WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

П.А. Флоренский развивает именно диалектику антиномий, свойственную большинству русских религиозных философов. Как прерывные функции антиномичны для рассудка, поясняет мыслитель, так и наличие «мировых трещин», прерывности бытия рождает в познающем разуме антиномии. Таким образом, антиномизм П.А. Флоренского непосредственно связан с идеей прерывности, дискретности бытия и мышления. Рассудочное мышление вынуждено постоянно проскакивать «трещины во всем», и осознание реальности вследствие этого происходит скачкообразно, пунктирно. Обрывочность и фрагментарность, по Флоренскому свойственна процессу познания и знанию, полученному рационально-рассудочным методом. Для целостного восприятия реальности необходимо непрестанное балансирование между сознательным и подсознательным, между рациональным и интуитивным, необходим подвиг веры.

Концепция прерывностей у П.А. Флоренского связана с его теорией мнимостей. Мнимые объекты (как в геометрии, так и в сфере бытия человека) выводят нашу способность познания за пределы чувственного созерцания, так что внутреннему взору открывается другая реальность сверхчувственная, которая трансцендентна миру чувственному и представляет собой действительность иного рода мнимую, но которая все же постижима. Переход от реальности действительной к мнимой возможен только прерывный. Такой переход возможен только для разума, озаренного религиозной верой.

Диалектика ­­— это закон бытия относительного, на Абсолютное истинное Бытие антиномизм не распространяется. Таким образом, диалектика у П.А Флоренского служит методом восхождения к Истине к конкретному, цельному знанию, прокладывающим связующие нити между антиномичными сторонами бытия.

Для многих русских философов второй половины XIX — начала ХХ века характерна именно диалектика антиномий. Антиномизм являлся методологической основой русской религиозной философии, в силу внутреннего своеобразия русской культуры: Вл. Соловьев, Н.А. Бердяев, Н.О. Лосский, Г.П. Федотов, Ю.М. Лотман, Д.С. Лихачев, Н.П. Полторацкий, М.С.Уваров и др. отмечают противоречивость, двойственность русской культуры в их неразрывном единстве. Антиномизм русской мысли, во многом, определяется ролью православия в русской культуре. Методология антиномизма лежит в основе православной догматики (у Дионисия Ареопагита, Григория Паламы, Н.Кузанского, Г. Сковороды). Антиномизм является методологической основой русской религиозной философии (о. Павла Флоренского и о. Сергия Булгакова, А.Ф.Лосева и С.Л. Франка, кн. Е.Н. Трубецкого и Н.А. Бердяева и др.)

Если Вл. Соловьев склоняется к трактовке антиномичности как следствия его отношения к нашему разуму, то П.А. Флоренский, С.Н. Булгаков, С.Л. Франк и другие представители философии всеединства в большей мере полагают, что антиномическая природа укоренена в самой природе «сущего».

Причина появления антиномий, по мнению большинства русских религиозных философов, кроется в самом мышлении человека: рассудок не может подчинить бытие законам своего мышления, не может сделать его «вполне имманентным», чтобы охватить и вместить его в себя. В Божественном же разуме таковых несоответствий нет, поскольку мышление и бытие совпадают у Бога в едином акте. Если, по Канту, антиномии обнаруживаются тогда, когда разум пытается выйти за пределы чувственного опыта и познать в принципе непознаваемую «вещь в себе», то православные богословы обосновали положения о неспособности человека рациональным путем постичь трансцендентное начало. Эта неспособность не является лишь выражением слабости и ограниченности человеческого ума, а следствие его принципиальной ущербности греховности. Греховному, ограниченному логическому мышлению они противопоставляют особую духовную способность видения мира: веру, любовь, религиозный опыт и т. д.

Антиномичность трансцендентного и имманентного разумно неразрешима и непреодолима; она изживается в религиозном опыте, в «высшем озарении» и там снимаются, совмещаются противоположности.

Отечественные философы едины в ответе на вопрос о том, как происходит соединение двух противоположностей: необходим сверхрассудочный, трансрациональный синтез, т.к. антиномия соединяет в себе рассудочность и сверхрассудочность, рационализм и трансрационализм, дискурсивность и интуицию. Соединение крайностей трансрационально и предполагает интуитивное балансирование между ними, естественную пульсацию в ритме вопросов и ответов.

Антиномизм является основным конструирующим механизмом всех мыслительных построений Павла Флоренского и проявляется во всем: в строении человека (усийное и ипостасное начала), в пульсации жизни человека (тетические, антитетические и синтетические типы таинств), в характеристиках духовного типа личности, в соотношении человека и мира, в организации культа, в строении и свойствах слова, в хозяйственной и художественной деятельности человека, в историческом процессе как ритмическом чередовании типов культур (средневековая и возрожденческая) и т.д.

В третьем параграфе «Истоки антиномизма П.А. Флоренского» раскрываются причины, повлиявшие на формирование антиномического мышления и личности русского философа-богослова.

Сам П.А. Флоренский усматривал исток философствования в конкретных фактах внутренней жизни личности, неоднократно говоря о двойственности своей натуры и о причинах, повлиявших на формирование своей личности.

Мы выделили внутренние и внешние причины, сказавшиеся на формировании антиномического строя личности и мышления Флоренского. К «внутренним» источникам мы отнесли, во-первых, антиномизм русской культуры — культуры, в которой сформировалась его личность. На своеобразие русской культуры определяющее влияние оказало православие, несущей осью которого является антиномизм апофатического и катафатического пути богопознания. Русскую культуру, цивилизацию, ментальность традиционно принято характеризовать как крайне антиномичную, бинарную, в отличие от западной тернарной. Во-вторых, особый стиль мышления и философствования Флоренского формируется благодаря сочетанию своеобразных обстоятельств его детства, воспитания, образования и родословной (двойственность природы; арелигиозность семьи и генетическая причастность к религиозному служению; естествено-научное и математическое, а затем философско-духовное образование и др.). В-третьих, согласно позиции энергийной сущности языка и концепции имяславия, которых придерживался сам Павел Флоренский, его имя «Павел» сыграло не последнюю роль в складывании характера русского философа.

«Внешней» причиной антиномизма Флоренского послужило влияние на него философии Канта. Павел Александрович противопоставляет себя И.Канту, критикуя в лице немецкого мыслителя все западноевропейское мировоззрение в целом, однако, сам во многом зависит от него. Собственное философствование он строил в сознательном отталкивании от традиций новоевропейского рационализма и, в частности, от немецкой философии, в чем существенно отличался от Н.О. Лосского и С.Л.Франка, которые критиковали Канта, но по своим устремлениям были близки к нему.

В своем понимании антиномий Флоренский отталкивается от кантовской интерпретации. Подобно тому, как Павел Александрович видит предпосылки кантовских антиномий в особенностях формирования мышления немецкого философа, источником антиномизма самого Флоренского также является его многогранная и противоречивая личность.

Полем «столкновения» двух философов является их отношение к закону тождества, который Флоренский резко критикует, полагая, что этот «греховный закон» обосновывает самотождественность человеческого Я и побуждает Канта строить свою философию на акте самоутверждения. Вся диалектика Флоренского строится на убеждении, что отказ от самоутверждения предполагает отказ от закона тождества. Разграничивая понятия рассудка и разума, Павел Александрович полагает, что закон тождества имеет силу только в отношении к рассудку.

Различие мнений Канта и Флоренского относительно соотношения категории разума и рассудка является основной причиной «разногласий» философов, оказавшей влияние на решение проблем антиномий. По Канту, разум — это высшая познавательная способность, доводящая до безусловной законченности синтез, начатый рассудком. По Флоренскому, разум включает в себя духовный элемент — веру, разум возможен только через истину, рассудок — это низшая ступень разумности, греховный разум, не способный познать Истину.

По-разному философами решается вопрос об истине. Если у Канта разум определяет истину, то Флоренский решает проблему соотношения разума и истины богословски: «истина определяет собою разум наш». Он упрекает Канта в отрицании им мистического разума и культа, подчеркивая, что положительное разрешение антиномий может быть только догматическим.

Поскольку менталитет личности в значительной степени определяется особенностями культуры, мы предполагаем, что одной из причин основных разногласий двух великих философов являются различия в ментальности, в частности, различия между русским православием и протестантизмом.

Во второй главе «Антиномизм Павла Флоренского и современные исследования в русле антиномизма» детально анализируются различные области антиномического в творчестве П.А. Флоренского и соотношение его идей с современными научными концепциями и реалиями. Она включает три параграфа.

Первый параграф «Антиномизм теодицеи П.А. Флоренского» посвящен рассмотрению проблемы антиномизма в работе «Столп и утверждение истины», центральной темой которой, является проблема истины. В истории философии предлагались различные методы познания истины. В русской религиозной философии основополагающей является идея о симфонии двух способов познания истины — религии и науки. Эта мысль является ключевой и у «русского Леонардо». Религиозно-теологическое понимание истины, как «сущего всеединого» для него приоритетно. В таком ракурсе истина неизбежно антиномична. Познание такой истины невозможно лишь посредством познания рассудочного, необходимо познание духовное.

Вся концепция антиномизма Павла Флоренского базируется на основной, главной антиномии бытия — антиномии «мира горнего» и «мира дольнего». Он проводит демаркационную линию между Истиной (с большой буквы) божественной, вековечной и истиной (с маленькой буквы) человеческой, частной, дробящейся и мятущейся. Рациональным (логическим, научным) путем достигается познание истин человеческих. Познание же Истины, по Флоренскому, предполагает духовный подвиг, акт веры. Для понимания Истины без веры, у человечества не хватает «знания условий достоверности». Таким условием для религиозного сознания является чувство истины.

Неотъемлемой частью познавательного процесса является вера, поэтому истина имеет гносеологический характер. Рассматриваемая как аспект триединой божественной сущности, истина выступает как вечная духовная ценность, то есть аксиологична. Истина, отождествляемая с переживанием личности, таким переживанием, которое есть переживание самого бытия, онтологична.

Достоянием личности Истина становится через акт суждения, которое может выступать либо в виде «самоочевидности интуиции», либо в виде дискурсии. Каждая в отдельности они не позволяют достичь истины. Поэтому постичь Истину возможно лишь сочетая интуитивное и дискурсивное мышление, т.е. Истина выступает как антиномия интуиция-дискурсия.

Флоренский приходит к выводу, что истина может существовать лишь как «актуальная бесконечность», «конечный синтез бесконечного». Истину как «актуальную бесконечность» представляет триединый Бог, соединяющий в себе ценности Истины, Добра и Красоты. Поскольку Истина и есть Бог, то она и «есть единая сущность о трех ипостасях»: Троица есть Истина.

Вера в христианстве неразделима с любовью. П.А. Флоренский утверждает: в любви и только в любви мыслимо действительное познание Истины. Явленная истина, — говорит он, — есть любовь, осуществленная любовь есть красота. Любовь моя ­— есть действие Бога во мне и меня в Боге, любовь — это та сила, благодаря которой устанавливается всеединство и придается смысл человеческой деятельности. В творчестве многих русских мыслителей любовь выступает как онтологическая категория, и имеет своими истоками Бога, Божественную Софию. Русские мыслители стремились к такому социальному и нравственному идеалу, в основе которого лежит любовь, соединяющая плоть и дух в одно целое, на пути человека к Богу.

Любовь в русской религиозной философии выступает как антиномичный принцип мышления, который вытекает из природы христианской Богочеловеческой любви: отказ от себя, чтобы стать собой — существенный пункт антиномии любви в преодолении эгоизма, самолюбия.

Антиномизм Истины есть отражение антиномизма Абсолютной реальности, которая предстает виде антиномий лишь в рациональном, дискурсивном восприятии. Человеческий разум, не озаренный верой, не способен познать полноту Истины, вследствие своей «расколотости». Но антиномичность, раздробленность мышления является необходимым признаком науки как деятельности рассудка. Для того чтобы истинно отразить явление реальной жизни (а не абстракцию «чистого разума»), любое определение, суждение, по Флоренскому, должно быть антиномичным. Эта идея суть принципа дополнительности Н.Бора, высказанная десятилетием позже. Для рассудка антиномичность является главным критерием истины, т.к. ни одна рассудочная формула не может вобрать в себя всю полноту жизни, значит, таит в себе и самоотрицание

Истина антиномична и по своей природе, т.к. ее познание требует духовной жизни, опирающейся на подвиг рассудка — веру, которая для рассудка является актом самоотрешения. Начать подвиг веры рассудок побуждает только антиномичное суждение.

Центральной гносеологической идеей П.А. Флоренского выступает единство и тождество противоположностей (сoincidencia oppositorum), антиномическое всеединство бытия.

Антиномия у Флоренского не является неразрешимым противоречием к чему приходит И.Кант в результате попытки разрешить его логически. Это такое противоречие, которое становятся тождеством в «иных координатах», при прорыве в религиозную мистику, осуществив подвиг веры.

Во втором параграфе «Антиномизм антроподицеи П.А. Флоренского» рассмотрена другая часть учения П.А. Флоренского — антроподицея — оправдание человека перед Богом. Теодицею и антроподицею путь «долу» и путь «горе» философ рассматривал как две неразделимые, равно необходимые антиномические составляющие религиозной жизни. Необходимость эта следует из двуединой природы человека: и, которые ведут человека к двум правдам: правде смысла и правде бытия. Первое оправдание обретается теоретически, через теодицею, втрое же — практически, через антроподицею. Оба пути ведут к одной, важной цели — к культу.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»