WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Общепринятый стиль научного письма возник в англоязычной культуре в результате согласования потребностей и стимулов. Функции средств хеджирования здесь не сводятся к тому, чтобы избежать нарушения речевого этикета. Важно также избежать актов, которые представляют угрозу в смысле «потери» собственного лица (Салагер-Мейер 1994). Разные разделы лингвистических текстов конвенциализируются и хеджируются в разной степени. Соответственно, неравномерно распределяются между разными частями англоязычных лингвистических текстов частотность и типология средств выражения некатегоричности. Типичное Введение в англоязычный лингвистический текст содержит ряд формулировок. В этой части текста выдвигаются идеи, формулируется гипотеза и выражается точка зрения автора, выносящего на обсуждение определенные вопросы. Здесь, как правило, хотя и не обязательно выделяется то, что наименее известно, наиболее трудно для восприятия и проблематично. Некоторые авторы выражают свое отношение к предыдущим исследованиям той же проблемы и высказываются о возможности иных решений в некатегоричной форме (как правило, с помощью модальных глаголов и глаголов to bеlieve, to seem, to suggest): “Firstly, we may hypothesize that presenting elements of the L 2 as motivated can help learners reach a deeper understanding of these elements…. (Cognitive Linguistics)”; “Having students categorize figuratively used words or expressions … is believed to facilitate retention…” (Cognitive Linguistics).

В англоязычных лингвистических текстах во Введении также часто формулируется не чья-либо точка зрения, а тезис, который затем обсуждается. При этом некоторые современные англоязычные авторы используют и вопросительные некатегоричные высказывания.

Уместное использование некатегоричных высказываний позволяет не только связывать между собой отдельные разделы англоязычного лингвистического текста. Они являются также средством диалогизации общения с воображаемым читателем, например:

“A fundamental design feature of language is that it has two subsystems which can be designated as the grammatical and lexical (as these are characterized below). Why is there this bifurcation when, in principle, a language could be conceived having only a single system, the lexical” (Talmy);

“So this is the first time you visit the field of Cognitive Linguistics, no You may need a guide then” (Geeraerts).

В этом разделе в некоторых текстах можно обнаружить ряд примеров с двойным выражением некатегоричности:

“It appears that in the process of standardizing word combinations, the phonological properties of one word may determine the choice of another” (Boers, Lindstromberg).

Как средства субъективной модальности, так и средства диалогизации позволяют сократить дистанцию между автором и читателем и избежать излишнего давления своего авторитета. В разделе Методы, т.е. в наименее дискурсивной и, как правило, не комментируемой части академического текста некатегоричные высказывания практически не используются. Здесь преобладают категоричные фактофиксирующие утвердительные высказывания.

Те вопросы, которые были поставлены в разделе Введение, дискутируются в разделе Обсуждение. Переход от объективного изложения (от Методов) к изложению собственной точки зрения происходит по принципу дискуссии и манифестируется более частым использованием некатегоричных высказываний. Этот раздел – наиболее дискурсивный. Он содержит не только рассуждения автора, но и цитаты и ссылки на работы других ученых. Иногда здесь также предлагаются новые способы интерпретации результатов, противоречащие общепринятым, но некатегоричные высказывания здесь встречаются не так часто. Однако, если на этом этапе авторы испытывают потребность в том, чтобы защитить себя от контраргументов или других способов «нападения», если не вполне уверены в полученных результатах и стремятся уйти от резкой критики, то выражаются некатегорично (Crystal 2007).

Окончательный ответ на поставленные вопросы предполагается дать в разделе Результаты. Подразумевается, что представлявшееся вначале автору вероятным (возможным), в конце окажется истинным. Поэтому в разделе Результаты некатегоричных высказываний относительно немного. Но если они появляются, это может означать предложение использовать данную публикацию как предварение дальнейшей дискуссии. В разделе Заключение некатегоричные высказывания вполне употребительны. Используя их, автор учитывает тот факт, что безапелляционные выводы уязвимы для критики и могут быть даже оценены как «интеллектуально нечестные»: “So, it seems that activities that raise learner’s awareness of CM as well as activities that simply resuscitate the literal origin of figurative lexis can at least occasionally be beneficial for (aspects of) reading comprehension” (Cognitive Linguistics).

Итак, пробаблификация утверждений в англоязычных лингвистических текстах является одним из основных средств сообщения о результатах вероятностной оценки и прагматической поддержки сообщений о знании и позволяет более ярко проявиться личности автора. Однако некоторые исследователи утверждают, что редакторами отсутствие в англоязычном научном тексте хеджирования в качестве явления, заслуживающего внимание, не рассматривается.

Письменное научное общение на русском языке, как и на английском, предполагает более строгое, нежели устное, соблюдение определенных требований и следование установленным в данном регистре коммуникации стандартам и нормам общения. Однако в русской функциональной стилистике и лингвистике текста каких-либо систематических исследований или указаний на существование нормы отбора и использования некатегоричных высказываний в научном регистре коммуникации обнаружить не удалось. В сфере точных и естественных наук соответствующие правила четко эксплицированы. Что касается наук гуманитарного цикла, к которым относится лингвистика, то представляется, что здесь есть лишь неписаный канон. Там, где в точных и естественных науках царит закон, в гуманитарных науках преобладает канон и обычай. Лингвистический обычай в русскоязычном лингвистическом тексте чаще всего реализуется в форме явной или скрытой отсылки к той или иной традиции, к Имени, к Авторитету. Как отмечает Р.М. Фрумкина, действовать вне правил здесь решаются только дилетанты или безумцы (Фрумкина 2000).

Русскоязычную научную прозу можно разделить на три вида: а) прозу, которая передает (формулирует, выражает) различные идеи; б) прозу, которая сообщает (формулирует, констатирует, излагает) факты; в) прозу, которая выражает о них (идеях, фактах) критическое мнение (Е.И. Беляева 1984, Т.Г. Винокур 1980, О.К. Кудасова 1982, Н.М. Разинкина 1989). В функциональной стилистике отмечается, что в сфере научной прозы следует различать типовую ситуацию (ситуативную формулу) и входящие в ее состав более или менее устойчивые (регулярные, стереотипные) языковые явления. Среди этих явлений можно отметить то, что констатация фактов может осуществляться при помощи языковых средств, придающих ей различную степень категоричности: от весьма значительной до ослабленной. В случае ослабленной категоричности используются различные средства эпистемической модальности и парентезы с указанием авторства констатируемой точки зрения. Указывая, что авторство принадлежит другому лицу, автор высказывания полностью снимает с себя ответственность за утверждаемое: «По соображениям Ю.М. Лотмана, не осталась в стороне от влияния французского языка даже сакрально-религиозная сфера жизни православного русского дворянства» (Яз. Культура…); “The relevant shift, Croft argues, is not necessarily one within a single domain, but it may be a shift within a domain matrix” (Cоgnitive Linguistics).

Приведенные примеры на обоих языках подтверждают, что задача констатации и оценки известных идей и фактов не препятствует выполнению сверхзадачи автора: разработки и изложения собственных научных достижений.

В русскоязычных лингвистических текстах проявляется традиция, сложившаяся под влиянием работ классиков отечественного языкознания. В этом смысле культура российского лингвистического общения основана, среди прочего, на принципе преемственности. Начинающий ученый-лингвист исходит, как правило, из уже накопленных в науке результатов, которые принято излагать в начале текста. Кроме полученных его предшественниками результатов исследований, ему всегда предъявлен некоторый канон, предполагающий необходимость подтверждения легитимности как избранной проблемы, так и языковых средств и способов ее обсуждения.

В российской лингвистической литературе, как в любой другой научной дисциплине научная работа может начинаться (и нередко начинается) фразой, соотносящей интерес автора к обсуждаемой проблеме с его предшественниками. В этом случае текст сообщения строится по схеме «еще Х показал то-то, мы же намерены добавить к этому/уточнить/усомниться» и т.п. Большинство проанализированных современных статей по лингвистике, написанных русскоязычными авторами, практически не начинаются иначе; в каждой третьей проанализированной лингвистической статья на русском языке в разделе Введение используются некатегоричные высказывания. Они могут уменьшить риск возможного возражения и минимизировать «угрозу для лица», которая скрывается за каждым актом коммуникации. В основной части работы некатегоричность, выражаемая с помощью разнообразных модальных средств, дает автору возможность избежать личной ответственности за свои заявления. В таком понимании использование некатегоричных высказываний в русском лингвистическом тексте можно понимать не только как следование речевой норме, но как осознанное уклонение от точности и определенности утверждений и другие речевые действия, вызванные неоднозначными целями. Так, иногда некатегоричные утверждения используются для того, чтобы сигнализировать о дистанции между автором и другими возможными участниками дискурса: «Выделенные постулаты являются, на наш взгляд, вытекающими из следующего утверждения Р.И. Павилениса, с которыми мы полностью согласны» (Кубрякова).

Такого рода высказывания можно рассматривать также как средство, позволяющее при изложении результатов исследования более точно выражать мысль. Это относится, главным образом, к тем авторам, которые имеют прочный авторитет в научном мире. Приведем пример подобного некатегоричного высказывания Е.В. Падучевой: «Итак, участнику с данной ролью в предложении обычно соответствует выражающий его синтаксический актант».

В данном случае некатегоричность подразумевает обозначение истинного положения вещей в плане глубины понимания предмета, о чем свидетельствует продолжение: «Обычно, но не всегда: подчиненный глаголу член предложения, выражающий участника с данной ролью, может быть по разным причинам принципиально невозможен».

В русскоязычных лингвистических текстах, как и в англоязычных, можно обнаружить ряд примеров с двойным выражением некатегоричности:

«Можно объявить, что в какой-то связи между двумя значениями данного слова соответствует семантический переход…» (Падучева).

Автор в данном случае заявляет научному сообществу о своей находке и одновременно пытается убедить в ее релевантности (значимости). Но при этом она не убеждена в том, что это ее заявление – истина в последней инстанции.

Релевантность использования некатегоричных высказываний особо проявляется на этапе перехода от «предзнания» к артикулированной постановке проблемы и к изложению полученного знания. Из этого вытекает ряд важных последствий для той формулы повествования-рассуждения, которая принята в англоязычных и русскоязычных статьях, монографиях и научных докладах по лингвистике для более точной репрезентации состояния обсуждаемого знания.

Некатегоричные высказывания в русском лингвистическом тексте, как и в английском, иногда используют для того, чтобы убедить читателей в том, что данная проблема действительно нуждается в дальнейшей разработке. Тем самым они «создают для себя нишу» (Swales 1971). Однако выражение недостаточной уверенности не обязательно свидетельствует о нетвердой позиции автора или неопределенности его отношения к предмету речи. Если взять высказывание «Можно считать, как это некогда предположил Д. Уорт, что в отглагольном имени мы нередко имеем дело с его принципиальной многозначностью или или ‘амбигуозностью’ деривата» (Кубрякова), то именно некатегоричность позволяет говорящему вежливо и дипломатично заявить о несогласии с собеседником.

В русских лингвистических текстах, как и в английских, некатегоричные высказывания наиболее часто используются в ходе дискуссий. В ряде случаев авторы лингвистических текстов на обоих языках намеренно желают уменьшить категоричность своих утверждений просто потому, что выразиться категорично не позволяют имеющиеся в их распоряжении экспериментальные данные. В таких случаях ученые сообщают «все, как есть» – не больше и не меньше, т.е. они не преувеличивают того, о чем говорят результаты исследований: «Мы бы воздержались от того, чтобы относить автономное ‘лучше’ к категории сентенциальных наречий…» (Арутюнова). В данном случае автор желает сообщить своим слушателям/читателям именно о том, что испытывает некоторые сомнения. Такое речевое поведение следует рассматривать не как защитную тактику, а скорее как ресурс, позволяющий точнее отобразить статус обсуждаемой единицы языка.

Излишняя категоричность может поставить ученых, как они полагают, в неловкое положение, если вдруг возникнет противоречие между новыми и уже существующими данными или обнаружатся опровергающие данную точку зрения свидетельства. Конструкция (можно полагать, что + пропозиция) позволяет ученому высказаться очень точно в плане того, насколько он уверен (или не уверен) в истинности той пропозитивной информации, которую он сообщил. Но иногда автору не хватает информации для точного и конкретного выражения. В таком случае автор прибегает к некатегоричности как к средству, позволяющему заполнить смысловую лакуну. Заполнение смысловых лакун может происходить посредством таких модальных фраз, как представляется возможным утверждать; могло бы показаться, что; нет достаточных оснований, чтобы утверждать или отвергнуть предположение о том, что. Выражение могло бы показаться в какой-то мере спорным, что… позволяет заявить о получении определенного, хотя и не окончательного результата своих исследований. Контраст, возникающий при соположении в конструкции развернутого конституента, заполняющего смысловую лакуну, и конституента, выражающего информационное содержание высказывания, позволяет заострить внимание не на информационной части высказывания, а на самой лакуне. Тем самым конструкции некатегоричных высказываний влияют на акцентирование и деакцентирование определенного смысла. Они снижают воздействующую силу высказывания.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»