WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||

Более чем вероятно, что исчезновение погребальных памятников кочевников каким-то образом связано с катастрофой, поразившей в конце первой трети III в. до н.э. всё Северное Причерноморье с Нижним и Средним Подоньем. Как известно, во всех этих регионах в указанное время происходит почти единовременное прекращение жизни едва ли не на всех стационарных сельских (и даже на некоторых городских) поселениях, на многих памятниках зафиксированы следы боевых действий и пожаров. По мнению ряда исследователей, причиной этой катастрофы стала серия опустошительных набегов сарматов. Однако Нижнее Подонье вряд ли могло служить базой сарматских набегов, т.к. нижнедонской регион в это время не был сарматским – среди памятников нижнедонских номадов IV - начала III вв. до н.э. лишь небольшая часть имеет восточное происхождение и может быть сопоставлена с сирматами письменных источников. Более вероятно, что донские и северопричерноморские номады вместе с оседлым населением стали жертвами катаклизма, а не его виновниками.

Итак, период IV - начала III вв. до н.э. на Нижнем Дону не может быть охарактеризован как раннесарматский. Можно говорить лишь об инфильтрации отдельных групп восточных номадов, составивших часть пёстрого кочевого мира Нижнего Подонья IV - начала III вв. до н.э. Их памятники исчезают в начале III в. до н.э. вместе с памятниками других кочевников нижнедонского региона. Номады II - I вв. до н.э. представляли собой новый миграционный импульс с востока, гораздо более мощный, чем в IV в. до н.э., в результате которого сарматы заняли весь нижнедонской регион и распространились далее на запад до Днепра.

§ 2. Время и характер освоения ранними сарматами нижнедонских степей. Особенности формирования раннесарматской культуры в различных районах Нижнего Подонья. Инокультурные группы в составе раннесарматской культуры Нижнего Подонья.

Комплексы с наиболее ранними хроноиндикаторами могут быть датированы в пределах первой половины или средней части II в. до н.э. – тризна из к. 4 1-й Весёловской группы с клейменой родосской амфорой (конец 80 - 60 гг. II в. до н.э.), п. 29А к. 1 мог. Кулешовка и п. 6 к. 2 мог. Весёлый с лаковыми канфарами малоазийского производства (конец III в. до н.э. - 30-е гг. II в. до н.э.). Весьма вероятно, что некоторые могильники (Подгорненские, Ясырев, Холодный, Попов, Койсуг и др.), в которых преобладают вещи раннего облика – мечи с серповидными навершиями, железные наконечники стрел с трёхгранными головками и длинными четырёхгранными черешками, зеркала большого диаметра с валиком по краю, лепная округлодонная посуда, могут относиться к несколько более раннему времени. Однако, как уже отмечалось выше, в погребениях этих могильников отсутствуют индикаторы III в. до н.э. – колчанные наборы, состоящие только из бронзовых или бронзовых и железных втульчатых наконечников стрел, бронзовые ворворки, железные втоки копий, лепные сосуды с примесью талька в тесте и др. Время появления на Нижнем Дону памятников раннесарматской культуры, таким образом, можно приблизительно определить как начало II в. до н.э.

Эта дата косвенно подтверждается сведениями других источников. Прежде всего, это строительство цитадели Танаиса – четырёхугольника мощных стен с башнями. Время строительства основной части укреплений достаточно надежно устанавливается по амфорным клеймам как самый конец III или начало II вв. до н.э. (Шелов, 1970; Арсеньева, Ильяшенко, 2001). Этим же временем датируются повсеместные следы разрушений и пожаров на поселениях европейского Боспора, строительство укреплений большинства позднескифских городищ, создание общей системы обороны Крымской Скифии и другие свидетельства дестабилизации обстановки в Северном Причерноморье. Именно к этому периоду относится и первое достоверное упоминание о присутствии сарматов на этих территориях – договор 179 г. до н.э. между Фарнаком Понтийским и рядом малоазийских государств.

Картографирование раннесарматских комплексов II - I вв. до н.э. в Нижнем Подонье выявляет несколько районов их наибольшей концентрации: I район – прицимлянские районы донского левобережья, среднее течение рек Сал и Маныч; II район – левобережье р. Дон и нижнее течение рек Маныч и Сал (большая часть памятников тяготеет к низовьям рек); III район – правобережье р. Дон от дельты до устья р. Северский Донец (большая часть памятников тяготеет к районам, прилегающим к дельте).

Наиболее ранние памятники тяготеют к I району (могильники Подгорненские, Ясырев, Попов и др. в наиболее восточных районах левобережья), выявлены также во II районе (в низовьях Сала и Маныча – Донской, Чепрак IV, Весёлый, ряд погребений из Алитуба, Отрадный II и др., в низовьях Дона – Койсуг, ряд погребений из Кулешовки и Красногоровки и др.). Большинство комплексов III района имеют более поздний облик. Плотное заселение сарматами правобережья Дона произошло, вероятно, несколько позже – не ранее середины - второй половины II в. до н.э.

Раннесарматские памятники распределены по территории нижнедонского региона неравномерно – если на левобережье Дона их насчитывается около 400, то на правобережье только 100. Крупные семейно-родовые могильники (по мнению большинства исследователей, привязанные к зимникам) тяготеют к обширной пойме левого берега Дона, районам, прилегающим к донской дельте, и к сало-манычскому бассейну. В глубинных районах степи погребальных памятников гораздо меньше, и представлены они, как правило, одиночными погребениями или небольшими сериями. Никаких следов седентаризации сарматов в Нижнем Подонье пока не обнаружено.

Раннесарматская культура Нижнего Подонья в целом довольно монолитна в плане обрядности и материальной культуры. Прослеживается лишь инфильтрация в среду донских сарматов небольших групп кочевников из соседних регионов – Предкавказья и Северного Причерноморья.

§ 3. Проблемы изучения ранних сарматов Нижнего Подонья и Северо-Восточного Причерноморья по данным письменных источников.

Считается, что сведения о сарматах в Подонье и Причерноморье появляются у античных авторов IV - III вв. до н.э.: упоминание озера с дурным запахом (Сиваша) в Сарматии у Гераклида Понтийского, легенда о сарматской царице Амаге Полиена, рассказ о разорении Скифии савроматами Диодора Сицилийского, декрет «О несении Диониса» и др. Однако эти данные отрывочны, противоречивы и допускают возможность различных трактовок (Полин, Симоненко, 1997). Представляется, что первым надёжно датированным источником, фиксирующим сарматов в Нижнем Подонье и Северо-Восточном Причерноморье, следует считать договор 179 г. до н.э. между Фарнаком Понтийским и рядом малоазийских государств, в тексте которого среди европейских властителей упоминается сарматский царь Гатал (Полибий, «Всеобщая история», XXV, 2, 12). Расселение сарматов в нижнедонских и северопричерноморских степях и вступление их в контакты с местными греками в первой половине II в. до н.э., очевидно, маркируется появлением имён рабов-сарматов в текстах Дельфийских манумиссий – наиболее ранняя надпись о продаже «рабыни по имени Фила, родом сарматки» датирована 170-157/6 гг. до н.э.

Степное население Нижнего Подонья рассматриваемого периода может быть уверенно сопоставлено с этнонимом аорсы – «аорсы … живут по течению Танаиса» (Страбон, «География», XI, 5, 8). Страбон приводит данные о происхождении аорсов: «аорсы и сираки являются, видимо, изгнанниками племён, живущих выше» и сообщает ряд интересных сведений об их торговле с боспорянами, участии в войне Фарнака с римлянами и др.

Помимо аорсов на Дону, письменные источники фиксируют в южнорусских степях во II - I вв. до н.э. целый ряд новых этнонимов – верхние аорсы в Прикаспии, сираки на Северном Кавказе, роксоланы и сатархи в Северном Причерноморье. А.С. Скрипкин высказал гипотезу о соотнесении всего этого конгломерата ранее не известных этнонимов с миграционной волной, исходным толчком для которой послужило вытеснение хуннами юэчжей из Ганьсу в конце III - первой половине II вв. до н.э. (Скрипкин, 2000). В качестве подтверждения этой гипотезы А.В. Скрипкин приводит ряд инноваций восточного облика (зачастую очень близких китайским, хуннским, среднеазиатским образцам), появившихся в раннесарматской культуре не ранее II - I вв. до н.э.: длинные мечи с небольшими ромбическими перекрестьями и штыревидными рукоятями без навершия, миниатюрные бронзовые модельки котлов и горитов, бронзовые ажурные пряжки с изображением лежащих верблюдов, гагатовые поясные пряжки, а кроме того, некоторые типы гробовищ, существенный процент северной ориентировки и многое другое.

А.С. Скрипкин датирует приход этой миграционной волны в волго-донской регион приблизительно серединой II в. до н.э., сопоставляя это событие с традиционной датой нападения кочевников на восточные рубежи Греко-Бактрийского царства (140 - 130 гг. до н.э.). В Нижнем Подонье появление первых памятников раннесарматской культуры фиксируется как будто несколько раньше – скорее всего, в начале II в. до н.э. Представляется, что первые подвижки значительных масс кочевников на запад могли иметь место уже после крупных поражений юэчжей от шаньюя Маодуня в конце III в. до н.э., наверняка сопровождавшихся территориальными утратами и отходом на запад групп номадов, лишившихся пастбищ.

§ 4. Финал раннесарматской культуры Нижнего Подонья.

В районе рубежа эр, возможно несколько раньше или позже, происходит смена раннесарматской культуры среднесарматской. В археологическом отношении это выглядит как распространение волны памятников с новым погребальным обрядом и элементами материальной культуры восточного облика, глобальная дестабилизация всего кочевого мира, образование новых «археологических провинций». Письменные источники фиксируют сдвиг всех раннесарматских племен на запад и отмечают появление нового этнонима – аланы. Судя по археологическим и письменным источникам, носители раннесарматской культуры были частично вытеснены на запад, частично вошли в состав среднесарматской культурно-исторической общности и постепенно были ассимилированы. Таким образом, раннесарматская культура не исчезает сразу и бесследно. Существование групп раннесарматского населения в рамках среднесарматской культуры (своеобразных анклавов), постепенно размываемых в процессе культурно-этнической миксации (могильники Новый, Семёнкин, Первомайский VII и др.) прослеживается на протяжении большей части I в. н.э.

В Заключении содержатся основные выводы диссертации.

Список публикаций автора по теме диссертации

Статьи в ведущих рецензируемых изданиях, утверждённых ВАК

Министерства образования и науки РФ

1. Глебов В.П. Номады Нижнего Подонья эллинистической эпохи (конец IV - I в. до н.э.) / В.П. Глебов // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. Общественные науки. – Ростов-на-Дону, 2008. – №5. – С. 52-56.

Статьи и тезисы докладов

2. Глебов В.П. К вопросу о генезисе раннесарматской культуры / В.П. Глебов // Проблемы археологии Юго-Восточной Европы. VII Донская археологическая конференция. Тезисы докладов. – Ростов-на-Дону, 1998. – С. 93-95.

3. Глебов В.П. О заключительной фазе раннесарматской культуры на Нижнем Дону / В.П. Глебов // Раннесарматская культура: формирование, развитие, хронология. Материалы IV Международной конференции «Проблемы сарматской археологии и истории». – Самара, 2000. – Вып. 2. – С. 170-186.

4. Глебов В.П. Новые сарматские погребения в бассейне р. Сал (о соотношении раннесарматской и среднесарматской культур) / В.П. Глебов, И.Н. Парусимов // Сарматы и их соседи на Дону. – 2000. – Вып. 1. – С. 61-89.

5. Глебов В.П. Еще раз о проблеме III в. до н.э. / В.П. Глебов // Боспорский феномен. – СПб., 2002. – Часть 2. – С. 186-197.

6. Глебов В.П. Хронология раннесарматской и среднесарматской культур Нижнего Подонья / В.П. Глебов // Сарматские культуры Евразии: проблемы региональной хронологии. Доклады к 5 международной конференции «Проблемы сарматской археологии и истории». – Краснодар, 2004. – С. 127-133.

7. Глебов В.П. О некоторых проблемах хронологии раннесарматской культуры Нижнего Подонья // Нижневолжский археологический вестник. – Волгоград, 2005. – Вып. 7. – С. 34-50.

8. Глебов В.П. Специфика становления раннесарматской культуры на Нижнем Дону / В.П. Глебов // Региональные особенности раннесарматской культуры. Материалы семинара Центра изучения истории и культуры сарматов. – Волгоград, 2007. – Вып. II. – С. 59-82.

9. Глебов В.П. Вооружение и военное дело кочевников Нижнего Подонья раннесарматского времени / В.П. Глебов // Вооружение сарматов. Региональная типология и хронология. Доклады к VI международной конференции «Проблемы сарматской археологии и истории». – Челябинск, 2007. – С. 88-98.

10. Глебов В.П. Раннесарматские погребения с мечами переходного типа в Нижнем Подонье / В.П. Глебов В.П., В.Г. Житников // Труды Археологического научно-исследовательского бюро. – 2008. – Том III. – С. 104-111.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»