WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

В романе есть очень колоритный, непохожий на других женщин, противоречивый образ матери Туман-кагана – Кортка-бике. В свое время этой упрямой, властной женщине после смерти мужа-кагана удалось схватить бразды правления и посадить старшего сына Тумана на престол. Но когда она стала вмешиваться в его политику, каган сильно поссорился с матерью. Кортка-бике ушла от сына, но поселилась недалеко, чтобы наблюдать за делами орды. Она объявила себя матерью-камом и все религиозно-обрядовые дела подчинила себе.

В истории были такие властные женщины – матери, оказывающие большое влияние на своих сыновей – правителей, ведь женщины тюрков с древних времен пользовались свободой, уважением у своих сыновей, мужей, об этом пишет Ибн Баттута, побывавший в Золотой Орде1

12.

Образ Кортка-бике неоднозначен. Это хитрая, злая женщина, желавшая прибрать власть в свои руки, восстановить старые порядки. Но в то же время в романе она показана как сильная героическая личность. Кортка бике – ярая защитница своего рода, своей страны. Чтобы не попасть в руки врага, эта пожилая женщина бросилась в огонь и заживо сгорела.

В романе есть и другие женские образы, созданные богатой фантазией художника. Это молодая жена тегина Алтын-Бертек; скромная, преданная девушка Табылдык, которая помогла подняться на ноги изувеченному Тунгак алыпу; коварная красавица-китаянка Сеенеч, плетущая интриги и козни в пользу врагов хунну; юная девушка Сылу, трагически погибшая от рук врагов.

Писатель в своем романе показывает историческую эпоху, историю хунну через судьбы отдельных людей. Если в образах главных героев автор придерживается в основном исторических источников, то другие образы созданы фантазией автора по канонам художественности.

Перипетии их жизни показаны на фоне мирной жизни, а чаще –военных столкновений. Как верно отметил В. Пискунов о романе-эпопее: “Переплетение эпического сознания, аналитической мысли, закономерностей мира и человека, общества и природы – все отображается средствами искусства”1

13

. Это можно в полной мере отнести к повествованию и изображению образов в романе “Свистящие стрелы”.

В третьей главе диссертации исследуется «Роль обычаев, обрядов, этнографизмов в создании историзма в романе Н. Фаттаха «Свистящие стрелы».

Исторический роман повествует об очень древних, отдаленных от читателя тысячелетиями временах, событиях, людях (в романе III в. до н.э.). Цель его – сделать сюжет не только достоверным, художественным, но и занимательным для современного читателя. Поэтому в сюжет романа включено много обрядов и обычаев. Это вызвано тем, что писатель должен был представить быт народов глубокой древности. Кроме документальных источников, для достижения достоверности и художественности необходимы были и другие средства изображения. Автор находил их, выискивая среди исторических фактов, в источниках, письменах, и, главное, обращался к обычаям, обрядам всех тюркских народов, известным по литературе или ныне существующим в их быту.

Анализ повествования выявляет интересные вкрапления в сюжет как известных, так и созданных фантазией автора обычаев. Роман начинается с того, как юный Албуга первым видит лед на озере Атсыз кюль. Ему полагается подарок за радостную весть. История не знает такого обычая, но у татар до сих пор существует традиция делать подарок человеку, который первым принес радостную весть, и она называется «колак сенчесе». В завершении романа Албуга, уже повзрослевший и возмужавший, вновь сообщает отцу о первом льде на озере. Народный обычай ненавязчиво формирует завязку произведения и начало развязки. Так логически оформилась композиция романа.

В сюжете постоянно присутствует обряд жертвоприношения, так как в древности он был средством умилостивления многочисленных божеств – огня, воды, земли и неба. Перед началом любого важного дела древние тюрки приносили в жертву крупных животных – быков, коней, баранов.

В романе, уже идя на первую охоту, Туман-каган капнул кровь дичи в озеро, другие люди также бросали в воду кусочки мяса, сухого творога. На ежегодных сходках в стане кагана приносили в жертву животных на священной горе, где похоронен предок хунну – Сюн. Известно, что у кочевников и жителей лесов существовал особый культ природных возвышенностей, холмов и скал. Всякое возвышение, даже небольшой холм на равнине для них были полны тайного смысла.

Человеческие жертвоприношения в романе подчеркивают жестокость кагана. Спасаясь после поражения от китайцев, он приказал принести в жертву молодого охотника племени Музлы Аю-Мамака. Его убивает старуха – лем корткасы, отрезает ему голову и льет кровь прямо в костер.

Но такой обряд описан Ибн Фадланом у русов. Там девушку над телом умершего хозяина убивает старуха, которую называют ангелом смерти1

14. Тюрки же смерть представляли в образе мужчины. Писатель своей фантазией волен какие-то традиции менять.

Албуга, как положительный персонаж, избегает таких жестокостей. После спасения из плена, на пути к родным степям, они с товарищами перешли реку Зеленого быка (Иньшань), перед этим пожертвовав хозяину воды одного коня.

Все эти обряды имеют историческую основу. Например, Э. Паркер отмечает, что для подкрепления договора между китайцами и хунну была зарезана белая лошадь2

15, этот обряд есть и в романе Н. Фаттаха.

Очень много внимания в произведении уделяется описанию похорон, об этом обряде как важной составляющей бытования древних народов есть много описаний и в исторических источниках. Н. Фаттах многие сведения почерпнул из них, можно найти немало параллелей сценам, изображенным в романе.

Подробно, детально показаны похороны императора Поднебесной (Китая) Шихуанди, который сидел на троне 40 лет. Для императора еще при его жизни строили подземный город. В нем были дворцы, много добра. Туда поставили статуи близких, жен, девушек, воинов и многих других. (В наши дни, в 2006 г., производились археологические раскопки в Китае, эти фигуры сохранились почти целыми). Эрхуанди – наследник велел похоронить с отцом всех бездетных девушек из гарема и тех, кто хоронил императора. Над ними соорудили гору. Так все ушли под землю вместе с мертвецом.

В романе “Свистящие стрелы” показаны похороны и Туман-кагана. По его повелению могилу выкапывали три года. В широкой яме на большой глубине построили сруб, внутри еще один сруб, из досок сделали пол, потолок. Затем рядом поставили сруб поменьше. Сруб так и остался в генетической памяти тюрков, как символ смерти.

С лица Туман-кагана сняли маску, одели в дорогие одежды и положили его гроб в роскошную арбу. Он должен был 40 дней объезжать земли хунну, чтобы все плача проводили его. По традиции рядом с каганом должны были похоронить убитых людей, лошадей. Любимых лошадей его зарезали и, сделав из них чучела, похоронили в соседних срубах. Вместо живых людей по приказу Албуги в могилу положили их отрезанные косы. Над могилой Туман-кагана пустили табун лошадей. После этого рыдая и раздирая лица, могилу объехали на конях по семь раз.

О плаче с раздиранием лиц мужчин при похоронах пишут все источники (Ибн Фадлан, Э. Паркер и др.). Немалую роль играет в романе и фантазия самого автора, получившая толчок от реальных исторических фактов – пускание стрел, бросание щепок в огонь с именем погибшего и другие.

Не удалось найти полного аналога одному обряду, вернее части его. Известно, что древние хунну-тюрки (и монголы-дунху) придавали особое значение магии огня. Они считали, что, пройдя очищение огнем, человек оставляет дурные помыслы или проявляет их.

В романе Н. Фаттаха китайского лазутчика Ченси провели через очищение огнем. Ему велели прыгнуть через костер, затем вымазать лицо черным и ходить так три дня. Лишь после этого китайцу разрешили войти в богато убранный сарай и встать на колени перед каганом.

Очищение огнем – известный в литературе обычай, но чернение лица взято Н. Фаттахом из неизвестных источников или плод его творческой фантазии для усиления эффекта повествования. Хотя для фантазии есть подтверждение в народном творчестве. Известно крылатое выражение: “кара йз”, “йзе кара”– так говорится о человеке с черными намерениями. Чернота души переносится на лицо. Об этом писатель пишет в статье “Историческая справка о сюнну”1

16. Н. Фаттах развернул это понятие в действие, в романе лицо вымазывали черным, чтоб понять суть человека с чужбины.

Известно, что древние люди одухотворяли природу, молились разным божествам. Нурихан Фаттах вводит в роман такие обряды – хунну перед важными событиями приносят жертвы воде, огню, земле, небу и главному божеству – Тенгри. Тенгрианство отражено в памятниках древних тюрков (VI-VIII вв.) – в Орхоно-Енисейских письменах. В произведении отражены сакральные действия Туман-кагана в виде утреннего обращения к солнцу, небу, чтоб обеспечить Дому-стране их покровительство. Эти действия исторически оправданны, что убедительно подтверждает анализ в диссертации.

В романе показаны также традиции тюрков при возведении на должность шаньюя-кагана. «Самую существенную часть составляло поднятие хана вверх, на руках знатнейших сановников. Выражение «хан кютермэк» (поднять хана) до сих пор в языке казанских татар означает «избрать хана»1

17.

Красочные этнографические сцены придают роману народность. Женитьба тегина Албуги на Алтын-Бертек описана достаточно подробно и дает представление об этой церемонии у тюркских народов. В исторических источниках не осталось описания этого обряда. Н. Фаттах проводит его реконструкцию, опираясь на обычаи тюркских народов – казахского, татарского и др. Кратко показаны сватовство, “кыз куу” (погоня за девушкой) на конях, увод девушки и другие свадебные обряды.

Нурихан Фаттах использует в романе мотив дастанных сновидений, а также мифологические образы – это, в первую очередь, Тенгри тюрков, образ сорока тюркских невидимых святых – гаиб-ирннр, которых ищет Шихуанди, чтоб получить отвар бессмертия.

Гаиб-ирннр в татарской мифологии сорок (либо 366) невидимых святых мужчин – духов, живущих в пещерах или домах; покровители людей. Гаиб-ирннр представлены и в мифологии народов Средней Азии как помощники эпических героев (сорок чильтанов)2

18

.

Нурихан Фаттах не придерживался строгих рамок – временных, легендарных. Он элементы сказок о живой и мертвой воде причудливо сочетает с легендой о мифологических существах, причем меняет известные понятия. Гаиб ирннр у него не пещерные жители, а небесные святые. Эти легенды служат в романе для характеристики отрицательного персонажа Шихуанди. Он – тиран, самодур и, желая вечной жизни, власти, посылает на поиски эфемерных существ и на смерть тысячи молодых людей.

Таким образом, писателем в ткани повествования представлены описания многих обычаев и обрядов тюркских народов. Они служат созданию историзма в романе, делают сюжет произведения занимательным, придают ему дух романтизма.

В заключении подведены итоги данного исследования, сформулированы основные выводы.

Нурихан Фаттах в романе «Свистящие стрелы» на основе тщательного изучения исторических трудов Сыма Цяна, Н.Я. Бичурина, Л.Н. Гумилева, В.С. Таскина осветил историю древних хунну, предков современных тюркских народов, татар.

Автор творчески использовал исторические факты и сведения в художественном повествовании романа и четко следовал им в описании войн, роли грозного оружия – свистящих стрел хунну в их победе над врагом.

Методом контраста писатель создал положительный образ вождя – кагана хунну. Албуга-тегин, как человек будущего, стремящийся поднять свой народ, добиться его могущества, сохранить целостность государства, противопоставлен своему отцу Туман-кагану, мешающему развитию своей страны. В отличие от Модэ, который известен в истории как великий, но беспощадный предводитель хунну, образ Албуги в романе создан согласно идее тюркской, татарской литературы о справедливом правителе, требованиям морали современного общества.

В создании исторического романа важна роль фольклорных мотивов, этнографического материала, широко представленных в произведении. Причем писатель восстанавливает обряды, обычаи, традиции древних хунну, обращаясь к их бытованию у тюркских народов в более поздние века, это оживляет повествование, придает ему дух романтизма, делает сюжет исторического романа занимательным.

Нурихан Фаттах в романе-дилогии «Свистящие стрелы», сочетая исторические факты и художественность образов, обычаев, добился их органического слияния, синтеза и достиг новых вершин в развитии жанра исторического романа. Произведение заняло достойное место в татарской литературе и является классическим образцом исторического романа в национальной прозе.

Основные положения нашли отражение в следующих публикациях автора:

1. Хайрутдинова Р.Р. Главные образы в сюжетной канве романа Н. Фаттаха «Свистящие стрелы» / Р.Р. Хайрутдинова // Гуманитарные науки: поиски и достижения: Сборник материалов итоговых научно-практических конференций Института языка, литературы и искусства им. Г. Ибрагимова Академии наук Республики Татарстан за 2002-2003 гг. – Казань: Фикер, 2004. – С. 500-504.

2. Хйретдинова Р.Р. унбиклр м кырнак-ирклр (Женщины-хунну в романе Н. Фаттаха «Свистящие стрелы») / Р.Р. Хйретдинова // Идел. – 2005. – № 3. – Б. 72-73.

3. Хайрутдинова Р.Р. Об одном историческом факте в романе Н. Фаттаха «Свистящие стрелы» / Р.Р. Хайрутдинова // Ученые записки Казанской государственной Академии ветеринарной медицины им. Н.Э. Баумана. – Казань: Издательство Казанской государственной Академии ветеринарной медицины им. Н.Э. Баумана. – 2006. – Т. 187. – С. 482-488.

4. Хйретдинова Р.Р. Уклар ниг сызгырган (Почему свистели стрелы) / Р.Р. Хйретдинова // Идел. – 2007. – № 4. – Б. 63-64.

5. Хайрутдинова Р.Р. Тюркские обычаи в романе Н. Фаттаха «Свистящие стрелы» / Р.Р. Хайрутдинова // Идель. – 2007.– № 4. – С. 72-73.


1 Пауткин А.И. Исторический роман 60 -70 гг. / А.И. Пауткин // Русский советский исторический роман / С.М. Петров, А.И. Пауткин. – М.: Современник, 1980. – Гл.12. – С. 344.

1 Хуснутдинова Л.К. Современный татарский исторический роман (проблемы поэтики): Автореф. дисс.... канд. филол. наук / Л.К. Хуснутдинова; Казанский гос.ун-т. – Казань, 2003. – С. 8.

2 Минуллин Ф.М. Балта явызлар кулында: дби тнкыйть мкаллре / Ф.М. Минуллин. – Казан: Татар.кит.ншр., 1994. – Б. 332.

1 Хйри Х. Тарихи роман жанры / Х. Хйри // Метод, стиль, жанр. – Казан: Татар.кит.ншр., 1976. – Б. 126.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»