WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

Сам термин эмоция достаточно обширен и функционален; эмоция раздражения, которой мы посвящаем своё внимание, входит в систему человеческих эмоциональных проявлений под общим названием недовольство. Но данное понятие является достаточно расплывчатым и требующим конкретизации. Существующие градации группы-ряда эмоциональных состояний и отношений, известных как отрицательные являются далеко не исчерпывающими. Например, в одном случае – это недовольство – раздражение – возмущение – гнев – ярость; в другом: недовольство – раздражение – гнев – злоба – возмущение – ярость – ненависть – угроза – негодование. Но, во-первых, в языке существует намного больше дескрипторов эмоциональных проявлений, которые хоть и являются синонимами заявленным, выпадают из поля зрения исследователя. Во-вторых, не учитываются видово-родовые отношения между дескрипторами. В-третьих, видовые модальные слова-синонимы чаще всего имеют различные оттенки значений, что вносит дополнительную терминологическую путаницу. В данной ситуации очень удобным нам видится разработанное Б. И. Додоновым описание эмоции с точки зрения компонентов (Додонов Б. И., 1987: 17). Основным компонентом эмоции автор считает «специфическую тональность», которая отличает, например, отвращение от обиды. Другие неспецифические компоненты – степень напряжённости и возбуждения – описывают эмоцию одной определённой тональности, но разной интенсивности.

Изучение эмоциональной сферы человеческой психики неотрывно связано с исследованиями в области лингвистики. По мнению К. Изарда (2003: 208), в человеке всё движимо эмоциями, которые составляют мотивационную сферу его деятельности, следовательно, любая речь несёт в себе отражение испытываемых эмоций на всех планах выражения. Любое высказывание всегда представляет собой синтез интеллектуального и эмоционального аспектов в плане передачи общего содержания. Эмоциям в процессе восприятия и понимания информации принадлежит стимулирующая роль, так как они, опережая сознание, служат дополнительными раздражителями коры и подкорки, ускоряя, таким образом, весь процесс осознания.

Экспликация эмоций в речи носит комплексный характер и реализуется целым набором средств: специальной лексикой, синтаксисом, стилистикой, просодией, кинесикой, фонацией. С точки зрения словесного воплощения, эмоция может быть выражена непосредственно – с помощью эмоционально-окрашенной лексики – или опосредованно, через её номинацию. В первом случае лексические единицы выполняют ситуативно-зависимую экспрессивную функцию, во втором – номинативную. Для описания эмоций с точки зрения их номинации мы используем «термины эмоций», или дескриптивные слова, не имеющие эмотивно-квалификативной структуры, накладывающейся на денотативный компонент.

Сложность в решении задачи корреляции эмоции и её лексико-семантической номинации заключается в том, чтобы установить адекватность языковых средств выражения особенностям данного эмоционально-волевого проявления с целью дальнейшего использования дескрипторов для описания модальной семантики речевой просодии.

Экспериментальное ранжирование дескрипторов поля недовольства проходило с учётом семантических различий, а также было проведено выявление их видово-родовых отношений и формирование родовых гнёзд. С другой стороны, в дополнение к дефиниционному анализу, основанному на словарных статьях, было проведено исследование этих же лексических единиц с опорой на опыт работы с информантами и нашу методику обработки результатов.

В русском языке из 54 дескрипторов появлений недовольства только 7 используются для описания модальности раздражения: докучливо, с досадой, навязчиво, надоедливо, приставуче, раздражённо. В английском языке из 69 модальных слов раздражению посвящены 14: annoyed, bothered, chafed, with chagrin, disappointed, exasperated, irked, irritated, nettled, plagued, provoked, riled, teased, tried.

Поле значений каждого из перечисленных дескрипторов имеет семантику «недовольство, злость, досада, потеря терпения». Мы исключили из модально-семантического поля «раздражение» оттенок значения гнева. Безусловно, связь эмоций раздражения и гнева очевидна, тем не менее, гнев, ярость резко отличаются от других проявлений недовольства по ряду параметров. Во-первых, данные эмоции являются неконтролируемыми и всегда сопровождаются аффективной экспрессией (например, эмоция враждебности, даже высокой интенсивности, – это аффективно-когнитивный процесс). Во-вторых, переживание гнева характеризуется высоким уровнем напряжения, импульсивности и часто является одним из компонентов агрессивной мотивации. Ярость, гнев, как никакая другая эмоция, имеют явное и яркое физиологическое выражение, например, усиленная иннервация произвольных мускулов. В-третьих, данные эмоции находят выражение не столько в звучащей просодии, сколько в действиях.

Анализ словарных статей позволил разделить проявления раздражения на три степени интенсивности (напряжённости) – слабую, среднюю и сильную – поэтому адекватные метаязыковые средства требуются для обозначения каждой из этих степеней.

Для наиболее полного и детального описания слов-дескрипторов эмоций поля недовольства мы опросили 50 информантов-русских и 10 американцев с целью установления, насколько ранжирование терминов эмоций на основе словарных статей совпадает с восприятием значений дескрипторов носителями языка и выработать усреднённую схему видовых синонимов родовых коннотаций недовольства вообще и раздражения в частности. Информантам (носителям стандарта русского и американского английского языков с разной степенью филологической подготовки) было предложено сгруппировать предъявленные списком дескрипторы в родовые поля «раздражение», «горе, страдание», «обида», «отвращение», «злость, гнев», «презрение» и «упрёк» по признаку общей семантики. Таким образом, в русском языке к полю раздражение со 100% частотностью относили дескрипторы раздосадованно, раздражённо; с частотностью 72% – злобно, 54% – гневно, 50% – с негодованием. В английском языке к группе раздражение были отнесены следующие модальные слава: annoyed, irritated со 100% частотностью; chafed – в 96% случаев, irked – в 60% случаев, angrily – 54%.

То есть, в обоих языках в родовом поле значений «раздражение» существует только несколько видовых понятий, определяемых информантами безошибочно, причём один из дескрипторов является синонимом слова-названия группы.

Исходя из результатов экспериментов, можно сделать следующие выводы:

  1. Все лексико-семантические поля общей модальной окраски недовольство являются взаимопроникаемыми, хотя каждая родовая группа имеет более или менее стабильное ядро, состоящее из нескольких дескрипторов, которые идентифицируются с группой безошибочно.
  2. Некоторые родовые гнёзда тяготеют друг к другу (по процентному соотношению совпадений) более чем к другим и образуют так называемые «сверхродовые» гнёзда. Например, к союзу такого рода можно отнести поля раздражение и злость, гнев с различной степенью проницаемости (72% и 54% в русском и английском языках соответственно).
  3. Несмотря на то, что в английском языке каждое семантическое поле может быть описано большим количеством видовых понятий, чем в русском, число так называемых «собственно дескрипторов» (стопроцентно опознанных информантами) в обоих случаях не превышает трёх.
  4. Модальность раздражения для представителей разных культур, русских и американцев, связана с модальностью злости, что лишний раз доказывает универсальность эмоционально-волевых проявлений вообще. Очевидно, данные эмоции должны рассматриваться в комплексе и сравниваться.
  5. Для описания просодии раздражения, исходя из степени распознаваемости дескрипторов, нами будут использоваться следующие слова:
  • в русском языке – раздражённо с маркером степени слабо; раздражённо, с досадой и раздражённо с маркером степени сильно, с негодованием для трёх степеней напряжённости эмоции соответственно.
  • в английском языке – slightly irritated, bothered; irritated, annoyed; и very much irritated, exasperated для трёх степеней напряжённости эмоции соответственно.

В просодии, по мнению Д. Кристала (Crystal D., 1969: 73), экспликация группы экспрессивных значений предполагает использование выразительных средств всей языковой системы, но при передаче довольно сильных эмоций вокальные средства начинают преобладать над вербальными. Просодия рассматривается им как «психоакустическая реакция».

Интонационные средства выражения эмоций составляют в языке автономную подсистему, элементы которой являются нормативными и конвенциональными и не могут быть сведены к идиолекту или индивидуальным речевым жестам. Различным модально-эмоциональным коннотациям в разных языках свойственно специфическое интонационное оформление. Просодические особенности выражения эмоций соотносимы с кодифицированными в определённом лингвокультурном социуме просодическими единицами, составляющими часть его языковой системы. Знание общей стратегии в процессе коммуникации способствует успешному определению аудиторами модальных коннотаций. Только благодаря наличию психологической антропофонической общности, существованию в конкретном языке общезначимых интонем и интуитивному знанию их набора возможно взаимопонимание говорящих, адекватное восприятие интонационных коннотаций. Вполне вероятно, что, несмотря на универсальный характер речевой просодии, похожие мелодические рисунки в разных языках ассоциируются с разными значениями и наоборот, одна и та же эмоция реализуется в речь разными просодическими средствами.

Изучение особенностей маркированной интонации базируется на выделении в эмоционально-окрашенном речевом сигнале акустических параметров, несущих информацию о данном эмоциональном состоянии и определении значимости каждого из этих параметров путём акустического и спектрального анализов. Однако, исходя из результатов анализа ряда педагогически ориентированных трудов английских, американских и русских фонетистов, мы пришли к выводу, что при описании признаковых параметров интонации, характерных для выражения какой-либо модальности, авторы отдают предпочтение воспринимаемым свойствам просодии. Реже упоминаются высотнотональный уровень произнесения фразы и долгота звучания сегментов; ещё реже – уровень интенсивности и скорость частотных изменений. Более того, используя тот или иной дескриптор эмоционального состояния, авторы часто не конкретизируют его: например, фраза звучит зло/раздраженно/обиженно, но насколько Нашей задачей стала описать просодическую реализацию раздражения с одной стороны, с точки зрения ряда признаковых параметров, с другой, учитывая степень интенсивности выражаемой эмоции.

Во второй главе представлена методика экспериментально-фонетического исследования, проходившего в несколько этапов.

Формирование экспериментального материала проходило по ряду принципов. Интонационную маркированность высказывания тем труднее соотнести с его смыслом, чем сложнее структура анализируемого фрагмента речи. Поэтому мы по возможности исключили влияние всех факторов, кроме исследуемого, тем самым, обеспечив в ходе эксперимента определение параметров предельно изолированной модели. В результате дикторам для произнесения были представлены фразы типа:

В русском языке:

  1. Петя остался в офисе.
  2. Катя сдает философию.
  3. Петя пошел на почту.
  4. Петя крепко спит.
  5. Петя с Катей пошли пешком.

В английском языке:

  1. Pete stayed in the office.
  2. Kate is taking philosophy.
  3. Pete went to the post office.
  4. Pete is fast asleep.
  5. Pete and Kate went on foot.

Для эксперимента было отобрано десять дикторов – непрофессионалов – носителей орфоэпической языковой нормы: пять русских и пять американцев, говорящих на так называемом американском варианте английского языка American English, а точнее, его национальном литературном варианте General American.

При выборе условий записи экспериментального материала мы отдаем предпочтение квазиспонтанной речи.

Исходя из идеи неоднородности эмоции раздражения и необходимости сравнения маркированных вариантов с нейтральной немаркированной реализацией, дикторам была дана установка произнести предложенные фразы «нейтрально, неэмоционально», «слабо раздражённо, с досадой», «раздражённо», и «сильно раздражённо, с негодованием» (для англоязычных информантов установка была идентичной с использованием описанных выше дескрипторов). Также отдельно были записаны фразы с установкой «зло, сердито» для того, чтобы в дальнейшем чётко очертить особенности выражения собственно раздражения и определить степень зависимости этой эмоций от проявлений злости.

Общее количество реализаций в двух языках составило более 600 фраз. Поскольку многие реализации характеризовались практически абсолютной просодической однотипностью, мы произвели отбор репрезентативных структур для дальнейшего аудиторского и электроакустического анализа: 250 звучащих фраз.

Анализ воспринимаемых свойств просодии проводился пятью фонетистами, имеющими опыт аудирования русской и английской речи и осуществлялся в терминах единого методического подхода и инвентаря просодических признаковых параметров.

На основе результатов аудитивного анализа было установлено общее представление о плане выражения эмоции недовольства раздражения и степени отличия её от эмоции злости в русском и английском языках, что позволило сформировать корпус экспериментального материала, который был подвергнут электроакустическому анализу с помощью компьютерной программы Win CECIL for Windows v 2.2. Первичная расшифровка акустических показателей просодии была осуществлена по общепринятой методике обработки интонограмм (см. Блохина Л. П., Потапова Р.К., 1982).

Исследование просодии с модальностью раздражение предполагало изучение таких общефразовых характеристик, как частотные регистр и диапазон, высотнотональный уровень начала и завершения, высотнотональное положение максимума и минимума, объём максимального повышения/понижения тона с установлением их общей локализации. Динамические характеристики изучались по таким признакам, как среднеслоговая интенсивность, объём динамического максимума и его локализация, интенсивность ядерного, предъядерного и заядерного слогоносителей. Анализ темпоральных характеристик предусматривал изучение среднезвуковой и слоговой длительности во фразе, длительности ударных и безударных слогоносителей, соотношение среднезвуковой и слоговой длительности ядерного и предъядерного, ядерного и заядерного слогов.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»