WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |
Автору представляется, что и в нашем законодательстве, как, например, в УК КНР, нужно подчеркнуть главную роль организатора, для чего необходимо определение последнего изложить в ч. 2 ст. 33 УК РФ, переместив соответственно определение исполнителя в ч. 3 этой статьи. При этом ч. 1 ст. 33 УК РФ должна быть изложена в следующей редакции: “Соучастниками преступления признаются организатор, исполнитель, подстрекатель и пособник”.

Определение организатора преступления в ст. 33 УК РФ содержит тавтологию, поскольку определяемое понятие повторяется в определяющем (организатор – лицо, организовавшее …). Следовательно, это определение должно быть признано ошибочным. Далее, неправильно произведено деление понятия, поскольку в основу деления положено два основания – преступление и форма соучастия. Если признать, что третий и четвертый члены деления также выделены по отношению к преступлению (ст. 210 УК РФ), то тогда имеет место скачок в делении - переход от деления на виды одного порядка (преступление вообще) к делению на виды другого порядка (конкретное преступление), поэтому такое деление лишено последовательности.

Таким образом, необходимо, прежде всего, устранить тавтологию дефиниции, что вполне возможно. Организатор, во-первых, должен быть признан лицом, подготовившим или объединившим других лиц для совместного совершения преступления. Во-вторых, организатор, помимо объединения и подготовки других лиц для совместного совершения преступления, может еще, и руководить исполнением преступления. В группе лиц без предварительного сговора (поскольку мы допускаем в ней распределение ролей) возможно только руководство исполнением преступления.

Наконец, из законодательного определения организатора преступления должны быть исключены третий и четвертый члены деления, т. е. слова “а равно лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими”.

На основании изложенного, можно предложить следующее определение: “Организатором признается лицо, подготовившее или объединившее других лиц для совместного совершения преступления и (или) руководившее исполнением преступления”.

Представляется необходимым для отражения характера участия каждого соучастника в совершенном преступлении указывать при квалификации действий организатора и других соучастников не только ст. 33 УК РФ, но и ту ее часть, где дано описание конкретной роли соучастника.

Поскольку квалификация действий организатора, являющегося одновременно исполнителем преступления, без ссылки на ст. 33 УК РФ, скрывает его роль и общественную опасность, предлагается в подобных случаях делать обязательную ссылку на соответствующую часть ст. 33 УК РФ. Реализация данного предложения возможна при следующей редакции ч. 3 ст. 34 УК РФ: “Уголовная ответственность организатора, подстрекателя и пособника наступает по статье, предусматривающей наказание за совершенное преступление, со ссылкой на соответствующую часть статьи 33 настоящего Кодекса, за исключением случаев, когда подстрекатель и пособник одновременно являлись соисполнителями преступления”.

Очевидно, что в ч. 2 ст. 33 УК РФ речь идет не об исполнителях - индивидуально действующих лицах, а об исполнителях – соучастниках. Так, лицо, непосредственно совершившее преступление, действует совместно с другими соучастниками – организатором, подстрекателем и пособником. Если последние отсутствуют, то нет и соучастия. Соисполнители уже являются соучастниками, но могут действовать совместно еще и с другими соучастниками – организатором, подстрекателем, пособником. Особо необходимо подчеркнуть, что лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных Уголовным кодексом, не может быть признано соучастником последних, поскольку те не являются субъектами преступления. Указанное лицо действует совместно с другими соучастниками – организатором, подстрекателем и пособником. Если они отсутствуют, то соучастия нет, и такое лицо должно быть признано индивидуально действующим лицом.

Практические трудности связаны, прежде всего, с неточностью и двусмысленностью определения исполнителя как лица, непосредственно совершившего преступление. Ведь непосредственное совершение преступления означает, что лицо само (без посредников) совершило преступление. Поэтому законодатель различает еще опосредованное исполнение, когда лицо совершает преступление не само, а посредством других лиц. Кроме того, если “лицо само совершило преступление”, то, надо понимать, могло обойтись без соучастников Следовательно, речь может идти об исполнителе – одиночке Ведь индивидуально действующее лицо тоже непосредственно совершает преступление. Соучастники же совместно совершают преступление, поэтому выделенная в ч. 2 ст. 33 УК РФ вторая разновидность исполнителя преступления явно относится к соучастию. Выходит, законодатель смешал исполнителя – индивидуально действующее лицо и исполнителя – соучастника Так быть не должно.

Значит, надо заменить словосочетание “непосредственно совершившее преступление”.

Первой разновидностью исполнителя автор предлагает признавать лицо, непосредственно совершившее действия (бездействие), предусмотренные статьей Особенной части Уголовного кодекса. Соответственно, соисполнителями должны быть признаны лица, непосредственно и совместно участвовавшие в совершении указанных действий (бездействия).

С учетом изложенного, предлагается следующая редакция ч. 3 ст. 33 УК РФ: “ Исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее действия (бездействие), предусмотренные статьей Особенной части настоящего Кодекса либо непосредственно участвовавшее в их совершении совместно с другими лицами (соисполнителями), а также лицо, выполнившее указанные действия (бездействие) посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных настоящим Кодексом”.

С вопросом о квалификации действий исполнителя тесно связан вопрос об эксцессе исполнителя преступления, когда действия последнего не охватываются умыслом других соучастников.

Эксцессом исполнителя преступления могут быть названы следующие случаи.

1) когда исполнитель совершает преступление, которое вообще не охватывалось умыслом соучастников. Например, умысел соучастников был направлен на совершение кражи, а исполнитель совершил изнасилование. В этом случае ответственность соучастников за совершенное исполнителем изнасилование (эксцесс) устраняется. Однако организатор, подстрекатель и пособник должны привлекаться к ответственности по правилам о стадиях совершения преступления – за приготовление к преступлению (если это наказуемо по закону – ч. 2, 3 ст. 158 УК РФ). Исполнитель будет нести ответственность только за изнасилование, ответственность за приготовление к краже устраняется в связи с добровольным отказом от преступления;

2) когда исполнитель выходит за пределы умысла соучастников и совершает более тяжкое однородное преступление, нежели было задумано соучастниками. Например, умысел соучастников был направлен на совершение кражи, а исполнитель совершил разбойное нападение. В этом случае исполнитель отвечает за разбойное нападение (эксцесс), а остальные соучастники за него уголовной ответственности не подлежат. Это не означает, что они вообще не привлекаются к уголовной ответственности. Соучастники в данном случае должны привлекаться к ответственности по правилам о стадиях совершения преступления – за приготовление к преступлению (если это наказуемо по закону – ч. 2, 3 ст. 158 УК РФ);

3) когда выполненное исполнителем преступление представляет менее тяжкое однородное преступление, чем то, что было задумано соучастниками. Например, соучастники договорились совершить грабеж, а исполнитель нашел возможным обойтись без открытого похищения имущества и совершил кражу. В этом случае умыслом соучастников совершение исполнителем кражи (эксцесс) не охватывалось. Следовательно, за кражу другие соучастники уголовной ответственности не подлежат. Представляется, что в этих случаях исполнитель должен нести ответственность только за совершение кражи, поскольку в отношении грабежа имеет место добровольный отказ. Остальные соучастники несут ответственность за приготовление к грабежу (если это наказуемо по закону – ч. 2, 3 ст. 161 УК РФ). Это связано с тем, что приискание соучастников преступления, сговор на совершение преступления (ч. 1 ст. 30 УК РФ) признается приготовлением к преступлению, а не рассматривается как простое обнаружение умысла;

4) когда исполнитель, наряду с задуманным преступлением, совершает иное, не охватываемое умыслом соучастников преступление.

Остальные соучастники должны нести ответственность лишь за то преступление, которое охватывалось их умыслом;

5) когда исполнитель вместо задуманного преступления совершает это же преступление, но при квалифицирующих обстоятельствах.

Остальные соучастники несут ответственность за преступление, которое охватывалось их умыслом, без квалифицирующих обстоятельств;

6) когда деятельность исполнителя, соответствующая умыслу соучастников, влечет за собой неосторожные последствия.

По мнению автора, неосторожное причинение преступного результата находится за пределами соучастия, поскольку не охватывается умыслом других соучастников. Следовательно, имеет место эксцесс исполнителя, который и должен нести ответственность за наступившие по неосторожности последствия. Остальные соучастники должны нести ответственность лишь за те последствия, которые охватывались их умыслом.

Эксцесс исполнителя возможен при совершении преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой. Эксцесс исполнителя возможен и со стороны участника преступного сообщества. При этом ситуация, когда руководитель преступного сообщества определяет участника преступного сообщества на совершение преступления и предоставляет ему свободу выбора средств для достижения цели, не должна расцениваться как эксцесс исполнителя. Преступление в этом случае вменяется в вину и руководителю, и участнику преступного сообщества.

УК РФ 1996 года, в отличие от прежнего, дает примерный перечень способов подстрекательства, что, безусловно, следует оценить положительно.

Проведенное диссертантом исследование пятисот уголовных дел о преступлениях, совершенных в соучастии, показало, что весьма часто (больше половины случаев) другое лицо склоняется к совершению преступления путем предложения, убеждения, просьбы. Мы установили, что при подстрекательстве склонение других лиц к совершению преступления путем уговора составило 22 % случаев, подкупа – 6 %, угрозы – 11 %, предложения – 28 %, убеждения – 19 %, просьбы – 11 %, другими способами – 3 %.

Таким образом, из указанных конкретно в ч. 4 ст. 33 УК РФ способов (уговор, подкуп, угроза) подстрекательства, склонение к совершению преступления произошло лишь в 39 % случаев. Значит, эти способы склонения к совершению преступления не так уж и распространены, в то же время часто используются другие способы (предложение, убеждение, просьба), не указанные в законе. Представляется, это связано с тем, что все они охватываются общим понятием «уговор». В этой связи понятно, что список способов подстрекательства не может быть закрытым и должен содержать словосочетание “или другим способом”, поскольку невозможно ограничить их разнообразие.

В УК РФ с 24 июля 2002 года появилась новая статья 205', которая предусматривает ответственность за вовлечение лица в совершение преступлений террористического характера или склонение лица к участию в деятельности террористической организации, вооружение либо обучение лица в целях совершения указанных преступлений, а равно финансирование акта терроризма либо террористической организации. Редакция указанной статьи автору представляется неудачной. Вовлечение лица в совершение преступления или склонение к участию в деятельности террористической организации является подстрекательством, но способы такого подстрекательства в статье не указаны (можно согласиться с тем, что в этом нет необходимости), в то же время в статье указываются способы содействия совершению преступлений террористического характера (вооружение либо обучение лица в целях совершения указанных преступлений, а равно финансирование акта терроризма либо террористической организации). Однако содействие означает пособничество, а указанные в статье способы названного содействия невозможно отнести к пособничеству - скорее это организация и руководство преступлениями. В этой связи даже название статьи “Вовлечение в совершение преступлений террористического характера или иное содействие их совершению” нельзя признать правильным. Но главное даже не в этом. Введение статьи 205' УК РФ вообще представляется излишним и уж никак (как это не парадоксально!) не отвечает целям борьбы с терроризмом, поскольку создает условия для необоснованного смягчения ответственности террористов. До появления данной статьи действия подстрекателей, пособников (или организаторов!) совершения, например, терроризма (ст. 205 УК РФ) подлежали квалификации по ч. 2 (квалифицирующий признак – группа лиц по предварительному сговору) или ч. 3 (квалифицирующий признак – организованная группа) ст. 205 УК РФ и наказывались соответственно лишением свободы на срок от 10 до 20 лет или на срок от 15 до 20 лет. С введением ст. 205' УК РФ (специальная норма) действия указанных лиц подлежат квалификации по этой статье, а не по ст. 205 УК РФ (общая норма), поскольку, в соответствии с ч. 3 ст. 17 УК РФ, уголовная ответственность наступает по специальной норме. Между тем ч. 1 ст. 205' УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от 4 до 8 лет. Разница в пользу террористов ощутимая! Если же действия указанных лиц будут квалифицироваться по совокупности преступлений (ст. 205 и ст. 205' УК РФ), то незаконность (вопреки ч. 3 ст. 17 УК РФ) такой квалификации, по мнению диссертанта, очевидна. Терроризм (ст. 205 УК РФ) может быть совершен в соучастии. Действия каждого соучастника будут при этом квалифицироваться со ссылкой на ст. 33 УК РФ. В чем же тогда смысл ст. 205' УК РФ, в которой описываются определенные действия соучастников при совершении терроризма Ведь фактически ст. 205' УК РФ дублирует положения ст. 33 УК РФ применительно к преступлениям террористического характера. Отличие состоит в том, что ст. 205' УК РФ предусматривает наказание. В результате (при условии квалификации по совокупности ст. 205 и 205' УК РФ) указанные лица будут дважды нести уголовную ответственность за одно и то же преступление. Появление в Особенной части УК РФ статей, диспозиции которых фактически дублируют положения ст. 33 УК РФ применительно к определенным преступлениям, делает бессмысленным существование института соучастия.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»