WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 8 |

Апробация. Основные положения исследования представлялись на международных («Итоги изучения скифской эпохи Алтая и сопредельных территорий» 1999 г. в г. Барнауле; «Номады казахских степей: этносоциокультурные процессы и контакты в Евразии скифо-сакской эпохи» 2007 г. в г. Астане), всероссийских (археологический съезд «Современные проблемы археологии России» 2006 г. в г. Новосибирске), региональных конференциях («Сохранение и изучение историко-культурного наследия Алтайского края» 1995 г. в г. Барнауле; «Третьи исторические чтения памяти М.П. Грязнова» 1995 г. в г. Омске; «Четвертые исторические чтения памяти М.П. Грязнова» 1997 г. в г. Омске; «Социально-экономические структуры древних обществ Западной Сибири» 1997 г. в г. Барнауле; «Взаимодействие саргатских племен с внешним миром» 1998 г. в г. Омске; II Сибирском симпозиуме «Культурное наследие народов Западной Сибири» 2001 г. в г. Тобольске; «Западная и Южная Сибирь в древности» 2005 г. в г. Барнауле) и

ежегодных сессиях Института археологии и этнографии СО РАН (2001–2006 г. в г. Новосибирске).

Результаты работы опубликованы в трех авторских и четырех коллективных монографиях. По теме диссертации из печати вышли 51 статья, 8 из них – в рецензируемых журналах, рекомендованных ВАК.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, пяти глав, заключения и иллюстративного приложения. Объем: основной текст – 305 с.; иллюстративное приложение – 152 с.; список литературы – 638 позиции. Общий объем работы 523 с.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Глава 1 «Изучение древнего косторезного производства на рубеже тысячелетий» является обобщающим очерком истории изучения древней косторезной обработки на рубеже XX – XXI вв. В современной археологической литературе, как правило, представлено несколько традиционных подходов в изучении предметов древнего косторезного производства.

Один из них можно характеризовать как формально-типологический, когда основное внимание автор уделял исключительно выделению и характеристике «типов» наконечников, без анализа материала из которого они изготовлены [Сальникова, 1999, 2002]. Большие возможности для получения информации открываются при анализе костяных наконечников, когда учитываются принципы функционально-технологической классификации [Калинина, Ленц, 1992]. Форма костяного наконечника зависела не только от функционального назначения, но и от естественных особенностей строения исходной заготовки.

Предметы косторезного производства и их возможности для датирования. В конце ХХ в. отчетливо наметилась тенденция преодоления определенного скепсиса относительно использования предметов косторезного производства для датирования [Жилин, 2002].

Предметы, заготовки и отходы косторезного производства в контексте определенных археологических комплексов. Традиционно предметы, заготовки и отходы косторезного производства были представлены в публикациях в контексте характеристики изделий из определенных археологических комплексов [Бородовский, 1991в, 2003; Нахапетян, 1993; Емельянов, 1994; Ошибкина, 1997; Флерова, 1998а; Акбулатов, 1999; Черных и др., 2002; Кирюшин, Кунгуров и др., 2002; Баженов и др., 2002]. Особое значение имеет анализ топографии роговых изделий и их заготовок на территории археологических комплексов [Жарнов, 2003]. Результаты этих работ свидетельствуют, что скопление косторезных отходов далеко не всегда соответствует реальному месту расположения производственной площадки.

Отдельные предметы косторезного производства. Следует отметить масштабное обобщение и разносторонний анализ (технологический, функциональный) щитковых и желобчатых псалий эпохи бронзы степной и лесостепной зоны Евразии [Усачук, 2007], позволившие дать развернутую характеристику феномену возникновения и использования этой категории изделий на обширных территориях.

Технология производства костяных и роговых предметов. Анализу процесса производства древних косторезных изделий посвящен более ограниченный круг археологической литературы [Бородовский, 1991б, 1992а, 1995г, 2000; Васильев, 1992; Троицкая Бородовский, 1994; Усачук, 1998в, 1999б, 2001в; Князева, 2007; Усачук, 2007]. Особое внимание обращалось на сохранение архаической техники обработки – обивки кости [Жилин, 1993] в эпоху бронзы и раннего железа [Усачук, 1996в, 1997; Бородовский, 1997а] как отражение традиционности технологии косторезного производства и уровня мастерства [Горбов, Усачук, 2000].

Заготовка косторезного сырья. Начиная с 1990-х гг., наметился интерес археологов различной специализации к вопросам получения рогового материала для древнего косторезного производства. Для поселенческих и производственных комплексов эпохи палеометалла тщательно фиксировалось намеренное раздробление костного сырья как первый этап изготовления орудий [Антипина, 1999; Усачук, 2000а]. В данном направлении велись этноархеологические обследования площадок заготовки и разделки рога на Горном Алтае (плато Укок) [Бородовский, 1995в], долина р. Чуи [Бородовский, Вдовина и др., 2003].

Разнообразие косторезного сырья. Важное значение для конкретизации термина «кость», имеют публикации характеризующие разнообразие косторезного сырья [Смирнова, 1995, 1999; Бородовский, 1997а].

Утилизация косторезного сырья. Особое значение для анализа предметов древнего косторезного производства приобрели археозоологические исследования [Craptre, 1990; MacDonald, 1991; Marciniak, 1996; Lasota-Moskalewska, 1997; Антипина, 1999, 2004; Антипина, Кузьминых, 2001; Антипина, Моралес, 2006]. Для эпохи палеометалла из всех воздействия на костный материал: с косторезным производством связаны только кухонная, ритуальная и многоцелевая модели, в рамках которых происходил целенаправленный отбор сырья [Антипина, Моралес, 2006].

Трасология и функционалии «костяных» орудий. Основное внимание такого подхода обращено на фиксацию, анализ и интерпретацию характера внешних воздействий на поверхность «костяных» предметов и специализации изделий при их использовании [Братченко, 1991; Килейников и др., 1993; Усачук, 1993, 1996а-в, 1997, 1998а, 1998б, 1998г, 1999б, 2000а, 2001а-б; Усачук, Бровендер, 1993; Коробкова, 2001; Кунгурова, 2005, Волков, Кирюшин, Семибратов, 2006, Усачук, 2007].

Экспериментально-трасологическое изучение предметов древнего косторезного производства. Существенным дополнением и проверкой трасологического анализа древних «костяных» предметов является их экспериментальное воспроизведение и документирование этого процесса [Бородовский, 1992б, 1997а; Бородовский, Бородовская, 1993; Епимахов и др., 2004, Усачук, 2007].

Косторезное производство и различные промыслы. В эпоху палеометаллов косторезное сырье и изделия из него активно использовались в кожевенном производстве [Усачук, 1994б; Горбов, Усачук, 2000; Тюрина, 2004; Кунгурова, 2005], при обработке керамики [Горбов, Усачук, 1993; Кунгурова, 2005], в деревообработке [Каспаров, Шаровская, 2002], ткачестве [Усачук, 1992], рыболовстве [Горбов, Усачук, 1990; Гурина, 1991] и металлургии [Бородовский, 1997а; Кунгурова, Удодов, 1997].

Организация, специализация и структуризация косторезного производства. По мнению некоторых исследователей, в эпоху развитой бронзы резьба по кости одной из первых выделилась в самостоятельный вид косторезного ремесла – ювелирное дело [Ляшко, 1994]. На уровне инструментария такая особенность прослежена на археологическом материале вплоть до нового времени [Визгалов, 2005]. Другая точка зрения на эту проблему сводится к тому, что с организационно-производственной точки зрения древнее косторезное дело является достаточно аморфным и очень часто сопутствующим промыслом иных производств (обработки кожи) [Горбов, Усачук, 2000; Панковский, 2000]. Для производственных площадок древнего косторезного производства эпохи палеометаллов Восточной Европы, по мнению ряда исследователей, характерен ряд признаков: обособленный участок или сооружение в комплексе построек различного назначения; массовость находок сырья, заготовок, отходов и изделий на разной стадии обработки; преобладание отходов производства, заготовок и бракованных предметов над готовыми изделиями [Панковский, 2000].

Еще одним косвенным признаком косторезной производственной площадки является сопоставимое количество заготовок и отходов с костяными орудиями [Горбов, Усачук, 2000].

Выявленные на территории юга Западной Сибири погребения эпохи поздней бронзы и раннего железа с признаками косторезной специализации [Сидоров, 1973; Бородовский, 1997а] либо не имеют пока аналогов в синхронных погребальных комплексах Восточной Европы, либо интерпретируются как признак социальный [Панковский, 2000], а не только производственный. Археологические материалы наряду с индивидуализацией косторезного производства ярко демонстрируют его региональные особенности [Усачук, 2007].

Методика исследований древнего косторезного дела. В конце ХХ в. оценка репрезентативности остеологических выборок для дальнейших реконструкций [Косинцев, Стефанов, Труфанов, 1989] нашла применение и при анализе древнего косторезного производства [Бородовский, 1997а; 1997в,]. Для объективной оценки этих материалов использован индекс раздробленности костей, который рассчитывался по количеству их фрагментов в емкости объемом 1 дм [Антипина, 1999; Антипина, Моралес, 2006,]. В 1990-е гг. особое внимание при подходе к исследованию предметов и отходов древнего косторезного производства уделялось не только их количеству на определенном археологическом комплексе, но и однотипности [Ляшко, 1994,], а также пространственной локализации. Количество таких находок на 100 м2 исследованной площади памятника (индекс Q - Л. И. Смирновой) позволяет не только выявить косторезные площадки, но и сопоставить их для соответствующей идентификации синхронных и однокультурных комплексов [Жарнов, 2003].

Сакрализация косторезного производства, его изделий и сырья. В рамках традиционной культуры косторезное производство не могли не получить магического осмысления [Литвинский, Пичикян, 2000; Ефремова, 2002]. В эпоху развитой бронзы сакрализация производственной деятельности, связанной с обработкой кости и кожи [Горбов, Усачук, 2000], имела определенные аналогии в атрибутике с бронзолитейным производством [Бородовский, 1997б].

«Костяные» музыкальные инструменты. Сопутствующими предметами ритуальных комплексов, безусловно, являются музыкальные инструменты [Бородовский, 1995б; Поветкин, 1997; Усачук, 1999а] Особое внимание при изучении этой категории вещей следует обратить на адекватность их музыкальной интерпретации [Бородовский, 2000].

Косторезное дело и древнее искусство. Высокохудожественные предметы косторезного производства традиционно являлись яркими и самобытными образцами древнего искусства [Матвеева, Опенько, 1991; Молодин, 1992; Искусство…, 1992; Нахапетян, 1994; Крис, 1995; Флерова, 1997, 1998а-б; Маладырова, 2000; Бородовский, Галямина, 2001; Фролов, 2001; Худяков, Борисенко, 2002; Овчинникова, 2002; Садовой, Онищенко, 2003; Самашев, Бородовский, 2004; Бородовский, 2004; Телегин, Бородовский, 2005; Уманский и др., 2005; Сергеева, 2006]. Анализ степени завершенности резных изображений и композиций скифского времени по рогу позволил выявить прерывность этого процесса [Бородовский, 2006], создание эскизных вариантов изображения, а также доминирование задач, связанных с креплением изделия, порой в ущерб его эстетической ценности.

Семантика роговых изделий. Изделия из этого материала можно интерпретировать как детали культовых предметов [Бродянский, 2001а-б, 2002; Бродянский, Раков, 2003; Кирюшин, Кирюшин, Семибратов, 2005] или реликварии, декор которых отражает мифологические сюжеты [Флерова, Флеров, 2005].

Косторезное производство и культурные влияния. Перспективной для изучения представляется тема выяснения степени и механизмов взаимодействия скифо-сибирской художественной традиции на примере резных «костяных» предметов и синхронной металлопластики Китая [Богданов, 1999]. В связи с этим, интересна проблема «влияния» на появление на резных роговых предметах Южной Сибири волютообразного орнамента, существовавшего в декоративной традиции Китая эпохи Хань [Ширин, 2003].

Обобщение итогов исследований по древнему косторезному производству. Результатом интенсивного изучения древнего косторезного производства на рубеже тысячелетий стала целая серия монографий и обобщающих статей охватывают эпохи мезолита [Жилин, 1993, 2001, 2002], бронзы [Ляшко, 1994; Drzewicz, 2004], раннего железного века [Гаврилюк, Усачук, 1999; Гуляев, 2004] и средневековья. Выводы ряда зарубежных археологов (Э. Цнотливы, К. Амброзиани, И. Ульбрихт, А. Макгрегора) о подъеме и кризисах данного промысла получили подтверждение для территории Восточной Европы. В настоящее время можно говорить о целом ряде признаков этих явлений: сокращении разнообразия косторезной продукции на рубеже эпохи поздней бронзы и раннего железа в Приазовье [Горбов, Усачук, 2000]; «золотом веке» рогообработки (IX–XII вв.) в Нижнем Поволжье [Флерова, 2001]; существенной смене источников сырья косторезами древнего Новгорода во второй половине XIV в. [Смирнова, 1998а-в], а также материала для изготовления деталей отделки предметов вооружения в кочевых культурах юго-востока Европы в XIII–XIV вв. [Полякова, 1992].

Подводя итоги обзора археологической литературы последних десятилетий, посвященных изучению древней косторезной обработки, следует отметить значительное расширение тематики исследований. В настоящее время углубленный анализ сырьевой базы различных производств характерен не только для древнего косторезного дела.

Констатация схожести обработки кости, рога и дерева [Клейн, 1978; Флерова, 2001] всегда существенно ограничивает возможности для увеличения информативности предметов и заготовок из этих материалов.

В целом, основной особенностью изучения древнего косторезного производства на рубеже тысячелетий является специализация исследований [Хлопачев, 2006]. В археологии специализация – не только неизбежное и закономерное следствие развития науки, но и увеличение объема информации [Щапова, 2000]. Два этих фактора для прошедшего времени очевидны, поскольку почти двадцатилетний промежуток времени достаточен для существенного увеличения археологических данных.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 8 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»