WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 10 |

Следует отметить какположительную тенденцию, что многиеисследования, выходившие в послевоенныйпериод, основывались на более солидной иразнообразной источниковой базе, тем самымзаметно отличаясь от публикацийпредшествующего этапа историографии. Этопридавало таким работам действительнонаучный, а не прикладной, характер иповышало уровень анализа вопросов«колхозного строительства». Однако эффекттеоретического осмысления введенных внаучный оборот материалов существенноснижался тем, что подходы к исследованиюколлективизации и ее оценки в это время непретерпели практически никаких изменений,поскольку не были поколеблены позициисталинского режима, диктовавшего ученымзадачу созданиянекритически-положительной, благостнойкартины недавно минувших событий. Вовторой половине 1940-х – первой половине1950-х гг., как и ранее, исследовательскиесуждения и оценки «колхозногостроительства» были выдержаны в духе «Краткого курса»8,исключавшего какие-либо альтернативыколлективизации и характеризовавшего еекак комплекс социалистических преобразований,несомненно прогрессивных всоциально-экономическом плане ипользовавшихся полной поддержкойподавляющегобольшинства крестьян. Круграссматриваемых исследователями вопросов и аспектовколлективизации по-прежнему был ограниченв силу кратковременности осмыслениянедавно минувших событий и господства в советскойисторической науке определенныхидеологических установок.

Региональнаяюжнороссийская историография напротяжении первых двух этапов (конец 1920-х – начало 1940-х гг.,вторая половина 1940х –первая половина 1950-х гг.) развивалась по темже направлениям и на тех же основаниях, что иисториография общероссийская (общесоюзная); впрочем,данное утверждение справедливо и поотношению ко всей советской эпохе. Уже вконце 1920-х гг. на Северном Кавказе появились работы, вкоторых в целом оптимистически освещалисьпервые итоги колхозного строительства вкрае.9 Цель данных публикаций заключалась нестолько в беспристрастном осмысленииопыта функционирования немногочисленных коллективныххозяйств Юга России, сколько в пропагандеидей кооперирования и коллективизации. Сразвертыванием сплошной коллективизации напервый план выходят проблемы «колхозногостроительства» и жизнедеятельностиколхозов. Преимущественно рассматривалисьвопросы партийного руководстваколлективизацией,10организационно-хозяйственного укрепленияколхозов,11функционирования системы социальногообеспечения и страхования колхозников.12

Наряду с освещениемхозяйственно-организационных аспектовколлективизации, повышенное вниманиев данный период уделялось проблематикесоциального конфликта в деревне (втерминологии того времени – «борьбе с кулачеством»), причемименно «кулацкая прослойка» деревниСеверо-Кавказского края объявляласьинициатором антиколхозных выступлений.13 Вместе с темдля некоторых авторов идеи социальнойагрессии в форме «кулацкого саботажа»служилисвоего рода щитом, прикрываясь которым, онимогли объективно оценивать первые итогиколлективизации, в частности, резкоеснижение поголовья скота.14

Отличительной чертоймногих работ конца 1920-х – 1930-х гг. являлось то,что они в большинстве своем носилиприкладной характер. Их авторы видели своюцель в том, чтобы, проанализировав процессколлективизации и жизнедеятельностиколхозов Северо-Кавказского края,предложить варианты решения проблем,возникавших в ходе «колхозногостроительства». В связи с этим процессколлективизации нередко освещался напримере развития отдельных коллективныххозяйств, как, например, в книге В. Тодреса,основанной на материалах четырех колхозовТерского округа Северо-Кавказскогокрая.15

Особым направлениемисториографии «колхозного строительства»в данный период являлось освещениепроцессов функционирования отдельных колхозов имашинно-тракторных станций, добившихся всвоей деятельности заметных положительныхрезультатов. Такие работы появились еще в конце1920-х – начале1930-х гг.,16 но расцветаданное направление историографии достигло вконце 1930-х –начале 1940-х гг.17 От исследований,подобных книге В. Тодреса, где материалыотдельных колхозов являлись основой для освещенияпроцесса коллективизации в целом, этиработы отличались тем, что носилиописательный характер и преследовали задачипропаганды и популяризации достиженийконкретных предприятий, составлявшихколхозную систему.

Тогда же, в конце 1930-х– начале 1940-хгг., появляются обобщающие работы обосновных направлениях и результатахдеятельности коллективных хозяйств ЮгаРоссии, где на основе документов и фактовнастойчиво подчеркивалась мысль онеуклонном укреплении и развитииколхозного строя. Здесь анализировалисьрезультаты преобразований в сфересельскогохозяйства: изменение размеров и структурыпосевных площадей, развитие агротехники,механизация и пр.18 Именно этиработы следуют рассматривать в качествепервых попыток научного анализаисследуемой нами темы, предпринятых в границахконкретного региона. Причем в данныхисследованиях коллективизация и еерезультаты освещались, по существу, в руслемодернизационной парадигмы. Хотя авторы,оставаясь в рамках существовавших в то времяметодологических подходов (а такжеидеологических догм), говорилиисключительно о социалистическихпреобразованиях в деревне, процесс «колхозногостроительства» рассматривался ими какдвижение по пути совершенствования аграрногопроизводства.

В 1941 – 1945 гг. вниманиеюжнороссийских исследователей былообращено почти исключительно на текущиепроблемы коллективных хозяйств, в связи счем анализ коллективизации был на времяотложен. Лишь во второй половине 40-х – начале 50-х гг.возрождается традиция популяризациипрошлых и настоящих достижений отдельныхколлективныххозяйств и в целом колхозной системы на ЮгеРоссии.19

Подчеркнем, что впослевоенный период наблюдаютсякачественныеизменения в региональной историографии«колхозного строительства», которыенельзя оценить иначе, как положительно. Вэто время, наряду с публикациямиописательного, популярно-прикладногохарактера на Юге России впервые появляетсязначительный массив действительнонаучных работаналитического плана, посвященныхколлективизации и функционированиюколхозной системы в 1930-х гг. Но в данныхисследованиях анализ коллективизации восновном ограничивался, как и ранее,социально-политическими иорганизационно-хозяйственными аспектами«колхозного строительства».20 Как ипрежде, авторы четко придерживалисьнекритически-позитивной модели освещенияколлективизации, обосновывая тезис оботсутствии ей альтернатив и об успешномразвитииколхозного строя.

На протяжении третьегоэтапа историографии (вторая половина1950х гг.– середина1980-х гг.), который мы определяем как этап бланкетно-рамочного изложения,наблюдались заметныеколичественные и качественные измененияисточниковой базы, обогатившейся новымидокументами,архивными материалами, свидетельствамисовременников и т. д. Вкупе с произошедшими в данноевремя в СССР общественно-политическимипроцессами (десталинизация, «оттепель»)это привело к увеличению количества работпо теме коллективизации, углублениюавторскогоанализа, некоторому расширению круга исследуемыхвопросов. Однако отмеченные положительныетенденции соседствовали с неизменностьюметодологической базы и сохранявшимсягосподством советской моноидеологии. Посколькурадикальных сдвигов в методологии в данноевремя не наблюдалось, в монографиях21 ифундаментальных коллективных исследованиях22проблема «колхозного строительства»освещаласьтрадиционно: на первый план выходилиорганизационно-экономические,социально-политические,партийно-идеологические аспектыколлективизации, понимаемой не иначе каккомплекс социалистических преобразований. Вместе с тембольше внимания уделялось трансформацияколлективной психологии советскогодоколхозного и колхозного крестьянства,повседневной жизни колхозной деревни и т.п.

Подчеркнем, что напротяжении рассматриваемого этапаисториографии появились несколько иные, чем в«сталинскую» эпоху, трактовки событий временколлективизации. Данное обстоятельствосвидетельствовало о частных измененияхмодели исторического исследования«колхозного строительства», выразившихсяв том, что ученые, не ставя под сомнениепрогрессивный, положительный характерколлективизации, не упоминая о наличии ейальтернатив, стали чаще писать о ееиздержках («перегибах»). Собственно, это идает основания говорить обланкетно-рамочном изложении, когдадопускаются некоторые вольности, но лишь вопределенных рамках. Такие изменения былиобусловлены в первую очередь некоторойдемократизацией общественно-политическойжизни СССР, произошедшей после смерти И.В.Сталина. В частности, в ряде работсодержалисьпрямые заявления об ответственности И.В.Сталина за «перегибы» и трудности в сфереорганизационно-хозяйственного состоянияколхозов, утверждалось, что негативная реакция части крестьянна коллективизацию и хлебозаготовкиобъяснялась не происками «кулаков» (какуказывала господствовавшая в «сталинскую»эпоху теория «кулацкого саботажа»), аошибками и «перегибами» властей и т.п.23 Хотя критическийнастрой, характерный для периода «оттепели»,был существенно ослаблен брежневскойресталинизацией, преодолеть его полностьюсоветской идеологической машине не удалось, и к прежним«сталинским» оценкам коллективизации большинствоотечественных исследователей невернулось.

Еще одна положительнаятенденция заключалась в расширении(правда, очень несущественном ипроисходившем зачастую вопреки официальной советскойнаучной доктрине) круга оценокколлективизации путем обращения к наработкамзарубежных исследователей. В условиях«оттепели» советские ученые познакомилисьс работами М. Волина, Р.У. Дэвиса, М. Левина, Ш. Мерля,Ж. Мока, М. Оже-Лярибе, Т. Шанина, Н. Ясного идругих западных исследователей,занимавшихся вопросами аграрной истории, втом числе коллективизации. В зарубежнойисториографии политика коллективизации иее результаты освещались под совершенно иным угломзрения, чем в СССР: обоснованно указывалосьна изначальное огосударствление колхозови всей колхозной системы, тщательноанализировались такие табуированные вСССР темы, как хлебозаготовки и голод 1932 – 1933 гг., репрессиипо отношению к крестьянам и т. п. Диалогсоветских и западных специалистов мог бызначительно обогатить процесс изучения«колхозного строительства» новымиоценками и выводами, но возможность такогодиалога в данное время исключалась, асуждения зарубежных ученых-аграрниковтрактовались в СССР как «буржуазныефальсификации» коллективизации.24Однако сам факт ознакомления советских исследователейс альтернативными подходами к осмыслению«колхозного строительства» имел огромноепозитивное значение, поскольку способствовал расширениюих научно-теоретического кругозора иподготавливал почву для переоценкиколлективизации, последовавшей в постсоветскийпериод.

На Юге России напротяжении третьего этапа историографииколлективизации был издан рядколлективных работ, где в числе другихвопросовосвещалось и «колхозноестроительство».25 Достоинствомэтих работ являлось привлечение новыхматериалов, а традиционный недостаток заключался втом, что они были написаны строго в рамкахидеологически-повествовательной модели,отличавшейся описательным характером, отсутствиемкритического анализа коллективизации ипрактическиполным отказом от пересмотра прежних(«сталинских») ее оценок.

Иные, позитивные,тенденции были характерны для большинстваавторских исследований по проблеме. Воснованных на солидной источниковой баземонографиях М.В. Молчанова, М.И.Овчинниковой, Е.Н. Осколкова,Е.И. Турчаниновой, П.Г. Чернопицкого идругих исследователей26 детальноанализировались проведениеколлективизации на Северном Кавказе, рольместных органов власти и парторганизаций в«колхозном строительстве», мероприятия поорганизационно-хозяйственному укреплениюколхозов в годы второй пятилетки,«классовая борьба», социальная структурадеревни и настроения крестьянства иказачества в конце 1920-х – 1930х гг. Сходныевопросы освещались также вдиссертационных исследованияхН.В. Киселевой, В.А. Мельситова, Д.Г.Негодова, Е.Г. Пономарева, Н.А. Широкова и другихспециалистов27, а также в целомряде публикаций (в том числе весьмаобъемных и сравнимых с брошюрами),помещенных в различных журналах, сборникахнаучных работ или трудов вузов.28

Хотя исследователидействовали в рамках «позитивной модели сиздержками» ине ставили под сомнение необходимостьфорсированной коллективизации, процесс ирезультаты «колхозного строительства»оценивалисьими более взвешенно. Так, в обширной публикацииФ.И. Кривохижи объективно освещалисьсложности и недостатки внедрения агротехники вколхозах Ставрополья29 (к слову,данное исследование также укладывается врусло модернизационной парадигмы, поскольку вниманиеавтора привлекали в первую очередьпроцессы переустройства аграрногопроизводства с целью повышения егоэффективности). Более объективноосвещалась и политика органов власти поотношению к колхозам и крестьянству, признавалисьфакты «перегибов», впервые был поставлен подсомнение тезис о «кулацком саботаже».Критичный настрой специалистов кдействиям сталинского режима в ходеколлективизации был особенно силен вусловиях«оттепели». Так, Е.И. Турчанинова прямозаявила о вине И.В. Сталина замногочисленные «перегибы».30

Во время брежневскойресталинизации советская идеологическаямашинапресекла попытки критически оценитьпроцесс «колхозного строительства», чтопривело к некоторому историографическомуспаду, особенно заметному в качественном, а не вколичественном, отношении (коллективизацияоставалась востребованной темой, нобольшинство исследователей вернулись ктрадиционным, положительным ее оценкам,хотя и признавали факты «перегибов»). Тембольшего внимания заслуживает монографияЕ.Н. Осколкова, в которой была затронутатакая неудобная в то время тема, какполитика заготовок в начале 1930х гг. Е.Н. Осколковобоснованноотметил, что изъятие государством уколхозов большей части произведеннойпродукции отрицательно сказывалось наколхозном производстве. В противовес трактовкамантиколхозных выступлений как «кулацкого саботажа»исследователь доказывал, что протесткрестьян против коллективизации зачастуюобъяснялся неразумной политикой заготовок.31

Таким образом, напротяжении третьего этапа историографиипроизошли значительные сдвиги внаращивании источниковедческогофундамента, существенно расширился кругисследуемых вопросов, ряд незыблемых ранеепостулатов и суждений подвергсяпереоценке. Вместе с тем, радикальногопересмотра прежних оценок коллективизациив данное время не произошло, посколькуметодологический монополизм марксизма висторической науке (причем марксизма,обработанного и искаженного советскоймоноидеологией) сохранялся в полной мере.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 10 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»