WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

11. Для России урегулирование этнических проблем – вопрос национальной безопасности. Анализ российского законодательства позволяет отметить, что традиционный подход, направленный исключительно на борьбу с этническим экстремизмом, исчерпал свой потенциал. Целесообразно сосредоточиться на обеспечении этнической самореализации всех групп населения, предоставлении им оптимальных возможностей участия в жизни государства и общества.

Следует, очевидно, не только поменять подходы к праву народов на самоопределение, но и заменить сам термин «самоопределение» на другой, не имеющий такой длительной истории применения в международном праве (например, на «самореализацию», «самобытность» и т.п.). Это позволило бы четко разграничить право народа на образование независимого государства, в случаях предусмотренных международным правом, и право этноса на культурное, социальное и политическое самовыражение в рамках существующего государства.

12. Этнический подход к праву наций на самоопределение использовался многими западными политиками в качестве дополнительного рычага для развала многонациональных государств социалистического лагеря – Югославии, СССР, ЧССР и других. Это породило многочисленные конфликты.

Распад Советского Союза позволил США стать практически единственной внешней силой, которая как с согласия опекаемой страны, так и без него, участвует в процессе нацио-строительства других государств. Имеет место продолжение линии холодной войны, когда проблема прав человека используется для дестабилизации потенциального противника, вмешательства в его внутренние дела.

Благодаря последовательной линии Москвы, американская концепция «гуманитарной интервенции» не нашла отражения в документах ОБСЕ. Нельзя согласиться с тем, что США предпринимают без санкции ООН военные акции, свергают правительства, осуществляя нацио-строительство «по-американски». В ряде случаев действительно необходимо вмешательство внешних сил с целью прекращения гражданской войны, геноцида и т.д. Но оно должно быть санкционировано ООН.

При этом приходится признать, что ООН не имеет достаточных силовых и экономических ресурсов, а потому вынуждена прибегать к помощи великих держав, которые под ооновским флагом подчас проводят свою политику, фактически подменяют эту организацию.

Миротворчество является одной из форм воздействия извне на нацио-строительство. Важно, чтобы Россия активно участвовала в осуществлении миротворческого процесса, способствуя выработке его разумных форм.

13. Процесс национальной интеграции можно рассматривать как эволюцию форм социальной самоорганизации в системе международных отношений. Так, империи-государства и нацио-государства представляют собой две последовательно сменяющие друг друга формы самоорганизации, через которые прошли практически все регионы. В настоящее время становится заметным изменение статуса нацио-государства. Оно трансформируется в более открытое и ориентировано на включение в региональные и трансрегиональные структуры.

14. Для понимания современной действительности Российской Федерации важно проанализировать базовые политико-культурные особенности мировоззрения нашего народа, систему его политических ценностей, формировавшуюся на протяжении всей истории, учесть прежний опыт политического строительства.

Российская история дает богатую пищу для размышлений, связанных с усилиями нынешней власти по созданию жизнеспособной и динамичной федерации. Вряд ли мы сможем быть успешными, отказываясь принимать современные правила. Нельзя исходить далее из мифологии о нашей жертвенности и особенности русского народа как принадлежащего не себе и своим интересам, а являющегося заложником собственной территории и ее потребностей. Сохранение такой идеи побуждает множество граждан эмигрировать под крыло какого-нибудь «традиционного» народа, принадлежащего самому себе и несущего ответственность только за собственное будущее.

15. Распространенным стереотипом является внедрявшееся в XVIII -XIX веках западными политиками представление о Российской империи, как огромной державе, которой присущ «природный экспансиознизм». Удержать в подчинении такую территориальную «глыбу» якобы было возможно только за счет подавления народов присоединенных окраин. С подачи революционно настроенных кругов «западнической» интеллигенции, связанных с международной социал-демократией и Вторым Интернационалом, о России заговорили как о «тюрьме народов». И хотя национальный вопрос и не был самым острым во внутриполитической жизни страны, а скорее выступал как отражение глубокого кризиса самодержавия с его опорой на сословность и нежеланием избавляться от пережитков крепостничества, он сыграл важную роль в радикализации национальных элит и территориальной дезинтеграции империи в годы Первой мировой войны.

Помимо очевидных негативных сторон имперского наследия в нем существовало нечто позитивное. В отличие от большинства других империй Россия расширялась за счет присоединения народов, живших по соседству. На вновь приобретенных территориях сохранялись многие местные порядки, определенная автономия, специфика во взаимоотношениях с центром. Ни один историк не может с точностью определить, какая же территория в имперской России может считаться территорией метрополии по отношению к остальным, которым можно было бы безоговорочно присвоить статус колоний.

Встречается суждение, что русские цари были не в состоянии выработать единую национальную политику. Но, возможно, именно благодаря этому Российская империя оставалась государством, способным консолидировать все население для решения внешних задач. По крайней мере, когда царизм перешел к политике унификации и единообразия, русификации всех регионов – империя стала испытывать перегрузки. Национальный вопрос приобретал все более острый характер, способствуя подъему революционного движения и развалу Российской империи.

16. Октябрьская революция 1917 г. заложила основы федералистского устройства и окончательно уничтожила форму государственного единства, которая существовала в Российской империи. В новом государстве был дан мощный толчок развитию самосознания этносов, находившихся на весьма различных уровнях этногенеза. Предполагалось пробудить массовую активность населения, подвигнуть его к осознанному участию в укреплении советского строя, «подарившего» народам их новую национальную историю и «новую» жизнь.

С позиций сегодняшнего дня, очевидно, что, во-первых, теория большевиков по многим параметрам была ошибочной, а, во-вторых, ей следовали лишь на первых порах. В дальнейшем красивыми лозунгами прикрывались зачастую неблаговидные действия, продиктованные стремлением вождей удержаться у власти, подавить любое инакомыслие, убрать личных противников.

Фактически, в послевоенный период, вплоть до 1985 г., в области федеративных отношений кардинальных изменений не происходило. В этих условиях к власти пришло новое руководство во главе с М.С. Горбачевым. Оно попыталось реформировать коммунистическую систему, сделав ее демократичнее. В сфере межнациональных отношений предполагалось, что союзные республики получат широкие экономические и политические права, а центральная власть останется гарантом суверенитета союзных республик, в том числе их права выхода из СССР.

М.С. Горбачев, как человек воспитанный советской системой, продолжал уповать на интернационалистские традиции и не предпринял адекватных шагов по нейтрализации возрождавшегося сепаратизма. Крушение партийной монополии и переход к рыночным отношениям в экономике, возникший социальный хаос довершили дискредитацию советского строя. Частью граждан союзных республик овладело убеждение, что со своими соплеменниками на ограниченной территории им удастся эффективнее решать возникшие проблемы. Уменьшение роли центра в регулировании межнациональных отношений привело к ослаблению государственного единства, возникновению острых этнических конфликтов, и, в конечном итоге, распаду СССР.

17. В советский период сложилась специфическая федерация, которая не выдержала испытание временем. Вместе с тем федералистская идея прочно овладела умами представителей политического класса России. В дальнейшем споры и дискуссии вызывали только те аспекты федерализма, которые были связаны с количеством и границами входящих в союз субъектов.

18. У новых российских лидеров не было ясности в том, как оптимально выстроить федеративные отношения. Государственное строительство шло по принципу реагирования на изменение ситуации. Сепаратистская тенденция, распространившаяся на автономные республики, превращалась в главную угрозу национальной безопасности. Охваченные азартом разрушения «коммунистического наследия» российские реформаторы недооценивали надвигавшуюся опасность.

Ответственность за преодоление сепаратизма принял на себя В.В.Путин. Наведение конституционного порядка в Чечне дало ему преимущества на президентских выборах. Сложная экономическая ситуация провоцировала центральную власть переложить основное бремя социальных расходов на регионы. С другой стороны, явная диспропорция в доходах, наличие регионов-доноров и дотационных субъектов федерации вынуждали Москву наращивать централизацию.

19. Диктат центра или гиперболизация его полномочий могут свести на нет самостоятельную власть в регионах, лишить их права на принятие решений и, как следствие, ответственности. Региональная политика на протяжении 1990-х гг. оставалась законодательно слабообеспеченной сферой деятельности. До сих пор отсутствует единый законодательный акт, создающий целостную систему федерального регулирования социально-экономического развития субъектов. Существующие механизмы согласования интересов неэффективны и являются в основном средством легитимации авторитарной политики федерального центра.

Негативным является то, что «придавленные» центром регионы накапливают недовольство, которое проявляется под лозунгом «возрождения самосознания народа». Социологические исследования указывают на развитие этнического самосознания практически у всех народов постсоветской России. Большинство региональных лидеров поначалу остерегалось открыто выказывать свое отрицательное отношение к преобразованиям административной системы, предпочитая действовать скрыто, через представителей национальных движений. Однако уже в 2004 г. лидеры ряда республик открыто поставили под сомнение целесообразность преобразования Совета Федерации и создания семи административных кругов.

20. Федерализм предполагает территориальную демократию с разделением властей не только по горизонтали (исполнительная-законодательная-судебная), но и по вертикали. Для многонациональной страны – это гарантия устойчивости. Федеральные власти надеются, что рост числа субъектов РФ, полностью зависимых от них материально, сделает региональные элиты более покладистыми. На деле складывается иная ситуация. Недостаток средств в региональных и муниципальных бюджетах снимает с них ответственность.

Для территорий с преобладанием нерусского населения указанная тенденция может привести к росту антирусских фобий, поскольку федеральная власть воспринимается там как «русская» и исходящие от нее неприятности зачастую рассматриваются как целенаправленная дискриминация. Этому не в состоянии помешать даже то, что российские власти делают шаги в сторону создания мультикультурного полиэтнического общества, основанного на принципах равенства и партнерских отношений этносов и религиозных групп.

Российская Федерация, в отличие от СССР, более однородна в этническом отношении: русские составляют более 80% населения страны и численно преобладают в большинстве ее республик. Однако демографическая ситуация меняется. Доля русского и в целом славянского населения сокращается, а удельный вес представителей народов, которые можно условно отнести к статистической группе «исламских народов», быстро растет.

21. Россия ищет стратегию национальной и федеративной политики, и от этого выбора во многом будет зависеть судьба федерации. Проблема заключается не столько в выборе между централизованным и децентрализованным управлением, сколько в адекватном применении принципа плюрализма при построении Российской Федерации.

Новая форма федерации пока не сложилась. Попытки построить союз на основе договоров (договорная федерация), предпринимавшиеся с 1994 г., успехом не увенчались, в первую очередь потому, что не были определены правовые принципы согласованных действий власти не только по вертикали (центр – регион), но и по горизонтали (регион – регион). Опыт показал, что российское федеративное управление должно иметь в своей основе такой центр, который успешно сочетал бы функцию объединения и координации действий всех субъектов федерации. Многообразие применительно к российскому федерализму может означать закрепление за центром права выбора стратегии развития общества и государства, а за регионами – соответствующей тактики.

22. Обеспечить учет чаяний всех субъектов реформируемой федерации может лишь гражданское общество, способное на основе демократических принципов вступить с властью в партнерские отношения. При этом важно учитывать не столько этнические запросы отдельных народов, сколько выступать в защиту интересов, отражающих потребности всех россиян. Только развитие общественных организаций с гарантированным юридическим статусом способно обезопасить страну от перерождения здорового централизма в тенденции авторитарного типа, подрывающие демократические основы федеративного союза, тормозящие прогресс рыночной экономики и сужающие возможности для всестороннего развития личности.

Гражданское общество призвано гарантировать участие всех членов общества, вне зависимости от их этнической принадлежности, в управлении через институты политической демократии. Именно так можно обеспечить подлинный «национальный суверенитет» всех этносов и успех любых мероприятий по нациостроительству.

Пока гражданское общество в России развивается крайне медленно ввиду того, что ему приходится сталкиваться с острыми и разноплановыми проблемами, по которым так и не достигнуто консенсуса. Размывание многолетней жесткой социальной структуры и стремление различных групп осмыслить и отстоять свои интересы обусловливает усиление националистических тенденций.

23. В истории российской государственности внешний фактор всегда играл весомую роль. Внешняя угроза уже на ранних этапах выступала в качестве мощного стимула объединения славянских племен вокруг сильного центра. Промежуточное положение страны между Западом, Востоком и Югом на протяжении последующих столетий продолжало создавать постоянную военную опасность. Для противостояния ей была необходима мощная государственная машина. Власть постепенно монополизировалась самодержцем и превратилась в доминирующую модель управления.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»