космос, дружба народов и осознание СССР мощной военной сверхдержавой.

После распада СССР в мифологизированной истории бывших советских республик прослеживается стремление к завышению уровня политического и общественного развития этносов, их хозяйственно-экономической состоятельности и культурных достижений.

Показательно, что на рубеже ХХ и ХХI веков деятельность лидеров демократических реформ М.С. Горбачева и Б.Н. Ельцина в современной политической культуре большинством населения интерпретируется как негативная, зато образ Л.И. Брежнева становится символом истинно демократических завоеваний социализма, предсказуемости и стабильности жизни. В контексте сегодняшних социальных изменений этот крен в восприятии вполне понятен, поскольку российское общество - это резко дифференцированное общество, в котором прогрессирует кризис нормативно-ценностных основ существования человека. Оно ассоциируется у большинства населения с ростом криминализации страны, распространением принципов рыночной экономики на культуру, утратой части социальных достижений, в том числе в сфере образования, здравоохранения, социальной сфере.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»