WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

Для того чтобы выделить в слове нулевой словообразовательный суффикс, необходимо использовать следующие критерии: а) наличие производящего, более простого в семантическом и/или формальном отношении; б) наличие парадигматических отношений с однокоренными словами (с синонимичными ненулевыми аффиксами); в) наличие СЗ, характерного для слов, образованных суффиксальным способом; г) отсутствие каких-либо нехарактерных для материально выраженной суффиксации словообразовательных средств.

Параграф 4 «Типология нулевых словообразовательных суффиксов» посвящён систематизации и классификации СЗ нулевых образований различных частей речи.

Как уже отмечалось, нулевые суффиксы действуют в словообразовании имён существительных, имён прилагательных, имён числительных и наречий. Анализ фактического материала позволил типологизировать материально не выраженные суффиксы дериватов указанных частей речи.

Имплицитные деривационные суффиксы образуют субстантивы со следующими СЗ:

– ‘отвлечённое действие, состояние’: ‘действие как процесс’ (выезд, заплыв), ‘единичное действие’ (вдох, вздох), ‘многократное, длительное действие, состояние’ (выборы, проводы);

– ‘результат действия’ (выжим, надпись);

– ‘объект действия’ (пища, ноша);

– ‘отвлечённый признак’ (зелень, темень);

– ‘женскость’ (маркиза, супруга, раба);

– ‘место’: ‘место действия’ (въезд, вход), ‘место как результат действия’ (вгиб, вруб), ‘место по характерному признаку’ (гладь, высь);

– ‘лицо’: ‘лицо по интересам, склонностям, особенностям характера и т.п.’ (балетоман, телепат), ‘лицо – специалист в какой-либо области’ (археолог, информатик), ‘лицо по отношению к действию’ (транжира, брюзга); ‘лицо – носитель признака’ (нелегал);

– ‘предмет’: ‘предмет по отношению к действию’ (поднос, свеча), ‘предмет – носитель признака’ (мемориал, добро).

Посредством материально не выраженных суффиксов (иногда в сочетании с другими словообразовательными средствами) образуются адъективы со следующими СЗ:

– ‘(не)обладающий тем, что названо производящей основой’ (белозубый, длиннохвостый, безбородый);

– ‘сравнение, превосходство’ (лучший, больший);

– ‘такой, который характеризуется действием, названным производящей основой’ (вхожий, похожий);

– ‘такой, который относится к тому, что названо производящей основой’ (погожий, вешний).

При помощи нулевых словообразовательных суффиксов образуются также порядковые числительные (восьмой, семнадцатый, сотый).

Имплицитные деривационные суффиксы образуют адвербативы со следующими СЗ:

– ‘непроцессуальный признак по отношению к процессуальному признаку, названному производящей основой’ (всерьёз, врасплох, наискось);

– ‘непроцессуальный признак по отношению к действию, названному производящей основой’ (вперехват, наугад, вплавь);

– ‘непроцессуальный признак, который характеризуется направленностью к тому, что названо производящей основой’ (вдаль, вперёд, наверх);

– ‘непроцессуальный признак, который характеризуется неосуществлённостью действия, названного производящей основой’ (невпопад, невпроворот).

Во второй главе диссертационного исследования «Место нулевого словообразовательного суффикса в русской морфемике» предпринята попытка определить положение материально не выраженных суффиксов в системе морфем русского языка, а также охарактеризовать деривационный потенциал СТ существительных с нулевыми суффиксами.

В параграфе 1 «Нулевой суффикс как компонент морфемариев словообразовательных категорий имён существительных» представлен анализ взаимоотношений имплицитных и эксплицитных суффиксов, при помощи которых образуются существительные.

Как уже отмечалось, нами было зафиксировано около 2500 производных с имплицитными суффиксами. Абсолютное большинство дериватов с материально не выраженными суффиксами являются субстантивами (1867 единиц) (рис. 1).

Рис. 1. Количественная характеристика дериватов с нулевыми суффиксами

Имена прилагательные, имена числительные и наречия с имплицитным основным словообразовательным средством, по нашим подсчётам, составляют немногим более 20 % от общего корпуса нулевых образований в русском языке. Поэтому в данном исследовании место нулевых словообразовательных суффиксов в русской морфемике рассматривалось именно на примере имён существительных.

Весьма активен материально не выраженный деривационный суффикс в образовании производных – наименований лиц (409 единиц), а точнее – в образовании дериватов семантической подгруппы ‘лицо по профессии, специалист в какой-либо области’ (языковед, физик, невропатолог). Более того, по нашим наблюдениям, нулевой суффикс, при помощи которого образуются названия лиц, занимающихся какой-либо наукой, более регулярен, чем материально выраженные суффиксы. Как видится, это объясняется тем, что названия наук и различных областей деятельности в основном являются многосложными словами, например: логопатология, бактериология, литературоведение, картофелеводство и т.д. Взаимодействие материально выраженных суффиксов с подобными основами может привести к образованию неблагозвучных производных. Ср.: *логопатологист, *логопатологатор, *логопатологант и логопатолог и т.д.

Имплицитный словообразовательный суффикс регулярен в образовании дериватов семантической подгруппы ‘производитель действия’. Все дериваты, которые он образует (шкода, прожига, подлиза), являются стилистически маркированными субстантивами общего рода: они относятся к разговорной или просторечной лексике и имеют, как правило, негативную коннотацию. Подобные слова, по нашему мнению, более экспрессивны, звучны и, несомненно, способны привлечь внимание слушателя, что является немаловажным в разговорной речи (ср.: шкода и *шкодчик, прожига и *прожигальщик, подлиза и *подлизчик и т.п.).

В целом, продуктивность нулевого суффикса как компонента морфемария СК существительных со значением лица вполне сопоставима с продуктивностью материально выраженных (-тель, -ник, -ец и др.).

Имплицитный деривационный суффикс в составе морфемария СК со значением женскости не имеет сильных позиций по сравнению с ненулевыми суффиксами (-ниц(а), -чиц(а)/-щиц(а), -ш(а) и др.): посредством нулевой суффиксации в современном русском языке образовано, по нашим подсчётам, всего 12 производных этой группы (кума, супруга, раба, дофина, синьора, сеньора, инфанта, тёща, маркиза, самодура, госпожа, пастушка). По всей вероятности, данное явление можно объяснить внеязыковыми особенностями анализируемых существительных, а именно – действием феминного гендерного стереотипа в словообразовании.

В соответствии с традиционно сложившимися взглядами, женщинам отводилась второстепенная роль практически во всех сферах общественной деятельности. Следствием подобных представлений национального самосознания является отражение гендерных стереотипов на различных уровнях современного русского языка, в том числе – на словообразовательном уровне: названия лиц женского пола образуются от названий лиц мужского пола (за редким исключением, например: ведьма ведьмак, дура дурак, пава павлин, вдова вдовец). Кроме того, не всегда названия лиц мужского пола имеют женские корреляты (например, отпрыск, очкарик, паж, патриарх, первенец, подкидыш) и т.д.

Как представляется, под влиянием гендерных стереотипов в сознании носителей русского языка укоренилось следующее представление о производных со значением женскости: поскольку подобные дериваты являются вторичными, они должны формально отличаться от своих производящих, то есть в их структуре должен выделяться феминный суффикс. Флексия -а/-я не является в данном случае квалифицирующим показателем, поскольку в русском языке есть существительные мужского рода, имеющие указанные флексии (пап-а, дяд-я, дедушк-а), и существительные общего рода с данными окончаниями (плакс-а, умниц-а, зазнайк-а, сластён-а). Главным показателем, следовательно, является суффикс. Этим и объясняется, по нашему мнению, тот факт, что нулевой суффикс оказался нерегулярным и неконкурентоспособным при образовании дериватов со значением женскости: феминативы с имплицитным основным словообразовательным средством не воспринимаются как вторичные и, таким образом, могут оказаться для наивных носителей языка лексемами с неясной семантикой.

Нулевой словообразовательный суффикс не занимает лидирующей позиции и в морфемарии СК со значением орудия (84 единицы). Посредством имплицитного суффикса образуются в большинстве случаев названия орудий, которые именуют предметы бытовой сферы труда. Подобные субстантивы, за редким исключением, называют элементарные орудия, не отличающиеся технической сложностью, например, пила, поднос, румяна и др. Кроме того, нерегулярность имплицитного суффикса в образовании анализируемых дериватов объясняется и действием внеязыковых факторов: орудийное СЗ, по нашим наблюдениям, не отличается в русском языке большой востребованностью.

Нулевой суффикс не является активным «производителем» дериватов со значением места (224 единицы). Это обусловлено, на наш взгляд, несколькими причинами. Во-первых, подобные производные обладают неясной внутренней формой (дериваты типа вруб, отгиб, загон могут рассматриваться носителями языка как производные со значением места, отвлечённого действия либо орудия). Во-вторых, производящие базы указанных субстантивов весьма ограничены. Это касается в первую очередь дериватов семантической подгруппы ‘место по характерному признаку’. Исторически так сложилось в языке, что названий лиц и действий значительно больше, чем именований признаков, их характеризующих. Производящими для дериватов указанной семантической подгруппы служат в основном так называемые параметрические адъективы, которых, отметим, в русском языке немного, и от большинства из них уже образованы производные со значением места посредством материально выраженных либо нулевых суффиксов. И, наконец, в-третьих, регулярности таких дериватов с имплицитными суффиксами препятствует наличие кодериватов с материально выраженными суффиксами (данное явление наблюдается также в СК со значением женскости, отвлечённого действия и отвлечённого признака), например, высь и вышина, глубь и глубина, тишь и тишина и т.д. Заметим, что большей частотностью употребления отличаются дериваты с эксплицитными суффиксами, что обусловлено первой причиной.

Несмотря на значительное количество дериватов с нулевыми суффиксами, называющих отвлечённое действие и отвлечённый признак (1137 единиц), имплицитный суффикс всё же уступает лидирующее место материально выраженным. Основной причиной подобной ситуации можно считать существование в языке кодериватов с ненулевыми суффиксами, которым часто отдаётся предпочтение вследствие большей ясности внутренней формы последних. Указанная причина, как отмечалось, «действует» и в других СК, однако в СК субстантивов со значением отвлечённого действия и отвлечённого признака кодеривация существительных с имплицитными и эксплицитными суффиксами получает самое широкое распространение (бег, беготня и бегание; визг и визжание; взлёт и взлетание; выпас и выпаска; выруб и вырубка, вырубание; взвизг и взвизгивание; выжим и выжимка; тишь и тишина; синь и синева и т.д.).

В параграфе 2 «Деривационный потенциал словообразовательных типов имён существительных с нулевыми суффиксами» исследуются пути развития словообразовательного потенциала СТ и анализируется реализация данного потенциала на материале лексики русского языка 80–90-х годов XX века.

При изучении потенциала использовалась классификация ограничений, предложенная И.С. Улухановым.

СТ существительных, образованных нулевой суффиксацией, обладают деривационным потенциалом, развитие которого представляется возможным преимущественно за счёт увеличения количества производящих основ.

Значительным деривационным потенциалом обладают, на наш взгляд, СТ субстантивов с нулевым суффиксом со значением лица. Большая часть указанных субстантивов называет лиц по профессии, специалистов в какой-либо области. По нашим наблюдениям, в современном русском языке от абсолютного большинства названий наук уже образованы именования специалистов (физика физик, филология филолог), что обусловлено внеязыковыми факторами (наукой занимается человек, следовательно, должно существовать название лица, специализирующегося в этой сфере). Однако в настоящее время наблюдается стремительное развитие научной сферы, вследствие чего возникает множество названий новых отраслей знания. Можно предположить, что в скором времени появятся субстантивы типа *мобиловедение, *валютология, а вслед за ними образуются дериваты *мобиловед и *валютолог.

Деривационным потенциалом, как представляется, обладают субстантивы с нулевым суффиксом со значением ‘отвлечённый признак’. Наши наблюдения показали, что подобные существительные образуются (в большинстве своём) от адъективов, которые называют признаки, свойственные только неживой природе. Данные признаки можно отнести к двум основным семантическим подгруппам: ‘цвет’ (синь, зелень) и ‘состояние природы’ (тишь, темень). Таким образом, гипотетически могут быть образованы дериваты *желть от жёлтый (например, о песчаном береге), *краснь или *красень от красный (например, о поле маков) и т.д.

Антинеблагозвучные ограничения могут препятствовать образованию таких субстантивов, как *мокрь от мокрый, *позднь от поздний и т.п. Антиомонимичными ограничениями объясняется, на наш взгляд, отсутствие дериватов со значением отвлечённого признака типа *чернь от чёрный (например, о задымлённом или о грозовом небе; ср. чернь ‘собир. простой люд’), *голубь или *голубь от голубой (например, о чистой воде; ср. голубь ‘птица’ и голубь повелительное наклонение единственное число от глагола голубить ‘ласкать’), *сирень от сиреневый (например, о вечернем небе; ср. сирень ‘цветок’) и т.д.

Деривационный потенциал СТ со значением орудия, по нашему мнению, весьма ограничен. Следует отметить, что большинство именований орудий образуются посредством материально выраженных суффиксов (например, молоток, отвёртка, рыхлитель) либо вообще являются непроизводными с точки зрения современного русского языка (например, нож, топор, лопата). Нулевые образования со значением орудия весьма немногочисленны, например, сверло, пила, бурав и некоторые другие. Гипотетически могут быть образованы дериваты типа *свар от сваривать, *дава от давить и т.д. Антисинонимичные и антинеблагозвучные ограничения, по нашему мнению, «мешают» появлению дериватов типа *точ от точить (ср.: *точ и точило), *рез от резать (ср.: *рез и нож), *забива от забивать (ср.: *забива и молоток) и т.п.

Pages:     | 1 || 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»