WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |

Культурные влияния в косторезном производстве представлены и на орнаментально-декоративном уровне. К ним относятся: 1) особые изображения; 2) художественные образы; 3) детали декора. Некоторые категории предметного комплекса раннескифского времени (оленные камни) имеют «реплики» в предметах косторезного дела этой эпохи (Хуанцзячжай, Шансяньцзя) [Ковалев, 2001] воспроизведены основные композиции размещения фигур оленей на каменных изваяниях начала I тыс. до н. э. Такие параллели отдельных косторезных предметов с оленными камнями синхронны некоторым образцам раннескифской металлопластики из Ордоса [Богданов, 2002]. Для территории Южной Сибири скифского и хуннского времени характерны юго-западные («ближневосточные») и юго-восточные («китайские») влияния, отразившиеся в резных роговых изделиях. Особенности отражения фактуры полого рога, отдельные образы растений и животных, а также детали декора их туловищ присущи для «ближневосточных» влияний. В ближневосточном искусстве полый козлиный рог часто изображался расчлененным на отдельные звенья [Погребова, Раевский, 1992]. Они соответствовали естественному рельефу рогового чехла, воспроизведенному не полностью, а при помощи отдельных символов. Такой прием характерен для изображений рогов горных баранов из Берельского некрополя и рогатого хищника из Пазырыка. Растительная орнаментация не характерна для резных роговых изделий скифского времени Южной Сибири. Поэтому изображение цветка лотоса на роговых округлых бляхах из Второго Пазырыкского кургана [Руденко, 1948] привлекает особое внимание.

Редко встречающиеся образы некоторых животных – еще одна черта «ближневосточных влияний». По мнению В. А. Семенова, манера резьбы и декора на фрагменте роговой пряжки из Суглуг-Хема II (Тува) типична для местной скифо-сибирской художественной традиции. Однако сюжет – «терзание кошачьим хищником быка (а не оленя или козла) – выдает ахеменидское, переднеазиатское влияние» [Семенов, 2003]. Признаками ближневосточных влияний на скифо-сибирскую художественную традицию являются и некоторые рельефные декоративные элементы на изображениях животных. К ним относятся «скобки» с округлостями (Объездное-1 Пазырыкские курганы). Особое внимание следует обратить на образ грифослона (Объездное-1). Изображение этого образа в конском снаряжении ранних кочевников Южной Сибири могло быть связано со сложной системой культурных связей и военно-политическими событиями эпохи эллинизма. В этот период в военном деле Евразии начинают активно использоваться боевые слоны.

В хуннское время для резных роговых изделий Южной Сибири более характерна интеграция с «китайским» искусством, точнее, с его северо-западной периферией на территории Синьцзяна и Ордоса. Это влияние прослеживается на примере металлопластики с опосредованными признаками воздействия южносибирских резных роговых изделий. Влияние декора и образов резных изделий из Южной Сибири прослеживается в металлопластике Центрального Китая (Даодуньцзы в Шицзышане и у г. Сиань).

Однако нельзя говорить об одностороннем влиянии традиций южносибирского резного рога на восточные территории. На отдельных предметах от Забайкалья до Тувы можно проследить восточное воздействие. Например, воспроизведение шкуры тигра на роговом изделии из Барагая в виде «листовидных полос» встречается на многих металлических поясных пластинах из Северного Китая. Особое внимание следует обратить на резную роговую пластину из Аймырлыга (XXXI А). Губчатое вещество этого изделия было использовано для рельефной резьбы декора, очень похожего на китайскую резьбу по нефриту, роспись по дереву, вышивку по шелку. Следует подчеркнуть, что среди ханьских резных нефритовых изделий встречаются предметы, имитирующие роговой материал. Один из них – нефритовый ритон с изображением рогатого дракона из погребения Чжао-Мо. Влияние художественных роговых изделий южносибирского происхождения во второй половине I тыс. до н. э. на запад прослеживается до Иртыша (Коконовка) и Средней Азии.

Территориально образцы художественной резной кости этого времени размещены неравномерно: Обь-Иртышье – 3 %, Верхняя Обь – 10 %, Алтай – 54 %, Минусинская котловина – 9 %, Тува – 24 %. Такие особенности вряд ли случайны, поскольку для каждого из этих регионов характерно явное культурное своеобразие, включая в ряде случаев (Алтай, Минуса, Тува) яркое своеобразие скифо-сибирского звериного стиля. Более того, традиционно считается, что изделия художественной резной кости эпохи раннего железа чаще всего имеют местное происхождение. Все это позволяет поставить вопрос о выделении центров художественной косторезной обработки скифской эпохи на юге Западной Сибири. Методика реконструкции таких центров обработки и производства детально разработана на материалах древнего бронзолитейного дела [Черных, 1967, c. 295–301; Черных, Кузьминых, 1989, c. 214–216]. При всей структурно-организационной аморфности древнего косторезного производства и особенностях сырьевой базы этот опыт вполне приемлем для характеристики художественной резной кости скифской эпохи на юге Западной Сибири.

Центр производства – это определенная территория, характеризующаяся своей сырьевой базой, временем существования обработки, своеобразием изделий и их распространением. Для художественного косторезного производства следует добавить еще несколько специфических признаков: особенности использования различных видов природных материалов; особенности раскроя сырья и типов косторезных заготовок; своеобразие техники художественной резьбы; влияние обработки других материалов на художественную резьбу; своеобразие орнаментальной отделки изделий; особенности художественных образов и композиций; тонирование, прокраска или инкрустация резных изделий.

Опираясь на перечисленные признаки, можно выделить Верхнеобской, Обь-Иртышский, Алтайский, Минусинский и Тувинский центры художественной косторезной обработки скифской эпохи. В зависимости от местных естественных ресурсов у этих центров несколько различается сырьевая база. Например, в Туве в качестве основного материала использовался рог марала и лишь в единичных случаях обрабатывался клык кабана. В Минусинской котловине в основном изготавливали предметы из рога марала и лося. Алтай отличается значительным разнообразием используемых сырьевых ресурсов (рог марала, лося, таранная кость, чехол полого рога). На Верхней Оби сырьем для косторезного производства является рог марала, лося, изредка использовались трубчатая и метакарпальная кости. В Обь-Иртышье большинство изделий выполнено из рога лося.

Имеются определенные отличия и в использовании роговых заготовок. Длинные роговые отростки чаще всего применялись на Алтае и Верхней Оби. В Туве и Обь-Иртышье такая заготовка использовалась значительно реже, а на Среднем Енисее она не встречалась. Зато цилиндрические «пеньки» из этой части рога были широко распространены во всех центрах, за исключением Минусинской котловины.

Только на Алтае и в Минусинской котловине найдены предметы, изготовленные из пластин роговых отростков. Двойная роговая пластина была распространена значительно шире: от Обь-Иртышья до Среднего Енисея, исключая Туву. Еще чаще встречается одинарная роговая пластина. Она представлена на всех территориях, но Алтай и Туву сближает получение такой заготовки при раскрое широких разветвлений рога марала. Верхняя Обь, Алтай и Тува отличаются значительным разнообразием используемых заготовок, в том числе раскроем розетки сброшенного рога. Способы резьбы во всех центрах были достаточно разнообразными, но различались по широте распространения. В Туве особенно широко представлена высокорельефная и рельефная резьба в сочетании с выемчатой резьбой. Для Алтая такая корреляция не так часто встречается, а на Верхней Оби эти совпадения вообще отсутствуют, и каждый вид резьбы существует самостоятельно. Кроме того, в западном направлении постепенно падает значение рельефной резьбы. Для Алтая еще следует отметить наличие прорезной резьбы, близкой к резьбе объемной. Существуют заметные отличия и во влиянии обработки других материалов на резную кость в различных центрах. В отдельных случаях можно говорить о своеобразном «подавлении» местного художественного промысла бронзолитейным производством. Например, это справедливо для Минусинской котловины – одного из самых мощных горно-металлургических центров Южной Сибири. Но совпадение границ центров художественной косторезной обработки с бронзолитейным производством далеко не всегда приводило к таким результатам. На Алтае и Туве, напротив, проявилось яркое своеобразие резной «кости». Штампованные сакские металлические изделия (Иссык) явно служили прототипом для резной кости Верхнего Приобья (Усть-Иштовка-1, Рогозиха-1, Объездное-1). Не менее значимо для большинства косторезных центров (Алтай, Тува, Верхняя Обь) было влияние обработки дерева. Из других материалов следует отметить бересту, кожу, войлок (Алтай).

Изображения на некоторых роговых изделиях воспроизводились в целом ряде органических и минеральных материалов, включая дерево, войлок, бересту и металл.

Резными роговыми предметами, имеющими прямые соответствия в Центральной Азии, вполне уместно дополнить аналогии материального комплекса Алтая, верхней Оби и Тувы скифского времени [Чугунов, 2001]. К таким изделиям на нижней Катуни следует отнести уздечные украшения в виде головы ушастого грифона и кабана из Красного Яра, а также рифленые «колоколовидные» подвески из Барангола-1.

Из всех древних косторезных центров Южной Сибири самое значительное воплощение образов в резной «кости» характерно для Тувы (10 экз.), Алтая (8 экз.), верхней Оби (5 экз.); в Обь-Иртышье (4 экз.) и Минусинской котловине (3 экз.) их найдено меньше. Наибольшее разнообразие орнаментального оформления резного рога характерно для Тувы, Алтая и Верхней Оби. Значительно беднее орнамент на предметах из Обь-Иртышья и Минусинской котловины. Разделение обширных территориальных центров художественной косторезной обработки на производственные центры пока можно провести только на основе локализации некрополей с представительными сериями резных предметов. Большинство таких изделий происходит из погребальных комплексов. В Туве некрополи с единичными находками резных предметов составляют 47 %, c двумя вещами – 8 %, c 3–5 – 32 %, c 6–10 – 13 %. Комплексы со значительными выборками образуют три локальные группы – юго-западную (Саглы-Бажи II, IV, VI, Дужерлиг-Ховузу I, Даган-Тели I), центральную (Хадынныг I, Хемчик-Бом III, Урбюн III, Аймырлыг) и северо-восточную (Аржан, Туран-1, -2, -4 и -5). В Минусинской котловине в основном преобладают комплексы с единичными предметами (77 %). Могильники с двумя вещами (18 %) и серией предметов (5 %) крайне редки. Эти комплексы группируются на правобережье (Туран-1 и -2) и левобережье (Черновая-1, Подгорное Озеро, Барсучиха-1) среднего Енисея. На Алтае погребальные памятники с единичными резными предметами составляют 38 %, c двумя вещами – 21 %, c 3–5 – 17 %, c более значительной серией – 24 %. Могильники с большим количеством резной кости расположены в основном в Восточном (Пазырык, к. 2 и 3), Центральном (Башадар, к. 1; Шибе; Туяхта), Западном (Берель, к. 36) и Северном (Красный Яр-1, Майма-7 и -19, Барангол-1) Алтае. На Верхней Оби некрополи с одним резным изделием составляют 42 %, c парой вещей – 29 %, с 3–5 – 29 %. Территориально эти комплексы группируются в Бийском (Бийск-1, Аэродромный), Барнаульском (Усть-Иштовка-1, Рогозиха-1) и Новосибирском (Новый Шарап-2, Быстровка-1 и -2) Приобье.

Заключение. Для целостного понимания феномена косторезного производства как части культуры далекого прошлого необходимо представление об основах формирования такого рода человеческой деятельности. Его невозможно получить без четкой характеристики своеобразия сырьевой базы производства и роли влияния исходного строения материала на конечную продукцию.

Особенностью изучения древнего косторезного производства на рубеже тысячелетий является специализация исследований. В археологии специализация – не только неизбежное и закономерное следствие развития науки, но и увеличение объема информации. Углубленный анализ сырьевой базы характерен не только для древнего косторезного дела, но и для целого ряда других производств.

Совершенствование целенаправленной разделки рогового сырья в Южной Сибири и сопредельных территорий происходило, начиная с эпохи верхнего палеолита, что можно проследить по материалам палеофаунистических местонахождений и стоянок. В археологических комплексах, датируемых эпохой палеометалла, значительно шире представлено роговое сырье со следами разделки. К таким комплексам относятся поселения, городища, культовые и пещерные комплексы, погребения. Древнее косторезное производство Сибири представляет собой одно из наиболее ярких явлений, достаточно динамично отражающих эпохальные изменения, внешние связи и культурно-хозяйственные приоритеты. В полной мере это проявилось в изготовлении предметов, связанных с наиболее важной деятельностью своего времени. Становление комплексной, производящей экономики в эпоху бронзы потребовало производства разнообразных землеройных орудий (рал, мотыг). Именно в данной категории вещей наиболее последовательно воспроизведены основные принципы и особенности раскроя рогового сырья. Занятие кочевым скотоводством и увеличение подвижности населения в эпоху раннего железа привело к тому, что разделка рога стала применяться в основном при изготовлении конского снаряжения. Кроме того, значительное развитие «милитаризма» и социальной стратификации в это время обусловили отражение разделки рога еще и в поясной гарнитуре, а также предметах вооружения (роговых панцирях, ножнах, перекрестьях). Среди бытовой утвари особое значение в данной связи приобрели роговые блюда и сосуды.

Косвенным источником знаний о роговом сырье являются изображения рогатых животных эпохи палеометалла. В скифо-сибирской художественной традиции сформировалась достаточно сложная система изображения рога. Она отражает:

1) рост рога;

2) детализацию его структуры;

3) региональное своеобразие рогового сырья;

4) видовые особенности рогового сырья и его сочетания;

5) самостоятельное значение рога как орнаментального элемента:

а) целый рог; б) часть рога; в) фактура;

6) исключительное разнообразие и реалистичность изображения фактуры полого рога;

7) формирование орнаментально-символической системы изображения рога;

8) трехмерность пространства скифо-сибирского искусства в изображении цельного рога.

При сравнении предметных комплексов эпохи бронзы и раннего железного века Южной Сибири нами сделаны следующие выводы:

1. В раннем железном веке произошло существенное увеличение разнообразия резных роговых изделий.

2. Существует эпохальное отличие разновидностей роговых заготовок и способов их обработки.

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»