WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |

Диссертант отмечает, что русскому командованию в Греции не оставалось ничего другого, как выбрать тактику рейдовых набегов на турецкие крепости на островах и анатолийском побережье, и высаживать десантные войска с целью уничтожения тыловых баз противника (складов, магазинов, арсеналов, стапелей). Ситуация в Эгейском море грозила перерасти в патовую, когда достигнутый русским флотом перевес в ходе боевых действий оборачивался подкреплением сил противника во время перемирия. К концу 1773 г. сухопутных войск оставалось всего 800 человек, кораблей - 15, из которых часть была признана непригодными к дальнейшей службе. Лучшим выходом из создавшегося положения оставалось полное прекращение военных действий и подписание мира с Турцией. Главной стратегической целью правительства Екатерины II оставалось сохранение военно-политического престижа России, заработанного в результате одержанных побед флота в Чесменском и Патрасском сражениях.

Автор сделал выводы, что роль флота в Эгейском море оказалась велика. Но при этом нельзя заявлять о полном и безраздельном господстве его в водах Эгейского моря после крупных морских сражений - правомерно лишь говорить о контроле россиян над конкретными географическими районами. По условиям Кучук-Кайнарджийского мира Россия потеряла контроль над всеми островами в Греции и отказалась от намерения владеть одним из островов в качестве опорной базы для развития средиземноморской торговли. Но этот мир дал другие приобретения - территориальные, в том числе выход к Черному морю, и торговые, за счет чего Россия решила часть своих геополитических проблем.

Четвертая глава «Балтийский флот в 1775 - 1790 гг.» посвящена изучению вопросов состояния военно-морских сил России после завершения экспедиции в Эгейское море. В первом параграфе «Морская политика России и строительство флота в период между двумя войнами» проанализированы основные направления морской политики России в 1779-1787 гг. и особенности развития БФ. Отмечается, что Кронштадт стал главной судоремонтной базой, а строительство его пртовой инфраструктуры и материально-технической базы продолжалось вплоть до начала русско-шведской войны в 1788 г. Постройка судов в Архангельске компенсировала архипелагские потери - число линейных кораблей и фрегатов было доведено до комплекта.

В 1781-1782 гг. наступил переломный этап. По примеру ведущих морских держав Екатерина II возобновила строительство на Балтике самых мощных линейных кораблей 1 ранга-100-пушечных. В XVIII в. наличие таких судов в составе флота возводило государство в ранг сильнейшей морской державы, каковыми являлись Англия, Франция и Испания.

При анализе причин, способствующих провозглашению Россией политики «Вооруженного морского нейтралитета», соискатель подчеркивает, что во время войны за независимость североамериканских колоний Екатерина II не стала оказывать помощь английскому королю Георгу III, что в дальнейшем послужило причиной серьезных осложнений между двумя государствами. Положение усугубилось отказом императрицы подписать с Великобританией союзный договор в то время, когда Англия остро нуждалась в нем. Во время войн на океанских коммуникациях стали процветать пиратство и грабежи, которые наносили ущерб купеческим кораблям, в том числе российским. Это вынудило Екатерину II в 1780 г. обратиться к державам с особой декларацией о защите прав нейтральной торговли, что в Лондоне восприняли как образование вооруженной коалиции против английской нации и государства.

Диссертант пришла к выводу о двойственном характере такой политики. С одной стороны, Россия укрепила своии позиции на международной арене и достигла безопасного торгового мореплавания, но с другой, фактически одна несла огромные финансовые расходы. В отличие от балтийской средиземноморская торговля тогда еще не была развита, поэтому от «нейтралитета» выиграла шведская, ганзейская, датская, прусская и португальская торговля, чем торговля самой Российской империи.

Во втором параграфе «Русско-шведские отношения в 1760-е-1780-е гг.» рассматривается спектр отношений Петербурга со Швецией и анализируются причины войны. Отмечается, что шведский король Густав III вынашивал план войны с Россией начиная с вступления на престол в 1772 г. Он намеревался вернуть все территории, потерянные шведами за время предыдущих войн, включая крепости в Финляндии. Швеция усиленно наращивала свой военный потенциал, о чем было хорошо известно в Зимнем дворце. Основная задача России состояла в сохранении на Балтике status quo, а российская дипломатия в Стокгольме проводила большую работу по сдерживанию Швеции от развязывания войны.

В 1783 г. Россия провела акцию по присоединению Крыма. В ответ последовала резко отрицательная реакция Оттоманской Порты, что дало веский повод кабинету Екатерины II подумать о теоретических разработках в области глубокой стратегии. Планы похода к турецкой столице, обсуждавшиеся в 1772 и 1773 гг., переросли в планы захвата Черноморских Проливов, и в Петербурге готовились ко Второй Архипелагской экспедиции. Но Швеция без объявления войны начала военные действия, сорвав тем самым замыслы России. Диссертант акцентирует внимание на том, что тесное родство между Екатериной II и шведским королем Густавом III не остановило последнего от нападения на Россию, а его выгодные финансовые сделки с французским королем Людовиком XVI, голландскими, гамбургскими банкирами и турецким султаном лишь помогли остановить средиземноморский поход русского флота.

В третьем параграфе «Русско-шведская война 1788-1790 гг. Операции на море» проанализированы крупные сражения корабельных эскадр противоборствующих сторон и раскрыты меры русского правительства по созданию системы государственной обороны. В результате внезапного нападения шведов произошло изменение военно-стратегических планов России. Часть сил осталась на Балтике, а одна эскадра, в составе которой находилось три 100-пушечных корабля, вышла к Копенгагену, чтобы далее следовать в Средиземное море. Это был крупный стратегический просчет Екатерины II и ее сотрудников.

Петербургу стало ясно, что вести боевые действия совместно с союзной Данией оказалось невозможно из-за сильного дипломатического давления на нее со стороны Англии и Пруссии. В ведении военных действий на двух театрах (со Швецией и с Турцией) Россия осталась фактически без союзников. На начальном этапе войны флоту ставились задачи наступательного характера. Главнокомандующим был назначен адмирал С.К. Грейг. Военные планы кабинета Екатерины II сводились к разгрому шведов на море, нападению на военно-морскую базу противника, разрушению его портов, пресечению торговли и ликвидации тыловых баз. Одновременно принимались срочные меры по обороне столицы и Кронштадта.

Диссертант отмечает большое значение первого сражения - Гогландского по причине срыва первоначального плана войны Густава III и недостижении шведами господства на море. В то же время Россия не реализовала своих военных разработок в отношении нападения на шведские порты и базы, а война на море вместо наступательной стала оборонительной. В 1789 гг. положение России ухудшилось. Возросли дефицит бюджета и внешние долги, раздавались угрозы со стороны Англии, где из-за политики «Вооруженного нейтралитета» росла ненависть к России и звучали призывы выслать на Балтику свой флот для совместных операций со шведским. Большую роль в предотвращении конфликта сыграл российский дипломат в Лондоне С.Р. Воронцов.

После смерти адмирала С.К. Грейга главнокомандующим флотом стал адмирал В.Я. Чичагов. В его распоряжении оказалась мощная боевая сила - 20 линейных кораблей. После Гогландского сражения во флоте наблюдался подъем боевого и морального духа личного состава, а правительство несмотря на сложную ситуацию осуществляло целевое финансирование, направленное на снабжение флота продовольствием и артиллерийским вооружением. В то же время в шведских портах свирепствовали болезни, а матросы несли службу неохотно и с принуждением. Адмирал В.Я. Чичагов, к сожалению, не учел эти важные обстоятельства. Проигранное им Эландское сражение и дальнейшие пассивные действия вызвали разбирательство в Совете и недовольство императрицы. Корабельный флот ограничился плаванием в водах Финского залива и несением боевого дежурства у входа в залив.

В 1790 г. главнокомандующий флотом, располагая значительной ударной силой - 27 кораблями с хорошими боевыми возможностями (из них семь 100-пушечных), не реализовал свои преимущества. Доказательством тому служат два крупных сражения - Красногорское и Выборгское. В Красногорском адмирал В.Я. Чичагов участия не принял и не оказал поддержки эскадре вице-адмирала А.И. Круза, которая в течение двух суток вела с противником тяжелые бои. Им была упущена возможность объединенными эскадрами окончательно разбить шведский флот и приблизить заключение мира на выгодных для России условиях.

Итоговое Выборгское сражение решило исход войны. В нем приняла участие незначительная часть Балтийского флота - 9 линейных кораблей. Боевое ядро и основная ударная сила флота - корабли 100-пушечного ранга не были участниками последнего и решающего сражения на море россиян со шведами. Шведский корабельный и гребной флоты осуществили прорыв из Выборгской губы и беспрепятственно ушли к своим портам.

По условиям мирного договора со Швецией, подписанного 3 (14) августа 1790 г., на Балтике подтверждались довоенные границы. Диссертант заключает, что это была единственная из всех русско-шведских войн, которая не принесла России ни территориальных, ни контрибуционных приобретений. Адмирал В.Я. Чичагов не израсходовал весь боевой потенциал флота, война на море не приняла наступательного характера, а шведский флот не был полностью уничтожен или в большей своей части разбит в морском сражении.

В заключении подводятся итоги исследования. Развитие военно-морских сил на Балтике и совершенствование такого важного института как военно-морской флот определялись основными национальными интересами государства - экономическими, военно-стратегическими, геополитическими и вопросами обороны морских границ. Екатерина II, вступив на российский престол, осознавала острую необходимость для своей империи мощного флота. Стало ясно, что стремительное вхождение России в «концерт» ведущих государств Европы выдвинуло, с одной стороны, потребность упрочить ее престиж на европейской арене, а с другой - решать проблемы обеспечения безопасности своих границ.

Четко осознавая неразрывную связь между боеспособностью флота и безопасностью империи, вектор проводимой внешней политики Екатерина II направляла на прагматичный выбор нужных России блоков и союзов, с помощью которых можно было реализовывать намеченные цели. Обладание военно-морскими силами и использование ресурсов флота значительно облегчало выполнение этой задачи.

В зависимости от задач внешней политики менялись и задачи судостроительной политики. В этом четко прослеживалось два этапа. В 1760-е годы правительство руководствовалось концепцией возрождения флота и тенденцией к наращиванию темпов строительства судов. На том этапе решение императрицы заняться внутренним обустройством империи и возрождением морских сил было как нельзя верное и рациональное. Принятая Россией в 1764 г. военно-морская доктрина закрепила это направление и провозгласила курс на выравнивание количественного и качественного состава флота со своими соседями на Балтике - Данией и Швецией. При этом учитывалась исходившая от Швеции потенциальная военная опасность, что соответственно суживало границы собственных геополитических интересов до Балтийского региона. В целом функции флота сводились к обороне морских границ на севере и западе.

Понимая, что без целевых финансовых вложений во флот будет невозможно его поступательное развитие, правительство разработало программу централизации доходов и своевременного их поступления в казну. Были намечены пути стабилизации положения с денежными ресурсами страны. Жесткая система экономических мер, пересмотр таможенно-протекционистской политики и осуществление мероприятий по улучшению положения с финансами способствовали увеличению поступлений доходов в государственный бюджет. В то же время целенаправленная политика Екатерины II по упорядочению финансов сопровождалась и неудачными попытками в этой области, равно как и колоссальными внебюджетными расходами. Это не могло не сказаться негативным образом на проблеме финансирования Морского ведомства.

Наряду с восполнением судового состава Балтийского флота и повышением боевых возможностей кораблей, значительное внимание уделялось его материально-технической базе с наличием полноценной инфраструктуры. Ядром флота при этом оставались линейные корабли 66-пушечного ранга. Происходило интенсивное оборудование и оснащение верфей как в главной базе флота Кронштадте, так и столичной Адмиралтейской верфи. Реорганизация и реформирование вертикали аппарата Морского ведомства привели к отлаженному функционированию всех структурных звеньев морской администрации и управления портами. Сформировавшаяся в начале правления Екатерины II система морской администрации и основные принципы ее управления оставались до воцарения Александра I и образования в России министерств.

Переход кораблей Балтийского флота в Средиземное море в 1769 г. вызвал новый виток активного участия России в международных делах. Пути решения задач внешней политики, в частности Восточного вопроса, очертили прагматичный выбор Екатерины II друзей и союзников. Скрещивание интересов держав в двух важнейших регионах - балтийском и средиземноморском предопределило их расстановку в коалициях и блоках: Россия, Пруссия, Англия и Дания с одной стороны, и Турция, Франция, Австрия и Швеция с другой. После уничтожения главных сил турецкого флота в Чесменском сражении российский флот получил преимущество в водах Эгейского моря. Однако укоренившиеся в историографии тезисы о массовом вступлении островных греков в подданство императрицы Екатерины II, а греческих волонтеров в русский флот, равно как и выводы о подъеме национально-освободительной борьбы греков не подтвердились документально.

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»