WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Рискологический подход специально введен в работу в целях понимания специфики рациональности действий молодежи в процессе реализации жизненных стратегий. В условиях неопределенности процесс формирования и реализации жизненных стратегий, во-первых, представляет собой неразрывное единство: формирование - реализация - коррекция - формирование; во-вторых, пространство риска. Глобализация, с одной стороны, предоставляет свободу экспериментирования индивидам, но, с другой, обостряет беспрецедентную задачу борьбы с ее последствиями, усиливая сложность адаптации молодежи. Эту историческую двойственность с особой остротой должны ощущать молодые люди, прошедшие социализацию в закрытых социокультурных полях. В целях доказательства данного предположения в анализ был введен уровневый подход – микро, мезо и макросреды формирования жизненных стратегий молодежи. Микросреда ЗАТО рассматривается как искусственно застывшая определенность; мезосреда российского общества рассматривается как неопределенность переходности системы; макросреда глобализации представлена в качестве пространства всеобщего риска. Таким образом, в работе обосновывается вывод о том, что неопределенность и рискогенность заставляют молодого человека в современном мире рационально принимать иррациональные стратегические решения. Этот вывод представляется особенно наглядным по отношению к молодежи ЗАТО.

В контексте выше сформулированного вывода, автор обращает особое внимание на повышение роли персонального стиля жизненных стратегий, поскольку они формируются в условиях нарастающей неопределенности социокультурной среды, имеют ситуативный характер и определяются в большей степени не институтами, а выбором каждой личности. В работе наглядно демонстрируется стилевое разнообразие стратегий, складывающихся в конкретном социокультурном поле ЗАТО. Оно, по нашему убеждению, будет нарастать и создавать в будущем соответствующую социокультурную среду. Таким образом, стиль жизни приобретает потенциал нового социально-культурного ресурса, активно используемого, именно, молодежью в конструировании жизненных стратегий.

В изучении факторов формирования жизненных стратегий автор следует аксиологическому подходу. Он позволил систематизировать данные о влиянии многих факторов на течение изучаемого в работе процесса и аргументировать концептуальное положение диссертации о том, что совокупным последствием изменений, происходящих в среде формирования стратегий молодежи на макро, мезо и микроуровнях, является изменение ценностных ориентаций группы молодежи и ценностных приоритетов личности. Оно определяет ценностный выбор молодого человека и его жизненные стратегии. В русле рационально осуществленного выбора молодые люди выстраивают стратегическое управление течением собственной жизни, учитывая актуально складывающиеся обстоятельства и имеющиеся «на момент» средовые и персональные ресурсы. Самоопределение личности предусматривает построение множества стратегий, образующих сложное взаимодействие на основе осевого ценностного выбора, предполагающего согласованность индивидуальных целей в различных сферах жизни.

В работе проанализированы основные исследовательские подходы к типологизации жизненных стратегий (в зависимости от личностной активности (пассивности), типа организации времени, от способов их регуляции (краткосрочного и длительного) – К.А. Абульханова-Славская; на основе анализа процессов жизненного самоопределения и жизненной самореализации - Е.Б. Константинова; жизненные стратегии как «стратегии адаптации», «стратегии выживания», «достижительные» и «стоические» - Н.Ф. Наумова, Н.М. Давыдова и др.) и предложена авторская типология.

В развитии концепции диссертации наиболее плодотворной представляется типология Н.Ф. Наумовой, которая была дополнена и конкретизирована автором в соответствии с выявленной спецификой ценностных доминант молодых людей ЗАТО. Критериями разработанной автором типологии – типов и видов жизненных стратегий - в работе выступают: характер и мера рациональности стратегий; степень адаптации индивида к изменяющимся условиям трансформационного общества, персональный стиль достижения жизненной цели. В первом «успешном» типе доминирует целерациональное начало, мы представили его в единстве видов стратегий «прагматика» (единство всех видов стратегий в их ориентации на достижение личной цели) и «профессионала» (в структуре доминируют образовательная и трудовая виды стратегий). Во втором «запаздывающем» типе преобладает ценностно-рациональное и аффективное начало, проявляемое в стратегиях «плывущего по течению» и «иждивенца». Третий «достижительный» тип стратегии становится результатом реализации различных видов стратегий: «прагматик», «профессионал», «иждивенец» и «игрок». Четвертый «стоический» тип проявляется в виде стратегии «профессионала», стремящегося следовать собственным устремлениям, ценностям и идеалам.

Во втором параграфе первой главы «Специфика условий процесса формирования жизненных стратегий молодежи закрытых администра­тивнотерриториальных образований в российском трансформирующемся обществе» анализируются особенные условия формирования жизненных стратегий социально-демографической группы молодежи ЗАТО в переходном периоде (рубеж ХХ-ХХI вв.) развития российского общества.

В анализе отечественных источников мы пришли к заключению о том, что молодежь, во-первых, рассматривается в качестве социально-демографической группы общества, выделяемой на основе совокупности возрастных характеристик, особенностей переходного социального положения и обусловленных ими задач социализации; и, во-вторых, в социологических работах по молодежи явно недооценивается ее активность в конструировании собственной жизни и жизни общества. Потребность в этом акценте с особой остротой ощущается в периоды кризисов общества. В своей работе мы считаем целесообразным рассматривать современную российскую молодежь, как общественную группу трансформирующегося общества, условия и факторы формирования которой в трансформирующемся обществе определили доминирование ориентаций на самоконструирование и самоменеджмент.

В анализе специфики условий социализации молодежи ЗАТО – объекта диссертационного исследования, автор подробно описывает специфику городов закрытого типа. В качестве особых условий процесса формирования жизненных стратегий молодежи в ЗАТО в работе выведены:

- искусственно созданная изолированность социума, режимные особенности, обусловливающие консервацию условий воспитания и социализации молодежи, проживающей в них;

- трудности приспособления «закрытых» городов к сложившейся в России рыночной системе социально-экономических отношений и сопутствующей ей неопределенности;

- интенсифицированный трансформационными процессами рост социально-экономической, социально-профессиональной и статусной дифференциации молодежи.

В осмыслении влияния системы выделенных условий на молодежь ЗАТО, мы приходим к выводу о том, что они мало способствуют реализации требований времени - формирования способности к самоменеджменту.

В ходе теоретического исследования и вторичного анализа социологических данных исследований ценностных ориентаций молодежи автору удалось зафиксировать нетипичный для российской молодежи вектор изменений в ценностных ориентациях. В сознании молодежи ЗАТО снижается значимость образовательной стратегии, несмотря на то, что в условиях «закрытых» городов ценность образования всегда стояла на первом месте. Вместе с тем, процессы глобализации и наступление постинформационной эры коммуникации обусловливают прагматический подход к образованию, что выражается в росте адаптивных образовательных стратегий. Одновременно с утверждением рыночных ценностей становятся доминирующими стратегиями трудовая и сопутствующая ей - миграционная, в силу неразвитости «рынка» в самих ЗАТО. Формирование брачных стратегий зависит от установок молодежи на социальное неравенство: молодежь выбирает себе брачных партнеров по желаемому социальному и экономическому статусу. В целом, в исследовании автор демонстрирует тенденцию к автономизации личности в процессе формирования жизненных стратегий в т.н. «закрытых» городах.

Во второй главе «Особенности формирования и реализации жизненных стратегий молодежи ЗАТО в переходный период развития российского общества: опыт эмпирической реконструкции» проведена эмпирическая верификация авторской гипотезы. Результаты проведенного автором опроса и групповой дискуссии, позволили выстроить реальную типологию жизненных стратегий молодежи ЗАТО, уточнить степень влияния отдельных социально-экономических, и социокультурных последствий преобразования российского общества на формирование жизненных стратегий молодых людей, выявить причины их нежелания/стремления связывать в дальнейшем свою жизнь с ЗАТО и атомным производством, охарактеризовать конкретные трудности реализации их жизненных стратегий, дать рекомендации для развития молодежной политики в ЗАТО, касающиеся углубления ориентации молодежи на профессии атомного комплекса, создания системы стимулов для проживания в закрытом городе после окончания профессионального обучения, тем самым, способствуя обогащению сохраняющегося и сегодня научного опыта ЗАТО, увеличивая инновационный потенциал градообразующего предприятия.

В первом параграфе второй главы «Факторы формирования жизненных стратегий: личностная рефлексия (по материалам анкетирования)» проведен анализ результатов опроса молодежи г. Новоуральска (ЗАТО, имеющего данный статус с 1954 года) с помощью метода анкетирования. Репрезентативность выборки обеспечивалась методом систематического адресного отбора со случайным началом и шагом в 3 квартиры.

Исследование мотивов формирования жизненных стратегий позволяет зафиксировать, что 25% респондентов не имеет главной жизненной цели, но при этом руководствуются частными целями. Т.е четверть молодежи выстраивают «дерево целей», но это «дерево без ствола». Следуя концепции диссертации, уместно сделать вывод о том, что формируемые молодыми людьми жизненные стратегии не представляют собой системы, но выступают рядом ее элементов. В осмыслении данного феномена автор склоняется к умозаключению о том, что мозаика жизненных целей и стратегий является выражением неопределенности в развитии современного общества.

На поставленный в открытой форме вопрос, в чем заключается главная цель жизни, большинство респондентов выделяли: получение хорошего образования, престижной и высокооплачиваемой работы, создание крепкой и счастливой семьи, самореализацию. Таким образом, ими отмечается значимость: образовательной, трудовой и брачной стратегий. Миграционная стратегия, при этом выступает средством достижения желаемого уровня благосостояния.

Эмпирический анализ позволяет также выявить временные вехи формирования жизненных стратегий. Впервые о способе самореализации примерно половина респондентов задумались в школе, около 22% в выпускном классе, 12% наших респондентов отмечает, что потребность в формировании жизненной стратегии ими была осознана к 20 - 24 годам. Показателен и тот факт, что в условиях объективно возрастающей ответственности за личные жизненные достижения 5% респондентов затруднились ответить и 2% до сих пор не задумывались о необходимости самоопределения и не имеют жизненной стратегии. Представляется, что настроения этих 7% респондентов определили как раз особые условия ЗАТО, рождающие иллюзию возможности социальной инерции в судьбе каждого нового поколения.

Инструментарий нашего исследования позволил определить степень распространенности в ЗАТО основных типов жизненных стратегий: «профессионалы» – 36%, «плывущие по течению» – 22%, «иждивенцы» – 21,5%, «игроки» – 12,5%, «прагматики» – 8%. При этом, результаты исследования позволили углубить теоретические представления о процессе формирования жизненных стратегий молодыми людьми. Оказалось, что каждый из типов представляет собой особый тип взаимодействия стратегий: в жизненных стратегиях «профессионалов» доминирует образовательная и трудовая стратегия, средством реализации которых становится миграционная стратегия. В структуре жизненных стратегий «плывущих по течению», отсутствуют доминирующие стратегии, жизненная цель «жить как все» ориентирует на подражание другим типам жизненных стратегий. Стратегии «иждивенцев» отличается отсутствием целостности. Мы объясняем данный факт низкой самооценкой молодых людей данного типа, что заставляет их строить отдельные стратегии в подражание другим, но мешает проявить свою индивидуальность в целостной стратегии. В жизненных стратегиях «игроков» трудовая, брачная и миграционная стратегии целостны, они строятся на принятии риска и его главном ресурсе – удаче. «Прагматики», наоборот, подчиняют все стратегии главной жизненной цели – достижению успеха, при этом их главное отличие от «профессионалов» - слабо выраженная ориентация на реализацию образовательных и трудовых стратегий. На основании анализа ответов респондентов выявлен ожидаемый феномен того, что реальные типы стратегий молодежи носят смешанный характер. Тем не менее «достижительный» тип стратегии является доминирующим, составляя 64% от числа опрошенных, против 34% «плывущих по течению». Но и та, и другая группа молодежи в большинстве своем ориентирована на самореализацию вне закрытого города, что означает наличие серьезной угрозы потери потенциала ЗАТО. Можно также с известной долей уверенности прогнозировать увеличение пропорции «плывущих по течению» в условиях продолжения экономического кризиса 2008-2009гг.

Во втором параграфе второй главы «Актуальные проблемы реализации жизненных стратегий: групповая рефлексия (по материалам фокус-группы)» проведен анализ материалов групповой дискуссии. С помощью мнений информантов автору удалось выявить проблемы реализации жизненных стратегий современной молодежи, и в частности молодежи, по своему происхождению, социализации и ментальности связанной с социокультурным полем закрытого административного образования.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»