WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

В первой главе «Географические, историко-культурные и социально-экономические условия развития архитектуры Душанбе» рассматривается природно-климатическая характеристика геогра­фической среды, раскрываются исторические и социально-экономические условия развития архитектуры, выявляются традиции историко-архитектурного наследия Душанбе и его округи.

В частности, Гиссарская долина, в восточной части которой расположен Душанбе, представляет собой, как говорят специалисты, межгорную впадину длиной около 100 км и шириной от 1,5 до 24 км. Город возник в районе слияния рек Кофарнихона и его крупного северного притока – Варзоба. Средняя температура января здесь + 1С, а июля + 28С. Располагается Душанбе на высоте 800 метров над уровнем моря. В предгорьях, окружающих город с северной, восточной и южной сторон, проходит пояс адыров, образующих переходную полосу от равнины к хребтам. Территория района, где находится Душанбе, относится к зоне высокой сейсмичности – здесь возможны землетрясения силой 9 и более баллов.

Современный город расположен на двух террасах: левобережная часть Душанбе возвышается над правобережной на высоту от 5 до 20 метров, образуя в отдельных местах берега реки Душанбинки, т.е. Варзобдарьи, крутые обрывы.

В целом, особенности природно-климатических условий Душанбе и его округи, наличие на его терри­тории природных богатств, орошаемых плодородных земель в долине реки Кафирнихона и наличие с древнейших времен караванных путей способствовали появлению здесь древней цивилизации с зачат­ками градостроительной, материальной и художественной культур уже в эпоху античности.

Последовательно на основе памятников древней, средневековой и позднесредневековой архитектуры раскрываются историко-культурные особенности Душанбе. По­мимо всего рассматриваются и отдельные произведения материальной культуры, зодческого, мо­нументального, архитектурно-декоративного искусства, обнаруженные, как в самом Душанбе, так и его окрестностях. Особо обращается внимание на позднесредневековую архитектуру Душанбе, когда он был одним из крупных городов Восточной Бухары, а также объекты массо­вого строительства XIX-начала XX вв.

Разносторонние культурные взаимосвязи Душанбинского городища со многими странами Центральной Азии начинаются с эпохи античности, вызванные устойчи­вой государственностью древней Бактрии, затем Тохаристана, в состав ко­торых входили историко-культурные области Шуман, Охарун, Чаганиан, Кабадиан и др. Кроме этого, Душанбе располагался на одном из оживленных районов, где пролегали международные торговые пу­ти, в том числе Великий Шелковый путь. Поэтому процесс взаимного вли­яния (как в этническом отношении, так и в материальной культуре) раз­личных народов Центральной Азии обнаруживаются при рассмотрении материальных и художественных памятников V-VIII вв.

Во второй главе «Основные исторические тенденции развития архитектуры общественных зданий и сооружений Таджикистана (на примере Душанбе)» прослеживаются творческие вехи истории развития архитектуры Душанбе; направленность развития современной архитектуры с середины 50-х до начала 90-х годов; анализируется начальный период развития советской архитектуры и современности; прослеживается преемственность и освоение традиций в архитектуре Душанбе.

В целом, в своём развитии архитектура Душанбе прошла пять этапов: начальный период развития (1924-1930 гг.); довоенный период развития (1930-е – начало 1940-х гг.); этап послевоенного десятилетия (1945-1955 гг.); этап современной архитектуры (сер. 1950-х-нач. 1990-х гг.); этап развития зодчества Душанбе Новейшего времени (1991-начало 2000-х гг.).

Возрождение и становление современной архитектуры Душанбе теснейшим образом связаны с приходом советского строя в этот горный край, находившийся до 1917 года в стадии застоя и полуфеодального существования. Вместе с революцией сюда пришла гражданская война, разрушение и запустение городов и сел Восточной Бухары. Поэтому на­чальный этап развития архитектуры, т.е. 1924-начало I930-х гг., по сути дела, означает период сложной, порой драматической подготовки почвы для воз­рождения архитектурно-строительной деятельности в столице молодой советской республики.

Второй этап становления зодчества Душанбе характеризуется запоз­далым формированием конструктивистского направления (1930-1935 гг.) и переориентацией архитектуры к европейской классике в синтезе с национальными декоративными образами. В военные годы (1941-1945 гг.) в силу объективных причин почти полностью прекращаются строительные работы в области жилых и общественных; зданий. В главе особо отмечается, что предвоенный пе­риод характеризуется значительным размахом архитектурных и градос­троительных мероприятий - не без влияния более поздних авангардистских течений, характерных для центральных городов России - даже рез­кий поворот к классике. Так, уже к середине 1930-х годов в Душанбе появляются здания Главпочтамта, Наркомата земледелия, Совнаркома, Ком­банка и другие, в которых прослеживается попытка передать дух нова­торской архитектуры.

В главе говорится о положительном влиянии первых профессиональ­ных архитекторов, приехавших из центральных городов России, на раз­витие в конце 1930-х годов системы проектирования генерального плана Душанбе. Опыт столичного города помог формированию городов, поселков, МТС, совхозов и колхозов всего Таджикистана. А первый генеральный план Душанбе был утвержден в 1937 году Совнаркомом Таджикской ССР (архитекторы М.Баранов, Н.Баранов, Гипрогор, Ленинград).

В те же годы архитекторы пытаются найти образ крупных обществен­ных зданий, но в них использовали приёмы европейского зодчества прошлых веков, а в деталях были элементы таджикского национального декора (театр оперы и балета, гостиница «Вахш» и др.). Зародившись во второй половине 1930-х годов в Душанбе, такая тенденция проектирования зданий и сооружений, стойко сохранялась в Таджикистане на протяжении двух последующих десятилетий и получила особый размах в годы восстановления народного хозяйства.

В послевоенное десятилетие архитектура продолжала испытывать трудности, и только с конца 40-х годов начинаются широкие строитель­ные работы, связанные с общей тенденцией к декоративизации, приме­нения классического стиля и с обращением к национальному наследию. В главе подробно прослеживается эта тенденция с привлечением кон­кретных примеров, которые подтверждают, что архитектура Душанбе 1945-1955 гг. характеризуется продолжением активного поиска мест­ного колорита, начатое в предвоенные годы, но уже в более широких масштабах.

Этап современной архитектуры Таджикистана, начавшийся после из­вестного постановления 1955 года «Об устранении излишеств в проек­тировании и строительстве», коренным образом изменил направленность архитектурного творчества. Этот этап подразделяется автором на три внутренних периода, характери­зующихся как спадом творческой активности зодчих, так и её качест­венным ростом. В главе на примере общественных зданий Душанбе подробно раскрываются тенденции развития всех трех периодов. Так, первый период охватывает конец 50-х и все 60-е годы. Он отмечается активным поиском нового пути развития со­ветского зодчества. Примером этому является аэровокзал в г. Душанбе (арх. В.Афанасьев, инж. З.Ярмолин­ский, конструктор Э.Ичаджик, I960 год), открывший дорогу строительству сооружений в совре­менных формах и в четких функциональных взаимосвязях групп помеще­ний. В целом, конец 1950-х и 19 60-е годы характеризуются сочетанием ар­хитектурных стереотипов мышления зодчих с новаторским поиском новых решений. Здесь как бы происходит внутренняя борьба концеп­ций старого и нового. Отсутствие положительного опыта в отечествен­ной практике архитектуры не позволили зодчим развить лучшие дости­жения инженерной и архитектурной мысли, зарождавшиеся в местной школе, они явно подчинялись общей тенденции направленности зодчества советской страны. Отсюда однообразие и унылость облика ново­строек городов и сел Таджикистана, захлестнувшие все стороны архи­тектурного творчества.

Второй период, начавшийся с конца 1960-х годов и охвативший почти все 1970-е годы, отличается более целенаправленной реализацией твор­ческих идей нового поколения зодчих. Заметные положительные сдвиги начали проявляться с начала 70-х годов, особенно в повышении худо­жественной выразительности зданий в многочисленных микрорайонах Душан­бе. Однако довлела тен­денция предыдущего периода - чрезмерное тиражирование домов одной серии и даже индивидуальных проектов. Другой негативной чертой жи­лищного домостроения следует считать отсутствие поиска в архитекту­ре местной специфики, национального своеобразия.

Третий период (1980-е - начало 1990-х гг.) отмечен глубоким эстети­ческим осмыслением архитектурного творчества, тенденцией к комплекс­ной организации современной жилой застройки, нарастающей тяги к по­вышению образности принимаемых архитектурных решений, вниманием к экологическим проблемам городской среды. Особое место в архитектуре 1980-х годов занимают общественные здания, облик которых стали связы­вать с архитектурным наследием (чайхана «Саодат», зда­ния КНБ и МВД Таджикистана в Душанбе и др.).

В последнем, пятом разделе главы подробному рассмотрению подвергается проблема преемственности и освоения традиций, возникшая ещё в нача­ле 30-х годов XX века. Подводя итоги развитию этой важной проблемы в течение 1930-1990-х годов, можно выделить несколько различных под­ходов зодчих к преемственности и освоению наследия прошлого. Так, су­дя по некоторым общественным зданиям начала и середины 30-х годов Наркомзема, Главпочтамта, Комбанка и др. в Душанбе), образ которых был навеян влиянием конструктивизма, к этому времени начало новой соци­алистической архитектуры было заложено. Вторая половина 30-х и нача­ло 40-х, а затем до середины 50-х годов в архитектуре Таджикистана видна попытка соединения форм национальной и классической европей­ской архитектуры, и теоретиками она была признана наиболее верным направлением. Вначале этот поиск осуществился в проектах легких де­ревянных павильонов Центрального детского парка, а затем сельско­хозяйственной выставки Таджикской ССР в Душанбе. Сооружения эти в миниатюре повторяли облик павильонов кустарно-промышленной выставки в Москве 1923 года, построенные в духе упрощенной классики. С этого времени классика в Таджикистане с национальными элементами воспри­нималась как решение проблемы национальной формы интернациональной в своей основе архитектуры.

С середины 1950-х годов меняется содержание понятия националь­ного и интернационального в архитектуре, глубже осознается их слож­ная диалектическая взаимосвязь. И все же на рубеже 50-х и 60-х годов проблема освоения наследия в архитектурной практике зачастую игнори­ровалась, упрощалась, большее внимание обращалось освоению утилитар­но-функциональных особенностей традиций архитектуры, связанных с соз­данием микроклимата, экономичного использования территорий, типиза­цией и т.п.

1960-е годы характеризуются переходом архитектуры Таджикистана к условно-декоративному использованию форм традиционного национального зодчества (стрельчатая арка, геометрический орнаментальный узор, ис­полненный в виде железобетонной панели ограждения), приспособленной к условиям индустриального производства (особенно в крупнопанельном домостроении). К сожалению, подобная модификация использования архи­тектурного декора не могла решать художественно-эстетические пробле­мы зодчества. Лишь с середины 1970-х годов стали появляться (в основ­ном, в Душанбе) сооружения, в которых видна была тенденция принципи­ально нового подхода к освоению традиций прошлого: поиск глубинных корней национального зодчества, позволивший установить синтетическую связь с традициями (например, Дворец профсоюзов, Дом дружбы в г. Ду­шанбе и др.). Эта тенденция поиска глубинных корней национального зодчества активизировала и научные исследования в области истории и теории архитектуры Таджикистана (диссертации и статьи М.Х.Мамадназарова, Р.С.Мукимова, С.М.Мамаджановой).

Одно из первых попыток современного освоения наследия прошлого было предпринято в 1979 году, когда на страницах республиканских га­зет развернулась острая полемика, вызванная статьей В.Г.Веселовского «Какой быть архитектуре Таджикистана». Автор остро ставил вопрос об использовании национального колорита в архитектуре, убеждал сво­их оппонентов, что это основной путь к новаторству и преемственнос­ти в творчестве. В откликах архитекторов-практиков и ученых-исследо­вателей (Э.Салихова, Р.Мукимова, М.Мамадназарова) звучал призыв к глубокому изучению архитекторами-практиками, в особенности, истории, культуры и глубинных традиций зодчества, отмечалось, что в этом на­правлении уже накоплен положительный опыт.

Сейчас, спустя почти 20 лет после этой полемики, многие архитекторы убедились, что необходимы новаторские поиски, особенно в связи с ко­ренными изменениями в развитии общества 1990-х годов, в связи с переоценкой эстетических и идеологических идеалов. Суверенизация рес­публики вынуждает больше ориентироваться на внутренние возможности архитектурного творчества, на интерьеризацию архитектурной среды, на широкое проведение поискового проектирования в плане освоения местных традиций, активизации творческих дискуссий о возможных пу­тях развития архитектуры, а значить и о месте традиций в новатор­ских поисках.

В главе третьей «Общественные здания и комплексы» рассматриваются традиции в архитектуре общественных зданий и сооружений, в том числе общежитий и гостиниц и крупных об­щественных комплексов 1980-х-начала 1990-х годов XX века; анализируются проблемы творческой индивидуальности зодчего в развитии архитектуры Таджикистана.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»