WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

В 2000-е гг. изучаемая проблематика не утратила актуальности, привлекая все большее число историков и юристов. Именно в это время наряду с изданием большого числа монографий и более мелких работ по истории центральных учреждений и бюрократии появляются специальные работы по истории управления Урала и Сибири петровского периода. В связи с этим все исследования можно поделить на четыре большие группы: 1) общие работы по истории центральных и местных судебных учреждений9, 2) исследования по административной истории Урала и Сибири10, 3) сочинения по истории российской бюрократии11, 4) работы по социальной истории, использующие значительное число судебно-следственной документации первой четверти XVIII столетия12. Не давая характеристики трех последних блоков, охарактеризуем исследования двух первых групп.

Среди первой группы работ можно выделить сочинения по истории специализированных судебных учреждений и монографии и статьи, посвященные особым судам и прочим учреждениям, связанным с судебной деятельностью13. Кроме того, за последние годы появилось большое число исследований, посвященных анализу деятельности Юстиц-коллегии и «нижних судов» (чаще всего исследователи характеризуют надворные суды)14.

В связи с ростом интереса к локальной истории вот уже в течение пятнадцати лет наблюдается последовательное увеличение количества работ по административной истории Урала и Сибири петровского времени. Особенно близки теме настоящего исследования труды М. О. Акишина и Д. А. Редина, целью которых является реконструкция и анализ созданных Петром I административных структур15. Несмотря на то, что оба историка предпринимают попытки дать характеристику судебных учреждений региона, она не отличается системностью и полнотой. Тем не менее, в число заслуг обоих авторов следует поставить факт введения в научный оборот значительного корпуса архивных дел и ряда до сих пор неизвестных фактов из истории государственных учреждений Сибирской губернии и жизни ее администраторов.

Рассмотрев значительный объем исследований, можно говорить о недостаточной изученности данного мероприятия Петра на основе регионального материала. Ни одна из представленных в историографическом обзоре монографий и статей не дает возможности составить полное и систематическое представление о судебной реформе как в масштабах всей страны, так и на примере отдельного ее региона. Требуется собрать имеющуюся мозаику из отдельных статей и кратких «выжимок» монографий по государственному управлению и, дополнив ее новыми архивными источниками, создать полноценное исследование по истории региональной судебной системы.

Параграф 1.2. «Источниковая база исследования». Источниковая база диссертации формировалась на основе материалов, отложившихся в ходе функционирования судебных учреждений разного статуса, созданных в начале 1720-х гг. в западной части Сибирской губернии. В результате комплектования в диссертационное исследование попали документы трех архивохранилищ: Российского государственного архива древних актов (РГАДА), Государственного архива Свердловской области (ГАСО) и Государственного архива Тюменской области (ГАТО).

При формировании источникового массива диссертации основное внимание было уделено выявлению документальных комплексов, как самих судебных учреждений, так и управленческих структур, вступавших с ними в тесное взаимодействие либо обладающих самостоятельными судебными полномочиями. В результате в поле исследовательского интереса попали материалы четырнадцати фондов. В РГАДА оказались задействованы источники, хранящиеся в фондах 248 (Сенат и его учреждения), 282 (Юстиц-коллегия), 425 (Вятская провинциальная канцелярия), 518 (Кунгурская воеводская канцелярия), 654 (Вятская канцелярия судных и розыскных дел), 941 (Сибирский/Тобольский надворный суд), 1015 (Кунгурские административные и судебные учреждения). ГАСО представлен фондами 24 (Уральское горное управление), 34 (Екатеринбургская контора судных и земских дел), 42 (Каменская земская контора), 575 (Арамильская земская контора). ГАТО – фондами И-47 (Тюменская воеводская канцелярия), И-167 (Тюменская губернская ратуша) и И-181 (Тюменская канцелярия судных дел Тобольского надворного суда). Всего – около двухсот единиц хранения.

В качестве дополнения к документам, выявленным в архивах, были использованы источники, опубликованные в различного рода изданиях. Во-первых, это памятники законодательства петровской эпохи, собранные в такой масштабной подборке, как «Полное собрание законов Российской империи» и в дальнейшем неоднократно переиздававшиеся в различных тематических сборниках. Во-вторых, сюда относится разнообразный по происхождению источниковый материал, включающий повествовательные источники и документы делопроизводства местных учреждений урало-сибирского региона, который был опубликован в тематических изданиях и сборниках регионального характера16.

С точки зрения классификации в исследовании были использованы как нарративные, так и документальные источники при абсолютном преобладании последних. Весь корпус документальных источников можно поделить на два вида: 1) актовые источники и 2) канцелярскую документацию. Среди актов наибольшую ценность имели законодательные материалы – именные указы, указы Правительствующего Сената, Верховного тайного совета и Юстиц-коллегии. Делопроизводственная документация гораздо богаче и сложнее по своему составу. Документы канцелярского делопроизводства можно поделить на две подвида: документы внешнего (входящие и исходящие) и внутреннего (учетно-контрольные и справочные) документооборота. К документам внешнего документооборота относятся промемории, доношения, указы, рапорты, челобитные, прошения, жалобы и т. д. Внутренняя документация представлена регистрационными книгами входящих и исходящих документов, книгами протоколов, алфавитами. Очень часто в канцеляриях существовало по нескольку таких книг: отдельно регистрировались указы, промемории и доношения из местных административных учреждений, челобитные.

Среди источников канцелярского делопроизводства многие исследователи в качестве самостоятельного подвида выделяют судебно-следственную документацию. Тем не менее, стоит отметить, что судебно-следственные материалы нельзя назвать самостоятельным видом источника, так как они состоят из различных документов с неодинаковой внутренней структурой. Судебно-следственное дело – это комплекс типологически разнородных источников, подобранных по сравнительно однородной бюрократической схеме. В судебно-следственный комплекс входят совершенно разные источники, среди которых можно назвать доношение/явочную челобитную, «расспросные»/«пыточные речи» истца, ответчика, свидетелей и проч., протокольные записи судебных решений, выписки из Соборного Уложения и «новоуказных статей», копии различных нотариально заверенных документов/«крепостей» и др. Данный комплекс источников обладает значительным информационным потенциалом, о чем говорит активное использование судебно-следственных дел при изучении как истории государственных учреждений России и судеб ее отдельных чиновников, так и истории повседневности.

Повествовательные источники не нашли работе должного применения. Они уступают документальным источникам, как в количестве, так и в информационном значении. Широкое привлечение различного рода источников создало то информационное поле, на котором было построено диссертационное исследование.

Глава 2. «Формирование и эволюция системы судов на Урале и в Западной Сибири в 1720-е гг.» состоит из двух параграфов. В ней производится реконструкция системы судов и процесса их создания в западных уездах Сибирской губернии.

Параграф 2.1. «Судебная реформа в 1720-1722 гг.: создание судебных учреждений в Сибирской губернии». В данном параграфе были проанализированы процессы проектирования новой судебной системы и создания первых судов в Сибирской губернии. В ходе сравнения судебных учреждений Швеции, послуживших образцом для отечественных законотворцев, и их аналогов в России автор согласился с мнением своих предшественников в том, что проект судебной системы был адаптирован под местные условия.

В урало-сибирском регионе судебная реформа, как и в некоторых других губерниях России, проходила с запозданием на год по сравнению с запланированными императором сроками. Даже основное для Сибири судебное учреждение – Тобольский надворный суд – появилось здесь практически в последний момент. Надворный суд начал работу в особых условиях. Помимо своих основных функций ему, несмотря на немногочисленный состав канцелярии и присутствия, пришлось заняться подбором кадров и распределением городовых судей на местах.

Реформа продвигалась с запада на восток: от центра к периферии. Наиболее ранними были назначения на приуральских территориях. Несмотря на это, централизованно подобранный персонал для судебных канцелярий провинциальных центров не смог наладить работу судебного ведомства, придя в столкновение с представителями Камер-коллегии и воеводами.

Организация низового звена судебной системы проходила очень противоречиво. Если границы провинций были почти сразу же определены и сформированы, что позволило не временить с назначением судей в центрах этих административно-территориальных единиц, то набор кадров на должности других городовых судей затянулся. Это было связано с процессом формирования дистриктов. Во-вторых, быстрому продвижению дела мешали трудности с подбором людей на судейские должности. Можно отметить, что существовало два способа назначения судей: центральными и губернскими властями. На дистриктно-уездном уровне реформа подверглась корректировке. Урало-сибирский регион не отличался большим числом населенных пунктов, имеющих городской статус. Следствием этого стало назначение судей в поселения, созданные вокруг заводов. Для того чтобы внести ясность, определить принадлежность этих должностных лиц к надворному суду, в документации, адресованной представителям других ведомств, часто встречается термин «надворные судьи».

Оценивая ход судебной реформы в 1720-22 гг., можно прийти к следующим выводам. Во-первых, создание судебной системы шло параллельно проведению второй областной реформы в Сибирской губернии. Во-вторых, преобразования в области суда провалились на уровне провинции и подверглись корректировке при назначении городовых судей. В-третьих, Тобольский надворный суд стал орудием борьбы с проявлениями излишней самостоятельностью других ведомств, в частности, представителями Берг-коллегии на Урале, которым активно пользовался А. М. Черкасский для укрепления своей власти в губернии.

Параграф 2.2. «Корректировка реформы в 1722-27 гг.» посвящен изучению судебных преобразований в 1722-27 гг. Второй этап судебных преобразований показал невозможность в полной мере ввести в Сибирской губернии ключевой принцип административных реформ второй половины царствования Петра Великого. Несмотря на все попытки сибирской губернской администрации регулировать отношения между представителями различных ведомств, принцип камерализма так и остался не осуществленным. Большинство чиновников не шло друг другу на уступки. Выходом из сложившейся ситуации было усиление власти губернатора, сосредоточившего в своих руках управление как административными, так и судебными органами.

Помимо отраслевых конфликтов в урало-сибирском регионе возникли противоречия между постоянными и временными, получившими свои полномочия от императора, структурами (конфликт между генерал-майором В. де Гениным и Тобольским надворным судом).

Корректировка судебной реформы проводилась в соответствии с уже существовавшей в Сибири судебной организацией. Тобольский надворный суд посчитал необходимым распределить судебных комиссаров по всем дистриктам Тобольской провинции, где прежде сидели городовые судьи. Исключением стали горно-заводские дистрикты, которые составили судебный округ одного судебного комиссара. В Вятской и Соликамской провинциях основными для проживавшего в них населения стали суды воевод с коллегией асессоров. Следы деятельности судебных комиссаров на территориях этих провинций прослеживаются очень слабо. Единоличные судьи были посажены здесь лишь в наиболее отдаленных от провинциального центра населенных пунктах. Все прочие города получали правосудие от объезжавших их время от времени асессоров.

Упразднение судебных органов не было одновременным. В некоторых местах они оказались уничтожены за ненадобностью еще до получения соответствующих указов из центра (Средний Урал). В ряде других районов для их ликвидации потребовалось гораздо больше времени в связи с медленной перестройкой управленческих структур (Западная Сибирь).

Таким образом, урало-сибирский регион представил разные территориальные модели работы судебных органов: приуральскую, среднеуральскую и западносибирскую. Их особенности определялись местной спецификой и особенностями взаимоотношений администраторов.

Глава 3. «Качество функционирования новых органов правосудия» включает в себя три параграфа, в которых дается характеристика различных аспектов деятельности урало-сибирских судов.

Параграф 3.1. «Нормативно-правовое обеспечение деятельности сибирских судов» посвящен анализу должностных инструкций надворным и «нижним» судам. Проанализировав огромные массивы нормативно-правового и делопроизводственного материала, автор пришел к выводу, что в 1720 гг. не были созданы не только типовые инструкции региональным судам, но и регламент Юстиц-коллегии. Первое время содержание деятельности коллегии и судов в основном определялось именными и сенатскими указами. Составленные Юстиц-коллегией в 1722 году инструкции надворным и провинциальным судам так и не были одобрены Сенатом.

Изучение инструкций судебным комиссарам Сибири приводит нас к выводу, что их создателями могли быть не только центральные, но и региональные судебные учреждения: Тобольский надворный суд и, в исключительных случаях, сами судебные комиссары. Предположение о существовании единого типового акта для городовых судей и судебных комиссаров, созданного в коллегии, а затем распространяющегося среди надворных судов, не имеет опоры. Основаниями для данного утверждения являются различия в формулярах инструкций городовым судьям, выданные Юстиц-коллегией и Тобольским надворным судом. Деятельность главного суда Сибири – Тобольского надворного – была осложнена отсутствием четкой инструкции. Тем не менее, члены его присутствия, обрабатывая постоянно увеличивающийся массив законодательных актов, смогли разработать должностные инструкции для подчиненных им дистриктных судов. Тем самым Тобольский надворный суд не только исполнял законы, но сам занимался нормотворчеством.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»