WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

Датский религиозный философ, предшественник экзистенциализма Серен Кьеркегор считал, что страдание человека связано с его одиночеством.

В книге «Страх и трепет»19 он пишет, что боль возникает от осознания, что Бог творит мир из ничего; поэтому, с его точки зрения, реальность есть ничтожество, иллюзия бытия.20 Бог не знает, что такое ничто. Оно открывается только человеку. Как это происходит В состоянии страха «Осмысление феномена страха открывает человеку основу его существования – направленность его к ничто; ничто – вот то, что предшествовало рождению человека, что составляло тайну его невинности, «переступить границу», отделяющую его от животного, от всякого природного существа».21

Страх не только порождает страдание. Он обладает статусом «сладкого ужаса» – манит, притягивает:

Всё, всё что гибелью грозит

Для сердца смертного таит

Неизъяснимы наслажденья…22

В труде «Страх и трепет» интерпретируется известная притча об Аврааме, которому Бог приказал принесли в жертву единственного сына Иакова. Возникает вопрос: если Господь знал, как поступит Авраам, зачем же он его мучил Как заметил ещё Августин Блаженный, Бог знал, но Авраам не ведал, что выдержит испытание. А пока он не пришёл к решению, что изберет, нельзя говорить о выборе. Важна реальность послушания, само его действие. Бог понимал, что Авраам сделает так, а не иначе. Считая, что проверка не нужна, мы, в сущности, объявляем ненужным всё, ведомое Богу.

Моё собственное индивидуальное страдание, конечно же, взято из всеобщего опыта. Другие люди, как и я, в иных или сходных ситуациях также испытывали мучения. Как это постигалось в истории человечества Возможно, были целые эпохи, когда человек не ощущал хрупкости своего существования. Иерусалимский философ Мартин Бубер, размышляя о том, что порождает страдание в родовом опыте человечества, называет такие источники страдания, как распадение единой картины космоса, целостного представления о самом себе, атомизацию социума. Касаясь первой проблемы, М.Бубер отмечает, что в истории было немало периодов, когда человек чувствовал прочность его мира и то, что этот мир надёжно размещён, как сказано в христианской аллегории, между хаосом и небесами.23

Скажем, в эпоху языческой античности греки видели мир замкнутым пространством, в котором соответствующее место отведено и человеку. Человек в восприятии греков был лишь частичкой космоса. Он имел свой угол в мироздании. Это порождало безмятежное самочувствие: небо покровительствовало человеку. Разумеется, страдание возникает не только по причине бездомности. Однако в целом Вселенная казалась грекам благоустроенной: у них был свой дом.

Христианство, судя по всему, разрушило это ощущение земной тверди, заключённой в некое гармоническое единство. Оно показало, что дом может полететь в бездну. Таково возвещение апокалипсиса. Возможно, это переживание ужаса не согласуется с изначальным духом данного учения. Но именно христианство лишило людей чувства безмятежной гарантированности бытия.

Покуда индивид борется с собственными призраками, обнаруживается, что космос вовсе не служит надёжным обиталищем для него. Человек постренессансной эпохи ощущает себя одиночкой перед бесконечностью. Он открывает страшные пространства Вселенной, которые охватывают его со всех сторон. Он ощущает себя связанным в одном углу неизмеримой бесконечности, воспринимает себя как тень, которая длится одно мгновение и никогда не возвращается. Человек вопрошает: кто меня создал По чьему приказу и под чьим руководством определены для меня именно это место и это время Перед всемогущим величием природы, гор, морей, бесконечной звёздной ночи к человеку приходит ощущение подавленности. Вечное молчание бесконечных миров ужасает его.

Известный французский философ Альбер Камю связывает человеческое страдание с абсурдностью жизни. С этих позиций он трактует известный античный миф о Сизифе. Боги приговорили Сизифа поднимать огромный камень на вершину горы, откуда эта глыба неизменно скатывалась вниз. У них были основания полагать, что нет кары ужасней, чем бесполезный и безнадёжный труд. Говорят, что умирая, Сизиф, решив испытать любовь жены, приказал ей бросить своё тело на площади без погребения. Так он оказался в аду. Возмущённый столь чуждым человеколюбию послушанием, Сизиф получил от Плутона разрешение вернуться на землю, дабы наказать супругу. Но стоило ему вновь увидеть и ощутить воду, солнце, теплоту камней и морей, как у него пропало желание возвращаться в мир теней. Напоминания, предупреждения и гнев богов были напрасны. Многие годы он продолжал жить на берегу залива, где шумело море и улыбалась земля. Потребовалось вмешательство богов: явился Меркурий, схватил Сизифа и силой утащил в ад, где его уже поджидал камень…24

Страдание – одно из глубинных экзистенциальных переживаний человека. Оно служит испытанием его сокровенных сил на путях к свободе. Страдание – не самоцель, а средство постижения духовной умиротворённости, выражение огромного человеческого духовного потенциала. Никакие теологические системы, никакие авторитеты не могут прекратить человеческих страданий и мучений.

Итак, подходя к сущностной составляющей нашего диссертационного исследования, отметим: В.Франкл был убеждён, что не только в творчестве и радости жизнь может быть осмысленной, но также и в страдании! Такой ход мыслей совершенно чужд тривиальной этике успеха. Однако взгляд на повседневную оценку ценности и достоинства человеческого существования сразу же раскрывает ту глубину переживаний, в которой вещи сохраняют свою значимость совершенно независимо от любого результата вообще.

По мнению Франкла, здесь уместно вспомнить о произведении Л.Н.Толстого «Смерть Ивана Ильича». «В нём изображается буржуазное существование, глубокая бессмысленность которого становится ясной его носителю лишь непосредственно перед его неожиданной смертью. Но благодаря пониманию бессмысленности своего существования герой уже в последние часы своей жизни перерастает себя самого и достигает такого внутреннего величия, которое освещает всю его предыдущую жизнь и делает её глубоко осмысленной. Ведь может случиться и так, что жизнь получает свой последний смысл не только благодаря смерти – как у героя этой повести, – но в самой смерти».25

Во второй главе «Специфика философского толкования страдания у В.Франкла» показано, что, раскрывая философское значение страдания, В.Франкл опирается прежде всего на уникальность смысла самой жизни. Человек не способен охватить силой разума целостную картину «сверхмира», точно так же, как животные, находящиеся в своей среде, неспособны охватить многогранность человеческого мира, ведь главенствующее, венчающее живую природу положение человека, является таковым лишь по отношению к царству животных.

Скорбь и раскаяние, например, с прагматической точки зрения лишены всякого смысла – кажется бесполезным страдать из-за того, что уже стало судьбой, что изменить уже никто не в силах. Однако, для внутренней жизни человека эти чувства полны уникального смысла: скорбь по потерянному чувству или человеку помогает нам вновь и вновь вызывать некогда реально существующий образ в своей памяти; раскаяние же духовно очищает виновного и тем самым в какой-то мере способствует искуплению его вины.

Вина уже сама по себе предполагает наличие ответственности, а потому находится с ней в диалектическом взаимодействии – благодаря искреннему раскаянию человек способен мысленно возвратить всё содеянное назад, переоценить свои действия с нравственной, моральной и духовной точки зрения.

Ещё одной стороной смысла страдания является убережение человека от духовной вялости, апатии. К проблеме душевной лени были прикованы умы многих учёных и писателей. А.Пушкин, например, полагал, что «скука есть одна из принадлежностей человеческого существа».26 Присоединялся к поэту и А.Шопенгауэр, отмечавший, что человеческая жизнь болтается между тревогой и скукой, «ибо несомненно, нужда и скука суть два полюса человеческой жизни».27

Однако Франкл рассматривал скуку отнюдь не в негативном смысле. Он определял её как постоянное напоминание о необходимости трудиться: «…Скука существует для того, чтобы мы бежали от бездействия и должным образом оценили смысл нашей жизни».28 Понимание глубокого смысла эмоционального, как антропологического феномена коренится в каждом человеке. Данное утверждение В.Франкл подтверждает примером особого вида меланхолий, которые характеризуются невозможностью испытывать печаль. Пациенты, страдающие этим душевным недугом, жалуются на то, что не в состоянии выплакаться; они осознают свою эмоциональную холодность и говорят о внутреннем омертвлении. Эти люди испытывают настоящее отчаяние от невозможности изведать чувство печали.

Как судьба и смерть являются неотъемлемой частью жизни, так горе и страдание составляют целостность психики человека. Отделить друг от друга жизнь и смерть, счастье и страдание значило бы лишить бытие его уникального содержания. Вспомним В.Белинского: «Не знающие страдания не знают и блаженства».29

Вместе с тем, Франкл предостерегает воспринимать страдание в качестве реакции на неотвратимость ситуации. «Нести свой крест»30, –поясняет он, можно лишь в том случае, когда оказываются использованными все возможности реализации творческих ценностей. И только при отсутствии каких бы то ни было возможностей воздействия на судьбу, человек прибегает к реализации ценностей отношения.

Только оправданное, неизбежное страдание является нравственным достижением.

При любых обстоятельствах, считает Франкл, человек должен и способен занять осмысленную позицию по отношению к ним. И наоборот, любая покорность судьбе порождает, в конечном итоге, чувство злобы и обиды.

Таким образом, смысл страдания неразрывно связан с трудом и созиданием, даже если под трудом подразумевается душевная стойкость и выдержка, а не создание конкретных творческих или материальных объектов.

В.Франкл в подтверждение своих слов приводит следующий пример: «Когда несколько лет тому назад награждались за высочайшие достижения английские бойскауты, то награды получили три мальчика, которые лежали в госпитале по поводу неизлечимых болезней, но оставались мужественными и стойко переносили свои страдания. Таким образом, страдание затрагивает область самых высоких в экзистенциальном смысле ценностей отношения, хотя авторитет их наиболее низок, так как человек обращается к ним лишь на пределе использования других категорий ценностей».31

Состояние страдания известно, к сожалению, каждому существу, живущему на земле; разница состоит лишь в его силе, глубине и форме. Хотя страдание как душевное состояние имеет антропологический характер, его наличие обнаруживается и у животных с высокой нервной организацией. Многие животные испытывают не только инстинктуально-телесные муки – боль, голод, страх, но обнаруживают подчас и почти человеческие черты. Вспомним многочисленные примеры преданности собак, которые после смерти своего хозяина тосковали по нему столь безмерно, что эта тоска приводила к их собственной кончине. Или другой известный пример, воспетый поэтами, – лебедь, потерявший свою лебёдушку. Он поёт прощальную песню, чтобы затем камнем упасть вниз, насмерть разбившись о землю. Можно ли такое поведение животных рассматривать лишь с точки зрения его инстинктуальной обусловленности

Логотерапия32 основывается, прежде всего, на сопоставлении экзистенции с духом и её мотивации через дух. Согласно Франклу, сущность человека состоит в его включённости в мир смысла и ценностей и находится одновременно в полярном поле напряжения между бытием и долженствованием. Бегство же от этого напряжения есть невроз, ибо чем более снижено напряжение, тем меньший элемент свободы вносит человек в свои действия и тем большую значимость в них обретают биологические, психологические и социологические составляющие. Психолог подчёркивает, что имея в своей душе идеальный образ, к которому человек невольно стремится, личность оказывается раздираема противоречиями: с одной стороны она имеет определённые ценностные ориентации, с другой же обусловлена бытием и долженствованием.

Жизнь на пределе человеческого существования обнажает всю многогранность мира людей, раскрывает бездонные глубины человеческой души, весь сплав добра и зла. Страдания и горести, «распылённые» при обычном течении жизни и потому менее зримые, в ситуациях, приближающихся к пределу человеческих возможностей, спрессованы и сконцентрированы. И потому всё то глупое, низкое и опасное для окружающих людей, что составляет основу инстинктов самосохранения человека, смело выходит на поверхность со зловещей обнажённостью. Однако даже в подобных ситуациях всё зависит от находящегося в эпицентре коллизий судьбы человека. Именно в предельной ситуации, в горниле страданий и мучений обнаруживается его суть. Следует согласиться с выводом В.Франкла: человек есть свободное существо, ответственное однако перед самим собой и перед другими людьми; человек есть существо, постоянно, при любых обстоятельствах делающее свой выбор, принимающее своё решение.

Ведя разговор о ценностях, реализуемых человеком, необходимо подчеркнуть, что имеются в виду не только «вечные», общие для всех непреходящие ценности, но, главным образом, ситуативные, различные для каждого человека. Каждая человеческая судьба уникальна, возможности, предоставляемые индивиду неповторимы и специфичны. Различные ценности, соединяемые с уникальными для каждого возможностями, составляют принципиальную неповторимость его существования и образуют, таким образом, конкретную специфическую задачу для отдельного индивида, понимаемую в качестве неотделимого элемента его судьбы.

В литературе утвердилось предположение, что страдание есть состояние, противоположное наслаждению. Так ли это Почему бы не предположить, что страдание само является наслаждением В связи с этим в главе рассматривается одна из составляющих страдания – насилие.

Душевная и физическая боль другого человека является отличным инструментом манипулирования им, с помощью причинения боли возможно достижение различных личных и общественных целей и собственных благ. Причинение боли другому как самоцель существенно отличается от насилия, имеющего целью приумножить свои собственные блага за счёт не своих, а чужих ресурсов. С помощью насилия одни индивиды подчиняют себе других, используя в своекорыстных целях их интеллектуальные способности, производительные силы, наконец, собственность.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»