WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Особенностью критической работы в Сибири начала ХХ в. было то, что критиками, в основном, являлись сами же сибирские писатели. Они представляли читателю свой взгляд на произведения друг друга, а также стремились формировать читательский интерес к творчеству сибирских авторов, по разным причинам выбывшим из литературного процесса Сибири.

Критический отдел журнала «Сибирские огни» в первой половине 20-х гг. был представлен более принципиальными публикациями, чем во второй половине. С 1923 г. редактором журнала становится В.Зазубрин, писатель, вся деятельность которого была направлена на развитие сибирской литературы.

Нужно отметить, что уже в начале 20-х гг. развитие литературной жизни в Сибири пошло по иному. Писатели были ориентированы на построение литературы «нового типа». Работа, направленная на создание единой пролетарской литературы конечно же не содействовала развитию сибирского литературного регионализма.

Вопрос о новом читателе и новом писателе начинает обсуждаться на страницах журнала «Сибирские огни» с самого его возникновения. В первой половине 20-х гг. работа по воспитанию нового читателя не велась планомерно. Средством обучения и воспитания и молодых писателей, и читателей были лишь сами рецензии, критические статьи, а также непосредственно художественные произведения, опубликованные на страницах журнала. Критики старались показать читателю сильные и слабые стороны творчества того или иного автора.

Показателем того, что редакция первоначально стремилась развивать сибирскую литературную традицию, является размещение в первых номерах журнала литературных статей о творчестве А.Новоселова, А.Жилякова, С.Исакова – ярких представителей сибирской литературы начала ХХ века. Знакомство читателей с материалами жизни и творчества людей, чьи имена были связаны с формированием литературного процесса в Сибири, свидетельствует о попытке редакции сохранить преемственность в его развитии.

Трансформация путей регионального развития связана также с утратой определенных, значимых для литературного процесса Сибири, имен, нарушением преемственности. С.Рыженков, называя условия, благоприятствующие развитию регионализма, говорит и о факторах, приводящих к нарушению «сценария» развития. Один из таких факторов – уход «агентов» из литературного поля. В. Зазубрин в своих статьях и выступлениях называет ряд поэтов и писателей, уехавших из Сибири в первой половине 20-х гг.: В.Иванов, Л. Сейфуллина, В.Правдухин, А.Караваева, И. Уткин, М.Скуратов, В. Заводчиков, Дж. Алтаузен и др.

Из писателей-сибиряков, имеющих творческий опыт и свое видение сибирской литературы, в постреволюционной Сибири остаются немногие. Из литературного процесса Сибири выпадают имена тех писателей, чье творчество способствовало формированию определенных традиций в сибирской литературе. А. Жиляков, С.Исаев, А.Новоселов погибают, эмигрирует Г.Гребенщиков, не приняв революцию, а В.Бахметьев, о котором критика 20-х гг. отзывается как об опытном сибирском писателе, ставя его в один ряд с А.Новоселовым, после революции покидает Сибирь, поэтому лишь немногие его произведения о гражданской войне были напрямую связаны с Сибирью.

Не менее важным моментом являлось и то, что связи сибирских авторов со столичной средой были подорваны. Сибирских писателей, стремившихся представить российскому читателю «внутренний» взгляд на быт и жизнь своего региона, не очень охотно публикуют в столице. Этим положение сибирских авторов коренным образом отличалось от писателей 10-х гг..

Перечисленные факторы способствовали тому, что традиция сибирской прозы, столь ярко проявившая себя в первом десятилетии ХХ в., в 20-е гг. стала постепенно ослабевать, что определило и судьбу литературного процесса, особенно в связи с таким понятием как «регионализм», который в 20-е гг. имел особую природу.

В разделе 1.3 «Особенности сибирской прозы первой половины 20-х годов» внимание акцентируется на особенностях произведений сибирских писателей, изданных в указанный временной период.

Для этого времени характерно не только различие подходов писателей к жизненным проблемам, к герою, времени, но и стилевое многообразие произведений. В отечественной литературе 20-х гг. и, соответственно, в литературе Сибири, наблюдался синтез реализма и модернизма.

Характерно, что синтез элементов различных эстетических систем встречается чаще всего в произведениях писателей, пришедших в литературу в начале 20-х гг., не имевших до этого творческого опыта и считавших себя создателями литературы нового типа (В.Зазубрин, Л.Сейфуллина).

В 20-е гг. «давление материала (только что завершившейся революции и гражданской войны) было столь сильным, что он стал организующим, формирующим литературным фактором: стали писать о только что происшедшем, очевидцами и участниками которого являлись сами пишущие».

Поскольку малые повествовательные жанры (рассказ, очерк) имеют способность чутко реагировать на проявления быстро текущего времени, то именно они становятся основными жанрами литературы двадцатых годов, в том числе и сибирской. Произведения сибиряков начала 20-х гг. в большинстве своем являются в жанровом отношении рассказами, реже повестями, еще реже романами.

Из этого следует, что в силу определенных исторических событий, в силу «давления материала» появляются тенденции к стиранию «хронологической особости» сибирской литературы, на которую, как на одну из важнейших черт, указывает Анисимов, анализируя литературу Сибири ХIХ в.

Большинство произведений, написанных в первой половине 20-х гг. сибиряками, бытописательны. Это относится как к работам, касающимся тем революции и гражданской войны, раскрытым на сибирском материале, так и к произведениям, в которых изображается быт старой, дореволюционной Сибири. Произведений, рисующих прошлое Сибири, выходит достаточно много в рассматриваемый период. Это рассказы Ф.Березовского «Варвара» и «Бабий заговор», имеющие подзаголовок: «Из рассказов бабушки о старой Сибири», М.Плотникова «Городок», С.Шилова «Мишкина соль», рассказы В.Шишкова «Алые сугробы», «Отец Макарий», его повесть «Тайга» во втором издании, повесть А. Караваевой «Золотой клюв». Несколько особняком стоят произведения М.Кравкова, их можно назвать вневременными, поскольку события современности в них не являются главными, а предстают лишь в качестве фона.

Повести и рассказы, публикуемые в первой половине 20-х гг., так или иначе, касаются тем революции и гражданской войны. Но даже в них чаще всего преобладает бытописательство. Действенно-событийный сюжет, характерный для писателей центра (Д.Фурманов «Красный десант», А.Малышкин «Падение Даира, В. Иванов «Бронепоезд 14-69»), в сибирской литературе крайне редок. Это объясняется опорой на устойчивость взглядов пишущих, которые предполагали правдиво, достоверно и естественно отображать происходящее, важно было не событийное разрешение конфликта, а социально-психологический анализ противоречий, происходящих в сибирской деревне.

Ф.Березовским в рассказах «Варвара» и «Бабий заговор» для повествования выбран спокойный эпический тон. Эти рассказы даны в форме бывальщины. Описание сибирской природы в его произведениях органично вплетается в канву происходящих событий. Рассказы излагаются от лица человека, живущего в Сибири, который показывает необычность характера сибирской женщины, живущей по своим внутренним законам.

Л.Сейфуллина в повести «Перегной» показывает классовое размежевание в сибирской деревне, анализирует внутреннюю жизнь представителей разных ее типов через ее внешние проявления – лирические отступления, размышления крестьян, массовые сцены, пейзаж, «схватывает» тип сибирского мужика - то звериное, темное, живущее где-то в глубине души таежных людей в повествовании вырывается наружу.

М. Кравков пытается донести до читателя красоту сибирской природы. Его герои живут в тесной с нею связи, Природа выступает в рассказах не как фон, а как средство, с помощью которого автор показывает силу характера людей. Направленность творчества М.Кравкова на описание сибирского быта, тайги, особого характера сибиряка позволяет говорить о писателе как о продолжателе сибирской литературной традиции. Остро звучит вопрос о человеке в произведениях К.Урманова. Он часто использует мотив ухода, разрыва с домом, семьей, средой. В произведениях первой половины 20-х гг. К.Урманов показывает читателю внутренний мир своих героев – крестьян, оказавшихся вовлеченными в события исторического масштаба.

Большое количество произведений, вышедших в это время, посвящено инонациональной теме. Писатели изображают представителей коренных народов Сибири наивными детьми природы, отмечая их ценные человеческие качества: честность, искренность, доверчивость, доброту, стремление прийти на помощь, которым следовало бы поучиться русским. Зачастую в произведениях И. Гольдберга, Г.Пушкарева, А. Сорокина тунгус, алтаец, гиляк обманут русским человеком. И.Гольдберг также изображает тунгусов простодушными, наивными, честными детьми природы.

Таким образом, сибирские писатели первой половины 20-х гг. продолжали работать над сибирским материалом. В произведениях многих авторов этого периода художественно преломилась жизнь сибиряков в дореволюционный и послереволюционный период. В творчестве многих писателей отразились специфические черты сибирской литературы – особый сибирский пейзаж, особые люди, описание жизни и быта малых народов Сибири, изображение революции и гражданской войны не через действенно-событийный сюжет, а, преимущественно, через бытописательство, позволяющее проследить изменения, происходившие во внутреннем мире сибиряков.

Несмотря на то, что в это время происходит уже процесс трансформации традиции сибирской прозы, многими писателями это еще не осознается. Центр называет сибирскую литературу этого времени крестьянской, попутнической.

Во второй главе «Своеобразие литературного процесса в Сибири во второй половине 20 начале 30-х гг. ХХ в.» в разделе 2.1 «Процесс объединения литературных сил Сибири» рассматриваются вопросы создания в Сибири во 2-ой пол 20-х гг. литературной организации, которая уже изначально не была абсолютно свободна от политики центра, несмотря на заявления ее организаторов о независимости.

На I Съезде Сибирских писателей, который проходил с 21 по 24 марта 1926 г., много внимания было уделено проблемам дальнейшего развития сибирской литературы. Важным явилось закрепление в платформе образовавшегося союза писателей того, что он должен, в первую очередь, обратить свое внимание на обработку местного сибирского материала, разработку сибирских тем, изображение жизни туземных народностей Сибири (термин писателей 20-х гг.).

В связи с одним из положений Постановления ЦК ВКП «О политике партии в области художественной литературы», вышедшего 18.06.1925г., новая сибирская словесность должна была развиваться как «рабочая», а не как «крестьянская» и это отразилось на платформе Сибирского союза писателей.

Таким образом, если сибирская литература еще рассматривалась как литература особая, то только при условии, что она не должна была противопоставляться литературе центра по политическим критериям. Несмотря на то, что писательская организация была признана независимой, и в ее составе было больше беспартийных, чем коммунистов, она все же признавала себя подчиненной партийному руководству и соглашалась с тем, что партийная цензура нужна.

Итогом съезда явилось создание Сибирского союза писателей, ставившего одной из своих целей «объединение писателей в сибирском масштабе, на основе широкой общности их литературных и материальных интересов».

Участники сибирского литературного процесса, организованные в единый союз, были полны стремлений содействовать развитию локальной словесности. В принятой программе Союза была заложена именно такая стратегия этого развития. Вновь созданная писательская организация давала возможность собрать, организовать и направить работу сибирского писателя.

Для создания особой сибирской словесности ко второй половине 20-х гг. ХХ в. имелись и свои предпосылки. Но одновременно с предпосылками развития, более четко обозначились известные тенденции, связанные с попыткой обезличивания литературы. Поэтому, та программа развития сибирской литературы, которая была утверждена на Первом сибирском съезде писателей, во второй половине 20-х гг. уже не могла быть выполнена.

В разделе 2.2 «Особенности историко-литературного процесса Сибири во второй половине 20-х гг.» дается характеристика прозы указанного периода, определяется особенность ее критического осмысления, а также исследуется освоение литературного процесса Сибири литературоведами.

В конце 20-х гг. продолжается отток видных сибирских литераторов. В 1928 г. умирает А.Сорокин, вынужден покинуть Сибирь В.Зазубрин. Г.Пушкарев, М. Кравков и М.Никитин «уходят» в очерк и литературу для детей, хотя именно эти писатели, с точки зрения В.Зазубрина, были способны продолжить развитие традиции в сибирской прозе.

Кроме того, во второй половине 20-х гг. практически перестают публиковаться произведения К.Урманова, это, вероятно, было связано с тем, что писатель не торопился расстаться с разрабатываемой темой – изображением гражданской войны в Сибири. Возможно и еще одно объяснение. Изображая людей, прошедших революцию и войну и вернувшихся в свои деревни, писатель раскрывал в них не только героическое начало, но одновременно показывал и их слабости, стремился постичь глубинный смысл этих вещей и явлений, но именно это становилось ненужным в литературе второй половины 20-х гг., поскольку центральным в произведении задуман был идеальный человек, социалистический строитель, на которого должны были равняться читатели, человек без слабостей. И произведения Урманова не вписывались в контекст пролетарской литературы.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»