WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |

До получения согласия на брак дом невесты следовало посетить несколько раз. Согласно этикету отец невесты сам согласия на брак не давал, это поручалось самому старшему родственнику невесты. Договор о браке скреплялся устройством традиционного угощения «куйрык» (курдюк), которое включало в себя ряд этикетных моментов. Обычай угощения курдюком сватов существовал и у казахов (Н.Ж. Шаханова, 1989). С этого дня наступал период всевозможных ограничений и избеганий между женихом и невестой, а также между родственниками с обеих сторон. Подобные ограничения наблюдались и у других тюркоязычных народов Дагестана, особенно у северных кумыков (С.Ш. Гаджиева, 1985), а также у некоторых дагестанских и северокавказских народов (С.А. Лугуев, 2006; М.А. Меретуков, 1987).

Параграф второй посвящен свадебному этикету. Свадьба также как и сватовство было наполнено рядом этикетных моментов. Прежде всего, это поздравления, адресованные родителям невесты. По правилам этикета отца невесты поздравляли мужчины, мать – женщины.

Мужчин и женщин, прибывших на свадьбу, устраивали в разных кибитках, рассаживание гостей в юртах происходило по старшинству. Мужчин за столом обслуживали юноши, а женщин – девушки. За столом соблюдались все правила застольного этикета. Кроме того, мужчины соблюдали правила распития хмельных напитков.

Одним из развлечений свадебного торжества считалось исполнение певцами народных песен, во время которых слушатели должны были придерживаться определенных правил поведения: они не должны были переговариваться, выкрикивать с места реплики, прерывать певца, подавать кому-либо различные знаки, жестикулировать. Запрещалось во время коллективного прослушивания песен, музыки демонстративно покидать свое место. Если возникала такая необходимость, то это надо было сделать как можно незаметнее. Присутствие женщин не возбранялось, но они никогда не садились рядом с мужчинами.

По этикету новобрачные на свадьбе не должны были находиться вместе.

Другим развлекательным моментом на свадьбе являлись танцы. Танцующие пары также следовали определенным нормам поведения: инициатива приглашения на танец всегда исходила только от мужчины, а его завершение – от девушки. Категорически запрещалось силком тянуть девушку на танец, делать лишние движения, не предусмотренные танцем, смеяться, гримасничать, девушка должна была вести себя скромно, не выбегать навстречу партнеру, не выказывать особого желания танцевать и т.д.

Согласно этикету невесту встречали все старшие родственники, кроме жениха. Этикет не позволял семье жениха открыто выражать свое недовольство малым размером приданого, его составом и качеством входящих в него вещей. В знак уважения к новой семье, родственникам жениха невеста до конца свадьбы стояла. По этикету каждого посетителя невеста приветствовала кивком головы.

Руководил застольем тамада. Если кто-нибудь желал на короткое время отлучиться, он должен был спросить разрешения у тамады. Уходящему и возвращающемуся присутствующие оказывали уважение вставанием. Этих традиций строго придерживались и другие тюркские народы (Б.М. Алимова, 2003).

После свадьбы молодожены продолжали соблюдать обычаи избегания, они не разговаривали друг с другом при посторонних и не уединялись.

Одним из завершающих этапов свадебного церемониала было посещение новобрачной родительского дома после свадьбы – «тоьркинине барув». Ее приезд к родителям также обставлялся рядом этикетных моментов. Так, молодая невестка из аула мужа должна была уйти незаметно, пешком, а к аулу отца подъехать на арбе. Будучи в гостях у родителей она не должна была показывать, что в ее жизни произошли какие-то изменения. Из отцовского дома она также старалась уйти незаметно, не привлекая к себе внимания. Подъезжая к аулу мужа, она снова сходила с арбы и старалась незаметно войти в дом. В последующие посещения родительского дома это скрывание уже не соблюдалось.

Завершением свадебных церемоний считалось приглашение зятя в родительский дом жены «киев коьринмек» (букв. увидеть зятя). Между зятем и родственниками жены соблюдались разговорные запреты и избегания. Менее строгими они становились после официального приглашения в дом тестя – «киев шакырув» (букв. пригласить зятя), хотя и после этого зятю не разрешалось обращаться к тестю по имени, пить, курить при нем и т.д. Зять не называл и тещу по имени, не заходил в ее комнату, не садился с ней рядом, не прикасался к теще, не обнажал перед ней головы и других частей тела. Общение между ними сводилось до минимума. Подобным же образом в отношении зятя вела себя и теща.

Третий параграф «Культура поведения в обычаях и обрядах, связанных с рождением и воспитанием детей» посвящен обрядовой коммуникации и ритуализованным формам поведения участников обрядов семейного цикла. Так, уже на самых ранних сроках беременности женщина придерживалась определенных правил поведения: она скрывала от родни мужа, в особенности от ее мужской части, свою беременность, а незадолго до родов отправлялась рожать в родительский дом. В дом мужа женщина возвращалась в сопровождении близких родственниц (ребенка несла енъге - жена старшего брата). Первым в дом входил дед с внуком, а затем все остальные по старшинству.

По традиции родители передавали все полномочия по воспитанию детей деду и бабке. Это обстоятельство накладывало определенный отпечаток на поведение родителей ребенка: они при старших вели себя несколько отчужденно по отношению к собственным детям, не ласкали их и не брали на руки, не называли своими детьми. Соответственно и поздравления по случаю рождения ребенка были адресованы не родителям, а деду с бабкой. У разных групп ногайцев существовали свои формулы поздравления, отражавшие этноспецифические особенности их быта. Так, у караногайцев с рождением мальчика поздравляли словами: «Шораны бавы берк болсын» (Пусть удила будут крепкими, как у Шора-батыра) или же «Ат ысларын хаирлы болсын» (Держащий удила, пусть пользу Вам принесет), с девочкой - «Кырк туварын хаирлы болсын» (Пусть 40 голов скота пользу Вам принесут). У оседлых кубанских ногайцев поздравляли с рождением ребенка независимо от его пола следующими словами: «Хаирлы бала болсын» (Пусть пользу принесет вам это дитя). Вербальное сопровождение имели и другие обряды, связанные с рождением и ростом ребенка. С появлением первого зуба у мальчика поздравляли словами: «Кеденънинъ тиси берк болсын» (У мальчика зубы пусть крепкими будут), у девочки: «Кызынънынъ тиси берк болсын» (У девочки зубы пусть крепкими будут). С первыми шагами ребенка поздравляли словами: «Калакайдай тыгырып юр!» (Будь таким же быстрым, как катящаяся лепешка). Сбрив волосы у ребенка, произносили: «Эндиги шашынъ хайырыман битсин» (С этого времени пусть волосы растут на пользу), «Хайырлы шаш болсын» (Пусть пользу приносят волосы). После обрезания мужчины поздравляли отца мальчика: «Хайырлы-огырлы ат болсын!» (С именем тебя!) или «Эркек болганын хайырлы болсын!» (Ставший мужчиной пусть пользу принесет!). В день совершеннолетия мальчику желали: «Аттай куьшли бол, кылыштай оьткир бол!» (Будь сильным, как конь, острым, как меч!). Таким образом, все обряды, проводимые по случаю рождения и взросления ребенка, выполняли не только охранительную функцию, но несли еще и определенную этикетную нагрузку.

В четвертом параграфе исследуются нормы поведения в похоронно-поминальных обычаях и обрядах. Проведение комплекса похоронно-поминальной обрядности требовало и от родственников умершего, и от присутствующих соблюдения определенных норм поведения. Прежде всего, о смерти сообщалось в иносказательной форме. Покойного оплакивали не только женщины, но и мужчины. Обряд оплакивания покойного мужчинами бытовал у кумыков, балкарцев (С.Ш. Гаджиева, А.М. Аджиев, 1980; М.Ч. Кучмезова, 2003).

Соболезнования мужчинами принимались стоя во дворе. На переднем плане стояли старшие родственники покойного по отцу. Женщины принимали соболезнования в доме. У стены напротив дверей (тоьр як) садились родственницы по отцу, затем родственницы по матери. Мужчины выражали соболезнования мужчинам, женщины – женщинам. Слова соболезнования дифференцировалась по возрастному признаку. Так, например, если умирал взрослый человек, то говорили: «Еринде еннетли болсын» (Пусть попадет в рай), «Куьнаьсин Кудай кешсин» (Пусть грехи его отпустит Бог), «Еннет капысы ашылсын» (Пусть для покойника откроются врата рая), «Еннеттинъ тоьрине олтырсын» (Пусть покойник займет почетное место в раю), если умирал ребенок - «Ахыретте шапагатшы болсын» (Пусть на том свете будет тебе заступником). После этих слов мужчины обменивались рукопожатиями, при этом первым руку подавал тот, кто выражал соболезнование, женщины – обнимались. Одежда прибывших на соболезнование должна была соответствовать случаю, т.е. быть скромной и в темных тонах.

На кладбище покойника провожали только мужчины, женщины и дети к траурному шествию не допускались. После похорон устраивались поминки. По правилам вначале кормили мужчин, затем – женщин. Прибывших на соболезнование не провожали. У караногайцев, прощаясь с родственниками покойного, принято говорить: «Ызы ярассын» (Пусть все несчастья уйдут с покойником), «Оьлинъиз еннет тапсын, калганлар тойга шапсын» (Покойник пусть попадет в рай, живые пусть ходят только на свадьбы), «Яхшылыгынъызга келейик» (Чтобы мы пришли к вам на радостное событие), «Калганларга Алла савлык берсин» (Живым пусть Аллах даст здоровья), у кубанских ногайцев – «Мунавдан баска кайгы коьрме» (Чтобы не было больше горя). Этикетную нагрузку во время траура несла и одежда.

В главе 4 «Культура поведения и этикет ногайцев в общественном быту» рассматривается культура поведения, общение и этикет в общественной жизни. Она состоит из семи разделов и трех параграфов.

Первый раздел «Культура поведения и этикет в общественных местах» состоит из трех параграфов, в которых исследуются нормы культуры поведения и этикет на сельском сходе, в мечети, на базаре, ярмарке.

Параграф первый «Сельский сход». Присутствие на сельском сходе требовало от участников схода соблюдения определенных норм поведения. Любые неуместные шутки, словесные оскорбления, выкрики, реплики были недопустимы. Во время беседы не допускалось сидеть, развалившись, оживленно жестикулировать, в особенности не допускались запрещенные жесты. Сельский сход являлся публичным местом, где общение проходило в рамках общепринятых норм поведения и правил этикета, с учетом половозрастных особенностей коммуникантов.

Параграф второй «Мечеть». Наибольшее влияние ислам оказал на культуру поведенческой ориентации во времени, согласно которому намазы совершаются пять раз в день. Намаз, помимо чтения молитв, включает и кинесические приемы, такие как поклоны, коленопреклонение, поза падения ниц, жесты. Их количество строго варьируется в зависимости от времени суток, когда совершается намаз.

По исламским нормам считается запретным прерывать молящегося или готовящегося к молитве человека, отвлекать читающего Коран, совершающего омовение, проходить перед молящимся, разговаривать, шутить, смеяться при нем.

Согласно религиозным правилам и этическим нормам, человек, находящийся в непосредственной близости от совершающего намаз, должен присоединиться к нему, раскрыв на уровне груди ладони, и про себя произнести соответствующую молитву. Правила приличия предусматривали обращение к человеку, закончившему молитву, со словами: «Алла кабыл этсин эткен намазын» (Пусть примет Аллах твои молитвы).

Определенные требования предъявлялись к поведению проходящих мимо мечети, кладбища. Подходя к кладбищу, люди прекращали любые разговоры, останавливались, поднимали руки на уровне груди, раскрыв ладони и склонив голову, начинали читать молитву «Альгам». Любые разговоры, смех, шутки на кладбище, возле мечети строго запрещались.

Параграф третий «Базар, ярмарка». Общественными местами у всех северокавказских и дагестанских народов, в том числе и у ногайцев, считались базар и ярмарка. Торговлей у ногайцев занимались исключительно мужчины. Во время торга всегда существовал этический момент, обязывавший продавца предоставить покупателю некраденый, качественный товар, а покупателя – оплатить оговоренную сумму.

Обман, недовес и обсчет покупателя считались недопустимыми. Согласно морально-этическим установкам, категорически запрещалось третьему лицу вмешиваться в торг двоих, особенно если соглашение между ними почти достигнуто. Неэтичным считалось продавцу, торгующему рядом, предлагать покупателю свой товар по более низкой цене в присутствии продавца, сделка с которым не состоялась.

В разговоре во время торга продавцом всегда употреблялись термины родства. По правилам торгового этикета если покупали коня, то продавец поздравлял словами: «Йигерли ат болсын!» (Пусть сильным, игривым будет конь!), если корову – «Туяклы болсын!» (Пусть корова плодовитой будет!). Если приобретали одежду, обувь, то продавец поздравлял словами: «Эсен-аман тоздыр!» (Добром тебе износить!), если приобретали продукты питания, то говорили: «Аман-эсен аша!» (Добром тебе съесть!). На все поздравления покупатель отвечал: «Сав бол!» (Спасибо!).

При расчете за приобретенный товар покупатель говорил: «Алал болсын!» (Деньги (цену), которые дал тебе, добром тебе да будут!), «Базар болсын!» (Торговли вам!). Если покупателем был мужчина, то сделку скрепляли дружеским рукопожатием, если же покупателем была женщина, то о рукопожатии не могло быть и речи.

Второй раздел «Повседневно-бытовая культура поведения и этикет». Одним из первых проявлений культуры поведения и этикета в повседневной жизни были приветствия. Для мужчин общепринятой формой приветствия была мусульманская. У женщин приветствие зависело от времени суток. Приветствия, связанные со временем суток были характерны и для других тюркоязычных народов Северного Кавказа и Дагестана (Ф.А. Тамбиева, 2003; Б.М. Алимова, 2005). Существовали и другие формы приветствий. Караногайки здоровались «Яхшымысыз!», кубанские ногайки – «Аьруьвсизбе!», кумские – «Ийгисизбе», терские – «Амансызба!». Приветствия у всех групп ногайцев Северного Кавказа и Дагестана были синонимами слова благополучие.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»