WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

При исследовании вопроса о противоправности злоупотребления правом автор указывает на недостаточность для ответа на этот вопрос законодательного материала ч. 1 ст. 10 ГК РФ, запрещающей осуществление именно права, между тем каждое конкретное действие в каждый конкретный момент времени может быть либо правомерным, либо противоправным. Диссертант исходит из того, что противоправным является действие, совершённое субъектом при отсутствии права. Ситуация отсутствия права возможна в двух видах: либо право у субъекта ещё не возникло (и не возникнет), либо это право было, но уже прекратилось. Отсутствие интереса в осуществлении права не является обстоятельством, препятствующим возникновению права, так как при наличии предусмотренных законом юридических фактов право возникает у субъекта вне зависимости от того, имеется ли у него в настоящее время интерес в получении тех выгод, которые ему даст осуществление данного права. Отсутствие интереса в осуществлении права не является основанием прекращения права, так как даже если субъект утратил по каким-то причинам интерес в получении тех выгод, которые ему может дать осуществление права, то данное обстоятельство не предусмотрено законом в качестве юридического факта, влекущего прекращение субъективного гражданского права. Таким образом, обстоятельства, дающие основания для квалификации действий лица в качестве злоупотребления правом, не могут быть тождественны обстоятельствам, являющимся препятствием для возникновения права, и не могут быть тождественны обстоятельствам, являющимся основанием для прекращения права. Следовательно, обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действия лица в качестве злоупотребления правом, не сообщают данным действиям свойства противоправности, т. е. действия управомоченного субъекта по осуществлению принадлежащего ему права при отсутствии в этом интереса по своей правовой природе не являются правонарушением. Противоправным в этом случае будет результат осуществления права как противоречащий ст. 10 ГК РФ. Отказывая лицу в защите права (ч. 2 ст. 10 ГК РФ), суд препятствует наступлению такого результата.

Переходя к вопросу о том, какое значение имеет причинение вреда для квалификации злоупотребления правом, автор обращает внимание на то, что ст. 10 ГК РФ не предусматривает обязанность лица, осуществляющего право с исключительной целью причинения вреда, возместить вред потерпевшему. Реакция государства на подобные действия (в виде отказа в защите права) носит превентивный характер, т. е. преследует цель не допустить наступления отрицательных последствий. Следовательно, действия лица квалифицируются в качестве злоупотребления правом до наступления отрицательных последствий. Таким образом, наступление отрицательных последствий не является юридическим фактом, входящим в юридический состав, дающий основания для квалификации действий в качестве злоупотребления правом.

Вместе с тем, если бы действия по злоупотреблению правом не приводили к каким-либо отрицательным последствиям, то у государства не было бы необходимости им препятствовать. Если управомоченное лицо обращается за помощью к государству в лице суда, то в этом случае будет затрагиваться публичный интерес, в целях предотвращения наступления отрицательных последствий для которого суд может отказать в защите права. Если же в результате «злоупотребительного» осуществления права произойдёт нарушение прав или охраняемых законом интересов третьих лиц, то последние вправе прибегнуть к их защите способами, указанными в ст. 12 ГК РФ, в зависимости от характера нарушения.

По результатам догматического анализа ч. 1 ст. 10 ГК РФ диссертант приходит к выводу о том, что из содержания ч. 1 ст. 10 ГК РФ невозможно вывести легальное понятие злоупотребления правом, так как данная норма не указывает на признаки, присущие всем формам злоупотребления правом. В связи с этим автором предлагается своё определение злоупотребления субъективным гражданским правом как осуществления принадлежащего управомоченному лицу права в противоречии с имеющимся у данного лица признанным законом интересом в его осуществлении.

Исследуя вопрос о том, не повлечёт ли подобное понимание злоупотребления правом необходимость для управомоченного лица доказывать наличие интереса в ходе осуществления принадлежащих ему прав, автор исходит из того, что поскольку управомоченных лиц субъективными правами наделил (или предоставил им защиту) сам законодатель, то интерес в их осуществлении должен предполагаться, пока не доказано иное.

В заключительной части параграфа рассматривается вопрос о соотношении института злоупотребления субъективным гражданским правом с институтом недобросовестности. В науке гражданского права существует основанная на ч. 3 ст. 10 ГК РФ точка зрения (Л. А. Куликова, В. П. Камышанский, Г. А. Гаджиев, Л. В. Щенникова), состоящая в том, что злоупотребление правом по своей природе тождественно недобросовестности. Такой же позиции в значительном количестве случаев придерживаются суды.

Для оценки этой точки зрения диссертант обращается к относительно устоявшейся в отечественной цивилистике доктрине, различающей добросовестность в объективном и субъективном смысле (И. Б. Новицкий, К. И. Скловский). Недобросовестность в субъективном смысле не может быть тождественна злоупотреблению правом, так как недобросовестным является лицо, не имеющее права, между тем как злоупотребить правом может только лицо, имеющее право. Несовпадение злоупотребления правом с недобросовестностью в объективном смысле проявляется в том, что если недобросовестность в объективном смысле определяется путём сопоставления действий управомоченного лица с интересами другого лица (контрагента), то злоупотребление правом определяется путём указания на отсутствие интереса самого управомоченного лица.

Параграф третий «Отграничение гражданско-правового запрета злоупотребления правом от смежных правовых институтов». Автор обосновывает необходимость различения злоупотребления субъективным гражданским правом от нарушений договорных обязательств, последствия которых регулируются специальными нормами обязательственного права. Злоупотребление субъективным гражданским правом необходимо также отличать от ограничения или лишения судом несовершеннолетнего права самостоятельно распоряжаться своими доходами (ч. 4 ст. 26 ГК РФ) и ограничения судом дееспособности гражданина, который вследствие злоупотребления спиртным или наркотиками ставит свою семью в тяжелое материальное положение (ч. 1 ст. 30 ГК РФ). Данные действия не являются злоупотреблением правом, так как их последствия – это ограничение дееспособности, что не является санкцией, в отличие от предусмотренного ч. 2 ст. 10 ГК РФ отказа судом в защите права.

Диссертантом также анализируется группа норм, внешне сходных со злоупотреблением правом и объединённых тем, что в них содержатся признаки ненадлежащего использования управомоченным лицом своего имущества (ст. 240, 241, 284, 293 ГК РФ). Проводя историческую аналогию с существовавшим в римском частном праве запретом жестокого обращения с рабами, автор указывает на то, что ratio этих норм состоит в публичном интересе в сохранении данного имущества. Нарушение данного интереса со стороны управомоченного лица может повлечь передачу прав на это имущество по воле публичной власти другому лицу. Такой смысл и назначение названных норм не соответствует смыслу и назначению запрета злоупотребления правом, который направлен исключительно на воспрепятствование субъекту досаждать третьим лицам и государству требованиями, в которых для субъекта не прослеживается какого-либо интереса.

Рассматривая вопрос, можно ли признать злоупотребление родительскими правами одной из форм злоупотребления субъективным гражданским правом (ст. 10 ГК РФ), автор обращает внимание, что право родителей на воспитание детей не до конца вписывается в юридическую конструкцию субъективного гражданского права как средства обеспечения поведения обязанного лица в интересах управомоченного. Родительские права предоставлены родителям не для удовлетворения собственных интересов, а для удовлетворения интересов детей, а также общества, заинтересованного в надлежащем воспитании и развитии своих будущих граждан, как следствие, осуществление родительских прав приравнено к публичной обязанности (родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей — ч. 1 ст. 63 СК РФ). Таким образом, злоупотребление родителями правами в отношении своих детей нельзя признать разновидностью злоупотребления субъективным гражданским правом.

Заключительная часть параграфа посвящена рассмотрению вопроса о соотношении запрета злоупотребления правом и злоупотребления доминирующим положением (недобросовестной конкуренцией). На основе анализа норм антимонопольного законодательства автор приходит к выводу о том, что 1) названные правовые институты представляют собой запрещённые действия, совершаемые при отсутствии права; 2) доминирующее положение не является субъективным правом. Следовательно, ни злоупотребление доминирующим положением, ни недобросовестная конкуренция не могут быть признаны формами злоупотребления правом.

Глава вторая «Последствия злоупотребления правом» посвящена исследованию применяемых на практике способов реагирования государства в лице суда на действия, квалифицируемые в качестве злоупотребления правом.

В первом параграфе «Отказ в применении способа защиты права» решается вопрос о том, что означает «отказ в защите права», упомянутый в ч. 2 ст. 10 ГК РФ При ответе на него автор исходит из того, что гражданские права защищаются путём применения судом либо иным правоприменительным органом способов защиты гражданских прав, предусмотренных ст. 12 ГК РФ, а также указанных в нормах иных федеральных законов. В диссертации признаётся правильность выдвинутого В. П. Грибановым тезиса о том, что злоупотребление правом имеет место только при осуществлении права. Вместе с тем, с учётом того, что запрет злоупотребления правом направлен на воспрепятствование субъекту обращаться с требованиями, в которых для субъекта не прослеживается какого-либо интереса, данный тезис нуждается в корректировке, состоящей в том, что злоупотребление правом имеет место не при всяком, а только в ходе принудительного осуществления права.

Представление стороной (как правило, ответчиком) объяснений суду и приведение своих доводов, в том числе о злоупотреблении правом другой стороной, предусмотрено законом (ч. 1 ст. 35 ГПК РФ, ч. 1 ст. 41 АПК РФ). Однако поскольку отказ в иске по этому основанию не связан с применением к истцу каких-либо принудительных мер, то автор приходит к выводу, что возражение о злоупотреблении правом 1) не является способом защиты гражданских прав; 2) является процессуальным возражением (exceptio) как форма реализации процессуального права на дачу объяснений суду и приведения своих доводов по всем вопросам, возникающим в ходе рассмотрения дела (ч. 1 ст. 35 ГПК РФ, ч. 1 ст. 41 АПК РФ), направленная на отказ другой стороне в применении испрашиваемого ею способа защиты гражданских прав.

Таким образом, «отказ лицу в защите принадлежащего ему права» в ч. 2 ст. 10 ГК РФ означает отказ юрисдикционного органа в применении способа защиты гражданского права, о котором просит сторона спора. Так, заявление ответчика о применении исковой давности как способ защиты права может быть отклонено судом по основанию злоупотребления правом со стороны ответчика. Поскольку как полный, так и частичный отказ в защите права имеют общий существенный признак – невозможность принудительного осуществления права, то необходимо признать, что суд по мотиву злоупотребления правом может частично отказать в защите права.

Во втором параграфе «Лишение субъективного права» диссертантом обосновывается позиция, согласно которой санкция за злоупотребление правом в виде лишения права противоречит природе данного запрета, так как в этом случае становится невозможным последующее надлежащее осуществление управомоченным субъектом своего права в своих интересах. Смысл отказа в защите права в контексте ст. 10 ГК РФ состоит в том, что полностью лишить управомоченного субъекта воли действовать «злоупотребительным» образом государство не в состоянии, однако оно может лишить защиты внешние проявления такой воли с целью побудить данного субъекта осуществлять право надлежащим образом. Кроме того, лишение управомоченного субъекта субъективного права в качестве санкции за злоупотребление им возможно только при условии прямого указания на это в законе, чего в законодательстве России нет.

В третьем параграфе «Понуждение к совершению действия», исследуя вопрос о том, можно ли на основании норм о запрете злоупотребления правом понудить ответчика совершить определённое действие или воздержаться от действия, автор исходит из того, что понуждение к действию возможно только при бездействии. Допустимость признания бездействия формой злоупотребления правом дискуссионна. В обоснование отрицательного ответа на поставленный вопрос в диссертации приведены следующие доводы: 1) ч. 1 ст. 10 ГК РФ в качестве злоупотребления правом называет действия по осуществлению права; в форме бездействия возможен только отказ от осуществления права; 2) по смыслу ч. 1 ст. 307 ГК РФ путём бездействия возможно только исполнение обязанности должника в обязательстве; 3) если бы интерес мог быть реализован путём бездействия, то лицу нет необходимости вступать в правоотношения с другими субъектами с целью приобретения субъективного права; в этом случае для реализации интереса достаточно фактически совершить бездействие.

Вместе с тем в отечественной и зарубежной цивилистике (М. М. Агарков, Г. Дернбург) признаётся, что поведение лица, осуществляющего субъективное право, может заключаться не только в совершении определённых действий, но и в их несовершении. «В тех случаях, когда закон предоставляет субъекту воспользоваться правом, не использование права тоже будет его осуществлением» (М. М. Агарков). Эта позиция сформулирована исходя из того, что не осуществлять право может не всякое лицо, а лишь то, которое имеет на это право. Данный тезис послужил теоретической основной для вывода о том, что бездействие как форма осуществления права также может быть при наличии необходимых условий квалифицировано как злоупотребление правом.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»