WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Бездействие может быть квалифицировано в качестве злоупотребления правом при одновременном выполнении двух условий: 1) на управомоченном субъекте не лежит обязанность действовать; 2) для реализации интереса необходимо активное действие. Так бывает в ситуации, когда субъект, осуществляя право с целью реализации интереса, вступает в правоотношение с третьим лицом, однако затем не совершает всех необходимых для осуществления права действий (т. е. бездействует). Тем самым управомоченный субъект не совершает действий, направленных на завершение осуществления права, что не соответствует его интересу, ранее обозначенному при начале совершения активных действий, направленных на реализацию имеющегося у него интереса. Здесь нельзя сказать, что правообладатель, бездействуя, отказывается от осуществления права, поскольку в рассматриваемой нами ситуации до бездействия истец совершил определённые действия, направленные на осуществление права. Предпринятое после этого бездействие будет таким поведением управомоченного, которое не ведёт к завершению начатого им осуществления права и, таким образом, не соответствует его интересу. Вместе с тем санкция за злоупотребление правом путём бездействия не может состоять в понуждении к совершению активного действия.

Параграф четвёртый «Недействительность сделки». Злоупотребление правом в судебной практике и научной литературе признаётся в качестве основания для признания сделки недействительной. Диссертантом аргументируется позиция, согласно которой злоупотребление правом не может являться основанием признания сделки недействительной. В обоснование этого тезиса приводятся следующие доводы:

1. Действия по злоупотреблению правом носят односторонний характер, для злоупотребления правом достаточно единичного волеизъявления. Однако действия, направленные на злоупотребление правом, не являются односторонней сделкой, поскольку, во-первых, результат их осуществления неправомерен, а, во-вторых, они не создают каких-либо указанных в законе обязанностей для злоупотребляющего лица (как того требует ст. 154 ГК РФ). Поэтому невозможно признать недействительным, например, завещание по мотиву того, что завещатель злоупотребил правом при его составлении. Всякий договор воплощает в себе волю двух и более лиц. Их участие в формировании договорных условий не позволяет по данному основанию признать как договор в целом, так и его отдельные условия недействительными.

2. Норма ст. 10 ГК РФ направлена на пресечение возможности принудительно осуществлять право, что изначально невозможно, если сделка, из которой возникло право, недействительна. Если ответчик заявляет о злоупотреблении правом со стороны истца, то для защиты прав ответчика суду нет надобности признавать сделку недействительной, достаточно применить ст. 10 ГК РФ и отказать в иске.

3. В соответствии с ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) — возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Следовательно, ничтожность и реституция как последствия признания сделки недействительной на основании ст. 168 ГК РФ применяются лишь в случаях, когда из закона не следует иное. Поэтому даже если признать, что нарушение ст. 10 ГК РФ может быть основанием для признания сделки недействительной по ст. 168 ГК РФ, то необходимо сделать вывод, что и последствия такого нарушения должны быть теми, которые указаны в специальной норме ч. 2 ст. 10 ГК РФ – отказ в защите права.

4. Спорность отнесения злоупотребления правом к основаниям признания сделки недействительной выявляется и при попытке найти место данным сделкам в рамках классификации недействительных сделок на оспоримые и ничтожные. Особенность ничтожной сделки заключается в том, что вывод о её недействительности может быть сделан исключительно путём сравнения её условий с нормами закона. Основаниями для признания недействительной оспоримой сделки служат, как правило, обстоятельства, связанные с порядком её заключения. Злоупотребление правом нельзя отнести ни к основаниям ничтожности, поскольку злоупотребление невозможно выявить из условий сделки, ни к оспоримости, поскольку действия по заключению сделки совершаются до возникновения права, основанием которому служит сделка. Иными словами, действия по включению в договор оспариваемого условия происходят до заключения договора, т. е. в период, когда правовая связь между сторонами отсутствует.

При решении вопроса о том, является ли отказ в защите права по основанию злоупотребления видом гражданско-правовой ответственности, автор исходит из общепризнанного в науке гражданского права сформулированного О. С. Иоффе определения гражданско-правовой ответственности как обязанности претерпеть имущественные лишения в виде возложения на правонарушителя дополнительных обязанностей или лишения его субъективных прав. Поскольку предусмотренный ст. 10 ГК РФ отказ в защите права состоит в отказе в применении испрашиваемого способа защиты гражданских прав, то применение данной санкции не является привлечением к гражданско-правовой ответственности, поскольку такой отказ не может быть связан ни с лишением управомоченного лица какого-либо права, ни с возложением на него какой-либо обязанности.

Глава третья «Особенности применения запрета злоупотребления правом в отдельных видах гражданских правоотношений».

Параграф первый «Применение запрета злоупотребления правом в корпоративных отношениях». Анализируя вопрос о том, как формируется интерес юридического лица, автор обращается к концепции Ж. Ж. Руссо, различавшего в отношениях, связанных с принятием коллективных решений гражданами в рамках общественного договора, «общую волю» и «волю всех». Применительно к деятельности акционерного общества «волей всех» можно назвать простую сумму частных волеизъявлений отдельных акционеров, направленную на реализацию интереса каждого из них; «общей волей» – волю, которая по диалектическому закону перехода количественных изменений в качественные даёт при суммировании частных воль акционеров качественно новую волю акционерного общества и, как следствие, направлена на реализацию качественно нового интереса — интереса юридического лица («общего корпоративного интереса»). Иными словами, поданные на общем собрании акционеров голоса – это «воля всех», принятое в результате голосования решение – это «общая воля». Каждый акционер может удовлетворить свой частный интерес по сравнению с другими акционерами в пропорции к количеству принадлежащих ему акций, так как объём корпоративных прав прямо зависит от данного количества. Общество, являющееся для акционера (участника) средством достижения цели получения прибыли — самостоятельный субъект права, выражающий вовне общую волю, направленную на реализацию общего интереса своих участников.

Таким образом, особенность злоупотребления корпоративными правами заключается в том, что оно может состоять в осуществлении этих прав не только в противоречии с интересом обладающего ими акционера (участника общества с ограниченной ответственностью), но также в противоречии с общим корпоративным интересом.

С учётом сделанных теоретических выводов диссертантом проведён анализ использования запрета злоупотребления правом в различных видах корпоративных споров, по результатам которого подведены соответствующие итоги. Так, в качестве злоупотребления правом могут быть квалифицированы:

1. Действия, называемые «блокировкой пакета акций», т. е. направленные на создание временной объективной невозможности реализации прав, предоставляемых этими акциями (в том числе путём принятия судом обеспечительных мер).

2. Действия акционера, который, осуществляя право на получение у общества документов и информации, в течение непродолжительного периода запрашивает у общества одни и те же документы и информацию, чем существенно затрудняет деятельность последнего. Это говорит о том, что акционер осуществляет данное право без какого-либо интереса для себя.

3. Действия акционера, в течение непродолжительного периода осуществляющего право требования созыва внеочередного общего собрания акционеров, если такие требования содержат вопросы, уже рассмотренные на созванных ранее общих собраниях акционеров.

Не могут быть квалифицированы в качестве злоупотребления правом:

1. Осуществление права голоса на общем собрании каким-либо акционером (участником общества с ограниченной ответственностью), имеющим возможность в силу количества принадлежащих ему акций (долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью) единолично влиять на принятие решений на общем собрании акционеров (участников), кроме случая, если оно осуществляется с иными целями, чем цель получения прибыли обществом.

2. «Необоснованное» голосование участника коллегиального органа управления общества «за» или «против» того или иного решения, так как в компетенцию суда не может входить проверка обоснованности такого голосования, так как это повлечёт подмену судом данного органа.

3. Неявка на заседание коллегиального органа управления общества с целью недобора кворума, необходимого для принятия решения указанным органом. В этом случае интерес остальных участников (явившихся и голосовавших «за») состоит в признании решения принятым. Однако иск общества к отсутствующему участнику о признании принятых на собрании (заседании совета директоров) решений действительными невозможен – ни ст. 12 ГК РФ, ни специальное корпоративное законодательство не предусматривают такого способа защиты гражданских прав. Если акционер, не проголосовавший за принятие решения, требующего единогласия (не явившийся в заседание, требующее 100%-го кворума), не обращается в суд с иском о признании данного решения недействительным, то последствие злоупотребления правом в виде отказа в иске неприменимо.

Параграф завершается анализом соотношения нормы ст. 10 ГК РФ и ст. 10 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – ФЗ «Об ООО»), согласно которой участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем 10% уставного капитала общества, вправе требовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно её затрудняет. Автором поддерживается уже высказанная в науке точка зрения о том, что норма ст. 10 ФЗ «Об ООО» — это проявление противодействия злоупотреблению правом. Вместе с тем в диссертации отмечается, что действия, указанные в ст. 10 ФЗ «Об ООО», и действия, квалифицируемые по ч. 1 ст. 10 ГК РФ, могут иметь не только общие черты, но и отличия. Сходство между этими действиями может проявиться в том, что 1) и те и другие могут состоять в осуществлении управомоченным лицом своих субъективных прав вразрез с его интересами; 2) обе названные нормы действуют на будущее время, их действие носит превентивный, а не восстановительный характер. Отличие между названными нормами состоит в следующем:

1. Если диспозиция ст. 10 ФЗ «Об ООО» предусматривает в том числе и бездействие, то в качестве злоупотребления правом может быть квалифицировано только действие по осуществлению права.

2. Часть диспозиции ст. 10 ФЗ «Об ООО» — «грубое нарушение обязанностей» не может выражаться в виде злоупотребления правом.

В случае если действия, названные в ст. 10 ФЗ «Об ООО», квалифицируются в указанных пределах как злоупотребление правом, то у такого злоупотребления есть следующие особенности:

1. Последствие действий, регламентированных в ст. 10 ФЗ «Об ООО», - прекращение корпоративных прав, а не отказ в их защите, что можно рассматривать как единственный в отечественном праве прямо названный в законе случай прекращения права как последствие злоупотребления им. К случаям лишения корпоративного субъективного права вследствие злоупотребления им не могут быть отнесены случаи исключения участника из производственного кооператива, потребительского общества либо садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, если такой участник не выполняет или ненадлежащим образом выполняет обязанности, вытекающие из такого участия. В этом случае речь идёт о санкции не за злоупотребление правом, а за неисполнение обязанностей, что исключает квалификацию таких действий в качестве злоупотребления правом.

2. Применение общего последствия злоупотребления правом – отказ управомоченному лицу в иске не связан с одновременным возложением каких-либо обязанностей на иное лицо, между тем одно из последствий исключения участника из ООО состоит в возникновении на стороне ООО обязанности по выплате исключённому участнику действительной стоимости его доли (ч. 4 ст. 23 ФЗ «Об ООО»), что аналогично последствиям его добровольного выхода из ООО.

3. Ответчиком по иску на основании ст. 10 ФЗ «Об ООО» является лицо, злоупотребляющее правом. В данном случае суд удовлетворяет иск по мотиву того, что ответчик злоупотребляет своим корпоративным правом.

Параграф второй «Применение запрета злоупотребления правом в денежных обязательствах». Судебная практика свидетельствует о том, что при рассмотрении исков, связанных со взысканием денежных долгов, судами часто используются правила ст. 10 ГК РФ. В диссертации анализируется применение судами запрета злоупотребления правом в трёх наиболее распространённых на практике случаях: 1) при взыскании процентов как платы за пользование денежными средствами; 2) при взыскании процентов в ситуации длительного непредъявления кредитором иска; 3) при взыскании оплаты по договорам, содержащим «валютную оговорку».

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»