WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Английский язык: 1. «Форма» (globeflower «купальница»). 2. «Природный локатив»(beach grape «виноград скальный»). 3. «Географический локатив» (Irish daisy «одуванчик лекарственный» («ирландская маргаритка»). 4. «Прагматический признак» (oil palm «пальма масленичная»). 5. «Цвет» (purple foxglove «наперстянка пурпурная»). 6. «Тактильное ощущение» (velvet-leaf blueberry «черника канадская» (букв.: «бархатисто-листная черника»). 7. «Время» (flower-of-an-hour «цейлонский шпинат» (букв.: «цветок-на-час»). 8. «Вкус» (honey-pea «горох посевной сахарный» (букв.: «медовый горох»). 9. «Размер/величина» (dwarf oak «карликовый дуб»). 10. «Количество» (one-berry «вороний глаз» (букв.: «одноягодник»). 11. «Вид/способ произрастания» (climbing fig «фикус карликовый» (букв.: «вьющийся фикус»). 12. «Алетический признак»( common flax «лен обыкновенный», false flax «рыжик» (букв.: «ложный лен»). 13. «Запах» (sweet pea «горошек пахучий»). 14. «Наименование в честь» (Adam’s flannel – «ворсянка лесная» (букв.: «фланель Адама»). 15. «Качество» (maple ash «клен ясеневый» (букв.: «кленовый ясень»). 16. «Консистенция» (ink-berry «рандия шиповая» (букв.: «чернильная ягода»). 17. «Пол» (male agaric «трутовик ложный» (букв.: «мужской гриб»). 18. «Звук» rattle-top «клопогон кистевой» (букв.: «звенящая верхушка»).

Адыгейский язык: 1. «Форма» (пылытхьак1ум «бегония» (пылы «слон» + тхьак1умэ «ухо»). 2. «Прагматический признак» (бжьэ1ус «вязель корончатый» (бжьэ «пчела» + 1усы «корм»). 3. «Цвет» (пхъапц1э «крушина ломкая» (пхъэ «дерево» + пц1э «черный»). 4. «Алетический признак» (джэнчнэпц1 «вьюнок полевой» (джэнч «фасоль» + нэпц1ы «ложный»). 5. «Вкус» (щыбжьый1ашъу «перец болгарский» (щыбжьый «перец» + 1аш1у «сладкий»); 6. «Функциональность» (пак1этеч «дурнишник» (пак1э «ус» + течын «вырывать»). 7. «Природный локатив» (псыпкъынэ «водяной перец» (псы «вода» + пкъынэ «стебель»). 8. «Географический локатив» (мысырбзыуцыф «хлопчатник египетский» (Мысыр «Египет» + бзыуцыф «вата»). 9. «Тактильное ощущение» (мэкъуп1эуцшъаб «овсяница овечья» (мэкъуп1эуц «луговая трава» + шъабэ «мягкий»). 10. «Размер» (шхъожъый «незабудка мелкоцветная» (шхъо «незабудка» + жьый – суффикс уменьшительности). 11. «Консистенция» (мэлэхъосабын «мыльнянка» (мэлахъо «пастух»+сабын «мыло»). 12. «Пол» (уцыбз «белена черная» (уцы «трава» + бзы «женский»). 13. «Культ» (тфэй «граб, бук» наделен признаками полезности, доброты и удачи). 14. «Время» (зымэфэкъэгъагъ «цикорий дикорастущий» (зымэфэ «однодневный» + къэгъагъэ «цветок»). 15. «Суеверия и поверия» (пегъымбар1эпылъ «наперстянка» (пегъымбар «пророк»+1эпылъ «наперсток»). 16. «Вид/способ» (лъэгуч1эпанэ «колючник обыкновенный» (лъэгуч1э «низ ложбинки» + панэ «колючка»). 17. «Количество» (тхьапищ «клевер», буквально тхьапэ «лист» + щы «три»).

Согласно установленным мотивационным признакам в сопоставляемых языках наблюдается их значительное совпадение по базовому составу. Вместе с тем следует указать на некоторые расхождения: 1) по количественному составу признаков и их расположению в английском языке выявлено 18 единиц, в адыгейском – 17; 2) в английской выборке не отражены следующие мотивационные признаки как «функциональный признак», «культ», «суеверие и поверье», в адыгейском варианте отсутствуют «запах», «наименование в честь» и «звук», так как они мало продуктивны и редко встречаются; 3) по своему расположению мотивационные признаки также ассиметричны: в английском языке они идут как «форма», «природный локатив», «географический локатив», «прагматический признак», «цвет», «тактильное ощущение» и т.д.; в адыгейском языке - как «форма», «прагматический признак», «цвет», «алетический признак», «вкус», «функциональный признак» и т.д. Среди нерелевантных мотивационных показателей в сопоставляемых языках следует назвать квантитативные признаки, обоснованные разницей исходных данных.

Мотивационно-номинативные признаки фитонимов в английском и адыгейском языках в количественном и процентном отношениях можно показать в сводной таблице № 2.

мотивационные признаки

английский язык

адыгейский язык

«форма»

298 – 25,4%

24 – 13,8%

«природный локатив»

202 – 17,2%

10 – 5,8%

«географический локатив»

157 – 13,3%

9 – 5,1%

«прагматический признак»

140 – 11,9%

22 – 12,6%

«цвет»

116 – 9,9%

14 – 8%

«тактильное ощущение»

42 – 3,6%

9 – 5,1%

«время»

30 – 2,5%

6 – 3,5%

«вкус»

29 – 2,5%

13 – 7%

«размер/величина»

26 – 2,2%

9 – 5,1%

«количество»

24 – 2,1%

2 – 1,2%

«вид/способ»

22 – 1,9%

4 – 2,4%

«алетический признак»

17 – 1,5%

14 – 8%

«запах»

16 – 1,4%

«наименование в честь…»

15 – 1,3%

«качество»

13 – 1,1%

«консистенция»

12 – 1%

7 – 4%

«пол»

7 – 0,6%

7 – 4%

«звук»

7 – 0,6%

«функциональный признак»

12 – 6,9%

«культ»

7 – 4%

«суеверие и поверье»

6 –3,3%

Исходя из результатов анализа можно сделать вывод, что наиболее доминирующим мотивационно-номинативным признаком фитонимов в сопоставляемых языках является «форма». В английском языке большую репрезентативность в процентном отношении показали 4 ядерных признака: «форма», «природный и географический локатив», «цвет» и «количество». В адыгейском языке по сравнению с английским более продуктивный мотивационный потенциал проявили 9 ядерных признаков. Это такие, как: «форма», прагматический признак», «алетический признак», «вкус», «природный и географический локатив», «размер /величина», «вид /способ», «тактильные ощущения», «консистенция», «пол», «время». Полученные в работе данные, указывающие на количественную разницу, а также степень репрезентативности самих признаков по интенсивности их участия в номинации растений, отражают, на наш взгляд, общую сопоставимую тенденцию в английском и адыгейском языках.

Категория процесса номинации также имеет распространение и на фитотопонимы как предмет исследования. Рассмотрев природу отфитонимических топонимов изучаемых языков, различных по лексико-семантическим и функциональным характеристикам, мы попытались выявить взаимозависимость между реальными географическими свойствами называемого объекта, а также особенностями называющего его слова и сделать соответствующие выводы.

Нельзя не согласиться с В.Д. Беленькой, которая считает, что «даже положительное выделение одного из компонентов топонима (обычно его конечной части, восходящей к географическому термину), не означает возможности соотнесения оставшейся части с единицами современного языка» [Беленькая, 1973: 216].

Дефиниции отфитонимических топонимов из этимологического словаря А.Д. Милзома подтверждают имеющееся в настоящее время явление, когда носитель языка затрудняется понять первоначальную мотивированность фитотопонимав в силу своего полного переосмысления, например: Noak Hill Hovering – название одной из улиц Лондона, которая была зафиксирована на карте в нынешнем написании в 1490 г. Топоним означает «(место у) дубовое дерево». Noak идет от среднеанглийского oke – «дуб», перед которым стоит заглавная буква N, от среднеанглийского слова atten «at the», которая переводится на русский язык, как предлог – «у». В официальном документе от 1290 г. отмечается, что Ate Noke (У дуба) было местом проживания Ричарда (перевод наш).

Эволюцию данного фитонима можно проследить через его этимологический рисунок: Noak Hill< Nook Hill (1805) <Noke Hill (1570) < Noak Hill (1490).

Редким исключением в английском языке является прозрачная мотивированность фитотопонимов некоторых улиц Лондона: Sunflower Avenue – «подсолнуховый проспект», One tree Hill, «холм с одним деревом» и др. В адыгейском языке к подобным примерам можно отнести такие фитонимы, как Пцел-гъошъу «Место, где растет ива» (пцелы «ива» + гъошъу «степь»); Бгъэнуап1э «Место, где косят осоку» (ср.: бгъэн «осока» и он «косить» + п1э «место»).

Отличительной чертой «молодой» американской и австралийской топонимии являются географические терминологические заимствования из испанского, голландского, французского и других языков, которые непосредственно эксплицируют прямые наименования растений, например: (исп.) Alisal «ольховая роща», (фран.) Plaqueminer «хурма», Frenes «ясень» и пр.

Данную топонимию отличает присутствие в ней местных названий травянистых растений и деревьев, представляющие собой монолексемные элементы или части сложных лексем. Являясь дескриптивными образованиями, они отличаются различными прямономинативными признаками, которые способствуют созданию «экзотического» колорита англоязычной топонимии Нового света, например: (инд. топ.) Niskayuna – «место, где растет пшеница»; Missisquoi – «здесь есть хорошая трава» и др.

В адыгейской фитотопонимии не часто можно заметить присутствие заимствованной географической лексики. В ней следует выделить следующие характерные топонимы с модификатором, указывающим на наименования: 1) лесных массивов - Кургъо мэз «Лес, в котором произрастает омела»; 2) оронимов (хребты, горы) - Тхымэщ «Хребет, на котором возделывают просо»; Мэлфэе къушъхь «Гора молочай»; 3) гидронимов - Анае дыдж «Горький клен»; Къужъэе закъу «Одинокое грушевое дерево». 4) ойконимов - Мыекъуапэ г.Майкоп - «Устье реки Мыекъо-Майкопки» (мые «яблоня», ко(къо) «долина» и пе (пэ) «устье»). Пэнэхэс а. Панахес- букв.: «В терновнике сидящие».

К отличительным особенностям адыгейских фитотопонимов можно добавить следующие признаки: 1) тождество номинации гидронима и горы: Мэрк1опыжъ «Колючая ожина» (название реки и горы); 2) перенос адыгейских наименований оронимов и гидронимов на ряд ойконимов в русском языке, с использованием русских словообразовательных суффиксов: Къэлэр мэз «Черемшиный лес»; Келермес (название реки)> ст. Келермесская; Остыгъай «Пихта» > ст. Гостогаевская; Бэнэкъу «Терновая долина» (каб. диал.) > cело Беноково; 3) связь между антропонимами и фитотопонимами в именовании растительных сообществ, когда имя выступает как поссесивный компонент со значением принадлежности: Орзэмэдж ишхъомчыялъ «Каштановая роща Орземеджа», Мэд ипан «Терновник Меда», Ацумыжъ Исмахьилэ имэщ ш1ап1«Место, где Ачмиз Исмаил выращивает просо».

С точки зрения структурно-компонентного состава американской и адыгейской фитопонимии в основном свойственны двухкомпонентные именные образования, например, анг.: сущ. + сущ. Cedar island «Кедровый остров»; адыг.: Къэлэрыкъо «Долина, где растет черемша»; анг.: прил. + сущ. Fair Oaks «Большие дубы»; адыг.: сущ. + прил. Пцеш к1ыхь «Длинная верба» (в адыгейском языке качественные прилагательные как и числительные находятся в постпозиции); анг.: прич. 2 + сущ. Burned wood «Сожженный лес»; адыг.: сущ. + глаг. Пэнэхэс «Живущий в терновнике»; анг.: чис. + сущ. Four oaks «Четыре дуба»; адыг.: сущ. + числ. - Дэе пш1ык1ут1у «Двенадцать ореховых деревьев».

Иногда в исследуемых языках создаются трехкомпонентные именные и более отфитонимические топонимы, представляющие собой развернутые словосочетания, анг.: пред.+арт.+сущ.+пред.+сущ. In-the-Pines-of-Brightwater «В соснах Брайтворта»; адыг.: Зэе 1ошъхьэ псын «Родник у горы, где растет кизил».

Отличительной особенностью некоторых сложных лексем в английском языке является переход второй основы в разряд формальных топонимообразующих суффиксоидов, которые воспринимаются как лексемы, частично потерявшие свое первоначальное семантическое значение, например анг.: wood «лес» - Maplewood «Маплвуд», maple «клен» + wood –суффиксойд, аффикс + мэщы «просо» + ш1ап1 «место»).

В сопоставляемых языках наблюдаются отфитонимические топонимы, названия которых представлены однословными фитонимами или простыми производными. Если в англоязычной топонимии они могут функционировать как ойконимы, то в адыгейской топонимии подобные топонимы выступают как именования естественных объектов. Приведем примеры английских названий некоторых деревень: Nettle «Крапива», Orange «Апельсин», Lemon «Лимон»; адыгейские названия - Пцел «Вербовая роща»; Чъыгэежъ «Старый дуб» и др.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»