WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Одним из ключевых вопросов теории межкультурной коммуникации является адекватность понимания. Анализ работ посвященных этой проблеме позволил автору прийти к следующему заключению: коммуникация как процесс и как результат предполагает в силу феноменологических свойств диалога возможность непонимания как своей противоположности и носит относительный характер. Понимание основывается на знании, а последнее отражает диалектику относительной и абсолютной истины. Понимание и непонимание взаимопроницаемы и являются внутренним источником саморазвития информационного процесса. Как полное понимание, так и полное непонимание представляют собой идеальные конструкты, поскольку при общении индивидов ни то, ни другое не может существовать в чистом виде. Адекватным можно считать понимание, достаточное для координации действий индивидов внутри данного социума в конкретной коммуникативной ситуации.

Абсолютного взаимопонимания в смысле тождественности, идентичности активизировавшихся комплексов знаний у обоих субъектов общения быть не может, можно только говорить о многочисленности интерпретаций, о большей или меньшей степени приближения к постижению сказанного и воспринятого. Критерием достаточности взаимопонимания можно считать способность участников коммуникации описать, объяснить и предсказать поведение других.

Взаимопонимание можно классифицировать по критериям его эффективности. Эмоциональный критерий отражает степень удовлетворенности от общения, поведенческий критерий – эффективность совместной деятельности, когнитивный критерий взаимопонимания отражает особенности познавательных структур коммуникантов, их когнитивных стилей. Когнитивный аспект касается главного вопроса: насколько удается коммуниканту адекватно расшифровать полученные сообщения, переводить воспринятую мысль в план собственного сознания без существенных потерь смысла, заложенного в нее коммуникантом, и насколько эта возможность является обоюдной.

Параграф второй «Лингвокультурная идентичность субъекта коммуникации». Культурно-теоретический метод применяемый к исследованию культуры (М. М. Бахтин, В. С. Библер, К. Гиртс, В. Х. Гудэнаф, К. Доич, Ю. Ким, А. Кэкконен, Р. Кэрролл, Дж. Хофстеде) позволяет нам сделать несколько значимых для нашего исследования выводов: культура живет в диалоге с другими культурами; культура является результатом коллективной жизнедеятельности людей, однако, ее носителями выступают отдельные личности; культура является совокупностью результатов всех форм деятельности субъекта в мире, основанной на системе установок и предписаний, ценностей и норм, образцов и идеалов, укорененных в том или ином сообществе; культура – модель восприятия и понимания, отношения и интерпретации бытия.

Культура создается в процессе разнообразных видов деятельности при взаимодействии людей. Определенные способы взаимодействия обусловливают характеристики и свойства культуры. Предпринимая системный анализ деятельности, М. С. Каган приходит к выводу о том, что коммуникативная деятельность лежит в основе других видов деятельности (преобразовательной, познавательной, ценностно-ориентационной) и представляет собой одну из ипостасей человека. С точки зрения М. С. Кагана, человеческая деятельность – это активность субъекта, направленная на объект или на другого субъекта.

Понятие субъекта представляется значимым для целей нашего исследования, т.к. соотносится прежде всего с категорией осознанности и продуктивности совершаемых индивидом действий. Субъект – это не просто тот, кто действует, здесь более важным является то, как, каким образом и на основании каких мотивов осуществляется то или иное действие. В концепции В. С. Библера человек становится субъектом культуры, способным к самодетерминации своего осмысленного бытия, только в процессе диалога, на грани своей и иных культур.

Сейчас в рамках феноменологии можно наблюдать онтологическое противопоставление познающего субъекта и трансцендентного ему иного. Основанием для этого противопоставления служит феномен «чужого». «Чужое» требует ответа от познающего, предполагая способность субъекта отвечать как обязательное качество для отношения к «чужому». Человек становится субъектом, если ему удается найти и определить такие формы для встречаемого им иного и такие границы для его вмешательства в свою жизнь, в которых он может создать и на определенных условиях сохранить свое внутреннее пространство. Вопрос установления границ внутреннего пространства человека является, по мнению А. Ю. Шеманова, ключевым для современной культуры. Агрессивное давление современного образа жизни разрушает внутреннее пространство субъекта и ограничивает возможность адекватной интерпретации и понимания.

Интерпретация предусматривает построение из доступных человеческому опыту фрагментов реальности целостного образа. Интерпретацию, таким образом, можно понимать не только как механизм «считывания» культурных смыслов, но и как способ обретения идентичности субъекта культуры, связанный со стремлением к построению целостного мира субъективно-значимых смыслов.

Системный анализ изучения работ специалистов разных направлений позволяет нам рассматривать идентификацию в данном научном исследовании как совокупность динамичных процессуальных аспектов формирования идентичности и как необходимый минимум при социализации личности. Под идентичностью мы понимаем результат процесса идентификации, результат осмысления человеком самого себя связанный со стремлением к построению целостного мира субъективно-значимых смыслов. Идентичность рассматривается нами как результат социализации личности, (причем целесообразно различать первичную социализацию в родную, «свою» культуру и вторичную социализацию в «чужую» культуру, а также социализацию в иные субкультуры).

В различных источниках, посвященных изучению того, как человек проявляет себя в культуре, общепринятыми стали утверждения о неразрывной связи языка и культуры, а также о том, что язык представляет собой один из наиболее существенных признаков идентичности субъекта. Развитие антропологической парадигмы в культурологических и лингвистических исследованиях XX века, рассмотрение межкультурной коммуникации как диалога культур, становление когнитивной лингвистики и теории дискурса, позволили подойти к проблеме взаимосвязи человек – язык – культура с несколько иных позиций. Культурно-специфичным, относящимся к идентичности субъекта является не сам язык, а особенности его использования для решения разнообразных познавательных и коммуникативных задач в конкретной культурно-языковой среде.

Человек осознает свою культурную идентичность в рамках своей принадлежности к той или иной культуре, субкультуре. Такое осознание фиксируется в языковом сознании и отражается на коммуникативном поведении. Под языковым сознанием мы понимаем совокупность психических механизмов порождения, понимания речи и хранения языка в сознании, то есть психические механизмы, обеспечивающие процесс речевой деятельности человека, это знания, используемые коммуникантами при производстве и восприятии речевых сообщений. Коммуникативное поведение представляет собой совокупность норм и традиций общения, принятых в той или иной лингвокультуре.

Постоянные характеристики или константы языкового сознания и коммуникативного поведения определяют тип личности, группы или этноса и в этом смысле выступают как доминанты сознания и поведения. Доминанты сознания и поведения в концентрированном виде выражаются как ценности культуры. Интерес к изучению языкового сознания как совокупности психических механизмов порождения, понимания речи и хранения языка в сознании, поставили в центр внимания лингвистики и смежных дисциплин дискурс как процесс социально обусловленного речевого взаимодействия. Наиболее адекватной единицей описания дискурса считается дискурсивное событие – как совокупность коммуникативно-значимых прагматически когерентных речевых актов, направленных на достижение общей коммуникативной цели. Модели дискурсивных событий, по Л. В. Цуриковой, выступают для участников общения в качестве когнитивных «структур ожидания», с помощью которых человек адаптируется к бесконечному разнообразию реальной коммуникации и избирает дискурсивные стратегии в каждом конкретном ее эпизоде, т.е. в памяти субъекта коммуникации находятся инварианты для каждого типа интеракции и знания о принципах их варьирования.

Осознание своей идентичности в рамках принадлежности тому или иному лингвокультурному сообществу, социальным группам и в границах своей уникальной личности, побуждает субъекта коммуникации к принятию и использованию адекватных моделей дискурсивных событий в процессе как внутри-, так межкультурного взаимодействия. Подобную идентичность мы предлагаем рассматривать как лингвокультурную идентичность субъекта коммуникации.

Таким образом, под лингвокультурной идентичностью субъекта коммуникации в рамках нашего исследования мы понимаем идентичность, которая устанавливается на основании распознавания и использования субъектом коммуникации моделей дискурсивных событий исторически сложившихся в культуре, принятых и усвоенных субъектом в процессе инкультурации. На основании лингвокультурной идентификации субъект может распознать «своего» или «чужого» в «своем» или «чужом» лингвокультурном пространстве.

Лингвокультурная идентичность представляет собой единство коллективного и индивидуального, которые существуют в неразрывной связи друг с другом. С одной стороны, коллективная память (понятие, разработанное Э. Дюркгеймом) и коллективные аспекты языка складываются из многократно повторенного индивидуального опыта – сложной мозаики индивидуальных впечатлений, словоупотреблений, коммуникативных стратегий и т.д. С другой стороны, индивидуальная личность формируется на основе коллективного опыта и коллективной памяти.

Лингвокультурная идентичность обеспечивает субъекту той или иной лингвокультуры выбор стратегий дискурсивного взаимодействия, позволяющих выстраивать эффективное взаимодействие с другими представителями соответствующей культуры в схожих ситуациях интеракции.

Параграф первый «Культурно обусловленные различия в моделях дискурсивной деятельности» второй главы «Проблемы лингвокультурной идентичности субъекта в межкультурной коммуникации». Практика межкультурного взаимодействия показывает, что человек бессознательно действует в инокультурной среде по «своим» моделям дискурсивной деятельности и не осознает этого до тех пор, пока не обнаружит, что его взаимодействие неуспешно.

Контакты с представителями других культур убеждают, что в каждой культуре есть собственные системы ценностей и нормы как вербального, так и невербального коммуникативного поведения, которые существенно отличаются от принятых в родной культуре. Процесс понимания «чужого» осуществляется путем выделения черт другой культуры через соотнесение со специфическими чертами собственной культуры. Аксиологическая дифференциация «свое» – «чужое» является характерной особенностью человеческого бытия, поэтому и в межкультурную коммуникацию субъект вносит в первую очередь оценочные стереотипы, предположения, которые оказывают существенное влияние на начало, осуществление и последствия коммуникации. В межкультурной коммуникации понятие «чужой» имеет ключевое значение, поскольку при восприятии различных инокультурных явлений действуют когнитивные фильтры, позволяющие индивиду выделить себя из среды «других» и «чужих». Чужеродность означает состояние отношений между двумя партнерами, которые ощущают «чужеродность» друг друга на основе имеющихся между ними различий культурного, социального или этнического характера. Способность различения «своего» и «чужого» является основой определения собственной лингвокультурной идентичности.

Культурно обусловленные различия в моделях дискурсивной деятельности оказывают существенное влияние на процесс взаимодействия и могут стать причиной нарушения взаимопонимания. Знания о ценностных приоритетах коммуникативного поведения, характерных для «чужой» культуры, обеспечивают субъекту коммуникации возможность устанавливать причинно-следственные отношения между наблюдаемыми дискурсивными действиями и мотивами этой деятельности. Эти знания могут помочь субъекту коммуникации интерпретировать особенности дискурсивной деятельности партнера по коммуникации не как «чужие», а как «другие», как равноправную альтернативу «своим».

Определенной перспективой в исследовании особенностей ценностных доминант коммуникативного поведения той или иной культуры, которые в силу своей неуловимости, подвижности и расплывчатости с трудом поддаются анализу, обладают работы специалистов разных областей гуманитарного знания по определению доминантных культурных концептов той или иной культуры.

Представители лингвокультурологии (Н. Ф. Алефиренко, С. Г. Воркачёв, В. И. Карасик, В. В. Колесов, Ю. С. Степанов) рассматривают концепт как базовую единицу культуры, ее концентрат и доминанту. Когнитивная лингвистика (А. П. Бабушкин, Н. Н. Болдырев, Е. С. Кубрякова, З. Д. Попова, А. И. Стернин) изучает концепт как единицу коллективного сознания, отражающую предмет реального или идеального мира и хранимую в национальной памяти носителей языка в вербально обозначенном виде. Концепты выявляют взаимодействие всех основных антропологических факторов культуры: этнического, исторического, психологического, языкового и прочих. Концепты, таким образом, могут рассматриваться как ключевые компоненты этнической картины мира.

Рассматривая концепт в контексте идей Л. Н. Гумилева, можно сказать, что в концептах воплощаются стандарты поведения членов этнической системы, следовательно, культурные концепты – это своего рода сигналы наследственности, восходящие к традиции и связанные с адаптацией членов этноса к окружающему миру. Свернутые в сжатую формулу или схему, концепты определяют стереотипы коммуникативного поведения той или иной лингвокультуры. Ключевые культурные концепты соотносятся прежде всего с базовыми ценностями культуры.

Исследование особенностей коммуникативного поведения через культурные концепты позволяет понять глубинные причины формирования доминантных ценностей коммуникативного поведения представителей той или иной культуры. Концепты, входящие в набор культурных доминант, и являющиеся базовыми единицами картины мира, оказывают значительное влияние на формирование лингвокультурной идентичности и, несомненно, образуют ядро когнитивного пространства субъекта коммуникации. Следовательно, когда человек попадает в иное лингвокультурное пространство, он должен быть готов к тому, что его идентичность будет восприниматься иначе, чем в родной культуре.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»